Добро пожаловать в детский дом "Солнечная Система!"

      Сатурн вернулся. Дети ещё никогда не были так рады видеть своего воспитателя, Землю с Венерой даже кольнула обида, ведь они из кожи вон лезли, чтобы понравиться мелочи, а те так радуются их "понижению".       В честь возвращения было устроено небольшое чаепитие. Дети радостно бегали, некоторые даже не понимали, в честь чего праздник, но от конфет с чаем не отказывались.       Рядом с Землёй сидели Марс и Меркурий, которые поддерживали своего друга. Первый же начал слегка загоняться, что был недостаточно хорошим воспитателем. Венера сидел в стороне. Ему также было не очень приятно это празднование, выглядело так, будто все рады не возвращению Сатурна, а уходу с постов новых воспитателей. М-да, звучит слишком эгоистично.       "Даже сейчас ты думаешь только о себе", — язвил противный голос в голове.       Взгляд невольно пробежался по руке Марса, который приобнимал Землю. Он давно понял, что он с Меркурием друзья Земли, а не его, и ему казалось, что он свыкся с этой мыслью. Похоже, что нет. С Меркурием отношения никогда не складывались, рыжий думал, что новенький в их компании переманил всё внимание на себя и все откажутся от него, а Марс... А что Марс? Он никогда не хотел дружить со странным, не особо красивым одноклассником, но когда Венеру притащил Земля, тот смирился и не стал показывать своё "фе".       Венера резко встал и ушёл к черному выходу. Тут было громко. Его мысли были слишком громкие.       Юноша думал, что его уход никто не заметит и он быстренько вернёшься обратно, но это ложь. Энцелад обратил внимание на быстро удаляющуюся фигуру и решил пойти за ним. Ну а почему нет то? Все ребята обсуждают прошедшие неделю, а шрамчатый не участвовал в жизни своей группы в это время и чувствовал себя, откровенно говоря, не в своей тарелке.       В отличие от старшего незаметно свалить у мелочи получилось лучше, и вот он уже стоит за спиной рыжего, думая, чтобы ему такого сказать.       — Че делаешь? — недовоспитатель подавился со страху, роняя что-то горящее на траву и откашливая дым.       — Ты больной что ли? Ты че тут забыл, а? — успокоившись спросил Засткнутый.       — Бля, их и так мало, ещё и ты, — пробурчал под нос себе парень.       — Куришь что ли? — заинтересованно уставился за упавший бычок подросток.       — Видел шутку "а тебя это ебать не должно"? Намёк ясен? — шикнул старший.       — Фу, какой плохой пример вы, мистер Венера, подаете младшим, — ржал блондин.       — Свали.       — Неа, — всё ещё улыбался шрамчатый.       — Дашь одну? — попытал удачу тот.       — Чтоб меня уволили? Ещё че сделать? — съязвил воспитатель, зажигая вторую.       — Стоило попытаться. Как давно куришь? — мелкому было скучно, и он решил развести Венеру на какой-никакой диалог.       — Тебе заняться нечем? Ну, лет с пятнадцати. И даже не начинай говорить: "мне почти пятнадцать, поэтому дай".       — И не думал.       — Вот и славно.       Повисла неловкая тишина, и Энцелад начал придумывать, чтобы такого спросить, но в голову лезла какая-то херня, и он решил вслух проговорить только что-то отдалённо напоминающее нормальный вопрос.       — А кто-нибудь ещё знает? — подросток уже знал ответ на вопрос.       "Ну разумеется, Марс, Меркурий и Земля знают, дебил. Они же друзья", — пронёсся в голове первая здравая мысль за день.       — А че, решил меня спалить? — послышался смешок.       — Нет, не знает никто, и ты молчи, — закатил глаза рыжий.       — Серьёзно? А друзья твои? — искренне удивился мелкий.       — А им это знать необязательно. Че им до этой инфы?       — Ну, вы же так много общаетесь, и они ни разу не замечали?       — Че ты заладил-то, а? Нет, не замечали. Выбери уже другую тему, а то меня щас от собственных сигарет стошнит, — тот и вправду выкинул уже вторую недокуреную папиросу в траву, наступив сверху кроссовком.       — А как вы вообще познакомились и начали дружить? — не унимался теперь мелкий.       — Ох, там пиздец какая долгая история, — начал отнекиваться Венера, но Энцелад был непреклонен.       — Ну пожалуйста!       — Агх, ладно, слушай, раз так хочется. Началось это всё в классе пятом вроде.

****

      Венера сидел в новом классе, оглядывая ребят вокруг себя. Было первое сентября, и ребята увлечённо рассказывали друг другу истории с недавно закончившихся каникул и не особо замечали двух новых ребят в коллективе. Или нет, одного из них они точно заметили. Мальчик был кудрявым блондином, его короткая чёлка слегка падала на голубые, как океан, глаза. Простая белая рубашка была заправлена в чёрные штаны, а на ногах красовались какие-то новомодные дорогие кроссовки. Такого было сложно не заметить.       В кабинет зашла учительница, и все замолчали. Она подняла двоих ребят, и это был первый удар по самооценке маленького Венеры. Все взгляды были устремленны на другого мальчика, который представился Землёй, все вопросы задавались ему, а Венера... А что Венера? Он просто представился и ушёл к себе, потому что в остальном он был уже неинтересен. Он решил показать свои способности в учёбе, не зря же он был отличником в прошлой школе? Но, как оказалось, этот Земля и тут оказался лучше. Казалось, тот никогда не получал даже пять с минусом, не то что четыре, а Венера мог иногда схлопотать и двойку, и тройку. В таком соревновании, в котором участвовал только Венера и его личные тараканы, прошёл пятый класс и начало шестого, а потом рыжий просто сдался. Он просто понял тот факт, что ему даже сравняться с идеальной Землёй не получится. До конца года Венера просто затих, скатился по учёбе, забил на форму, начал прогуливать уроки, огрызаться с учителями. Докладные писал почти ежедневно, родителям звонили каждый час, но за всё время обучения парня в этой школе трубку никто так и не поднял. В итоге он стал, по мнению учителей, "неуправляемым".       В седьмом классе этот идеальный Земля наконец-то заметил несуразного рыжего, тихого мальчишку, который не общался ни с кем, о котором никто ничего не знал, который просто был и всё. Блондин подошёл к рыжему и решил познакомиться и даже подружиться. В то время Земля уже дружил с Марсом, но второй к Венере не проявлял никакого интереса, поэтому авантюру друга поддержал только косвенно и решил просто не лезть.       В итоге у этих двоих оказалось больше общих интересов, чем могло показать в самом начале. В итоге и с Марсом получилось подружиться, да, не так близко, как с Землёй, но всё же. А потом к их компании примкнул Меркурий.       Они друг другу сразу не понравились. Венеру попала мысль снова остаться одному, а Меркурий просто хотел иметь друзей, особенно в такой крутой, по мнению многих, компании.       Венера даже сам не понял, как стал цепляться к каждому движению Меркурия, как начал называть того писклей, как начал издеваться над его ростом, возрастом, внешностью.       Рыжий отвешивал шутки в духе "у тебя грязь на лице, а ой, это же твои веснушки", "не думал этот кошмар замазать? Тебе не идёт", "слышал, карлики долго не живут? Гроб заказал уже?", "о, перваки идут, Меркурий, иди к своим сверстникам" и подобное.       И так бы всё продолжалось, но в какой-то момент этим двоим пришлось остаться вместе один на один, и рыжий будто прозрел. Он слушал истерики и обзывательство в свою сторону, пока парень, которого уже никто не назовёт писклей, бил обидчика в грудь, сбивая свои кулаки и пачкая кофту Венеры своей кровью и кровью с Венереного разбитого носа. Успокоившись, старший просто ушёл домой, где вдуплял ещё часа два в стену, вдыхая пропахнутый сигаретами и алкоголем воздух и думая, каким же он был мудаком.       В итоге никто так и не знает об этом инциденте, а эти двое стараются поменьше контактировать по сей день.       А потом к ним присоединилась Тэя...

***.

      — Хэй, вы че тут? — послышался слегка проплаканный глас Земли.       — Мы просто общаемся, — начал Венера, но его перебили.       — Мистер Венера рассказывал о том, как вы начали дружить! — воскликнул Энцелад.       — Вот и нафиг ты это сказанул? — прошипел рыжий.       — Правда? Как мило, богиня любви и красоты, — начал улыбаться синеволосый, повиснув на "друге".       Венера положил одну свою руку на спину красавчика, а второй показал подростку, чтобы тот свалил от греха подальше.       — Ты че разнылся опять? — начал рыжик.       — Ничего, — буркнул Земля, уткнувшись носом в белое пятно на плече.       Так они и стояли ещё минут двадцать. Венера качался из стороны в сторону, успокаивая голубоволосого, поглаживая по крашеным волосам и слушая сопение успокаивающегося парня.

***

      Уран сидел за столом с воспитателями, обводя глазами всё вокруг. Всём, казалось, было весело, но только не ему. Взгляд зацепился за Сатурна, которого обнимал очередной ребёнок, а русый смеялся, гладя малыша по волосам.       Послышался хруст пластика, и Уран отвлёкся от созерцания этой картины на свою руку. По ней лился вишнёвый сок из святого в порыве злости стаканчика.       "Да, блять", — смотря на капельки бордовой жидкости, которая испачкала ему пышные рукава новой рубашки.       Пришлось вставать и уходить в уборную, чтобы сполоснуть руки от липкой жидкости и придумать, что делать теперь с рубашечкой.       Смотря в свои же светло-голубые глаза, Уран начинал вскипать. Его бесила его зависть к Сатурну, его бесил сам Сатурн, и эта злоба могла только выливаться в вечные слезы, истерики и новыми синяками на руках и бёдрах. Солёные капельки уже начали стекать с подбородка, падая в раковину. Рука прикрыла очи, а тело сложилось в две погибели, содрогаясь в схлипах.       Дверь открылась, и послышались приглушённые удары кросовк о плитку, но голубоглазый игнорировал всё, надеясь, что человек просто зайдёт в кабинку и забьёт на стоящего рядом с раковиной. Он ещё никогда так не ошибался.       — Хееей, Уранушка, ты где? — послышался слегка весёлый голос никого иногда как Нептуна.       — Нептун, уйди, пожалуйста, — голос предательски дрогнул.       Но парень не выполнил просьбу, а наоборот быстрым шагом направился к ревущему. Руки обвились вокруг талии уже выпрямывшегося Урана. Второй просто развернулся лицом к своему молодому человеку и уткнувшись лицом в мягкий синий свитер, чисто по-мужски, разрыдался. Прям день слез.