Вихрь Демонской Страсти

... Из «Отчаянные домохозяйки» «Страсть — непреодолимое влечение, которое невозможно забыть, даже когда всё прошло, дорога такая притягательная, что может привести нас в объятия неожиданного любовника, чувство такое сокрушительное, что разрушает стены, которые мы строим, чтобы защитить своё сердце, желание такое сильное, что остается на поверхности, несмотря на то, что мы пытаемся похоронить его. Да, из всех чувств только страсть даёт нам основание, чтобы жить, и оправдание, чтобы совершать любые преступления.» В ту холодную осеннюю пору, Манами исполнилось двадцать два года, и она повстречала Набериуса Нарниа, нового начальника дального участка демонической заставы. Ему тогда только-только исполнилось двадцать пять лет. С той самой встречи, она мечтала о нём, как о огромном выигрыше в лотерею судьбы. Она молилась, чтобы он был в её снах, чтобы он был её мужем, чтобы в первую брачную ночь, узнать, каков он на вкус. Она молилась утром, и сладкой ночью, представляя, как целует его, как пленительно и жадно водит по его оголённому торсу, как покрывает его тело поцелуями, опускаясь всё ниже и ниже. Как его массивные накаченные руки, хватали её за бедра, душили её, прижимали руки к кровати. Она представляла, как лежит на груди, а он, ложится сверху, накрывая собою, и нежно, проводя рукою под футболкой, трогает её грудь, покусывает её шею. Вы не представляете, каково это, когда, видя его, твоё тело, уже как в привычку, сразу поддаётся ему навстречу, как возбуждённо встают соски, а грудь приподнимается, как попка округляется на глазах, а стоит его холодным глазам, медленно и жадно пройтись по твоему телу, как дрожь не уходила до самого утра следующего дня. Страсть, подобная только суккубам и инккубам, порадилась в ней, заставляя жадно глотать поток слюны, когда она видит его в коридорах и на собраниях. Она раздевала его взглядом, и он это знал. Он это чувствовал, и, кажется, просто играл с ней. Нарниа, ловил её взглядом в коридорах, и жадно, но очень медленно исследовал её тело, сужая глаза, когда её попа округлялась, а грудь вставала дыбом, спина выпрямлялась. Он давно уловил правила этой игры, и не собирался сдаваться. Он сам играл, не подозревая, что скоро, игра перерастёт во что-то необузданное, то, что он ещё никогда не видел, и не чувствовал. Стоило ей стоять одной одиноко у кофемашинки, как он подходил сзади, словно тоже, хотел испить "кофе". Он подходил со спины, аккуратно, в паре сантиметрах от её талии, тянул руку вперёд, с мелочью, чтобы купить себе кофе. Он возвышался над ней как гора, не давая ей отступить никуда. Автомат пусть и был высокий, но чтобы забрать своё кофе, нужно было опуститься немного вниз, и если Манами нужно было немного наклониться, то для Нарниа, нужно было, не хило так опуститься, и желательно на колени, так было гораздо удобнее. Но Нарниа был хитрее, он манящим голосом просил и так прижатую ко автомату девушку, достать ему стаканчик с кофе. И когда Манами опускалась, она была вне себя от счастья, прижимаясь задней частью своего тела, к Нарниа. Она могла клясться всем богам, что чувствовала его твёрдый стояк. В тот момент, хвост Манами, который никогда раньше не поддавался сексуальным действиям, обвился вокруг ляжки своей хозяйки, заставляя Нарниа, опустить взгляд ниже, её сексуальной задницы. Ну а что поделать? Демоны, молодые такие. Неопытные, глупые, их тестостерон гораздо больше, чем их мозги. Но на то она и юность, чтобы совершать такие ошибки. Манами делала всё до жути медленно, растягивая такой сладкий момент до самого пика, лишь бы подольше подразнить своего "щенка". Но, когда момент подходил к концу, Манами грациозно разворачивалась, грудью, едва касаясь самого Нарниа, на что тот, делал, едва уловимый шаг вперед. Манами аккуратно облизывала губы, после чего сладко, будто стона, шептала: - Господин Нарниа-сан, вот ваш кофе. - Нарниа мог лишь клясться, что никогда раньше не слышал такого голоса. Сейчас, ему не хотелось доминировать, ему бы хотелось, чтобы она взяла его за галстук, который он с утра, "случайно" плохо завязал. Этой маленькой чертовке, для первого раза, он бы такое простил. И Манами это знала, она ощущала это. Но игралась, она всё ждала лучшего момента. К примеру, у него в кабинете, где им точно никто не помешает. Но вот, Нарниа берёт стаканчик и прощается с Манами, возбужденно вздыхая, и исподтишка смотря на её, весьма выразительное декольте. Он удаляется, и Манами, уже грустно вздыхая, подмечает, какая всё-таки у него охуенная задница. Делая в мозгу главную пометку: «Когда-нибудь, ударит его по заднице.»