День рождения Паспарту.

Утро! Ах, это прекрасное весеннее утро. Солнце только встало, а я уже на ногах, одет и прибран...Вы спрашиваете, кто это - "я"? Я - Филеас Фогг. Возможно, вы могли знать меня, потому что когда-то я выиграл пари лорда Мейза Холмса - объехал вокруг всего света за каких-то 80 дней, чтобы жениться на его прекрасной племяннице - Белинде Мейз. Ох, Белинда... Мечтательная, стремящаяся к знаниям, смелая и заботливая, настоящая красавица. Лучше девушки я не встречал, и никогда бы не встретил. Она словно ангел, а я - грешник, которого она пришла спасать, направить на путь истинный...А знаете, какие у нее глаза? Эти чудные карие глаза. Таким бывает разве что кофе ранним теплым утром, такими бывают орехи - фундук, миндаль, таким бывает лес в позднюю строгую осень. Я погружен в них, я утопленник, я сам пошел топиться в них. И я на все сто процентов уверен, что и она точно также обожает меня. Но вы знаете, если бы в моей жизни не было еще одного человека, то, скорее всего, мы бы с ней и не встретились. И этот человечек - мой молоденький компаньон, мой слуга и верный друг, Паспарту. Этот милый мальчик, наивный и простоватый, как ребенок, при этом беспокойный и недоверчивый, как самый настоящий параноик, с тех самых пор, как появился у меня, стал эдаким источником ярких красок в моей серой и скучной жизни. Познакомились мы с Паспарту давно, наверное года 3 назад. Мой старый камердинер был пьяницей и разгильдяем, и я уволил его, а мальчик попросился ко мне в слуги, и явно не из-за хорошей жизни, посему я и принял это маленькое чудо. Он был таким боязливым, осторожным, двигался по моему дому чуть ли не на цыпочках, лишь бы ничего не испортить, не сломать, ведь "это все очень дорогое". Ох, и долго я отучивал его от этого! Годы потребовались, чтоб он почувствовал комфорт и уют, чтоб понял, что его в первую очередь воспринимают как человека, не как слугу...ну, а в последствии, что ж, нам с Белиндой он стал уже как родной, как наш собственный сынок. И вот сегодня, в этот самый день, 16 апреля, Паспарту исполняется 16 лет. Целых 16 лет, как же он вырос. Мы подготовили ему чудный подарок... - Филеас, любимый, а ты уверен, что Паспарту понравится этот подарок? - Милая, ну как же иначе. Я знаю, что ему нравится, а что нет...По крайней мере, большую часть из этого. Я и Белинда, одетые в домашнее практически одинаковых оттенков - когда-то она сама попросила такое - проходим по коридору, открываем дверь из темного дерева и спускаемся по циркулярной лестнице вниз, в комнату Паспарту. Надо будет хоть покрасить тут стены - жить такой яркой личности, как он, в таких условиях всё-таки вредно, и картины не особо исправляют ситуацию. - Паспарту, ты в который упал со своего места во сне! - очень тихо сказал я, поднимая с пола маленькое, ослабевшее, но все такое же теплое тельце своего мальчика. После, усаживаю его на кровать и отряхиваю. - Ты не ушибся? - Non, M. Fogg...Je vais bien...- говорит он мне, шмыгая носиком, грустно опустив свой взгляд. Снова плакал, снова плакал... - Ах, бедняжка! Тебе приснилось что-то страшное, или ножка опять начала болеть? - в голосе Белинды отчётливо слышно чисто материнское беспокойство. - Ммм...- он не отвечает, но мы с Белиндой точно знаем, что он стесняется или волнуется, так что не просим этого. - Паспарту, сегодня ведь твой день рождения, ты не забыл? Не время грустить! - я беру его пухлые, словно сдобные булочки, щечки и поднимаю его головку, смотрю в его ярко-голубые глазки, - Мы приготовили тебе замечательный подарок! Смотри! Белинда с гордостью достает из-за спины сверток, развертывает его. Большой вязаный свитер зеленого цвета - любимый цвет Паспарту. Оттенок похож на лес, на темный сосновый бор ранней весной. Лицо именинника тут же приободряется, наполняется превеликим удивлением и робкой радостью. - Это...мне? Это правда мне? - Конечно же! - в один голос крикнули мы и засмеялись. Паспарту засмеялся в ответ и потянулся к подарку, а затем прижал его к себе. - Какой мягкий...Merci, merci, merci beaucoup! - кричит он от счастья, болтая ножками. - А я приготовила тебе пирог. Твою любимую яблочную шарлотку! - Идем наверх, Паспарту, идем скорее! - я хватаю его и усаживаю на своих руках, и мы бежим к лестнице. Теперь же мы сидим на кухне. Здесь все вычищенно и прибрано - не стоит портить праздник беспорядком... - Ну, мой мальчик, ты бы хотел сегодня куда-нибудь сходить, или останемся дома и поиграем во что-нибудь? - спросил я, наблюдая за тем, как Паспарту за обе щеки уплетает уже второй кусок яблочного пирога. - Я не против прогулки в парке! В том парке, где мужчина продавал часы, помните? - он мечтательно глядит куда-то вверх, улыбается. Я люблю видеть его таким, живым и счастливым, а не испуганным. - А я вам предлагаю выбрать и то, и другое! Сейчас сходим прогуляться, а вечерком я и Филеас устроим для тебя одну интересную игру! Как тебе, Паспарту? - предложила Белинда, отпившая ромашкового чаю из кружки. - Точно, игра! Как я могу забыть, спасибо что напомнила, любовь моя! - я легонько ударяю себя по лбу. - Это еще один наш сюрприз для тебя, Паспарту. - Оо! Да у меня сегодня нет отбоя от сюрпризов, хи-хи-хи! Интересно, что вы для меня приготовили... Пока мы гуляем в парке, пожалуй, стоит рассказать вам про его ногу. Я уверен, вас это заинтересовало. Знаете, каково на вкус мясо человека? У всех по-разному. Да, какие-то отдельные части почти не отличаются, но главное, что "почти". Как и у животных, молодое мясцо гораздо вкуснее, чем у старых. Мы с Белиндой это точно знаем. Ее дядя был таким черствым, таким горьким, ой, Боже, даже вспоминать противно! Но делать было нечего, мы думали, что обойдемся им, а дальше начнем отвыкать от человечины. Однако ж нет, все стало только хуже! Захотелось чего-то большего...И глаз наш пал на Паспарту. Бедняжка очень переживал, очень сильно боялся. Он плакал навзрыд, но главное, что не отказывался, а просто молил нас быть осторожнее и нежнее. Ох, мальчик мой, ну как же мы можем тебе навредить, а? Разве мы похожи на кровожадных тварей? Да мы настолько сильно заботились об его комфорте, что даже достали где-то хлороформ, чтоб усыпить! Срезать мясо с его ноги было поистине приятно, а этот запах...Мм, ни в каком дорогом ресторане такого не почуешь. А ведь оно даже еще не приготовлено! После сего процесса, а также после поимки нами еще нескольких человек, отпускать Паспарту гулять без нашего сопровождения стало опасно - он слишком много знает и видел. Хоть он и обещал, что никому никогда не расскажет, но предостеречься всё-таки нужно было...Теперь он живет в комнате внизу, мы выхаживаем его и приучаем к новой жизни. И нет, нет-нет, Паспарту ни в коем разе не наш источник питания! Да, иногда, в случае сильного нашего голода, он бывает "запасным вариантом", но в первую очередь он наш друг, наш мальчик, родной как сын, как я уже говорил! Мы возвратились из парка довольно поздно. На часах 5 вечера. Паспарту я оставляю в гостиной с Белиндой, а сам иду вниз. Помимо комнаты Паспарту здесь есть еще одна, о которой он пока не знает...Комната заключенных. Сюда я с любимой помещали всех тех, кого ждала неминуемая гибель, нашу еду, иными словами. От всех, кто тут был, остались одни косточки да черепушки...Хотя помнится мне, как пришлось отпустить одного паренька, потому что он попался на глаза Паспарту, а он жутко расстраивается, когда видит кого-то в беде. Тот парень на крови поклялся, что никому ничего не выдаст, и, как понимаете, не выдал! Кто тут сидит теперь? Ответ простой. Фикс. Этот гаденыш, уничтоживший к чертям собачьим психику моего мальчика, подпортивший моей даме сердца самооценку своими наглыми мерзкими изречениями по поводу ее фигуры и лица, долго скрывался от нас, видно что-то подозревал. Но я его поймал! Поймал и хотел убить на месте, но подумал, что нет. Раз уж Паспарту страдал, раз уж Белинда страдала, то и ты у меня пострадаешь, дружочек. Он тут уже с полгода, и, похоже, начинает помаленьку сходить с ума. Это радует. - ПОДЪЕМ! - строго крикнул я в окошко двери. Фикс пулей вскакивает со своего места и встает по стойке "смирно". - Сегодня твою судьбу будет решать такой ненавистный тебе "сопляк" - Паспарту. Помнишь его? Конечно помнишь, скотина. Когда ты сдохнешь, его голос будет звучать эхом в твоих ушах, а образ моей дорогой Белинды сверкать в глазах, как молния. Я вхожу в комнату, кладу принесенный с собой ящик на пол и достаю оттуда толстую веревку и острый ножик. В комнате стояло деревянное сооружение, по форме напоминавшее крест или вроде того. К нему-то я и привязываю Фикса, крепко-накрепко затянув узлы, чтоб даже сдвинуться с места не смог. Потом я разбираю окружение: все кости расставляю так, чтоб они составляли единую симметричную композицию, в черепа вставляю свечи и поджигаю. Теперь остается только позвать Паспарту... - Ну что, мой мальчик, ты готов к игре? Она будет безумно интересной! - говорю я, положив ему руку на плечо и ведя его по коридору к комнате. - Да, да! Мне не терпится увидеть, что вы для меня приготовили! - Ах, Филеас, даже мне интересно, хоть я и обговаривала это с тобой! - сказала Белинда, встав по другую сторону Паспарту и тоже положив ему руку на плечо. Это была наша задумка, чтобы он не убежал раньше времени. Наконец, мы доходим до комнаты. Я открываю дверь, мы буквально впихиваем Паспарту внутрь, и... - Ч-..то.. Он в ужасе смотрит на мой сюрприз. Фикс, избитый и в отключенном состоянии, привязанный к какому-то кресту. Черепа. Кости. Все это при свете свечей. Он задрожал и попятился назад, но мы подхватили его. - Паспарту...- тихо начала Белинда, обняв его и повернув его головку к себе. - Подожди, успокойся, сейчас Филеас тебе все объяснит. Я же достаю из кармана тот самый острый ножик и выставляю его перед Паспарту, радостно и добро улыбаясь ему. - Да, мой мальчик! Что ж...Это игра на меткость, на точность попадания! Твоя задача - попасть в цель как можно больше раз! - Н-но..я-я...- в его глазах такой глубокий ужас, оу... - Разве ты не хочешь отомстить? Посмотри! - я махаю рукой в сторону Фикса. Посмотри, это же он, Фикс! Он, тот самый, что мешал нам с тобой все путешествие своими "проделками"! Ты помнишь, как из-за него нас чуть не посадили в тюрьму за разбитый памятник? А как он украл тебя и увез в ковре? А как он подверг нас почти смертельной опасности, когда обрубил тот мост, ты помнишь? Разве ты не хочешь отомстить ему, Паспарту? Повисла тишина. Такая звонкая, напряжённая, что даже Фикс стал понемногу в себя приходить. - Решать тебе, мой мальчик. - Да, да, только тебе! - Белинда отходит ко мне и жалобно смотрит Паспарту в глаза. Мы надеялись, что он всё-таки согласится и швырнёт хоть один ножичек в этого негодяя, но... - NON! NON, NON, NON, JE NE PEUX PAS, JE NE PEUX PAS! - он кричит и вбегает в меня с крепкими объятиями, после чего начинает громко рыдать. Ох, бедолага, видимо ты еще недостаточно повзрослел для такого! - Тише, тише, тише...- Я поднимаю его и усаживаю на своих руках, дав ему уткнуться головой в мое плечо. - Тише, все хорошо...Все хорошо, раз ты не хочешь, никто не будет тебя заставлять... - Я н-не хочу..у-уби-ва-а-ть л-лю-у-дей... - Все, все! Тихо, тихо! - к успокоению присоединяется Белинда, осторожно обнимая его сзади. - Говорим же, не будем заставлять это делать! Мы просто сейчас пойдем наверх и сыграем в театр теней, будто ничего этого не было, да?..Да?.. Да. Так все и кончилось. Мы показали ему импровизированный спектакль при помощи теней наших рук, затем он продемонстрировал нам свои умения. После мы решили взять его спать с нами - мало ли, что случится ночью. Лежа в уютной постели рядом с двумя близкими людьми, я рассуждаю об одном. Что, если б он согласился?