Альтернативный способ

С их первой ночи прошло несколько недель. Аня боялась, что после первого раза Кёрли, наверное, больше и не захочет с ней такого повторять, ведь глупо было думать, что одна только возможность сделать девушке кунилингус — это лучшая награда для любящего мужчины. Нет, она не питала иллюзий насчет собственной привлекательности и нужности, хотя Кёрли раз за разом заставлял ее сомневаться. Он был всегда так чуток, ласков и приветлив, словно просто быть рядом с ней — это подарок, счастье и самая приятная в мире ответственность. Когда Аня приходила с работы уставшая или, наоборот, просыпалась поздним субботним утром, такая теплая и мягкая, Кёрли, без лишних разговоров и просьб начинал ее ласкать и целовать. Сначала в шею и губы, а если Аня была в настроении — он безошибочно умел считывать ее настроение — то Кёрли спускался и ниже, чаще всего терпеливо, а иногда жадно и напористо, доводя ее до высшей точки удовольствия, при этом то прикрывая глаз, то смотря прямо ей в лицо и постанывая с таким довольным видом, словно это он тут испытывает величайшее наслаждение. Кёрли не просто доводил девушку до оргазма, он устраивал для той настоящее шоу и, кажется, просто был рад, что его не отвергают, ведь Аня все равно не могла сделать для него того же. И ее это ужасно расстраивало. Однажды, покопавшись на сайтах для взрослых, она нашла решение проблемы. Осталось только чтобы Кёрли одобрил покупку, потому что такого сюрприза он бы точно не вынес.

***

Кёрли сидел на постели, кутаясь в одеяло. Как ни манила его идея Ани, а огромное количество страхов и комплексов перемешивало мысли, уговаривая отказаться. Но вот девушка вышла из душа, полностью обнаженная, она лишь неуверенно прикрывала область таза полотенцем. — Покажи, — мягко попросил Кёрли, тут же смелея на глазах, видя, что любимой нужны поддержка и одобрение. Аня отбросила полотенце, неловко смотря в пол, но искренне улыбаясь. На ней был искуственный член без ремешков и креплений, в простонародии — страпон. Он торчал прямо из промежности и если бы не глупый розовый цвет, можно было бы подумать, что член настоящий. Крепилось это чудо таким образом, что второй его конец, загнутый вверх, вставлялся во влагалище, обеспечивая в процессе соития удовольствие для обоих партнеров. Кёрли слегка покраснел, край одеяла выпал из его роботизированных пальцев. Мужчина возбуждался, впрочем как и всегда при виде его прекрасной милой Ани, но теперь его будто бы манила и эта странная штука. Кёрли раньше не знал об этой стороне своей сексуальности. Видя стеснение Ани, он ободряюще, слегка смущенно улыбнулся и произнес: — Ты прекрасна. Иди ко мне, — и призывно откинул край одеяла в сторону, оголяя свой торс. Из одежды на нем были только трусы, и то потому, что ни разу после возвращения на землю, он не показывался ей без этого предмета одежды. Кёрли казалось, что вид его изуродованного паха без каких либо половых признаков, уничтожит всю сексуальную атмосферу, но Аня, по всей видимости, так не считала. Та нерешительно, и неловко подошла, не то стесняясь, не то боясь, что игрушка выпадет из нее от любого шага, и сразу же нырнула под одеяло к Кёрли, закрываясь им от несуществующих посторонних глаз. Кёрли сразу стало вдвое жарче. Девушка прильнула к нему, словно кошка. Ее груди упирались в его грудь, а ее «член» твердо упирался в живот, вызывая жар предвкушения и странные волнующие ощущения. Мужчина не горел желанием показывать свое расчерченное шрамами от бесконечных операций и пересадок кожи тело, но так было нужно. Кёрли мягко отстранил девушку, встал с постели и, пару секунд помедлив, снял с себя нижнее белье. На его паху не было ничего, даже волос. Только отверстие для мочеиспускания, к которому он подставлял резиновую трубку, когда надо было пописать. Его кожа, как и везде на теле, была словно сшита из лоскутов. Кёрли повернулся к Ане передом и неосознанно задержал дыхание. С каждой секундой молчания девушки, его тревога росла все больше и он начал жалеть, что не выключил свет и что вообще согласился на эту провальную затею. Из мрачных мыслей его вдруг вытащил мягкий голос: — Эй, ну хватит. Я же вижу, ты опять себя коришь. Иди сюда, ты же мой мужчина и для меня все в тебе прекрасно! — Аня протянула руки к нему и Кёрли слегка виновато улыбнулся. — Я не знаю даже, могу ли теперь называться мужчиной? — он присел на край кровати и задумчиво, с нажимом, провел бионической рукой по телу любимой, сначала от ключицы до локтя, а потом по впадинке между грудями до мягкого и теплого живота. — Кёрли? — она внимательно заглянула в его глаз, словно ища там признаки меланхолии и того, что ночь любви откладывается на неопределенный срок, но Кёрли взял себя в руки, не позволяя навязчивым мыслям встать между собой и любимой женщиной. — Давай сделаем это? — произнес он слегка неуверенно. — Точно хочешь? Если это только для меня, то… — тут же залепетала Аня. — Точно. Возьми меня, — произнес мужчина уже тверже, с чувством заглядывая в глаза и громко взволнованно дыша. Он навис над ней и начал, как получалось, покрывать ее тело поцелуями прежде чем встать на колени и позволить ей собой овладеть.

***

— Вот так? Не больно? — тревожно спрашивала Аня, едва лишь вставив в мужчину самый кончик своей игрушки. — Все хорошо, милая, — механические руки Кёрли не дрожали, но он все же опустился на локти, а затем прижался грудью к подушке. Так трудно было просто выдерживать эту неподвижную позу. Внутри словно разгорался давно потухший огонь, сердце бешено колотилось, а живот то и дело втягивался. Кёрли не знал, что ему делать с необычными ощущениями, поэтому просто продолжал инструктировать Аню. — Давай еще чуть-чуть, не бойся, — хотелось просто насадиться на этот «член», но Кёрли должен быть осторожным чтобы не повредить партнерше и не напугать ее. — Хорошо, я попробую, — Аня слегка налегла и без проблем вошла в тело Кёрли почти до основания. Смазка обильно сочилась из хорошо подготовленного и разогретого ануса, но Аня все равно боялась двигаться. Кёрли тихо ахнул. Воспользовавшись небольшой паузой, он обнял одной рукой подушку и повернул голову куда-то в сторону. Возбуждение словно плавило его изнутри, а невозможность получить разрядку сводила с ума, но он не торопился. — Можешь начинать… ах… да, вот так, — Кёрли прикусил губу. Аня начала трахать его чертовски медленно и при этом с явным намерением проходиться по его простате. Плавные волны удовольствия затапливали Кёрли и он забыл как дышать. Он больше не мог думать, в его голове остались только обрывочные фразы «Еще! Еще! Быстрее!» Похоже, он стонал это вслух, потому что Аня прислушалась и начала плавно наращивать темп.

***

Это было так волнующе и необычно. Аня сначала неуверенно держалась за тазовые косточки мужчины и также неуверенно-дрожаще входила в него, но, услышав бесстыжие стоны, вперемешку со своим именем, так сладко и протяжно срывающемся с уст любимого, она становилась все смелее и смелее. И вот уже ей самой приходилось сдерживаться чтобы не начать вбиваться со всей беспорядочной силой, ведь сама она уже почти была на грани. — Еще немного, милая! Ах! Еще… — стонал Кёрли, распластавшись под ней. Аня же стеснялась звуков своего удовольствия и лишь шумно дышала, тихонько постанывая. Второй конец страпона на каждом движении вбивался в нее и специальный выступ на игрушке натирал клитор, что вызывало яркие ощущения на грани с болезненностью. В какой-то момент ей показалось, что она и вправду трахает мужчину своим, настоящим, членом. — Еще! Ах… еще! Ммм… ааах, — мужчина вдруг словно сжался и громко низко простонал. Этого оказалось достаточно, чтобы толкнуть Аню тоже за грань и она, отчаянно, беспорядочно делая последние толчки, поймала удивительно яркий оргазм, лишающий сил и способности мыслить. Выйдя из мужчины, она кое-как достала из себя игрушку и тут же повалилась на постель. Пришла в себя она когда ощутила, что кто-то мягко целует ее в затылок и щекотит шею дыханием. Повернувшись к Кёрли, Аня встретилась с его полным любви взглядом. Мужчина мягко притянул ее к себе и на пару минут обнял. Затем настало врея совместного душа, где Кёрли, в очередной раз увидев тревогу на лице девушки, склонился к ее уху и прошептал: «Мне очень сильно понравилось. Давай как-нибудь повторим?»