Поле золотых колосьев

Намджун ехал по дороге, залитой дождем. Впереди маячила какая-то машина, но больше никого поблизости не было. Намджун поежился. В воздухе чувствовалась почти осенняя слякоть, когда ещё тепло, но по утрам не хочется вылезать из постели. Он не был в этих краях уже очень много лет, со своего пятилетия, и не помнил почти ничего. Лишь теплые заботливые руки бабушки, ярко желтую луну и бесконечное поле золотых колосьев. Намджуну казалось, что посевам нет конца, ведь сколько бы он не бежал они не заканчивались. Но ему было пять. Это было так давно. Намджун встряхнул головой, поежился, отгоняя от себя липкую морозь. В машине было тепло, но от неприятных ощущений это не спасало. Машина, маячащая последние пару часов впереди, свернула за поворот, и Намджун остался на дороге совсем один. Он притормозил на обочине, сверился с картами. Ехать предстояло ещё три часа. Намджун вздохнул, поднял голову вверх, ловя лицом мелкие капли дождя. Почти осень. Угораздило же бабулю изъявить желание увидеться именно сейчас. Ведь прошло столько лет. Намджун спрашивал у матери, почему они тогда уехали, но та лишь покачала головой, говоря, что не хотела, чтобы ее сын рос в глуши. Спустя два с половиной часа дорога свернула на грунтовую и затерялась в лесу. Намджун оставил машину чуть в стороне, в зарослях кустарников. Он надеялся провести с бабушкой пару дней, а потом вернуться в свой привычный мир. Дождь всё не заканчивался, но здесь, среди огромных деревьев, он словно не достигал земли, а растворялся в воздухе, окутывая со всех сторон. Бабушка встретила Намджуна очень радушно. Повесила на крючок плащ, заварила крепкий чай с местными травами. Намджун согрелся и, устроившись поудобнее в кресле, заснул под тихую болтовню бабушки. Она что-то говорила о прошлом и том, как сильно соскучилась, каким красавцем он вырос. А Намджуну снилось то бесконечное море из золотых колосьев, которое всё не кончалось и не кончалось. Утро пришло пением птиц и лучами солнца в окно. Намджун потянулся и встал с кровати. Видимо, в полудреме все же сумел добраться до места поудобнее кресла. Бабуля уже приготовила завтрак и разлила по чашкам свой самый ароматный в мире чай.       − Бабуль, а где здесь поле? Пока шел сюда, не заметил ничего похожего. Деревушка у вас небольшая, все леса кругом, а я помню золотые колосья.       − Удивительно, что ты помнишь, − бабушка подняла на него взгляд. − Ведь тогда совсем маленький был. После того случая вы и уехали. Дочка моя, твоя мама, испугалась, что он за собой тебя уведет и не отпустит больше.       − Кто? Не было никого. Помню только, что бежал по полю. Оно было таким большим, казалось мне бесконечным.       − Большинство считает его духом здешних земель, чаще всего выглядит как лесной кот. Прыгает с ветки на ветку, смотрит, близко к себе не подпускает.       − Бабушка, ну это же детские сказки, − Намджун готов был поверить, что поле ему привиделось, может, рассказов каких в то время наслушался.       − Сказки, не сказки, но на поле его ты был. Когда мы нашли тебя в лесу, ты колосок золотой в руке держал и таким счастливым был, раскраснелся от бега, − с удовольствием вспоминала бабушка. − Всю деревню можешь обойти, на десятки километров вокруг нет тут полей никаких, и кого спроси − у виска покрутят.       − Может, я его нашел просто где-то. Дикое какое.       − В лесу-то? − бабушка рассмеялась. − С того раза никто больше поле не видел, и с лесным духом не разговаривал.       − Так и я ничего такого не помню, − Намджун был уверен, что не общался ни с кем.       − Старейшина сильно просил вас с матерью остаться, но она была непреклонна. А сейчас уж стара я стала, хочу с внуком времени немного провести. Вот наследство заранее показать. Только не выручишь ты за него много, кому этот домишко ветхий нужен.       Бабуля вздохнула и стала дальше по хозяйству хлопотать, пока Намджун завтракал.       Каждую ночь здесь, в лесу, ему снился тот сон − желтая луна и бесконечное поле золотых колосьев. Днем он помогал бабуле по хозяйству, гулял по округе, всегда внутренне чувствуя, куда надо повернуть. Он иногда специально пытался рассмотреть среди ветвей дикого лесного кота, но никого не замечал. Белки и те лишь изредко показывали свои пушистые хвостики.       − А у него там всегда ночь что ли? − поинтересовался Намджун за обедом, через три дня своего пребывания в деревне. В цивилизацию, на удивление, возвращаться не хотелось. Здесь было так тихо и хорошо, что Намджун наконец стал высыпаться, появился здоровый аппетит, да и жизнь заиграла новыми красками. Он решил остаться на пару недель, до самого конца отпуска.       − Ты про кого это? − поинтересовалась бабушка.       − Да про духа вашего лесного. Я луну помню, солнышко точно не светило.       − Нет, ты просто проснулся ночью. Видимо, что-то привлекло тебя, вот через окошко-то и выбрался. Мать пришла проведать, как спится, а в кроватке никого. Всю деревню на уши подняли, нашли быстро. Думаю, к тебе котейка в кровать и запрыгнул, за собой позвал. Намджун задумался, не помнил он ничего больше. И ночью решил по округе пройтись, посмотреть, не мелькнет ли где хвост. Но его не было. Ночь оказалась самой обычной. Величественные деревья скрипели, покачиваясь от ветра, сквозь их кроны виднелись звезды. Освещавшая небольшие полянки и крыши домов луна была совсем не желтой, а самой обычной.       Намджуну продолжали сниться сны, пока в одну из ночей все не изменилось. Он проснулся от тихого шороха и, открыв глаза, увидел на окне кота. Тот с интересом наблюдал за Намджуном своими зелеными глазами, иногда щурясь.       − Ты чего пришел? − бабушка завозилась на своей кровати, и Намджун стал говорить тише. − Это ты лесной дух? Кот ничего не отвечал, он прыгнул на кровать и вальяжно прошелся, демонстрируя себя во всей красе. Шерстка лоснилась, и только сейчас Намджун заметил на ней отблески совсем непривычного теплого света луны. Она была желтой, как в ту самую ночь. У Намджуна забилось сердце. Он вскочил с кровати и уже собрался пролезать в окно, как кот мяукнул. Обернувшись на него, Намджун увидел лишь хвост, исчезающий за дверью. Ночь была тихой. Чуть слышно шуршали травы, когда Намджун задевал их ногой. Он оделся, не стоило демонстрировать всяческим духам себя в трусах и футболке. Так что перед выходом из дома, Намджун натянул джинсы и толстовку, ночь всё же. Кот бежал немного впереди, ловко перепрыгивая кочки и корни деревьев. Намджун следовал за ним, ему не было страшно, в крови играло любопытство и желание увидеть то самое поле, убедиться, что это был не сон. Они всё бежали и бежали. Кот немного впереди, Намджун позади. Пока в какой-то момент, как по щелчку пальцев, не расстелилось перед ними огромное поле золотых колосьев. Намджун дотронулся до одного − самые настоящие! И луна − настолько огромная, что занимала половину неба. Намджун посмотрел вниз, кот сидел перед ним, но в глазах было столько тоски и боли, словно предал его кто-то. Радость от найденной сказки отошла на второй план. Намджун протянул руку, чтобы погладить зверька, как тут же погода резко испортилась. Поднялся сильный ветер. Он трепал одежду Намджуна, а мелкий дождь застилал глаза. Кот резко рванул вперед. Намджун почувствовал, что надо за ним. Вопреки всему, следовало добраться до самого конца посевов. Идти было сложно. Ноги не слушались. Ветер лютовал, сбивая с ног. Колосья, что пару минут назад были величайшим чудом, сейчас запутывались в капканы не давая и шагу ступить.       − Подожди! − крикнул Намджун. Он с трудом различал кота из-за дождя, лишь угадывал по очертаниям его силуэт. Намджун остановился, перевести дух, но потом снова рванул вперед, выдирая ноги из плена колосьев, закрывая глаза рукой от надоевшего дождя и ветра. Он шел и шел вперед, пока всё не стихло так же неожиданно, как началось. Намджун вновь бежал среди золотистых колосьев по бесконечному полю. Ему хотелось смеяться. Желтая луна освещала путь, а рядом бежал кот.       − Твое испытание, да?       Кот поднял голову и сощурился.       − Оно ведь никогда не закончится, да? − Намджун затормозил. Позади него и впереди не было границ у этого золотого цвета. − Никогда не закончился, − повторил он и глубоко вдохнул.       − Закончится, если я захочу. Намджун резко обернулся на голос. Перед ним стоял потрясающе красивый парень в светлых одеждах. Он щелкнул пальцами и буквально в паре метров от Намджуна появилась граница леса, высокие деревья подпирали собой небосклон.       − Намджун, − важно было представиться.       − Сокджин, − он сощурился точно так же, как совсем недавно кот.       − Твои владения? − Намджун осмотрел свою одежду. Она была сейчас совершенно сухой, волосы тоже. Никакого следа от дождя и ветра не осталось.       − Мои, − отозвался Сокджин. − В тот раз не было задано мне ни одного вопроса. Но я никогда тебя не забывал. Ведь ты был единственным, кто нашел это место сам, без моей подсказки. Выглядел таким счастливым, бежал вперед, совершенно без страха. Потом начались поиски, и иллюзия развеялась.       − А сейчас я в канаве и схожу с ума, после удара головой о ветку? Сокджин засмеялся. И его смех был звонким как хрусталь, чистым и искренним.       − Никогда не думал, что ты будешь таким, − Сокджин протянул руку, провел по щеке Намджуна. В его глазах совершенно точно ночевали звезды, ведь они так блестели.       − Каким? − Намджун сглотнул       − Невероятным, − по слогам произнес Сокджин, − А теперь иди домой, бабушка вот-вот проснется, волноваться будет.       Намджун уже через секунду оказался посреди леса, недалеко от деревни.       − Мы больше не встретимся? − он оглядывался по сторонам в поисках хоть какого-нибудь следа лесного кота или человека.       − Приходи завтра, я буду ждать, − прозвучал голос в голове Намджуна. Утро было приятным. Солнце чертило на полу узоры из квадратов и линий, бабушка что-то напевала себе под нос, хлопоча по дому. Намджун проснулся отдохнувшим. Рассказывать о произошедшем ночью он никому не стал. Вдруг привиделось опять. Логичным казалось ещё раз встретиться с тем парнем, задать вопросы.       Закончив в завтраком Намджун забрался в кресло с книгой, да там и провел весь день до вечера, прерываясь лишь на поручения бабули. После ужина умылся, приготовил одежду, будильник поставил, на случай, если дух за ним не явится.       Но кот пришел. А поле в этот раз началось сразу за порогом дома.       − Зачем ты показываешь мне всё это? − золотые колосья посреди леса всё ещё были удивительны.       − Ты мне нравишься, − Сокджин приблизился и, немного наклонив голову на бок, коснулся губ Намджуна поцелуем.       − Подожди, − тот отшатнулся. − Так не делают.       − А как нужно? − Сокджин выглядел искренне удивленным, не понимая, что в его действиях было неправильным.       − Как минимум, стоит получить разрешение.       − Разрешаю, − после этого Сокджин снова приблизился. На этот раз поцелуй получился немногим дольше пары секунд.       − Сначала люди ухаживают, узнают друг друга, − пытался объяснить Намджун.       − Но я знаю о тебе всё, что мне нужно, − искреннее непонимание Сокджина умиляло.       − А я о тебе ничего.       − Спрашивай. Намджун начал с самых банальных вещей. Уточнял про возраст, который, конечно же, оказался запредельным, про то, как Сокджин проводит день, насколько удобно в образе кота. С духом нельзя было обсудить текущие новинки музыки или киноиндустрии. Про любимый цвет и еду тоже как-то странно спрашивать. Время прощаться пришло раньше, чем у Намджуна закончились «нормальные» вопросы. Он был избавлен от неудобной паузы в разговоре. На следующий день начались ухаживания. Такие, как их понимал Сокджин. В доме бабушки самым неожиданным образом появлялись цветы. Орешки были сложены у порога в аккуратный круг. Но чаще всего Намджун находил на своей подушке золотые колосья. Сокджин теперь иногда появлялся и во снах, в виде призрачной полупрозрачной фигуры. Она то появлялась, то вновь исчезала стоило приблизиться.       − Бабуль, а лесной дух красивый? − Намджун перемешивал ложкой чай, в это утро на окне он обнаружил горстку ягод.       − Говорят, очень, голову потерять можно. Но так он божество же, разве они страшными бывают, − бабуля месила тесто для пирога.       − Я не знаю, других не встречал, − Намджун вздохнул. Сокджин был милым, красивым. В последнюю встречу он внимательно слушал всякую чушь, которую нес Намджун про работу и жизнь в большом городе, про то, как сложно бывает выполнить задачи и невкусный кофе, − А зачем он приходит-то, поле показывает? Что там в твоих сказках по этому поводу?       − Раз в тысячу лет выбирает он себе пару, чтобы любить и делить мир. Потусторонний или наш, этот, − бабушка улыбалась. Она догадалась, от кого все эти подарки, и почему в лесу так легко теперь найти полянки с ягодами.       − И зачем Сокджину эта чушь?       − Говорят, забывает он, что такое любовь и становится жестоким, посевы губит, бури, дожди насылает. А в заботе и ласке сердце его снова смягчается. Через три дня пришло время возвращаться в город. Намджун пытался сказать Сокджину об этом. Но поле больше не появлялось, и дух не приходил. В последнюю ночь перед отъездом Намджун долго стоял на пороге дома, ходил по тропинке в лес и звал. Но ответом ему был лишь шелест листьев. Ни кота, ни парня в светлых одеждах с потрясающей улыбкой. Намджун хотел бы увидеть его снова, попрощаться, попросить подождать до отпуска, ведь, подумаешь, год для того, кто мыслит веками. Город встретил Намджуна дождем и серостью зданий. Крупные капли падали на капот машины, стекали вниз. Намджун стер их рукой, прежде чем вернуться в свою квартиру. Она была такой холодной и неуютной, кофе горчил, в вазочке валялось давно засохшее печенье. Сны о поле больше не снились. Первая неделя после возвращения из отпуска давалась тяжело. Намджун разбирал накопившиеся дела, редактировал отчеты и перекладывал горы бумаг с места на место, чтобы они хотя бы визуально занимали меньше пространства. Он уставал. Одна неделя сменяла другую, задачи не заканчивались. Намджун все чаще вечерами вспоминал тот лес и просил Сокджина ему присниться. И вот в один из вечеров, возвращаясь с работы, Намджун засунул руку в карман своего плаща и нашел там колос. Шел снег, на небе висела желтая луна, а в руке лежал отголосок того августа. Было ли на самом деле поле и Сокджин? Или это сон, фантазия, на фоне бабушкиных рассказов о лесном духе. Она говорила, что дух выбирает себе пару раз в тысячу лет и остается с ним, в его короткой человеческой жизни, до самого конца. Какая красивая сказка. Намджун все смотрел на колос. Падающий снег разбавлял его желтый цвет, делал тусклее, как и воспоминания о том времени постепенно блекли, а вскоре совсем бы рассыпались.       − Добрый день, коллеги. Сегодня хочу вам представить нашего нового работника. Он будет помогать в отделе снабжения. Сокджин. Намджун дернулся, поднялся со своего места и впился взглядом в молодого мужчину, одетого в светлый костюм с брошью в виде колоса на лацкане.       − Добрый день. Я неопытен, но быстро учусь и уверен, что у нас с вами всё получится, − он улыбнулся Намджуну и, подойдя к нему через пару минут, предложил выпить вместе кофе, ведь кажется, именно так в этом мире начинались отношения.