hurra, diese welt geht unter

война убивает. сначала ты уверен, что скоро всё закончится, жизнь вернётся на круги своя, а в памяти это останется лишь страшным сном, но правда в том, что ничего не закончится. даже через месяца, года и десятилетия воспоминания будут жить где-то глубоко внутри, под слоем напускного спокойствия и счастья. конечно, города отстроят, по улицам будут бегать дети, сбегать с уроков школьники и отдыхать на лавочках старики. но правда в том, что никогда не будет как прежде. никогда. шорох открывающейся пачки сигарет - единственное, что разрывает тишину утреннего города. изуку, если честно, не может сказать когда надежда на лучшее угасла. было ли это при виде бездыханного тела друга детства? или, может, в тот момент, когда последние капли один за всех покидали тело? на выпускном или ещё до него? а может спустя несколько лет преподавательства? одно он знал точно — война забрала важную его часть. по ощущениям вырвала сердце из грудной клетки, но почему-то он всё ещё слышит его стук. изуку в первую очередь хотел чтобы этот ад закончился, но не был готов к тому, что он продолжается, но теперь лишь в собственных мыслях. щелчок зажигалки и слишком маленькое пламя, что едва освещает ладони. зажигалку давно пора менять, но расставаться с привычными вещами в последние года почти физически больно. тревога не покидала, с каждым днём лишь сильнее давила на виски и вызывала желание выть от безысходности. как бы ожидаемо не было, но, оказывается, если когда-то ты обрёл надежду на лучшее, то при её потери жизнь превращается в сущий ад. и никакие "на этом жизнь не закачивается" не помогут. телефон в заднем кармане вибрирует, но сил и желания отвечать на чьи-то назойливые сообщения совсем нет. они уже привыкли, что он пропадает из радаров, отвечает спустя несколько дней и отказывается от всех встреч (не то чтобы они были частые, раз в год по возможности). конечно, в хорошие дни изуку сгорает от желания извиниться и не скрывает, что стыдится такого своего поведения, но хорошие дни бывают слишком редко. а пока что холодный ветер заставляет съежится и рука даже не тянется к карману — ничего важного и срочного сообщить точно не хотят, а остальное подождёт. первая затяжка как всегда слишком горькая, никогда к этому не привыкнет. работа, что начинается в 8 утра - вот, что точно не подождёт. в юэй давно новое поколение. дети, которых переполняет чувство справедливости и готовность бежать в бой по первому зову. и, к своему личному сожалению, мидория видит в них себя. взбалмошные, чересчур шумные, но такие живые, что уголки губ дёргаются в улыбке сами по себе. когда-то и они такими были? когда-то, да дети вызывают смешанные чувства. не может не радоваться за них,за их успехи и желание помогать, но другая его часть просто напросто завидует их беспечности. сигаретный дым просачивается в лёгкие, подобно яду и изуку не против, если это он и был бы. в этой стране для него будущего давно нет, но ради своих школьников и кацуки можно и потерпеть. стиснув зубы и натянув лёгкую улыбку, но можно. скрип пола и открывающейся двери не мог не привлечь внимание, но парень даже не шелохнулся. всё это было слишком привычно. — деку. до боли знакомых и хриплый после сна голос раздается со стороны дверей. изуку слегка поворачивает голову и быстро мажет взглядом по высокой фигуре. блондин стоит прислонившись к дверной раме и пристально всматривается в стоящую возле окна фигуру. сказать по правде изуку ненавидит теперь это "деку" снова. оно отдает горечью на кончике языка и болью где-то в районе груди, как напоминание, что когда-то это значило больше, чем старое детское прозвище. но это ничего, от каччана можно потерпеть. каччану в принципе слишком много можно. — сегодня слишком холодно,чтобы сидеть тут в одной футболке, задрот, — в голосе сквозит едва ощутимым раздражением, а брови сводятся к переносице, но деку то знает, что это скорее забота, чем злость. на его плечи ложится толстовка и даже через неё мидория может почувствовать тепло чужой ладони. она согревает лучше, чем любая теплая одежда. они не обсуждали его посиделки на балконе в слишком плохие дни, пустые пачки сигарет, что периодически появляются в мусорке или запах табака. не обсуждают долгие бессонные ночи, которые случаются у них по очереди и панические атаки. молчат о переизбытке черного в квартире и днях, когда с их губ не срывается ни единого слова. не выливали друг другу души и предпочитали игнорировать некоторые тревожные звоночки, но они всегда были рядом. ощутимо или нет, но были готовы в любой момент подхватить, стать опорой, если чужие силы окончательно иссякнут. — думаешь, мы живы и вместе в других вселенных? — после долгого молчания голос бывшего героя кажется тише обычного, но в утренней тишине это наверное даже к лучшему. — в других? иногда мне кажется, что в этой вселенной мы тоже мертвы. — и это наверное самое большое откровение бакуго за последние года. сигарета почти догорала до фильтра, но он лишь смотрел на неё пустым взглядом. да, в этом есть доля правди.