Empty hopes of your palms

— Черт! Селфи не выходят должным образом уже пять минут, а недовольный вой Сынмина выводит из себя. — Да что ты там мычишь! — возмущается Джисон, отбрасывая телефон на кровать и приземляясь на подушки. — Костюм помнешь ведь, — закатывает глаза Сынмин, поправляя черный пиджак. Тематикой сегодняшнего вечера оказался деловой стиль либо, как это назвал Феликс, — «Пипиндрежник». Смысл не ясен, но атмосфера передана. Джисон хнычет в подушку, бубня о том, что выглядит плохо. — То есть… Мы, блять, два дня искали тебе ебучий коричневый костюм в белую клетку, долбанную жилетку, чтобы она подчеркивала твою талию, но тебе не нравится? — пиная Джисона подушкой, восклицает Сынмин. — Во-первых, жилетка подчеркивает мою широкую спину, кретин. Во-вторых, я просто хочу выглядеть красиво! — отбиваясь, отвечает Джисон. — Ты и так выглядишь красиво, скажи спасибо Феликсу за то, что приехал и сделал тебе укладку. — Блять! Укладка! — взвизгнул Джисон, садясь на кровать ровно. — Нормально выглядит? — Сейчас да, — кивает Сынмин. — Что значит «сейчас»? — спрашивает Джисон, выглядывая свое отражения в настольном зеркале. — Это значит, что если мы сейчас не выйдем, то я вырву все твои волосы! Под громкие вздохи Сынмина и его скучный монолог парни оказались на улице, выжидая автобус. — Завидую Феликсу, — прерывает тишину Джисон, пряча нос в шарфе. — Мм? — мычит Сынмин, залипающий в телефоне. — Его карась отвез на моцыке. — Карась? — отвлекаясь на друга, спрашивает Сынмин. — Хёнджин который, — отвечает Джисон, видя понимающий кивок. — Нашел себе хахаля, блин. — Так они не мутят, — пожимает плечами Ким. — До поры до времени, — фыркает Джисон. — Он так легко принял свое гейство, поверить не могу. — У него во всех соц-сетях стоит «Главное, чтобы я был счастлив» на английском, о чем ты? Он все примет, просто нужно время. — Время? Он слишком быстро это принял, Сынмо, — отрицает Джисон. — Просто он не говорит о своих переживаниях, вот и все. Думаешь, он не рыдал под вопли арктик манкис, прижимая к груди Марсика? Ещё как. — Какой ты проницательный, — цокает Джисон, устремляя взгляд на подъезжающий автобус. — Наш приехал, вставай, детка. — Дай детке ручку! Помоги вста-ать! Ну куда пошел, а?! — вопит Сынмин, распластавшись на скамейке. Дорога выдается молчаливой, за исключением пары шуток, брошенных в сторону Феликса о его предательстве вечному одиночеству и танцам. Темные дворы встречают парней, а старики, сидящие под подъездами семиэтажек, заставляют хохотать, слыша нелестные комментарии в сторону внешнего вида. — Какой подъезд? — осматривается по сторонам Джисон, вглядываясь в потертые временем номерные знаки над дверьми подъездов. — Пятый, — отвечает Сынмин. — Нам туда. Лакированные туфли пафосно стучат по ступеням, разбавляя тишину эхом ударов о бетон. Лифт оказался нерабочим, поэтому парни, запыхавшись, оказываются на последнем этаже. Джисон, стоя за стучащим в дверь Сынмином, судорожно поправляет воротник, разглаживая невидимые складки ткани. Дверь резко открывается, а за ней виднеется парень. Незнакомец, на вид которому лет двадцать, прочесывает отросшие волосы пятерней и ярко улыбается, обнажая белоснежный ряд зубов. — Я — Анн, — представляется парень, отступая от дверного проема. — Ты…? — Я — Сынмин, можно просто Сынмо, — протягивает ладонь парень, заходя внутрь. — А ты Джисон? — Джисон, — кивает удивленный Хан. — Приятно познакомиться. — Взаимно! Минхо много про тебя говорил. Джисон неловко кивает, пропуская мимо ушей слова Анн, который провёл небольшую экскурсию, рассказывая о комнатах. Ремонт квартиры казался совсем новым: повсюду виднелась дорогостоящая мебель, светлые натяжные потолки дополнялись неоновыми подсветками, а в каждой из комнат расположились гости, которые шумно беседовали и даже перекрикивали музыку. Серебряные вазы отражали подсветку, а по углам квартиры виднелись колонки. Но что-то неприятным комом оседало в горле, сжимало грудь, и Джисон точно знал, что причина не в большом скоплении людей, не в незнакомой обстановке и даже не не в ощутимых заинтересованных взглядах на фигуре. Джисон встал рядом с небольшой компанией, здороваясь с приятелями, и подмигнул стоящим в углу Феликсу с Хёнджином. Глаза забегали по комнате, неосознанно ища именинника. Джисон сжал в ладони бокал с неизвестным содержимым, получив его от Сынмина. Губы поджались, а пальцы постукивали по стеклу, когда парень ощутил на себе прожигающий взгляд. Анн пристально его рассматривал. Ехидная улыбка и заставляющий занервничать дикий прищур доставлял Джисону сильный дискомфорт, что, словно яд, растекался по венам. Джисон прокашлялся, в попытке игнорировать непрошеное внимание. Глаза уткнулись в пол, а ботинки казались самой интересной в мире вещью. — Сонни. На талии почувствовалась чужая ладонь, чуть сжимавшая бок, пробравшись под пиджак. Тепло от чужих пальцев ощутилось на коже, несмотря на плотный слой жилетки и рубашки. Джисон машинально поддался прикосновениям, не поднимая взгляда, понимал, чье это касание. Глаза медленно плыли по чужому силуэту, изучая каждый сантиметр: черные мужские туфли были прикрыты такого же цвета брюками. Ткань плотно облегала бедра, указывая на рельефные мышцы. Джисон не моргал, ведя взглядом выше. Шелковая фиолетовая рубашка подчеркивала широкие плечи. Волосы парня были прикрыты черным беретом. — Минхо, — прошептал Джисон. Все слова словно испарились, а голова закружилась, хотя содержимое в стакане осталось нетронутым. Минхо заглядывал в глаза, а на губах была легкая ухмылка. Джисон почувствовал дыхание на своих щеках из-за проходящих мимо людей, что подтолкнули его к чужой груди. Ладонь легла на плечо Минхо, подушечками пальцев ощупывая шелк. — Ты красивый, — улыбнулся Минхо, прижимая Джисона ближе, хоть нужды в этом не было. — Спасибо, — Джисон смущенно улыбнулся, поджимая губы. — Ты тоже. Минхо не ответил, ведя взглядом по фигуре Джисона. Музыка для Хана притихла, а шум, исходящий от толпы, исчез. Он ощутил себя в полной изоляции. Глаза встретили чужие напротив, и тепло рук грело и его тоже. Прежняя обида, что дискомфортным осадком душила после их диалога в школе, исчезла, а ком в горле пропал. Джисон прикусил щеку изнутри, понимая, как много чувствует к этому человеку. Прежде подобные чувства были написаны лишь на бумаге, позаимствованные из фильмов и книг, в то время как сейчас главный источник его чувств стоит перед ним. Тепло. Комфортно. Хочется большего. Джисон сам не понимает, чего хочет, мечтает о большем, но не решается сделать и шага. Не решается протянуть ладонь, убрав с чужого лба локон волос, не решается сильнее сжать плечо. Не сейчас, не сегодня, быть может, когда-то. — Ты со многими познакомился? — хрипит Минхо, не прерывая зрительный контакт. — Почти ни с кем, — чуть отстраняясь от парня, кивает Джисон. Мозг будто отрезвел, а вся неловкость их положения накрыла Джисона туманом. Он убрал ладони с плеча Минхо, засовывая руки в карманы, но не отстранялся от чужой ладони, что неизменно покоилась на его талии. — Почти? — спрашивает Минхо. — Один парень нас встретил, представился, как Анн, — делая глоток, отвечает Джисон. Минхо не отвечает, его ладонь сжимается на боку парня, а глаза устремляются в пол. Джисон находит это странным, неосознанно начиная нервничать. Что за реакция? — Минхо? — Мм? — не отводя взгляд от пола, мычит парень. — Все хорошо? — Все хорошо, — шепчет Минхо, вновь встречаясь с чужими глазами. Джисон нервно улыбается, ощущая, как пальцы Минхо на его талии вновь чуть сжимаются. Не больно, даже приятно, просто… — Я рад, что мы познакомимся ближе. Джисон резко обернулся, отстраняясь от Минхо. На него смотрел Анн. Улыбка парня вызывала неприятные мурашки, а бледность кожи пугала. — Минхо, ты уже представил меня? — обнимая его за плечи, посмотрел на Джисона Анн. — Да, — кивнул парень, отстраняясь от его ладони. Голос Минхо показался Джисону чужим. «Да что происходит, мать вашу?» — Джисон, вы с Минхо дружите? — наклоняясь к Хану, громче сказал парень, перекрикивая музыку. — Д-да, дружим, а что? — он нахмурился. — А ты хотел бы что-то больш… — Анн! Анн, Прекрати, Джисо… — резко встрял Минхо. — Я не с тобой сейчас говорю, Мин, — перебил того Анн, закатывая глаза. Джисон сжал бокал, молясь, дабы стекло не треснуло. Вопрос выбил из колеи. Неужели его чувства так видны? Неужели все всё давно поняли? Стыд и тревога заставили сердце учащенно отбивать удары. Глаза судорожно забегали по комнате, ища Сынмина либо Феликса. Но ни того, ни другого видно не было. — Джисонни, — приторно протянул парень. — Расслабься, приятель. Анн похлопал Джисона по плечу, из-за чего захотелось резко отпрянуть. Что-то в этом парне его неистово отталкивало. Бледная кожа, торчащие в разные стороны волосы, синяки под глазами и впалые скулы. А ещё приторно сладкий запах. Тремор рук и тики. Настораживает. — Мы с Минхо друзья, не думаю, что… — Джисон остановился, вдыхая глубже, — что есть смысл что-либо менять. — Ах! А жаль, — хмыкнул Анн. — Ты понравился моему парню. Джисон непонятливо склонил голову вбок. — Оу-у, — протянул парень. — Тебе Минни не рассказал? — обнажая зубы, хохотнул Анн. — Что не рассказал? — медленно спросил Джисон, переводя взгляд на смотрящего в пол Минхо. — Мы пара, — легко ответил Анн. — И будем не против, если ты присоединишься. — Черт! Анн, блять! Я просил! — резко вскрикнул Минхо, привлекая внимание зевак вокруг. — Я, блять, говорил тебе! Схватив улыбающегося Анн за руку, до которого, кажется, и вовсе не доходил смысл сказанного, Минхо быстро его потащил, расталкивая толпу перед собой. Замерший Джисон, проводив спину Минхо взглядом, прикусил щеку изнутри, прикрывая веки. Он пропустил грустный смешок, глубоко вдыхая. На плече почувствовалась чужая ладонь. — Эй, чувак, — послышался голос со спины. — Забей, этот Анн придурок. Джисон обернулся, отрицательно кивая головой. — Я слышал ваш разговор, — признался парень. — Ты Джисон? Он кивнул, поднимая взгляд на незнакомца, подмечая рыжие волосы парня. — Про тебя Минхо много жужжал. — Да какая разница-то, — прошептал Джисон. — Просто поговори с ним, — похлопывая по плечу, улыбнулся парень, — пожалуйста. — Тебе-то какое дело, — устало бросил парень. Парень протянул руку. — Чонин — младший брат дурака Минхо. Будем знакомы, — улыбнулся парень. Джисон удивленно хмыкнул, пожимая ладонь. — Джисон, пожалуйста, это важно, — просил Чонин. — Важно? Разве? — горько прошептал Хан, чувствуя влагу на щеке. — Важно, очень-очень. — Поговорю, — пообещал Джисон, удаляясь в противоположную от парня сторону. Через пелену слез, словно в тумане, сбив несколько пьяных гостей по пути, он добрался до уборной, которая, к счастью, оказалась открытой. Замок щелкнул, а шум включенной струи глушил доносящиеся биты с колонок. Ладони обхватили холодную раковину, до боли сжимая края мебели. Дыхание участилось, а вздохи громко выходили изо рта. Джисон скатился на плитку, головой упираясь о шкафчики. Потные ладони дрожали, сжавшись в кулаки. «Чертова паническая атака». По щекам хлынули слезы, смешавшись со всхлипами. Пальцы крепко обхватили пряди, портя укладку. Джисон широко распахнул глаза, в попытке сконцентрировать внимание на интерьере комнаты: журналы, аккуратно сложенные в углу уборной, небольшие лампочки, вкрученные в стены, и образ Минхо, говорящего: «Думал, у тебя есть шанс?». Вновь зажмурив глаза, видел перед собой ухмылку на чужих губах и слова, бьющие по груди: «Джисонни, ты такой придурок, знаешь?». Минхо в его воображении ядовито смеялся, обнажая верхний ряд зубов, пока по его шее виднелась россыпь засосов, кричащих о присутствии Анн. Джисон расстегнул верхние пуговицы рубашки, в надежде получить прежнее количество кислорода. Перед глазами темнело, пока внутри бурлило чувство обиды. Обиды на Минхо, на их первую встречу, на глупые надежды, но в первую очередь — на себя. Чувство жалости охватило с головой, выпуская все больше всхлипов. Обидно. Жалко. Грустно. Глупо. Тревожно. Стыдно. Все перемешалось воедино, удушающе скручивая внутренности. Джисон не знает, сколько времени прошло. Минута? Десять? Час? Он сидел, уткнувшись головой в колени, окольцевав ноги руками, пока телефон в кармане не завибрировал. Парень открыл глаза, учащенно моргая. Всхлипы больше не мучали, а слезы на щеках засохли. Совсем не легче, даже после того, как дыхание пришло в норму, а руки не тряслись, словно перед судорогой. Нащупав вибрирующий гаджет, Джисон прочел, от кого исходит вызов. — Алло? — Ты где? — перекрикивая музыку, кричал в трубку Феликс. — В туалете, — стирая дорожки засохших слез, прохрипел Джисон. — Оу-у, ясно, — протянул Феликс. — Что? — встревоженно спросил Джисон, пока в голове пронеслись мысли о том, что голос выдает всю нервозность. — Ты там не один, да? — хохотал Феликс под шум рэпа. — Я отлить пошел, — потерев переносицу, хрипит Джисон. — Понял, мы в гостиной! — крикнул Феликс перед тем, как сбросить вызов. — В гостиной… — вторит Джисон, глядя на потухший экран. Поднявшись, Джисон глянул в зеркало. Отекшие глаза и красные губы из-за постоянных укусов. — Пойдет, — буркнул Джисон, включая напор воды. Холодные струи заполнили ладони, морозя кожу. Совершенно не легче. Даже после нескольких умываний. Вздрогнуть заставляет лишь резкий стук в дверь. — Суки, опять в парашах трахаетесь?! — завопил чей-то голос из-за двери. — Выхожу! — крикнул Джисон, выключая воду. В последний глянув в зеркало, Джисон отворил дверь, врезаясь в парня. — Слыш, — толкнул в плечо Джисона незнакомец. — Дрочить дома нужно, долбаеб. Скажи это Джисону в любой иной ситуации — обидчик без синяка не ушел бы, но не сейчас. Не когда губы подрагивают, а горло першит, прося о холодном напитке. Джисон, хмыкнув, подошёл к входной двери — желание находиться в помещении пропало, а мысли о собственной кровати манили как никогда. — Блять, — вздохнул Джисон. — Я должен попрощаться с Ликсом и Сынмином. Нехотя парень зашагал в сторону гостиной, пробираясь меж толпы. Людей, казалось, прибавилось в разы, а знакомых лиц видно не было. Осмотревшись по сторонам, Джисон направился к балкону, говоря самому себе о том, что если Феликса не окажется на балконе, он пойдет домой. Писать друзьям смысла не было, зная, что если они и ответят, то лишь к следующему дню и только с учетом везения. Дверь на балкон оказалась приоткрытой. Маленькая щель пропускала ночной воздух и свет фонарей, пока оставшиеся окна были зашторены, а сама дверь закрашена. Подойдя в порогу, Джисон замер, услышав знакомый голос. — … Ты чертов эгоист! — слышались громкие всхлипы. — Ты ублюдок! — Ты сам на это согласился. Ты полностью поддержал идею! — гаркнул грубый голос. — Потому что любил тебя! «Минхо. Это голос Минхо. И…» Джисон прикрыл рот ладонью, прижавшись к двери. Всхлипы не прекращались, заглушая скрип паркета, исходящий от, вероятно, чьих-то тяжелых шагов. Нервные шаги. Запах. Приторный запах… Анн. Это был Анн. — Нет, золото! Нет! — вновь послышался раздраженный голос. — Ты и сейчас любишь. — Ты путаешь! — всхлипнул Минхо. — Разве? — послышался смешок. — Я так не думаю. — Ты путаешь привязанность с любовью. Я не люблю и уже сомневаюсь, что любил. Шаги прекратились, а всхлипы стихли. — Ты сейчас на эмоц… — Заткнись, Анн! — громкий крик заставил Джисон затаить дыхание. — Наши отношения похожи на дружбу! — Какую, блять, дружбу? Черт, мы вместе год! Мы тесно связаны, наша встреча судьба, и ты с этим согласен! Мы близки как никто другой! — Близки? Близки как приятели, — резкий вопль Минхо ударил по стенам. — Ты приехал чертову неделю назад, сколько раз мы виделись? — Детка, ты начинаешь… — Я ничего не начинаю! Ты каждый день был с Илу на связи, что насчет меня? Ты даже знакомить нас не хочешь! — Я боюсь её обидеть, малыш, я люблю тебя… — А меня обидеть ты не боишься? — голос Минхо сломался в конце, смешавшись с новыми всхлипами. «Что за…» — Уходи, блять! Просто проваливай нахуй из моей жизни! — закричал Минхо. — Мы ещё поговорим, когда ты успокоишься, — послышался спокойный голос Анн. — Нам не о чем говорить! — отрезал Минхо. Дверь резко открылась, задевая Джисона по плечу. Выходящий Анн не заметил его, скрываясь в толпе. Сердце билось, как бешеное, а в голове пролетало «Ты должен успокоить его, иди к нему» вперемешку с «Не твое дело, сами решат». Джисон на секунду прикрыл глаза, сжимая и разжимая кулак. Заходя на балкон, парень прикрыл дверь, переводя взгляд с пола на Минхо. — Эй… — прошептал Джисон. Минхо сидел калачиком на полу, обернувшись в яркий пиджак, обляпанный коктейлем на рукаве. Он поднял глаза. Сердце Джисона пропустило удар: пропитанные разочарованием глаза, складка между хмуро сведенных бровей, закусанные губы. Минхо выглядел сломанным. — Можно? — спокойно спросил Джисон, не находя силы сделать шаг в сторону дрожащего Минхо. — Ты все слышал, — всхлипнул, не спрашивая, а, скорее, озвучивая факт. — Садись. Джисон аккуратно сел рядом, поднимая глаза на звездное небо. Тело окутало чувства дежавю: Минхо, которого Джисон знает от силы две недели, сидит на балконе его дома, пока они, смеясь, пьют пиво, обговаривая все на свете и одаривая друг друга улыбками. Джисон мелко улыбнулся, вспоминая тепло, что грело его в последние холодные дни, исходящее от собственного воображения, которое придумало шанс на их совместное будущее. Больно. Но куда больнее слушать приглушенные всхлипы рядом, исходящие от напряженного тела. — Слышал, — подтверждает Джисон минуту спустя. — Ты разочарован? Вопрос удивляет Джисона. — Тебя волнует, разочарован ли я? — поворачивая взгляд на макушку Минхо, выглядывавшую из-под яркого пиджака, спросил Джисон. Минхо кивает, шмыгая носом. — Как я могу быть разочарован? Это твоя жизнь, твои отношения. — Ебал я такие отношения. Джисон горько улыбается, продолжая бегать взглядом по свернутому в калачик парню. — Возможно… есть шанс все исправить? — шепчет Джисон, кладя руку на колено Минхо. — Все проебано, — мычит, поддаваясь поглаживаниям чужой ладони. — Уже давно. — Вы вспылили, с кем не бывает, — слова даются тяжело, словно горьким комом оседая в горле. — Не со мной, — поднимает голову Минхо. — Я неудачник и самый тупой человек в мире. — Неправда, — отрицательно мотает головой Джисон. — Я так не думаю, — шмыгает носом Минхо, укладывая голову на плечо Джисона. — Я полный долбаеб. — Точно такие же слова я слышал, когда ты думал, что плохо подготовился к астрономии, но итог — получил высшую оценку среди всей параллели, — поглаживая бедро, улыбнулся Джисон. — Но это не астрономия. — Везде можно найти взаимосвязь, — жмет плечами Джисон. — Ты чертов оптимист и ничего не знаешь. — Не отрицаю, я правда ничего не знаю. Но мне показалось, что Анн любит тебя, — пытаясь совладать с эмоциями, произносит Джисон. — Разве это любовь, когда тебе недостаточно партнера? — прошептал Минхо. — Мм? — Я много болтаю, — хохотнул Минхо, шмыгая носом. — Я здесь, чтобы слушать. Я рядом, потому что хочу слушать, Минхо, — укладывая голову на чужую взлохмаченную макушку, спокойно произносит Джисон. Минхо громко вздохнул, опустив ноги на пол. — Анн из-за учебы переехал в Италию, а на каникулах мотается в Корею, — начал Минхо. — Когда он вновь уехал на учебу, он впервые намекнул на то, что ему тоскливо. Сначала я подумал, что он намекает на мое отсутствие, но затем он все чаще начал упоминать о связях на стороне. Я не придал этому значения, подумав, что это шутки и не более. Но когда он сказал, что… — Минхо резко запнулся, сжимая в кулаке ткань пиджака. Джисон напрягся, проглатывая вязкую слюну. Аккуратно дотрагиваясь до чужой холодной ладони, он переплел пальцы, поглаживая большим пальцем по сухой коже. — Он предложил свободные отношения? — спросил Джисон, улавливая тяжелое дыхание Минхо. — Полиаморию, — тихо сказал парень. — Он предложил полиаморию. Джисон замер, на секунду прекращая поглаживания. Брови удивленно вскочили, а в груди неприятно защемило. — А ты…? — А я согласился, — грустно усмехнулся Минхо. — Потому что боялся, что он бросит меня. Никто не издал ни звука. Джисон вздохнул, поднимая взгляд на звезды. В голову ударил момент с прогулки, воспоминанием обрушились слова Хёнджина: — Я не люблю копаться в головах других, но Минхо изменился в последнее время. Причину не знаю, но догадки есть. Просто если ты узнаешь что-то, что может шокировать тебя, отнесись к этой новости так, будто это глупость. Будто это что-то, что должно быть в жизни Минхо, дабы он осознал происходящее. И отрезвляющее: — Джисон, не стоит сейчас об этом думать. Ещё не время, — вновь сказал Хёнджин. Ураган, что бушевал в Хане с начала вечера, теперь казался никчемным. Вот, что скрывал Минхо. Вот, о чем говорил Хёнджин. Хотелось закричать, завопить и убежать. Но имел ли Джисон на это право? Он отвечал себе честно: нет. Ему ничего не обещали, в любви не клялись и сердце не растаптывали, только… — Но ты и сам не против был, — начал Джисон. — Та вечеринка, ты тогда… — Черт… — усмехнулся Минхо. — Я хотел заснять поцелуй и отправить Анн, хотел вызвать у него ревность. — Ты сказал, что не любишь его, — медленно произнес Джисон. — Тяжело объяснить, — прикрыл глаза Минхо. — Я надеялся, что чувства остались. Думал, что если отправлю фото с поцелуем, он будет ревновать и поймет, какого мне. Я верил, что смогу вернуть прежние чувства к нему. Но я не люблю этого человека, я просто привязан. Хёнджин твердил о расставании, но я не могу. — Почему? — Я привязан к нему, — пропустил грустный смешок Минхо. — Это все, что я к нему чувствую. — Поэтому эта ссора ничего не значит? Минхо пожал плечами, вытирая дорожку слез свободной рукой. — Я не знаю, Джи. Я не хочу, но так будет проще, — выдохнул Минхо. — Проще? — удивился Джисон. — Кому? Тебе? Ему? — И не мне, и не ему. Проще… м-м… — Минхо остановился. — Прости, я не могу. — Что не можешь? — Я не могу сказать. Если бы… Черт, я не знаю, Джи, — вскрикнул Минхо. — Такая хрень, что я не знаю. — Ты надеешься, что чувства вернутся? — попытался Джисон. — Не вернутся, и я не надеюсь, — хмыкнул Минхо. — Дело в другом. — В другой ситуации? — В другом человеке. Джисон вздохнул. Теперь и вовсе ничего не понятно. Настолько, что хочется плакать. Нельзя, не сейчас, когда на плече покоится голова Минхо, а пальцы переплетены с чужими. Не сейчас, пока Джисон может вдыхать запах чужих волос и прижиматься ближе. — Не понимаю, — расстроенно улыбнулся Джисон. — Я тоже себя не понимаю, но… — Минхо запнулся. — Представь: сейчас ты работаешь на одной работе. Это престижный офис, средняя зарплата, все нормально, но босс вечно кричит, премии не дают, а свою должность ты ненавидишь. Но ты привык, ты привязан к ней. И тут, идя в офис по привычному маршруту, ты замечаешь вывеску, оповещающую о свободной вакансии на должность твоей мечты: высокая зарплата, свободный график, ежемесячные премии. И ты хочешь подать заявку, но для этого тебе потребуется уволиться с нынешнего места работы. — А увольняться обязательно? — улыбается Джисон барахтающимся ногам Минхо, что по-детски дергал ими. — Да. — А каков шанс, что меня возьмут на работу? — Да хуй его знает, — смеется Минхо. Джисон задумчиво молчит, прокручивая в голове варианты. — Я попробовал бы, — уверенно кивает Джисон. — Пусть лучше я останусь ни с чем, но хотя бы попытаюсь. Шанс всегда есть, даже если он невелик. В начале я бы прощупал почву, скажем, обдумал все: есть ли у меня что-то конкурентное, как, например, высшее образование или сертификаты, подхожу ли я под критерии работодателей, а затем бы уверенно действовал, — на одном дыхании произнес Джисон. Минхо задумчиво мычит, играя с пальцами Джисона. Он внезапно хихикает, чем вызывает непроизвольную улыбку на губах Джисона. — Тогда я попробую, — шепчет Минхо. — Что попробуешь? — Действовать, — хихикает Минхо. — Опять загадками говоришь, — похлопывает Минхо по спине парень. — Прощупываю почву, — поднимая взгляд на Джисона, играет бровями Минхо. — Я никогда не привыкну к твоему флирту, — охает, смущаясь, Джисон, смотря сверху вниз на кошачий прищур. — Такой уж я, — улыбается Минхо, облизывая губы. Джисон задерживает взгляд на глазах, медленно опуская взгляд на губы Минхо. Джисон выдыхает, когда рука Минхо оказывается на его щеке. Он чувствует, как щеки начинают гореть, а неоднозначный жест искушать. Хочется податься вперед, но отрезвляющий сигнал тревоги бьет в голову: он этого не хочет, это все, чтобы вывести Анн на ревность. Джисон улыбается, отстраняясь, под удивленный взгляд Минхо. — Прости, — шепчет Минхо, убирая ладонь. Джисон, прокашливаясь, встает с пола, упираясь ладонями в перила. Парень полной грудью вдыхает холодный воздух, прокручивая их с Минхо диалог. В голову лезут тревожные мысли, но их прерывает рев мотора, доносящийся с улицы. Джисон опускает голову вниз, замечая мотоцикл, стоящий под подъездом. — Хёнджин? — охает Минхо, ставший рядом. — И Феликс, — удивленно добавляет Джисон. — Неожиданно. Сидящий на мотоцикле Феликс окольцевал Хёнджина, прижимаясь к спине. Хёнджин, находясь за рулем, поправляет шлем. Слышится звук мотора, и Джисон улыбается, видя, как парни заезжают за дом в направлении трассы. Кажется, их ждет интересная ночь. — Хоть у кого-то все хорошо, — хмыкает Джисон. — Это байк Анн, — говорит Минхо, ловя удивленный взгляд Джисона. — Анн никогда меня на нем не катал — то бензина нет, то настроение плохое, то прав нет. К слову, у Хёнджина тоже прав нет. — Что?! Блять! — Джисон достает телефон, ища контакт Феликс, как вдруг его телефон вырывает Минхо. — Он на мотоцикле с семи лет, просто родители забрали его на починку. — Он без прав гоняет? — удивляется Джисон. — На фальшивых, но катается он лучше, чем ходит. Все безопасно, — успокаивает его Минхо. — И как Феликс согласился?… — Джинни купил на днях шлем с мотогарнитурой, а твой белобрысый любит петь, — улыбнулся Минхо. — А ты откуда знаешь? — Хёнджин все уши про него прожужжал. Ради Феликса посмотрел «Дневники вампира», добавил в плейлист его любимые песни и ездил с ним на соревнования по танцам. — Ахуеть, — удивляется Джисон. — И эта падла мне ничего не сказала! Разливается смех между парнями, охватывая стены балкона, а Минхо прижимается к Джисону. Джисон дает себе обещание подумать позже, не сейчас, когда Минхо тянет его на воображаемый танцпол, вручая ему яркие коктейли, и одаривает нежными улыбками, притягивая ближе за талию и двигаясь под громкие биты.