Вечное заточение.

"Ты ушёл, не освободив меня.” Стоя на его могиле, он не понимал, зачем его возлюбленный совершил тот грех. Грех, который уже не искупить. Самоубийство. Николай прекрасно знал, что Фёдор хотел искупить свои грехи перед Господом, но свернул не туда. Смерть не поможет избавиться от проблем. Николай не хотел грешить, ведь и так нарушил слишком много запретов. Почти что все смертные грехи, и в Фёдоре он видел своё искупление и свободу. Он думал, что если Фёдор убьёт его, он сможет обрести свободу, но всё обернулось так, как никто не ожидал. Николай за долгое время позволил себе проявить реальные эмоции, а не пытаться быть шутом или изображать грусть. Маленькая слезинка упала на надгробный камень и скатилась ровно до даты смерти. 19.09.2019. Красивая дата. —А ведь у меня было столько планов с тобой, но ты так резко покинул меня, даже ничего не сказав. Впрочем, это в твоём стиле. — Николай любил поговорить с собой, но если бы это было не кладбище, прохожие подумали бы что он сходит с ума. А ведь так и есть. Прошло ровно два месяца, с момента смерти Фёдора и эти два месяца тянулись слишком долго. Невыносимо долго. Сравнить их длительность, можно было с длительностью заживления царапин на теле Николая, которые он неоднократно оставлял на своих плечах, принимая длинные ванны. Наносил он их себе специально. Сначала обнимал, пытался вспомнить какого это было когда Фёдор его впервые обнял, но по итогу это заканчивалось очередным приступом самоповреждений. Карта с глаза упала, прямо на место где захоронен друг, приятель и возлюбленный. Да, именно возлюбленный, ведь Гоголь не страдал бы так, если бы это был просто друг. Не лучший, а просто. Тот кому можно всегда найти замену, но угораздило же светловолосого влюбиться. Он никогда не говорил что происходит у него на душе. Не потому что боялся показаться каким-то ненормальным, нет. Он испугался своих же чувств, поэтому долгое время молчал, но так и не смог признаться. —Шуту чувства чужды. — Всегда отвечал Николай, что не спроси его про чувства. Постоянные отговорки по типу — "Ой ну что Вы. Я всего лишь шут, как я могу что-то чувствовать?" А ведь может, но боится это признавать. Иногда. Нет, не иногда. Всегда, он жалел о том, что слишком сильно вжился в роль клоуна. Особенно он начал жалеть после того как влюбился. Жалел он и сейчас, но больше всего, за то что не заметил никаких намёков со стороны Достоевского. —Эх, Фёдор. Я знаю, ты меня уже вряд ли услышишь, но будь другом, скажи... Почему ты не предупредил меня? Почему я не видел никаких посылов к твоему плану. Ты шёл к искуплению и согрешил ещё сильнее, только уже в последний раз. А ведь я нашёл того, кто сможет смыть с меня тот позор, те грехи что я совершил! Это был ты! Ты, богоподобный человек, что дал надежду на свободу и где это всё сейчас?! Ты унёс это с собой в могилу, даже не позвав меня! Фёдор Достоевский, ты самый эгоистичный человек, которого только можно было полюбить! — Уже на последнем дыхании, кричал Николай. Было больно и обидно. Со временем, внутри Гоголя нарастала некая паника, что в миг укратила всполох негативных эмоций. Тело ослабло и светловолосый сел на скамеечку, дабы не упасть. —Я надеялся что ты убьёшь меня. Освободишь меня, ведь ты единственный кто мог мне дать вечную свободу. Только при тебе я мог раскрыть свои крылья и пархать, но сейчас мои крылья подрезаны и мне никогда не выбраться. Теперь я навсегда в этом грязном мире. Теперь я...В вечном заточении.