All Hallows Even

в тишине темной спальни отчетливо послышалось жужжание. это телефон, лежащий на прикроватной тумбе старательно завибрировал, по секрету всему свету сообщая, что на телефон Минхо пришло новое сообщение. спросите у первого встречного, стоит ли у них телефон на беззвучном режиме? готов поспорить, что вы получите четкий положительный ответ. во время активного развития технологий, интернета, всевозможных гаджетов, люди совсем забыли, что значит полная тишина и покой. нас вечно окружают звуки, шум и гам, гул быстро живущих городов и вечно торопящихся людей. ".. каждый день бежим, спотыкаемся, обгоняем друг друга..". людям нужны мгновения тишины, но мгновения не достаточно. признаемся, что всех нас бесит любой звук оповещения у телефона, бесит его вибрирование в руке или то, как от вибрирования на любой плоскости телефон глухо жужжит. все мы не раз грешили тем, что безразборочно бурчали "отъебись" или что-то в этом духе, как только на телефон приходило уведомление, пусть даже от самого близкого и родного человека. так что если нет острой потребности в том, чтобы слышать каждое уведомление приходящее на телефон, все мы сразу же ставим его на беззвучный режим и живем себе спокойно, проверяя уведомления только тогда, когда мы сами захотим, и не отвлекаясь лишний раз на короткое восклицание гаджета. и Минхо мог бы согласиться с этим всем полдесятка лет назад, ведь сам вечно ходил с молчащим телефоном, пропускал 34 звонка от собственной матери, а после на коленях молил о прощении перед разъяренной женщиной. но четыре года назад все изменилось. в судьбоносный день на просторах интернета активно распростронялась информация о новом фильме ужасов, после которого, как заявлялось, люди в страхе убегали из кинотеатра, не досмотрев до конца. Минхо был любителем адреналина и часто щекотал себе нервы просмотром ужастика, а после обсуждал его с другими пользователями, которые гнездились на форуме с тематикой фильмов ужасов, паранормальных явлений и прочей страшной поеботы. Хо в этом плане был крепким орешком и кричащие заголовки о новом страшнейшем фильме воспринимались парнем скорее как вызов, чем предупреждение. в тот же самый вечер храбрец заперся в своей комнате и в полной темноте просмотрел весь фильм без пауз, для интереса замеряя свой пульс. когда сеанс был закончен, Минхо просмотрел самое большое количество ударов своего сердца в минуту за весь фильм, сформулировал краткий отзыв к нему и зашел на форум. он прочитал самые популярные отзывы к фильму и один из них зацепил его больше всего. некий пользователь под ником "чингисхан" преподнес свою мысль доходчиво и с юмором. и тот самый юмор очень сильно зашел Хо, так что он без раздумий написал свое мнение в ответ "чингисхану". у них завязалась довольно долгая беседа, после которой они перешли в личные сообщения и продолжили общение там. оказалось, что у них много общего, схожие взгляды на жизнь, юмор и жизненный опыт. диалоги плавно перетекали из одной темы в другую, кажется, им всегда было что обсудить. проходили года и он с "чингисханом" - Хан Джисоном стали хорошими друзьями, хоть их и разделяли километры. они переживали вместе все: и радость, и горе, и их первую встречу в реальной жизни, когда Хан оказался в Питере, навещая свою бабушку. ах да, Минхо был петербуржцем, а Хан москвичом. Хан был одним из самых близких людей для Минхо, чат с которым у Минхо никогда не был на беззвучке. парень уже засыпал, укутавшись в свое самое базовое теплое одеяло с цветочками, которое защищало его от октябрьских морозов. на самом деле в питере доставать зимнее толстое одеяло уже можно было с конца сентября-начала октября. а еще взять плед и чашку горячего чая.. когда же его мирные сновидения прервало ночное уведомление, он сонно вздохнул, заерзав на кровати. матрас податливо прогибался под весом тела Минхо, а каркас издавал режущий тишину скрип. все таки Хо нужно было сто раз подумать, перед тем как на протяжении недели бездумно падать на нее каждый вечер. раскоординированными от сонливости пальцами он подцепляет краешек одеяла и оттаскивает его от своих глаз. еще пару секунд он заставляет себя открыть глаза, чтобы увидеть перед собой кромешную темноту. хоть глаз выколи. тяжело вздохнув, он поднимает руки над головой, чтобы потянуться. тело слабое, словно ватное и совсем не управляемое. он медленно перевернулся на другой бок, протягивая руки к тумбочке, чтобы взять свой телефон. это редкое чувство, когда ты готов ради одного человека, который находится в сотне километрах от тебя, просыпаться посреди ночи, чтобы просмотреть одно полуночное сообщение, в котором явно не будет ничего важного. "у тебя остался один день" поморщившись от резкой вспышки света прочитал Хо. и сейчас по канону он должен был испугаться, побежать на кухню и вместо дробовика взять банан, а после падать на пол и дрожать как осиновый лист, но сообщение было отправленно не анонимом с жуткой аватаркой(да и по канону у Минхо должно было остаться семь дней, а то не по правилам), а его лучшим другом. Чингисханом. ой, просто Ханом(ярлыки продаю в тридорого). сонное лицо украсила ухмылка. он сжал телефон крепче, чтобы тот не выпал из его рук и не проломил ему черепушку. Джисон был прав, у него остался день. день до самого долгожданного события. завтра, 30 октября, в ночь он садится на поезд и едет в Москву, а там встречается с Ханом. они собираются отметить Хеллоуин вместе за просмотром ужастиков и приготовлением их любимых печенек. два года назад, когда Хан приезжал к своей бабушке в Питер, на встречу с Минхо он принес ее печенье, от которого оба были без ума. от мысли об этой встрече сонливость мигом покинула его тело, заменившись ощущением, которое в простонародье именуют "шило в жопе". он быстро напечатал ответ Джисону, который на протяжении семи дней напоминал ему о встрече полуночными сообщениями в стиле одноименного фильма ужасов "звонок". это было забавно, но Минхо был искренне рад, что этот гений не догадался ему звонить каждую ночь, чтобы была сто процентная схожесть с фильмом. "о нет..*кокетливо резанул вдоль*" - отправил в ответ Хо, следом добавив гифку с челом, который якобы режет себе вены, а после сверху льет на руку кетчуп. - "кстати, ты только не проспи, когда я приеду. иначе я потеряюсь в этой вашей Москве, меня затопчут в метро, я упаду на эскалаторе, буду плакать и меня в конце зажует внутрь и на хеллоуин ты будешь жарить котлеты из того, что от меня осталось" поезд Хо прибудет в московский вокзал рано утром и по их священному договору Джисон должен будет его встретить с хлебом и солью. "в семье канибалов умерший отец продолжает быть кормильцем" они были теми самыми друзьями, которые смеются абсолютно со всего. в особенности с тупых черных анекдотов. (а это расизм? ХАХАХАХ) "в семье канибалов умер отец. грустно, но вкусно" в качестве грандиозной финалочки шутканул Минхо, а после вежливо послав друга нахуй он сказал, что спит, и попросил, чтобы тот понимающе закрыл пиздак и не донимал его. Минхо всегда спал очень чутко, так что вечно пиликающий телефон его будил. и как бы он не был рад сообщениям Хана, он все же хотел поспать.. ну, и чтобы Джисон отъебался. *** "внимание! ночной экспресс поезд Санкт-Петербуг - Москва отправляется с третьей платформы в 1:05" эхом пронеслось по московскому вокзалу. Минхо сидел на одной из скамеек, разведя ноги в стороны как настоящий альфа чбчг трахер, уперевшись локтями в колени и листая ленту рекомендаций инстаграмма через впн. в наше время по другому никак, все больше соцсетей и сервисов блокируют, так что единственным спасением и средством к нормальному существованию любого россиянина был впн, создатели которого просекли фишку и понапихали туда как можно больше рекламы.но делать нечего, ради красивых фоточек знаменитостей и собственной странички, где, на минуточку, было больше 50 подписчиков, можно было и потерпеть. сидел он прямо напротив довольно жуткой статуи Петра Первого, чей грозный взгляд будто окидывал каждого и каждое, создав ощущение полного контроля со стороны великого императора. городские потертые и побитые временем голуби беспечно летали под высоким потолком вокзала, приземляясь и осрамляя собой статую основателя города, помечая его белыми, еще какое-то время текущими вниз по бронзовым локонам, какашками. Хо всегда было интересно, как голуби попадают на вокзал, но никого подходящего для такого вопроса он пока не нашел. чуть поодаль, на соседней скамейке, которая была построенна в виде законченного круга, валялся бомж, от которого смердело за километр каким-то явно дешевым алкоголем. Минхо терпеть не мог таких типов(а кто их любит вообще) и каждый раз со злорадной ухмылкой и прищуренными от радости победы справедливости глазами наблюдал, как их скручивают и уводят полицейские. но пора было отправляться. невнятным эхом женский голос повторил объявление об отправлении поезда Минхо и парень со вздохом выключил телефон даже не позоботившись о том, чтобы выйти из приложения. убрав его в карман, он быстро накидывает на свою голову черную кепку и вытягивает сложенную ручку чемодана, встав со скамьи. одет он был как типичный нпс:голубые широкие джинсы, черные конверсы на массивной подошве, то самое синее худи с зайцем, который показывает фак и ранее упомянутая черная кепка. он шел к выходу к поездам мимо "Вкусно и Точка", "Бургер Кинга", магазинов сладостей и других,откуда так вкусно пахло. он не ел с самого утра, а бомжи на скамейках начинали выглядеть все аппетитнее. но Ли стойко обошел соблазн и вышел из вокзала, ведь заранее позаботился о своем желудке и купил доширак. выйдя на улицу, холодный октябрьский воздух окутал его тело, заставив мурашки пробежать вдоль его рук и фыркнуть себе под нос. луна на небе была большой и ярко-желтой, периодически закрываемой облаками, но даже сквозь преграду неумолимо светящей. само небо было темным, а звезд было почти не видно. временем, когда Хо действительно наслаждался россыпью звезд на темном небе был Август. тогда было отчетливо видно каждую светящуюся точечку и парень проводил целые ночи на своей даче, просто наблюдая за безмятежностью бесконечной вселенной над ним. вообще, небо и космос редко давили на него, заставляя чувствовать себя песчинкой в этом большом мире. может, это даже и хорошо. если он опозорится, то о нем никто и не вспомнит. значит и переживать не о чем. все мы когда-нибудь умрем и не факт, что люди продолжат хранить в себе память о каком-то Васе Пупкине, у которого из достижений только грамота русский медвежонок. предстоящие долгие поездки всегда вгоняли Минхо в состоянии эйфории, он чувствовал себя самым счастливым человеком на свете, когда лежа на верхней полке его слегка покачивало из стороны в сторону, а под ухом раздавался тихий ритмичный грохот колес.. и было еще лучше, когда ничей храп не прерывал его отдых, ведь Минхо всегда ездил в плацкартах, ибо денег и так мало, а ради девяти часовой поездки он не станет покупать на одного себя целое купе. он был бедным студентом и, откровенно говоря, финансы поют романсы у него. он вообще еле как наскреб денег на эту поездку. но ради встречи с Ханом он был готов влезть в самые большие долги мира, лишь бы увидеть его вживую еще раз. пройдя проверку билета и документов, он ступает на поезд и проходит по узкому коридорчику ища свое место. оно было в самом конце вагона, так что ему пришлось протискиваться сквозь многочисленных людей, стоящих в проходе, и спешащих застелить свою полку до того, как поезд тронется. дойдя до своего места, Минхо складывает ручку чемодана, поднимает нижнюю полку и закатывает чемодан под нее. что-ж, довольно уютно. не воняет, особо буйных соседей вроде бы нет. он кладет паспорт и билет временно на стол, забирая пакет постельного белья с верхней полки. Ли разрывает его, достает оттуда наволочку, простыню и еще одну тряпочку, которая служила тонким одеялом. на случай, когда становится холодно, на самой верхней полке всегда лежат пледы, но они выглядят так, будто на них только что умерла бабка, ее оттуда сняли и снова вернули в поезд. так что лучше он поспит в толстовке, чем укроется подозрительной шерстяной тварью. когда все было готово, он достал из рюкзака раннее купленный доширак и сходил в начало вагона к бортпроводникам, чтобы попросить кипятка. вернувшись в предвкушении спокойного ужина с ночным пейзажем за окном и тихим сопровождением стука колес, Хо обнаружил, что его соседями на эту поездку будет мама с двумя дочерьми. на вид девочкам было не больше 7-ми лет. "тысяча чертей" - мысленно выругался парень, с каменным лицом проходя к своему месту и ставя доширак на столик. — здравствуйте. - чисто из вежливости сказал Минхо, хотя желать здоровья женщине лет сорока со стервозным лицом не хотелось. конечно, парень был самым замечательным и не судил людей по внешности(окей, старался), но у этой особы буквально на лице было написанно "у меня сто хуев в жопе и я отгрызу пенис каждому. просто каждому". накаченные губы, ненатуральные кудрявые блондинистые волосы, большие сиськи и максимально обтягивающая одежда. короткая юбка карандаш с приталенной рубашкой и огромным декальте вырезом, тонкие черные колготки, которые в сочетании с шикарным освещением в поезде придавали коже желтоватый цвет, и черные сапожки на высоком каблуке. — здрасьте. - буркнула она, заправляя верхнюю полку для одной из своих дочерей. да, Минхо не прогадал. очевидно, женщина была не из приятных. "ну и хуй с ней" в конце концов решил Хо, взяв вилку в руки и открывая крышку от доширака. он спокойно трапезничал, открыв чат с Ханом чтобы сообщить о том, что он благополучно сел на поезд. Джисон, как неудивительно, тоже до сих пор не спал, так что у них завязался диалог. они обсудили их эмоции от предвкушения, в тысячный раз похвалили свои грандиозные планы и посмеялись с того, как Минхо описал свою соседку в поезде. "я уже купил все продукты для печенья" оповестил Джисон в одном из своих сообщений. они договорились вместе приготовить печенья, чтобы после съесть их за просмотром фильма ужасов. хотя изначально Хо предлагал мясные блюда, выбор пал на печенья, так как Джи категорически отказался от блюд с мясом объясняя это тем, что уже давно не ест мясо в любом виде после какого-то плохого опыта, о котором так же отказался говорить. но Минхо не пиявка, не присосался к нему из-за этого и понимающе отнесся к тараканам в голове своего друга. "славно". после диалог встал. ни одного сообщения с обоих сторон не приходило и Ли уже хотел отложить телефон. "ты когда-нибудь хотел, чтобы весь город знал твою историю и ее передавали из уст в уста?" внезапно Хо пришло сообщение именно такого содержания. он знал, что Хан вечно мечтал стать популярным. ему было все равно каким способом, главное чтобы о нем говорили, обсуждали, интересовались. "смотря каковой будет моя история. если это что-то воодушевляющее, то да. тебе стоит задавать вопросы с более конкретными гранями, чувак. это слишком размыто" "ладно, давай я переформулирую" а после Минхи просидел несколько минут в ожидании того, когда же Джисон родит свое гениальное сообщение. "например, если история будет поучительной. всех нас же волнуют и касаются истории про криминал, убийства, баловство с вызовом духов.. мне поэтому и нравится читать, слушать и смотреть истории серийных маньяков и жертв. а еще это один из способов стать популярным, если уж мы заговорили об этом. интересный, не банальный способ стать популярным." дальше этот гений стал пересказывать Минхо историю одного из самых кровожадных убийств, которое произошло в Америке в канун Хеллоуина. (посмотрите видео у Utopia Show про этот инцидент. очень интересно, не буду ничего спойлерить. называется "человек, который убил хеллоуин"). "Хан, сколько грамм? иди уже спать, ты втираешь мне какую-то чушь. завтра встретимся вживую и ты позабудешь обо всех своих темных историях. хотя бы на пару дней" Минхо скипнул часть про историю конфетника, так как уже ни раз слышал о ней от своего друга. напоследок Хо отправил Джисону стикер с шреком асмр, который лежал на боку на кровати, поглаживая место перед собой, а сверху была надпись "приятных снов" и выключил телефон, готовясь ко сну. — я не успела прочитать историю. - вдруг взныл под его ухом детский голос. обернувшись он увидел одну из дочек той самой милфы, которая нагло смотрела в его телефон все это время. — любопытной Варваре на базаре нос оторвали, знаешь такое? - Минхо сказал это довольно добродушно, понимая, что она все еще ребенок. пусть и без грамма воспитания. — не указывай моим детям. - внезапно вмешалась мамаша, которая все это время с важным видом втыкала в свой собственный телефон. - они просто пытаются себя развлечь, а то в поезде для детей вообще ничего не предназначено. - она закатила глаза. Минхо внутренне закатил глаза точно так же. почему-то в наше время большинство людей думает, что все вокруг им должны просто так. — но это моя личная переписка с другом и я не хочу, чтобы ее читали третьи лица. — из личного у тебя только имя, парень. - женщина ответила ему в стиле свег, подбери свои сопли лошок. в общем, нахамила она ему, это и так понятно. спорить с такими человекоподобными особями бесполезно. — а, ну да..- вздохнул Минхо, бурча себе под нос, убирая телефон в карман. он взял уже пустую упаковку от доширака и встал, чтобы пойти и выкинуть ее, но остановился на мгновение. - я не против, что ваши дочки сидят на моей нижней полке, но я собираюсь ложиться спать. нам всем завтра рано вставать. - не дождавшись ответа он пошел вдоль узкого прохода к концу вагона, ведь мусорное ведро было только в туалете. вернувшись, он с облегчением обнаружил, что хотя бы тут они нашли компромисс и все уже лежат на своих законных полках. свет в поезде выключили, но то тут, то там пробегали маленькие световые полосочки из приоткрытой шторы. сняв кроссовки, он лег на свою нижнюю полку, укрылся одеялом и закрыл глаза, начиная засыпать. *** проснулся Минхо не от общей суеты в вагоне, не от будящего народ бортпроводника, а от того, что ему наступили на голень. он вздрогнул, тут же открыв глаза и приподняв башку. это одна из девочек, спускаясь с верхней полки, вместо того, чтобы наступить на специальную ножку решила, что нога бедного Хо будет надежнее. девочка как ни в чем не бывало спрыгнула на пол, надела свои блестящие кроссовочки, чья подошва светилась от каждого шага и села на соседнюю нижнюю полку, где была ее мама. с тяжелым вздохом Хо сел, потирая лицо рукой. сон в полном комплекте одежды на утро всегда приносил помятое состояние. а по другому никак, без толстовки он бы замерз, а уж тем более раздеваться до нижнего белья в плацкарте он бы точно не стал. мозги все еще на месте. потянувшись и подняв шторку до конца, он увидел довольно солнечную погоду за окном, хоть солнце и не придавало той же радости, что и летом, из-за бесчисленных голых деревьев. прибытие будет через сорок минут, значит ему нужно поторопиться. он быстро снял все белье, сложил его на краю, надел кроссовки и взял свой телефон. 9:30 утра. за окном уже начали вырисовываться многоэтажные дома, ведь уже через десять минут они приедут. странное чувство. уже через десять минут он встретит человека, которого в последние года встречал только по видео звонку. это его взбодрило. "я уже приехал" отписался Джисон. сообщение было отправлено в 9:20. что-ж, значит его точно встретят, ведь москвич позаботился о друге и приехал намного заранее, чтобы не опоздать. "еду к тебе, пупсик" некий пупсик уже на протяжении нескольких месяцев был их общим мемом. в одну из ночей Хан скинул Минхо видео, где в какой-то жопе мужчина, полностью в черном, бежал гуськом к камере под звук "бегу к тебе. привет, пупсик", а после смех. они начали передразнивать эту гениальность, а после это уже вошло в привычку. 9:47. поезд останавливается у платформы, люди вскакивают со своих мест и толкаются в узком проходе, а Минхо, не имеющий лишней хромосомы, спокойно подождал когда все уйдут, наслаждаясь тем, как дочери той милфы ноют в толпе о том, что их давят. все тело переполняла нервозность предвкушения, вроде бы хочется вскочить и броситься к выходу, навстречу к другу, а вроде как хочется оказаться дома и никуда больше никогда не выходить. наверное, эти ощущения были естественны для встречи с человеком, с которым на протяжении четырех лет общаешься по переписке и видел вживую лишь однажды, и то эта встреча кажется нереальной, будто сон с температурой 39,9. крепко ухватив чемодан за ручку, он наконец встает с места, хватает кепку и, поправив волосы, надевает ее. на выходе из вагона бортпроводник желает ему приятного путешествия по столице, после чего Хо осторожно спускается на перрон. солнце еще не достигло зенита и не слепило глаза, как бы оно делало летом. перрон был переполнен кучей людей. встречающие крепко обнимали приезжих родных, а кто-то в гордом одиночестве шел к выходу сам. карие глаза быстро бегали по толпе, пытаясь найти знакомое лицо среди тысячи чуждых. сердце определенно забилось чаще, когда взгляд продолжал сканировать толпы незнакомых людей. до ушей отрывками доносились голоса, ведущий связный в реальности диалог, но сейчас для Минхо все слилось в один оглушительный звук и любая речь воспринималась его мозгом примерно также, как и роблокс новости. пык мык и ничего дельного. — бу! Хо подпрыгивает на месте как обычно делают испуганные коты, одновременно вскрикивая что-то вроде "господи", хотя сам всю жизнь был неверующим, на службы и впрочем в церковь не ходил, крест не носил, молитв не знал. обернувшись, он увидел то, что так недолго искал: сияющее лицо, которое обрамляли темные волнистые волосы, карие кричащие от восторга глаза и яркая улыбка. это был Джисон. какое-то время Минхо просто пялился на него, пытаясь осознать произошедшее. его лучший друг, его доверенное лицо, его любимый сплетник и компаньон появился перед ним в реальной жизни. это был совсем другой восторг, вот так видеть его вживую. как дите малое, он первым же делом хотел дотронуться до Хана, так что после ахуевающей паузы с обеих сторон, он раскинул руки только для того, чтобы прижать друга в крепкие объятия. Джи был и не против, даже больше, он хотел того же. для описания чувств Минхо в этот момент будет через чур мало пары прилагательных вроде "счастливый" или "взволнованный", это была огромная буря эмоций, которые он пытался пережить за столь короткий момент. — вот те раз - Хо отстраняется ровно настолько, чтобы посмотреть на лицо Джисона. он через чур драматично вздыхает, будто он глубоко разочарован другом. - едрид-мадрид, ты что, усы сбрил? Хан, который уже успел напрячься, расслабленно выдохнул и закатил глаза. — дурак дураком и уши холодные. - закатил глаза. после общения с Ли запас странных выражений у Джисона явно вырос раза в три. - три года прошло, сколько можно вспоминать? в их первую встречу Хан не уследил за своим внешним видом и под его носом виднелась начавшие расти усы, которые он не успел побрить. и с тех пор Минхо регулярно напоминал ему об этом. вместо ответа рука Хо соскользнула с плеча Джисона, за которое он его обнимал, и потянулась к волосам. он запустил пальцы в мягкие локоны и начал зачесывать его длинную челку набок. — косплей на Гитлера. вот зачем тебе нужны усы. пауза. Хан тяжело вздыхает, возвращая свои волосы в прежнее положение. — что это у тебя за палец под носом? - парень снова взбодряется, давая понять, что прошлая обида была притворной. — какой палец под носом? - и Минхо расположил вытянутый указательный палец под своим носом, изображая усы. ох уж эти шутки про Гитлера.. *** — Джисон, метнись кабанчиком за мукой, пожалуйста. просторную кухню наполняло раритетное звучание песни Can't Help Falling In Love от небезызвестного Элвиса Пресли. сама мама Хо рассказывала ему как в свою молодость ловила под него вайбы, так что с детства парень был знаком с творчеством Элвиса. не то чтобы он был любителем старья, но ради атмосферы, ради вайба послушать мог. он взбивал венчиком смесь из растопленного в микроволновке масла и одного яйца и только сейчас обнаружил, что в доме Хана даже намека на муку нет. — мука? - Джисон встал с корточек, так как доставал из нижнего ящика формочки. они готовили печенья. - етить твою мать, все купил, а самое элементарное забыл... - hand palm и он уже собирается в ближайший магазин, пока Хо хохочет (хохохо) над ним. стоило только другу скрыться за входной дверью и Минхо со вздохом оставляет венчик в миске, вытягивая руки над головой и потягиваясь. — во дает.. - пробормотал себе под нос парень, опуская руки и ставя их на пояс. - нихуево устроился..ну москвич. - на самом деле в сказанном не было ни грамма злости, но дом Джисона действительно выглядел более чем солидно. ну а совпадение ли то, что Хан действительно москвич..да кого ебет, собственно? большой кухонный остров соедененный с самой столовой, тут же лестница на второй этаж, где распологалось еще несколько комнат. две спальни рядом, одна ванная напротив и еще парочка комнат. из столовой на первом этаже выходил коридор в прихожую и еще одну ванную. так что столовая в данном случае выполняла две функции: свое прямое предназначение и гостиная. огибая кухонный остров он выходит в гостинную и окидывает ее взглядом. тут он замечает то, что не бросалось в глаза ранее. деревянная дверка, которая уже явно повидала жизнь, ведь в некоторых местах была поцарапана, углы были сколоты. ну знаете, как будто ослабевшая от бесчиленных ран и травм жертва пыталась спастись, спрятавшись от обезумевшего чувачка в этой комнате, которая скорее всего была каморкой или что-то типо того. подползая к злочастной двери она тянула руки к золотистой ручке, пытаясь дернуть на себя и распахнуть ее, но бедолагу догнали. а дальше кровавая бойня, в следствии которой дверь получила памятные отметины.. не, хуйня какая-то. естественно любитель фильмов ужасов не мог оставить такое явление без внимания и не подумав достаточное количество раз он двинулся прямиком к двери. открылась она с ужасным скрипом, который хорошенько резанул по ушам Минхо, прежде чем открыться. да, это была темная каморка, набитая всякой всячиной. проще говоря барахло, которое хранится либо для определенного сезона, либо ожидает "своего часа", который, как мы все знаем, никогда не наступит. признайтесь, вы же тоже до последнего копите в доме хуету, думая что она действительно пригодится в будущем, а сейчас просто не ее время. делая шаг внутрь, он поднимает левую руку и водит ладонью по стене, нащупывая выключатель, который, по сути, должен там быть. с парой глухих ударов по стене выключатель был найден и резкой вспышкой каморка осветилась теплым светом. клубья пыли неприветливо встречали Минхо, давая понять, что это место как минимум немного заброшенно. — япона мать! - сердце подпрыгнуло в груди, отправляя болезненный импульс по всему телу. обернувшись, чтобы осмотреть очередной запыленный стеллаж, он чуть ли не столкнулся лбами с маникеном, на голову которого была накинута грязная тряпка. задев шаткую даму рукой, манекен сначала склонился как Пизанская башня, а после начал падать прямо на парня. Хо успел среагировать и подхватил манекен до того, как он успел поцеловать пол. схватил за сиськи. ну, больше схватиться было не за что. манекен представлял из себя тушку, которая не имела ни рук, ни ног. - пардон, вы меня напугали. - он отпустил манекен. когда тот снова твердо встал на пол, Ли убрал свои руки из столь компрометирующего положения. и тогда он заметил кое что намного интереснее, чем манекен с вонючей тряпкой на голове. "и нахуя этому гению столько инструментов? зная его, он даже лампочку вкрутить не сможет, что уж там забить гвоздь.. стукнет один раз и пиши пропало: палец был и пальца нет" он фыркнул, разглядывая молотки, отвертки и пилу, на которую даже не был надет защитный колпачок. не безопасно, не по христиански это. но еще интереснее был предмет, который соседствовался с набором мастера на все руки. старая потрепанная коробка, которую явно открывали не мало раз. примерно так же выглядела коробка от лото в доме бабушки Хо, ведь та живет еще со времен СССР. между прочим, когда Минхо станет ворчливым дедом, он сможет продать это лото, мешочек банка СССР, в котором хранятся игровые копейки(которые тоже можно будет продать) и жить в шоколаде, ведь к тому времени этот раритет будет стоить не малых денег. а хранить его смысла нет, особо теплых воспоминаний для парня этот предмет не хранит. но сейчас не о лото. присев на корточки, Хо смахивает рукой пыль и открывает взору надпись "Ouija". да, Джисон хранит дома чертову доску Уиджи. легко откинув картонную крышку, он достает саму доску, а за доской выпадает и планшетка. все как в фильмах: на доске выжжен весь английский алфавит, под алфавитом цифры от одного до девяти, снизу слово прощай, а сверху в правом углу слово нет, в левом-да. сама доска не замысловатая, обычный прямоугольник украшенный только по краям, и то вовсе непривлекательным и кривым узором. а о планшетке и говорить нечего. деревянный треугольник с небольшой круглой дыркой. — что ты тут делаешь? Минхо резко вскидывает голову вверх, сидя на корточках с доской в руках как придурок. в дверном проеме стоял Джисон, который уже успел вернуться из магазина. ну конечно он успел. он бы еще сто раз успел, пока Ли тут копался и вальсировал с маникеном. наконец с парнем заговорила совесть и он почувствовал себя мягко говоря неловко от того, что только что рыскал по чужому дому. а если Хан подумает, что Минхо пытался у него что-то украть? он тут же убирает доску на место и встает с корточек, отряхиваясь. — просто... смотрю. - по тому, как Хан поднял бровь, было понятно, что это звучало не особо убедительно. - ты уже купил муку? - молчание. Хо точно знал, чего хотел его друг. и Джисон имел полное право это хотеть. - прости меня, это был невоспитанный поступок. и только тогда мышцы лица Хана расслабились и он не сдержал ухмылки. — всегда знал, что ты проныра. - он оттолкнулся от косяка, к которому все это время прилегал плечом. - но, вижу, тебя привлекла доска? впервые видишь ее вживую? — нет, у моей двоюродной сестры была такая. мы тогда пытались призвать духа, который по рассказам ее мамы обитал в их окрестностях, но.. мне вообще нужно говорить, что у нас ничего не вышло? - он усмехнулся, вспоминая как в детстве он со своей двоюродной сестрой сквозь бешено колотящиеся сердца произносили якобы волшебные слова, после которых к ним должны были слететься сразу все духи мира. — вы просто делали это неправильно. - в глазах Хана мелькнул озорной огонек. Минхо видел этот маленький огонек в глазах друга, но знал, что порой маленькие вещи творят немаленькие дела. - хочешь научу? — серьезно? - Ли закатил глаза, цокнув языком. но все это было лишь его гениальным сарказмом, где он с излишней драматичностью акцентировал каждое далее произнесенное им слово, скорчив сучье лицо. - Хан, ей богу, тебе уже 21 год, пора бы забыть обо всех этих детских шалостях. неужели ты правда до сих пор веришь в духов и, более того, готов тратить свое драгоценное время на то, чтобы скакать вокруг куска дерева и дрожать как осиновый лист от малейшего шороха? - он согнул руку и откинул кисть в сторону, сжав губы в тонкую линию, выражая все свое презрение. - ну конечно я хочу. а Джисона просить дважды не нужно. свет в гостиной был выключен, а шторы плотно закрыты. единственным источником света и второстепенным создателем жуткой атмосферы была лишь свеча, чей огонь плавно покачивался из стороны в сторону, периодически дергаясь от неощутимых для человека порывов ветра. — клади два пальца на планшетку. - скомандовал Хан, уложив собственные. - рядом с моими, не на мои. и Минхо сделал именно так, как ему и сказали. он положил два своих пальца рядом с пальцами Джисона на планшетке. получилось довольно тесно, ведь сама деревяшка была небольшого размера. казалось с каждым мгновением атмосфера накалялась, будто что-то действительно могло произойти. Хо неловко поерзал на сером диване, который в доме Джи был просто идеальным. у Минхо такого никогда не будет, ведь кроме него диван любят и три его кота. три кота, три хвоста. Хан передвинул планшетку так, чтобы та распологалась над буквой "G", то есть в самом верху посередине. — здесь кто-нибудь есть? - твердый голос Хана разрезал успевшую укорениться тишину. — прям так сразу? - наперебой спросил Хо, нахмурив брови. - разве не нужно ничего перед этим говорить? — а что ты хочешь? — ну знаешь.. - Ли замялся, не зная как ответить не выставив себя придурком. - тогда, когда я делал это со своей двоюродной сестрой, мы еще говорили какую-то лабуду перед началом. - он свел брови, видимо пытаясь вспомнить "заклинание" слово в слово. - уже не вспомню, наверное... в общем перед этим мы с ней насмотрелись Элли Ди и просто повторяли за ней. я думал она действительно шарит и делает как надо, не? Хан разразился смехом. — ты смотрел Элли Ди? - сквозь смех выдавил он, продолжая ухахатываться над сердечным признанием друга. — я был ее целевой аудиторией. тупой мальчик восьми-девяти лет, который любил пощекотать нервы. - пробурчал Хо, поведя плечом. язык его тела буквально кричал о том, что он действительно смущен, хоть парень и пытался играть в стойкого мужчину со стальными яйцами. — уверяю тебя, все, что говорила в тех видео Элли Ди - чистейшее очковтирательство. - с ухмылкой ответил Джи, все еще периодически хихикая себе под нос. - да и не стала бы она делать настоящий обряд на камеру зная, что ее смотрят только дети. с этим нельзя было не согласиться. Хан был прав и это еще больше смутило Ли, дав ему осознать насколько глупеньким был его вопрос. — whatever - вздохнул он, специально акцентируя букву р в конце слова, пародируя всех тех американ герл, которые снимают сериалы про обычных подростков с золотыми макбуками. в ответ Джисон лишь хихикнул, возвращая свои пальцы на планшетку и ставя ее на место. он повторил свой вопрос. после их всплеска реплик и громкого хохота Хана, тишина казалась еще более оглушающей. мгновение, казалось, растянулось в целый час, пока они ожидали дальнейшего развития событий. и вот наконец произошло долгожданное событие. Хо почувствовал движение под своими пальцами и планшетка действительно сдвинулась со своего места. медленным и неравномерным движением она достигла надписи "да", остановившись на ней. — это ты двигаешь планшетку, я чувствую! - воскликнул Минхо, убирая свои пальцы и поворачиваясь к другу. — ну да, я. или ты правда думал, что что-то произойдет? - Джи хихикнул, довольный своей работой. — нет, я так не думал. просто еще раз удостоверился, что ты хитрый жук.. — это ты хитрый жук. я по крайней мере не рыскаю по чужим домам без спроса. — справедливо. *** к вечеру печенья были готовы. сладкий мягкий запах наполнил комнату, пробиваясь в ноздри и заставляя живот Минхо нетерпеливо урчать. взяв прихватку, Хан открыл духовку, впуская еще больше соблазнительного запаха в комнату. вместе с запахом из духовки повалил и дымок от горячих, только что испеченных печений. извлеча противень из духовки, Джисон поставил ее на стол и довольно посмотрел на их работу. светлые печенья, хрустящие даже с виду. осталось только украсить. вооружившись тюбиком шоколада, они принялись вырисовывать на поверхности выпечки рожицы, цветочки и в общем все что душе угодно. двумя руками держа тюбик, Хо очень осторожно и медленно выкладывал на печеньке уже ставшую родной рожицу. два вытянутых глаза, треугольный нос, улыбка и две морщинки по обе стороны от нее. — ядрен батон, хотел нарисовать Джурыми и все испортил..- выругался парень, когда рука художника дрогнула и сделала партак. огромная шоколадная клякса посередине идеально нарисованного лица. — дай посмотреть. - Хан отвлекся от украшения своей половины печенья и подошел ближе, чтобы посмотреть на партак. и правда, рожица была испорчена. - и сразу плакать. - усмехается он, беспечно хватая печеньку и засовывая ее в рот целиком. спустя мгновение он одобрительно замычал, но связный комментарий смог дать только тогда, когда прожевал и проглотил выпечку. - не смотря на то, что ты нарисовал хуету, очень вкусно. серьезно. — а ты руки помыл? - повисла пауза. - ну ёперный театр, Джисон. ты пока готовил потрогал все что можно:губку, стол, всевозможные ручки, еще и в туалет успел сходить. а потом у тебя очко будет разрываться. - он уперел кулаки в бока. - вот два года назад мы всей семьей готовили шаверму. кто-то не помыл руки, так нас потом всех во все стороны, а... - но его шикарный рассказ прервали. — я не думаю, что хочу знать, как ты дристал. - Хан вскинул руками в притворной капитуляции. - щас я помою руки и вернусь, договорились. когда друг ушел в ванную, Ли продолжил украшать свою долю печений. рисуя очередное сердце, он случайно задевает локтем рядом стоящую банку молока, крышку которого какой-то гений не закрутил до конца. с глухим стуком банка приземляется на пол, а крышка отлетает, выпуская волну молока наружу. белые капли затрагивают по ощущениям всю кухню, а белая лужа на полу медленно растекается до невероятных размеров. — ну едрить твою мать! - воскликнул Хо, отшагивая назад, чтобы еще больше не вляпаться. - Хан, где можно взять тряпку? — ну, поищи в той каморке, где ты рыскал сегодня днем. отложив тюбик, все еще ругаясь себе под нос благим матом, он огибает кухонный остров и идет к двери, мимо дивана и телевизора. открыв дверь смелее, чем в первый раз, он включает свет и окидывает взглядом уже знакомую каморку. в мозге сразу всплывает мысль о той самой тряпке на манекене, которая очень уж была похожа на половую. и он без задней мысли стащил ее с головы. тряпка была плотной и неприятной на ощупь. но испугало Ли совсем не это. развернув ткань, на ее середине было огромное темно-красное пятно, которое со временем уже стало более коричневым. Минхо прекрасно понимал, что это. "что за хуета.." и он быстро набрасывает тряпку обратно на голову манекена. — в коробке. - Хо подпрыгивает от внезапного вторжения. в голосе вошедшего будто слышался намек на раздражение. Джисон присел на корточки и достал чистую тряпку из большой коробки. — это что? - преодолевая собственную осторожность, спросил Ли. он знал, что возможно зря задает вопрос о такой сомнительной вещице. но любопытство переосилило любые здравые мысли. пауза. — мм.. разделывал большой кусок и случайно уронил его на пол. а у мяса есть кровь, знаешь ли. она никуда не девается. - он встает с корточек, когда другой принял тряпку. - пойдем, а то молоко засохнет. и в этот момент сердце встало в груди Минхо. что он сказал? *** ночка выдалась не спокойной. давненько все таки Минхо не снились кошмары. когда главный антогонист его сна уже ухватил парня за руку, Минхо вздрагивает и резко сев в постели просыпается. встречает его кромешная темнота. темнота хранит не только секреты, но и укрывает людей. но не всегда эти люди хорошие. с тяжелым вздохом он подтягивает ноги к себе, садясь по турецки и протирает заспанные глаза тыльной стороной ладони. "надо же такому присниться.." и только тогда он осознал, что из соседней спальни, где был Джисон, уже долгое время доносится шум, будто кто-то безостановочно роется в вещах. Ли всегда спал чутко, поэтому малейший шум уже выводил его из себя и мешал встрече со сладким сном. без задней мысли он слегка хрипловатым от сна голосом прикрикнул: — Хан, ей богу, ложись уже спать! и ему показалось, что это сработало. на мгновение повисла тишина. — Минхо, - протянул Хан из другой комнаты, снова начиная чем-то греметь. - иди сюда. Хо нахмурился. 2:47 ночи, чем это он ему внезапно понадобился? но если это обеспечит дальнейшую тишину...парень откидывает одеяло в сторону, свешивает ноги с кровати и надевает тапочки. коридор встретил его совсем подругому: яркий свет ослеплял глаза, заставив парня зажмуриться. свет был более справедливым, если так подумать. свет не давал остаться безнаказанным никому, но в тоже время прославлял достойных. укрыться в нем было невозможно, а значит в нем каждого настигнет именно та учесть, которой он достоин. дверь в комнату друга была приоткрыта, будто приглашая войти внутрь. но Минхо ощутил двоякие чувства. будто он стоит голым и беззащитным перед лицом явно чего-то ужасающего. и ему это не нравилось. как будто он начал жалеть, что вообще приехал сюда, хотя днем ему было весело хохотать со своим другом. в такие моменты он решал, что попросту накручивает себя и что утром он еще будет хохотать над своей трусливостью. и он делает шаг в комнату. не успев ничего осознать, его уже крепко держат со спины, а воздух перестал попадать в легкие. Хо открывает рот будто немая рыба, пытаясь сделать большой вдох, насытив свое тело кислородом, но выходит лишь дедовское хрипение. парень ощущал, как его лицо что-то стягивает и, сложив эти факторы с тем, что перед ним полная темнота, он понял, что на его голову накинули пакет, перетянув его так, чтобы жертва не могла дышать. он рывками дергает то одним плечом вперед, то другим, пытаясь высвободить руки до того, как он умрет или потеряет сознание. и Ли прекрасно знал, кто делает это с ним. когда ноги все больше становились ватными, он с отчаянным рывком наконец освобождает правую руку и не теряя ни секунды двумя пальцами разрывает сильно натянутый пакет у открытого рта, после расширяя дырку настолько, чтобы можно было открыть глаза. но к этому времени Хан уже отпустил пакет, так как больше в нем смысла не было. и вместе с пакетом он отпустил и Минхо, дав ему упасть на пол, судорожно хватая ртом воздух. парень не хотел терять много времени и стянув с головы пакет перевернулся на задницу, чтобы держать убийцу в поле зрения. за одно мгновение лицо, которому он утром радовался больше, чем своей жизни, стало невыносимо противным, вызывающим ярость, страх и боль предательства одновременно. — какого черта?! - наконец предъявляет Минхо, упираясь на ладони по обе стороны от себя чтобы встать, но Джисон быстро наступает на его локоть, заставив бедолагу застонать от боли и упасть обратно на пол. — не кричи, тебя все равно никто не услышит. - выждав паузу, будто готовясь ответить на любые возражения(ответить вряд ли только словами), он проходится прямо по руке Хо к столу, на котором лежали явно заранее приготовленные орудия. пока Хан зловеще брякал лезвиями, Минхо облокотился на здоровую руку и оттолкнувшись встал на колени, а с коленей поднялся на ноги. нужно было действовать, если он не хочет прерывать свою полную возможностей жизнь на двадцать втором году. Джисон заметил, что его жертва планирует уносить ноги, но пока не суетился, будто издеваясь над Ли, который уже выбежал в коридор. мысли в голове бегали, спотыкались и путались, а тело двигал вперед лишь адреналин. сначала Минхо хотел запереться в какой-нибудь из комнат, но все было заперто. он лихорадочно бегал из стороны в сторону, дергая ручки всех комнат по очереди. Джисон явно задумал все заранее и от этого становилось тошно. что внезапно щелкнуло в человеке, что он решил прикончить собственного друга? и почему он не сделал это при первой встрече? вопросов было слишком много, а в голове у Минхо было лишь одно слово - блять. пару раз дернув ручку ванной комнаты, он понимает, что и та предательски заперта. взгляд падает на приоткрытую дверь в его спальню. конечно, как же он сразу не догадался бежать туда? всю свою жизнь Ли кринжевал с тупых главных героев в фильмах ужасов, которые ведут себя абсолютно не логично в самый ответственный момент и только сейчас заметил, что сам ведет себя не умнее обезьяны. страх ударил в голову и он перестал что-либо соображать, тупо бегая по второму этажу, не в силах остановить собственные ноги. резко затормозив в конце коридора, он как кошка на повороте разворачивается в обратную сторону и бежит к спасительной двери. быстро сокращая расстояние, он уже придумывает что скажет оператору экстренной службы спасения, как из своей комнаты не особо торопясь выходит Хан. его походка уверенная и в какой-то степени хищная, так как он не намерен упускать жертву из своих кровожадных рук. таких же кровожадных, как и ухмылка на его лице. в руке он держал большой кухонный сверкающий нож, лезвие которого было острым как бритва. Хо затормозил, понимая что проскользнуть мимо него в комнату будет невозможным. — опусти нож, тебе не нужно этого делать. - запинаясь пробормотал Минхо, медленно приподнимая руки в успокаивающем жесте. он знал что должен быть осторожным, если не хочет спровоцировать Хана. набрав полную грудь кислорода, он собирался сказать что-то еще, но Джисон его опердил. — иди сюда. по хорошему. и я обещаю, будет не больно. такое естественно не устроило Ли. он чувствовал, что каждая его частичка предательски трясется как собака дворовая, а дыхание было сбивчивым и поверхностным, не насыщая его мозг кислородом как следует, из-за чего кружилась голова. он рвано вдыхает, но слова застревают в его горле, еще больше растянув и без того жутко томную паузу. — я два раза не повторяю. - лицо Джи исказилось в раздражении. ему не особо хотелось играть в кошки-мышки и бегать за Минхо по всему дому, но видимо этот парень будет брыкаться даже при самой жалкой надежде на жизнь. и Хан, как неудевительно, не ошибся. Минхо не стал сдаваться и так быстро принимать свою смерть. он ринулся к лестнице и тяжело уронив свою руку на перило быстро перебирал ногами, перешагивая через одну ступеньку. на этот раз Джисон незамедлительно ринулся вслед, подкрепляемый азартом погони и заглатывающей его ненавистью. когда бедолага достиг середины лестницы, на всем своем пути нервно громко дыша, Хан крепко хватается за рукоятку ножа и одним четким движением отправляет его вперед, заставив пролететь по прямой траектории прямо в икру Ли. с силой лезвие погружается в горячую плоть, засаживаясь достаточно глубоко, чтобы толкнуть жертву вперед, заставить громко вскрикнуть от боли и покатиться вниз. кровь брызнула в разные стороны, оставив искусные темные капли на верхних ступеньках, а после продолжаясь толстым кровавым следом. Минхо кубарем катится по лестнице, каждая ступенька выбивает из него громкий болезненный стон и шлепок тушки о твердую поверхность. во время своего полета он бесчисленное количество раз ударяется головой, боль отдается сильным давлением внутри всей черепушки, а после стремительно протекает по всему телу, отдаваясь тупой и продолжительной болью. с глухим стуком он достигает конца своего спуска, все тело ужасно ноет, а торчащий из икры нож напоминает о себе при малейшем движении. теплая кровь противно стекает вниз по ноге, заставляя тонкую ткань его пижамы прилипать к ноге. ощущение инородного объекта в собственном теле было по меньшей мере пугающим, так что парню хотелось крепко схватиться за рукоятку и одним резким движением вытащить нож, но он знал, что так делать нельзя. мозг был сосредоточен на новой степени боли, которую Ли никогда в своей жизни не ощущал. из-за этого думать стало еще сложнее, уже хотелось сдаться. он чувствовал себя птицей в клетке, которая бешенно бьется во все стороны, в итоге лишь причиняя большую боль самой себе каждый раз, когда стукается о неумолимую стенку. в уголках глаз скопились слезы, которые замылили его зрение и еще больше расслабляли тело, которое и так стало ватным от режущего изнутри ножа и бессчисленных ушибов. ритмичные шаги Хана по лестнице лишь подгоняли и так торопящийся разум Минхо, заставив того упереться на руки и начать ползти, так как возможности встать на ноги не было. дрожащие губы разомкнулись, когда он сделал первый рывок. несколько видов боли с разных частей его тела смешались воедино, заставив Хо позабыть о каком-либо стеснении и громко застонать, перейдя на всхлип. Ли медленно переставлял руки, ладони глухо шлепались об пол каждый раз, когда он тяжело опускал их. одной из самых болезненных вещей было подтянуть за собой заднюю часть своего тела, ведь для исполнения подобного трюка основная опора шла на ноги, которые сейчас у него были ватными и еле ощутимыми. чем дольше он полз, тем меньше он ощущал свое тело и себя в принципе. передвигался он уже скорее как червяк, которого насадили на крючок. поставив руки достаточно далеко от себя, он пытался подтянуться, извиваясь во все стороны, что на самом деле не упрощало ему задачу. нервы были на пределе, он спиной чуял приближающуюся угрозу в виде собственного друга, каковым он считал Джисона до недавних пор. с тяжелым стоном он наконец доползает до кухни, но это было лишь пол дела. сморгнув застрявшие на ресницах слезы, он поднимает руки вверх, зацепляется за край столешницы и подтягивает свою тушку, пыхтя отборный мат себе под нос. он был готов уровнять их силы и отомстить за столь жестокое предательство. схватившись за ручку ящичка, он одним резким движением открывает его. Хо точно помнит, что там лежат вилки и ножи. и он готов этим воспользоваться. он шарит рукой по днищу, судорожно ища средство самозащиты. истошный крик заполняет комнату, когда Хан подходит сзади и выдергивает нож из икры жертвы, заставив Минхо уронить свою голову, стукнувшись лбом о столешницу и быстрее заерзать рукой в ящике. от боли перед глазами уже давно танцевали звезды, а по краям уже подступала дымка. каждый быстрый выдох скорее напоминал скулеж, но это не задело ни единой струны души Хана, ведь каждая давно была порвана, обмотавшись колючей проволокой вокруг сердца Джисона. он замахивается и наносит второе ножевое ранение Хо, приколачивая его руку к днищу ящика. лезвие неприятно проходит мимо пястных костей, пронзая плоть насквозь. каждое движение отдается добавочной невыносимой болью в правой руке, заставляя Ли сдаться, осозновая что он в ловушке. буквально прикован к ебаному ящику, который был пуст. Хан продумал каждую деталь. это было его обдуманным решением, его планом. и сейчас Минхо не ощущал ничего, кроме злости от предательства. хныкнув, он моргает и жмурится, снимая с ресниц слезы. голова пуста, тело постепенно теряет прежнюю тяжесть. он остается один с поглощающей его тело болью и чувством безысходности. но она его не пугала. он уже приговорен к этому и изменить его судьбу может лишь чудо. но сегодня хеллоуин. — ты мне соврал. еле шевеля губами выговорил Ли. нет, он должен смотреть в его глаза пока говорит. хочет увидеть в последний раз предательскую рожу и оценить безразличие в каждой черточке его лица. убедиться, что его лучший друг никто иной, кроме как поехавший ублюдок. он заставил свое тело снова подчиняться приказам его мозга, снова подчиняться ему. зажмурившись от боли, он, задержав дыхание, поворачивается под своей проткнутой рукой, тут же откидываясь на закрытые ящики столешницы сзади него. открыв глаза он увидел Хана, который с интересом наблюдает за его действиями. в них было лишь две поверхностно одинаковые черты: горящие глаза и окровавленные руки. но главную роль играло то, как они получили две эти черты. — ты.. - он запнулся, когда с губ сорвался рваный выдох, сотрясающий его грудь. Хо закусывает губу, его пальцы приколотой руки лениво шевелятся, ощущая как обильный слой крови уже начал засыхать на коже, противно слепливая пальцы между собой в разных местах. - ты мне соврал. - будто для особо одаренных повторяет Ли. собрать мысли в кучу когда твоя ладонь проколота насквозь мягко говоря не легко. и Хан, как истинный джентльмен, заметил дискомфорт своего оппонента и поспешил помочь. подойдя ближе, он одной рукой уперся в днище ящика, где была прикована рука бедолаги, а второй рукой взялся за рукоятку, чтобы рывком освободить друга, вытаскивая нож из теплой плоти. лезвие уже не сверкало в лунных лучах, льющихся из окна, оно было покрыто красной густой кровью. Джисон провел указательным пальцем по боку лезвия, наблюдая как кровь окрашивает подушечку пальца в цвет его смертного греха, искусно подчеркивая его паппилярный узор. растерев кровь между указательным и большим пальцами, он наконец возвращает внимание на Минхо, который сидит и пялится на свою дрожащую, как осиновый лист, руку. он медленно сжимает и разжимает кулак, наблюдая как при этом его рана раскрывается и закрывается, выделяя еще больше крови, которая начала стекать с кисти по запястью. его лицо бледнее простыни, а все тело неумолимо трясется. штанина на правой ноге уже давно приобрела темно-бордовый цвет крови, а под самим Минхо образовалось пятно,которое он растирал по полу с каждым движением. кровь будто была повсюду, но только не там, где она должна быть. каждая капелька принадлежала Хо, она обеспечивала ему долгую жизнь, но его ее лишают. — так о чем же я тебе соврал, Минхо? - когда Джи надоело ждать, он схватил пребывающего в шоке Хо за воротник и притянул к себе, заглядывая в карие помутневшие от боли и слез глаза. — та тряпка.. - пробормотал он, сжав губы на мгновение, чтобы собраться с силами для дальнейшего диалога. - ты не ешь мясо, чья это кровь? — о, так мило что ты запомнил мои предпочтения в еде. - саркастично фыркнул Хан, отпуская воротник спальной футболки Минхо, отталкивая его назад, впечатывая обратно в столешницу. - побойся бога, Минхо. не слишком ли смело вспоминать души убиенных в столь мрачный праздник? особенно когда вечером мы поигрались с той дощечкой. - голос Джисона сочился нескрытой насмешкой. — они знают не тебя, Хан. - Ли всхлипывает от боли, прежде чем продолжить. голова становится слишком тяжелой для его шеи, когда силы постепенно покидают его тело. - все боятся неизвестного убийцу, который безнаказанно орудует в вашей Москве. знаешь, я новости все таки смотрю. - он поднял взгляд на убийцу. кажется тот был заинтересован в речи Минхо. либо его просто очень забавил слабый лепет раненного. - ты.. ты говорил мне, что хочешь стать популярным.. - он тяжело сглатывает. он принял свое решение. - и если ты выбрал этот путь для достижения цели - он зажмурился, нехотя выдавливая последние слова. - доведи дело до конца, Джисон. повисла пауза. Джи наблюдал, как его жертва сидит перед его ногами смиренно опустив голову. так быстро? — я доведу дело до конца, об этом не переживай. - он присаживается на корточки перед Минхо, тело которого продолжает трястись. он склоняет голову в бок, заглядывая в лицо друга. - но я думал ты будешь переживать о том, что входишь в мое дело. - ответа не последовало. Хан разочарованно цокнул. он ненавидел, когда его игнорируют. - что-ж, мне это только на руку. - прошипел он, резко хватая Ли за голову. Минхо распахивает глаза, когда Хан крепко держит его голову двумя руками, не давая пошевелится. одна рука сползает с макушки и двумя пальцами сильнее раздвигает верхнее и нижнее веко в противоположные стороны, оголяя круглое глазное яблоко. он ахает, начиная осозновать намерения Джисона и пытается вырваться из хватки. убийца ударяет коленом в живот Ли, попадая прямо в солнечное сплетение. и этого было достаточно, чтобы угомонить жертву. пока Хо хватал ртом воздух, Хан уже переместил два пальца, которыми раздвигал его веки, внутрь. пальцы медленно погружались в тепло плоти Минхо, протискиваясь между черепом и самим глазным яблоком. Минхо закричал, когда чужие пальцы неосторожно забрались в его череп, травмируя роговицу. он пытался закрыть глаз, пытался вырваться, но его крепко удерживали за подбородок. Хан с энтузиазмом надавливал дальше, пока яблоко не выскочило наружу настолько, чтобы его можно было обхватить полностью и вырвать из черепа. за фонтаном кровищи последовал истошный визг, пока сам убийца наслаждался добычей. на его ладони лежал круглый карий глаз, из задней части которого тянулся тонкий окровавленный нерв. Хо упал на пол, хватаясь рукой за место, где должен был быть его левый глаз. почувствовав своим пальцем лишь пустоту, из горла вырвался еще один пронзительный крик, эхом отдающийся среди стен дома. но тут его уже хватают за шкирку, помахав его собственным глазом перед ним, заставляя парня начать истерически то ли визжать, то ли рыдать. не церемонясь Джисон сует первой попавшейся стороной глаз обратно в глазницу. нерв торчит из уголка глаза, но Хана все устраивает. — хватит верещать, сука - Джи хватает свою жертву за челюсть, понимая что та превысила все его ожидания по громкости визгов и их действительно могут услышать люди из соседних домов. но сказать "хватит верещать" человеку, которому только что вырвали глаз ровно так же, что и сказать немому "хватит молчать". замахнувшись, Хан ударяет в челюсть Минхо до удовлетворительного хруста и пары вылетевших зубов. Хо тут же замолкает, вместо этого подавившись собственной кровью. когда челюсть не закрывалась, а по подбородку струей текла кровь, Джи был доволен обеспеченной тишиной. он схватил все тот же нож и приставил лезвие к горлу хрипящего Минхо. кадык жертвы дернулся перед тем как одним быстрым движением Хан перерезает его глотку, выбивая из измученного тела последний вдох. убийца продолжает резать кровоточущую плоть с неисчизаемым энтузиазмом, хотя его жертва уже давно перестала подавать признаков жизни. и Хан Джисону осталось лишь довести дело до конца. *** — эй, Джорджи, твой кофе пришел! - крикнул невысокий мужчина в полицейской форме заходя в дом, где вчера произошло убийство, держа в руках два картонных стаканчика с кофе. — о, Том. - с меньшей оживленностью голоса пробормотал тот самый Джорджи. он стоял спиной к входу, уперев руки в боки и лицом к огражденной территории внутри кухонного островка. - хеллоуин в этом году не разочаровал, а? - сухо усмехнулся он, принимая кофе от своего напарника. — в России не отмечают хеллоуин. - напомнил Том, делая глоток собственного кофе. — в любом случае..- он вздохнул, перложив горячий стаканчик из левой руки вправую. - хорошо что вчерашняя ночная смена была не твоей. я думал что мне ужасно наскучили вызовы по причине "шумят соседи", "подростки попробовали собачий кайф в школе", но.. лучше бы вчерашний вызов закончился штрафом очередным тусующимся подросткам. вчерашнее зрелище увидеть и врагу не пожелаешь. - он сделал глоток горячего напитка, поворачиваясь к Тому. — убийство с самоубийством? - спросил мужчина, заранее зная ответ. об этом трещали по всем новостям. — мгм.. мы подозреваем, что этот некий Хан Джисон связан с предыдущими двумя убийствами. очень похоже на его почерк. — а что было? - Том приехал только сегодня днем, пока за ночь и утро полицейские успели оперативно собрать все нужные улики и убрать море крови, которое могли бы заметить местные любопытные зеваки. — из самого запоминающегося труп жертвы. - спокойно ответил Джорджи, смакуя вкус кофе и не особо торопясь с рассказом. - он уже в морге и его еще будут вскрывать, но из самого очевидного: сломанная рука, перерезанная глотка, разрезанная икра, проткнутая на сквозь рука и сломанная челюсть.. а еще этот больной ублюдок вырвал бедолаге глаз и вставил его обратно задом наперед. - в ответ Том лишь сказал что-то вроде "оу". - а сам убийца перерезал себе вены. не знаю с чего это вдруг, может совесть наконец загрызла, черт его знает... — город стоит на ушах, все только об этом и говорят.. куда не пойди, обязательно услышишь имя этого ублюдка. *** "внимание! ночной экспресс поезд Москва - Санкт-Петербуг отправляется с пятой платформы в 1:05"