Золотая птица

Время уже перевалило за полдень, когда по Пристани лотоса пронеслась волна удивленных возгласов. Заинтересованные адепты во все глаза смотрели на людей, буквально ввалившихся в ворота. — Это ведь те четверо, что ушли на ночную охоту пять дней назад? — Кажется, да, но почему они так изранены? — Кто это с ними?… — Что здесь происходит?! — громом разнесся голос госпожи Юй, и над площадкой воцарилась мертвая тишина. Адепты, склонив головы, шустро разошлись в стороны, уступая дорогу хозяйке Пристани. Никому не хотелось попасть под горячую руку и отхватить Цзыдянем по хребту. Госпожа Юй тяжелым шагом спустилась со ступеней и направилась к прибывшим. Четверых она знала: то были юные адепты, отправившиеся на простое задание в одну из деревень Юньмэня. Их уровня подготовки должно было хватить для этого с лихвой. Но сейчас на ногах стоял лишь один, старший отряда, поддерживая сильно потрепанного товарища. Еще двое подволакивали ноги, повиснув на плечах незнакомой заклинательницы в пыльных одеждах без клановых знаков. — Вы… — глаза госпожи сузились при взгляде на непутевых учеников клана, разбитых в пух и прах. В фиолетовых глазах полыхала ярость. Цзыдянь потрескивал на пальце. Полуобморочные раненые адепты онемели в ожидании гнева Пурпурной Паучихи; один настолько перепугался, что ноги совсем перестали слушаться, и держащая его заклинательница слегка наклонилась, чтобы юноша аккуратно съехал с её руки, а не рухнул мешком. Этот жест, полный заботы о незнакомце, растрогал бы почти кого угодно. А госпожа Юй только величаво выпрямилась, вскинув подбородок, и с холодной яростью выплюнула в сторону юношей: — У вас минута, чтобы объяснить, почему адепты прославленного ордена Цзян не только не справились с простейшим заданием, но и обратно притащились на чужом горбу. Ученик, что был главным в отряде, также усадил своего шиди на землю, сглотнул и сделал крохотный, полный дрожи шаг вперед. Казалось, что от ужаса перед госпожой он вот вот потеряет сознание. — М-м-мы… Хозяйка Пристани сверлила взглядом непутевого ученика, с неудовольствием слушая объяснения - жалкие оправдания! - произошедшему. Её гнев, хоть и продолжал клокотать, слегка утих: все же неожиданное логово тигрицы-людоеда с подросшим потомством смогло бы причинить беспокойство даже самой госпоже Юй с помощницами, не говоря уже о зеленых юнцах, которые изначально отправлялись на зачистку всего-то нескольких мертвецов, беспокоящих беззащитную деревеньку.  — Хватит, — госпожа вскинула руку, прерывая поток слов перепуганного юноши, — бери своих шиди и идите к целителю, после предоставишь отчет об охоте главе Цзян, когда он вернется. Юноша часто-часто закивал, не скрывая облегчения от того, что легко отделался, вновь подхватил другого адепта и развернулся, чтобы уйти. Заметив, что неизвестная заклинательница собралась последовать за ним, госпожа Юй прохладно бросила:  — Вы тоже ранены? Девушка недоуменно взглянула в ответ, словно не ожидала, что к ней вообще обратятся. — Нет, госпожа. Я хотела помочь довести ваших учеников до лекаря. — У этих никчемышей достаточно братьев и сестер, которые доставят их туда сами. Не так ли? — с нажимом произнесла госпожа Юй, обводя взглядом толпу вокруг, и несколько учеников, словно очнувшись от сна, поспешно подхватили раненых, которых все еще держала незнакомка, и потащили прочь. Заклинательница улыбнулась. Слегка растерянно, устало, но светло. Не нервно, или испуганно, или… госпожа Юй привыкла к любым реакциям на свою резкость, но легкая приветливая улыбка ввела её в недоумение.  — В таком случае я могу идти, госпожа? — Вы вольны уйти в любой момент. Но что я за хозяйка, если не отблагодарю вас за помощь своим непутевым адептам? — Юй Цзыюань хмыкнула. — Если изволите остаться, в ордене Юньмэн Цзян вас примут как дорогую гостью. Как я могу называть вас? Теперь недоумение отразилось уже на лице незнакомки, но девушка быстро взяла себя в руки и поклонилась. — Мать подарила мне имя Цзинь Сэняо, госпожа, но называют меня Сэняо Саньжэнь. С превеликим удовольствием приму ваше приглашение. Госпожа Юй кивнула. — Я - хозяйка Пристани лотоса, госпожа Юй Цзыюань. Велю приготовить для вас покои, — она махнула рукой куда-то за спину; послышались удаляющиеся шаги расторопных слуг. — Изволите составить мне компанию за обедом? — Не смею оскорбить хозяйку отказом, — девушка вновь улыбнулась. Госпожа Юй, не желая больше тратить время на церемонии, развернулась и направилась прочь, краем взгляда уловив новую спутницу, что шла сбоку и слегка позади, выдерживая уважительную дистанцию.  Гнев утих совсем, уступив место напряженным размышлениям.  Обед Юй Цзыюань приказала подать в зал для неформальных приемов: она справедливо рассудила, что гостья, на закорках притащившая несколько подранных тиграми окровавленных юнцов, не стала бы настаивать на излишней официальности. — Прошу, — Иньчжу, одна из сестер, служащих госпоже Юй, впустила девушку в зал.  — Благодарю, — заклинательница неглубоко, но вежливо поклонилась Иньчжу, чем вызвала очередную волну недоумения: в кланах со слугами не слишком любезничали. Пройдя к столу она так же поклонилась второй сестре, а после низко склонила голову перед Юй Цзыюань. — Госпожа. Та кивнула. — Садитесь, — она указала на место за столом напротив себя, — Обед принесут с минуты на минуту. Вы сказали, что ваша фамилия - Цзинь? Девушка помедлила с ответом, устраиваясь за столом. Слегка неловко расправила рукава темно-фиолетовых одежд, которые ей принесли взамен испачканного ханьфу, прикрыв видавшие виды кожаные наручи: она спокойно отдала слугам на чистку верхнее одеяние, пояс и обувь, но с ними расставаться не стала. После омовения она водой из той же бочки наспех очистила кожу наручей от грязи и крови, так что теперь они были не только потрепанными, но и мокрыми. — Да, но я никакого отношения не имею к клану Ланьлин Цзинь или другим кланам. Госпожа Юй кивнула, принимая ответ. Пожалуй, так даже лучше - за вычетом старой подруги клан Цзинь ей не нравился. Он вообще мало кому по-настоящему нравился. — Что ж, госпожа Цзинь Сэняо, от лица своего ордена я приношу искреннюю благодарность за помощь. — Мне только в радость было помочь этим юным душам… — заклинательница отчего-то смутилась, опустив взгляд на стол. Цзыюань недоверчиво прищурилась.  — Юным душам? Вы ведь и сами довольно молоды, Цзинь Сэняо. Цзиньчжу и Иньчжу, расположившиеся у у выхода, одновременно фыркнули. Госпожа Юй метнула в них колючий взгляд, и те, не переставая усмехаться, вышли за дверь. — Внешность бывает обманчива, госпожа. Меня нередко принимают за юную девушку, — Сэняо, не поднимая взгляда, заправила за ухо прядь волос, — время от времени это приносит неудобства. — Хм, — госпожа Юй хотела спросить что-то еще, но дверь распахнулась, и вошли слуги с подносами. Гостья с явным облегчением выдохнула, а Цзыюань, заметив румянец на её щеках, испытала не свойственный ей приступ любопытства. Пурпурную Паучиху боялись, ненавидели, восхищались ей - но такое чистое смущение? Это было чем-то свеженьким. Интересным. — Благодарю за угощение. — Надеюсь, вам придется по вкусу наша кухня. Сэняо коротко засмеялась, покачав головой, но ничего не сказала и принялась за еду. Цзыюань тоже потянулась к палочкам, размышляя, почему не имеет претензий к такому фамильярному отношению от совершенно незнакомой девушки, за которой даже не стоит какой-либо клан. После трапезы Юй Цзыюань любезно предложила гостье попить чаю в одной из беседок на деревянном помосте: Пристань Лотоса была уникальна в своих архитектурных решениях, и одной из таких особенностей были беседки, которые занимали всю ширину дощатого помоста и даже больше, и словно парили над водой. Вид из них открывался восхитительный, и госпожа Юй  решила, что, раз уж взяла себе сегодня отдых от дел клана и тренировки адептов, то может позволить себе прогулку с заклинательницей по местным красотам.  Идя по помостам Сэняо так активно крутила головой, пытаясь объять взглядом побольше, что это могло бы считаться неприличным. Но Юй Цзыюань бегло рассмотрела девушку, пока та была увлечена видами озер, и напомнила себе, что перед ней бродячая заклинательница. Многие в заклинательском мире презирали их, и нередко Пурпурная Паучиха была в их числе: как еще относиться к бедным безродным бродяжкам, не имеющим ни малейших понятий о правилах приличия? Но сейчас этот факт всего лишь позволил Цзыюань слегка расслабиться самой и не иметь излишних ожиданий в сторону гостьи. Тем более что та, кажется, всё-таки была обучена каким-никаким манерам, и пока не вызвала у госпожи желания избавиться от своего общества. Это было… приятно. — У вас поистине потрясающие земли… воды, — тихо посмеиваясь собственной шутке сообщила Сэняо, бросив на госпожу косой взгляд. Цзыюань ответила ей изящным движением брови, слегка склонив голову. — Многие так говорят. Как хозяйка этих мест я рада слышать, что они пришлись вам по вкусу. Лицо госпожи Юй все еще отдавало легкой прохладой, но Сэняо уже успела увидеть ту в гневе и недовольстве, и сейчас смогла уловить крохи тепла, когда госпожа говорила о своей Пристани. Девушка улыбнулась еще шире, на этот раз не отводя взгляд несколько лишних секунд, и Цзыюань наконец смогла уловить зеленый с прожелтью цвет ее глаз. На фоне цветущей зелени лотосов они выглядели удивительно к месту. Сэняо, поняв, что несколько секунд неотрывно пялилась в глаза женщины, поспешно отвела взгляд, вновь неконтролируемо алея скулами. Усмешку госпожи Юй она не увидела. В беседке их уже ждал стол, накрытый к чаепитию, и мягкие подушки. — Прошу прощения, госпожа, если мое поведение могло показаться неуважительным, — устроившись за столиком, гостья начала накручивать на палец свободную прядь волос, все так же стесняясь поднимать взгляд на Цзыюань. Впрочем, это не мешало ей периодически продолжать осматриваться, любуясь лотосами под вечерним небом; солнце давно минуло зенит, день близился к завершению.  Госпожа Юй не считала её поведение неуважительным. Даже то в нем, что обычно дозволялось только в кругу близких людей, не оскорбляло вслух или взор госпожи. Более того, Цзыюань ощущала какой-то странный уют, наблюдая за золотистой прядью, кольцами вьющейся под пальцами. Так же обычно вился Цзыдянь в руках хозяйки, но от плети не веяло летним теплом, и блестела она не от солнечных лучей, но от ярости Юй Цзыюань. — Я не считаю его таковым. Сэняо замерла и вскинула свои удивительные глаза. — Правда? — Правда. Так вы из-за этого смущаетесь целый день? — губы госпожи Юй наконец тронула ироничная улыбка. Ей показалось забавным, что такая сильная заклинательница, пусть и без клана, может настолько стесняться обнажить свою невежественность - подобное было бы уместным, относись девушка к одному из крупных или великих кланов. Тем более, далеко не все они, не считая, разве что, ордена Гусу Лань, так переживали о своих манерах. Сэняо вновь вспыхнула и поднесла к губам пиалу с чаем, выигрывая себе немного времени для ответа. Юй Цзыюань не торопила её, так же неспешно попивая чай. Тихо вздохнув, гостья задумчиво потерла пальцем нос. — На самом деле так и есть. Обычно меня не беспокоят манеры - кому они нужны на постоялых дворах? — но меня так впечатлила ваша Пристань и… - она замялась - вы, госпожа, ее хозяйка, что я совершенно против воли принялась вспоминать все, чему меня учила мать. И когда поняла, что этого недостаточно, и я могу невольно вас оскорбить… — Довольно, — ровно и как-то мягко произнесла Юй Цзыюань, не отводя взгляда от многострадальной пряди, которая от постоянных накручиваний уже самостоятельно держала форму завитого сахаром локона. — Я все-таки?.. — брови Сэняо страдальчески изогнулись, и госпожа Юй с трудом сдержалась, чтобы не закатить глаза, прямо как её ворчливый сын, когда был чем-то недоволен. — Нет. Но еще немного, и я начну оскорбляться от вашего страха сделать что-то не так. Мы ведь не в императорском дворце, в конце-то концов. Неужели я выгляжу так, словно меня может обидеть вежливое отношение, выраженное не по этикету? — не выдержав, мадам Юй все-таки позволила части эмоций вырваться наружу. Холодная маска на лице пошла трещинами, явив крохи обычного человеческого недовольства. — О, прошу про… — Госпожа Цзинь, — жестко, но беззлобно отчеканила мадам Юй, прерывая очередную попытку извиниться ни за что, — сейчас вы моя почетная гостья. Я хочу, чтобы вы чувствовали себя здесь как в гостях у хорошего друга. Вы сможете? Доставите радость хозяйке? Прядь снова беспокойно закрутилась кольцами вокруг пальца, на этот раз значительно медленнее. — Думаю, это в моих силах, — все еще алея румянцем, Сэняо все-таки подняла глаза и этот раз выдержала чужой взгляд.