Ревную? Нет что ты...

Ревную? Нет что ты, он знаешь, как большой плюшевый мишка. Сначала он мечта. Стоит за стеклом витрины такой недоступный, но прекрасный. Потом, решаешь. Однажды утром, ты разобьешь копилку, сгребешь монеты которые копила на мечту и бежишь в магазин. Ждёшь эти мгновения. И вот, он твой. Этот плюшевый мишка теперь твой, только твой, он больше не стоит за стеклом не смотрит на всех. Он видит только тебя, вам хорошо вместе, ты тонешь в его объятия и думаешь: — Как же хорошо что я решила… Потом проходит время, лишь с одним мишкой скучно. Ты видишь парня на улице, он очень красивый. Но в это мгновение твой плюшевый мишка обращается диким медведем, он рычит а его огромные клыки смыкаются на твоей шее. Ты понимаешь ошибку и ещё какое-то время проводишь только с мишкой. Он в это время снова плюшевый, он снова твой. Твой центр вселенной и смысл жизни. Ты забываешь прошлое раны затягиваются и снова думаешь: — Как же с ним хорошо. Он лучший, лучше не найти, он тот кто сделал твою жизнь лучше. Тебя больше не тревожат мысли о матери, страх что отец придёт пьяный и придёт прятаться под кроватью или босиком бежать по улице. Пока он гонится с ножем. — Он хороший, — думаешь ты. Он заставил тебя переехать ты же уже взрослая девочка. И пора бы съехать от родителей. Но вот вновь становится скучно. Вновь красивый парень на улице, может он даже улыбнулся тебя и вы о чём-то поговорили. Но вот и он. Ты чувствуешь его дыхание, слышишь рык. Через мгновение получаешь пощёчину. Когтистые лапы оставляют следы на руках а клыки вновь смыкаются на шее. Ты сидишь полу в ванной, клеешь пластыри на кровоточащие раны а они отклеиваются. Но ты не останавливаешься и раз за разом клеешь пластырь. А он стучит в дверь и что-то говорит. Ты остановившись, прислушиваешься и слышишь. Он умоляет простить, говорит что виноват но не смог себя контролировать. Говорит что любит тебя больше жизни, обещает что больше этого не случится и умоляет открыть дверь, и ты веришь. Ты же тоже его любишь и помнишь что он хороший, на самом деле. Или как минимум утром тебе так казалось. Ты бросаешь пластыри, открываешь дверь и видишь что по его щекам текут слезы. Он плакал. Значит точно сожаеет. Правда? Нельзя так играть. Он обнимает, от былой злости нет и следа но тебе больно и почему мерзко от этих объятий. Он садит тебя на стул а сам встаёт на колени. Он нежно, касается ран и хочет помочь. Помогает, на руках и шее бинты, ты никому не скажешь об этом. Ну, он ведь добрый и обещал изменится. Ты носишь закрытую одежду и если руках заметят бинт, скажешь порезалась. И вот опять, ты уверена что он хороший, мягкий и добрый. Что он лучший, что спас тебя и вообще-то могло быть хуже. Он снова центр твоего мира и смысл жизни. Но от прикосновений тошно и на теле шрамы. А он каждый раз как на зло обводить их пальцем. И пусть в касаниях нежность, тебе видятся когти. В его глазах ты видишь свою боль, вместо его любви. А голос не как прежде ласков а почему то напоминает рык. Тебя тошнит от него, от себя. И теперь нет былой уверенности что деньги потраченны не зря.