Первая ложь с твоих губ

      Лололошка не спеша шёл, ведя Альфреда за локоть, рассказывая ему о том, что произошло за время его, так сказать, «отсутствия».       Показывал и описывал места в своём сне, и добавил, что он может просить у него всё, что будет нужно. И, конечно, чтобы он не выходил один из дома. Не хотелось бы, чтобы охотник врезался во что-нибудь и повредил лицо, или ещё хуже - упал в пропасть Сонного измерения. Лололошка не знает, что из этого выйдет вообще. Он-то возвращается на место, если упадёт, потому что он владелец сна, а вот что с другими... в общем, рисковать не стоило.       Завершив прогулку, продлившуюся часа полтора, Ло проводил Альфреда до дома и сказал ему немного отдохнуть. Всё же он не так давно очнулся.       Конечно, его поспешные действия характеризовались тем, что мироходец желал побыстрее сходить к Джону. И не только потому что хотел узнать, что сказал Кардинал, но и... сказать кое-что.       Честно говоря, Лололошка чувствовал себя не очень хорошо. Он ощущал, что так или иначе виноват перед Харрисом. Это он, а точнее его издёвки, довели Джона до такого состояния. Сбивчивое дыхание. Дрожащий голос. Распахнутые глаза с сузившими зрачками. Лололошка знал, нет, он был уверен, что обязан извиниться.       Он совершенно точно не хотел доводить Джона, и чтобы тот запихнул все свои чувства снова вглубь своего сознания, а после, возможно, словил нервный срыв. Лололошка знал это чувство, и не хотел, чтобы Харрис испытывал его. Если ты один раз подавишь его, то второй нагрянет резко и, возможно, даже из-за пустяка, но накроет двойным ударом.       Медленно шагая по дорожке к замку, Ло остановился, облокотившись локтями на каменную кладку, и уставился в пустоту светло-сиреневого неба.       Он думал, что Джон понимает не всё в их связи. Конечно, сам Лололошка не больше, но их сила искры... то, как она переплеталась, и то, как они её делили... он был более чем уверен, что его мысли верны. Часть силы Джона перешла к нему, а часть его силы - Харрису. И это всё было столь неизвестно и пугающе... однако не менее завораживающе и привлекательно. Ощущение их связи приносило чувство эйфории, которую Ло никогда ранее не ощущал. И он бы соврал, если бы сказал, что не хотел бы испытать это вновь. Даже не смотря на то, что это таило в себе опасность и лишь подталкивало к повторному слиянию.       Лололошка вздохнул. Сейчас он идёт к Джону не для того, чтобы выдвигать свои теории и мысли, а чтобы просто извиниться. И пусть Харрис этого не просил, не намекал, но Ло знал, что должен. Он не злился или не был разочарован в Джоне за его ложь. Да в принципе это и ложью-то назвать можно с натяжкой.       Джон просто, возможно впервые, испытал страх. Вполне естественно, что у такого человека, как Харрис, невольно включился инстинкт самоотрицания. Джон никогда не врал, и Лололошка не думал, что после одной ошибки он начнёт это делать.       Заглядывая в комнаты и к фонтану, мироходец наконец нашёл Джона в его спальне. Тот сидел за письменным столом, уж слишком низко он склонился над бумагой, по мнению Ло. Но только подойдя ближе, он понял, что Харрис просто спит.       «У него же шея и спина так болеть будут» — Невольно обеспокоенно подумал Лололошка, и вздохнул.       Беспокойство за этого... в общем, за этого, уже стало привычной частью его ощущений. Да, конечно, он не то чтобы это скрывал, однако либо Джон такой слепой, либо просто игнорирует данный факт.       Ло присел на корточки перед Харрисом, вглядываясь в его лицо. Очки были сняты и покоились на углу стола, грозясь упасть из-за одного неаккуратного движения.       «Когда он спит, то очень даже милый»       Рука сама потянулась, и пальцы коснулись гладкой кожи, убирая выпавшую прядку за ухо. Лицо, так похожее на его, но одновременно настолько отличающееся. Хотя... сейчас, из-за смешивании их личностей, у них часто бывают одинаковые выражения лица.       Лололошка настолько увлёкся рассматриванием Джона, что не заметил, как веки того дёрнулись и на него уставились яркие алые глаза, в которых вспыхнуло что-то странное, стоило им увидеть другие, тёмно-синие. — Я настолько красив, раз ты меня так рассматриваешь? — Ухмыльнулся Харрис, чем заставил Лололошку резко отдёрнуть руку и чуть ли не повалиться назад, спиной прямиком на пол. Джон почувствовал лёгкое негодование от того, что ощущение тёплой руки пропало. — Аккуратнее, симпампусик, не повреди своё симпатичное личико.       Ло на мгновение нахмурился, а после фыркнул, и поднялся. Джон следил за ним, ощущая внутри возникшее волнение, неизвестно из-за чего.       Лололошка собирался с мыслями, хотя когда шёл сюда, то точно знал, что сказать. Но вид беззащитного Джона настолько выбил его из колеи, что все заготовленные слова стёрлись начисто из памяти. — Джон, слушай... — Начал он, дождавшись, пока Харрис точно внимательно начнёт его слушать. — Прости меня...       Джон распахнул глаза, недоумённо моргнув. — О чём ты, красавчик? — За те слова. Которые я утром сказал. Я не хотел, — Разъяснил Лололошка, про себя удивляясь, что Джон действительно мог позабыть о его словах. — А-а-а... — Протянул тот, на секунду незаметно поджав губы. Он посмотрел на нервного Лололошку.       «Видимо, его действительно это очень беспокоит» — Подумал Джон, и на душе от чего-то стало теплее. Ему не всё равно на его чувства. Не всё равно на него. — Я... меня, может, немного и ошарашили твои слова, но я не злюсь на тебя, — Вздохнув, ответил Харрис. Он серьёзно взглянул на Ло. — Больше я не совру. Обещаю. — Нет, Джон, — Лололошка покачал головой, сокращая расстояние между ними и садясь на второй стул, прямо напротив Джона. — Это вышло неосознанно. Боже, да это даже ложью назвать почти нельзя. — Почти, Ло, — Уцепившись за слово, перебил Харрис. — Для меня это уже слишком. — Невозможно никогда не врать, Джон, — Вздохнув, ответил Лололошка. Он видел, что его двойника не слишком впечатлили его слова, поэтому взял его руки в свои. — А я не всегда всех терплю и хочу помогать.       Харрис удивлённо взглянул на него. — Да ну? — Недоверчиво спросил он. — Всё влияние твоего характера, — Усмехнулся Ло. — Я знаю, что всех спасти просто не получится. А некоторые не достойны спасения, — Он явно намекал на Лукия и Отца. — Но, Джон, — Красные глаза заглянули в синие. — Мы сильнее, когда вместе. Когда мы рядом - мы сила.       Лололошка сжал прохладные руки парня. Джон чувствовал тепло, которое словно текло по его рукам, впитываясь в тело. Он прикрыл глаза на мгновение, прежде чем рвано выдохнуть, теряя всю свою прежнюю расслабленность и беспечность. — Каждый раз удивляюсь, почему рядом с тобой я такой... — Пробормотал он, но Лололошка его расслышал. Он замер, задержав на мгновение дыхание. Харрис переплёл их пальцы, любуясь этим видом, а Ло видел в его глазах усталость и боль, скопившуюся за много лет.       Мироходец без лишних слов обнял его, слыша в ответ замедленную реакцию в виде коснувшихся его спины дрожащих рук. — Давай будем вместе? — Джон вздрогнул, всё внутри него будто натянулось. — Не важно, слияние, или ещё что. Не позволим чему-то отдалить нас друг от друга или оставить лишь одного, м, Джон? Даже если это сама вселенная или ещё что, — Лололошка слабо улыбнулся, отстраняясь.       Харрис долго молчал, однако Ло и не надеялся на ответ. Это были просто его мысли, его потаённые желания, которые так внезапно вырвались на волю. Парень не хотел требовать ответа, и не думал, что получит его, поэтому хотел встать со стула, и уйти, так и оставив этот разговор незавершённым. Но тут его руку стиснула чужая, не давая встать. Лололошка взглянул на двойника. Тот поднял голову, на его губах играла лёгкая улыбка. — Ты такой странный, знаешь? — Знаю.       Джон усмехнулся, а после встал со стула, потянув за собой Ло, а после дёрнул того за руку на себя, обнимая. — И ты делаешь странным меня. — ... Я знаю, — Тихо ответил мироходец, прижимаясь к парню. — В моих глазах ты никогда не был идеальным, — Харрис расслабился, уже догадываясь, что следует дальше. — Рядом со мной ты можешь быть собой. Как бы ты не выглядел, каким бы не был, я тебя не оставлю.       Джон выдохнул. Дышать словно стало легче, а с плеч упал огромный груз. — Симпампусик, ты такой... — Предсказуемый? — Милый.       Джон отстранился и подался вперёд, касаясь слегка обветренных губ. Лололошка вздрогнул, но после ответил, прикрыв глаза.       Такой Джон действительно только перед ним, и Ло знает, что простит ему любую ложь, если та невольно сорвётся с его губ. Но почему-то мироходец уверен, Харрис впредь будет с ним самым честным, с кем не был ещё никогда.