Пустой стакан

Время позднее. В баре Джимми спокойствие – большинство посетителей уже покинули его. За стойкой лениво полирует стаканы сам Джимми, поглядывая на двух последних гостей – лейтенанта Андерсона и андроида Коннора. Они сидят за угловым столиком. На столе перед Хэнком початая бутылка виски и стакан с остатками льда, а перед Коннором – пустой стакан, в который он так ничего и не налил. Хэнк, слегка расслабленный после сложного дня, закуривает сигарету, выпуская облако дыма, которое медленно поднимается к потолку. – Ты, знаешь, Коннор, я никогда не думал, что могу оказаться в такой ситуации, где буду рад, что рядом оказался андроид. Эти типы… они меня в угол загнали! Он делает долгий глоток виски, наслаждаясь его теплом. После чего вздыхает. – Я просто выполнял свою работу, лейтенант. Хотя, признаюсь, это дело оказалось сложнее, чем я ожидал. Андроид делает паузу, наблюдая за Хэнком. В его глазах слабое отражение интереса и даже, возможно, удовлетворения от проделанной работы. – Сложное дело? Это слабо сказано. Эти ублюдки все продумали. Но знаешь, что главное? Мы их раскусили. Как ни крути, но мы поимели их, Коннор. – Хэнк с явным уважением смотрит на своего напарника, поднимая стакан в знак тоста. – За хорошую команду. Коннор, немного удивленный этим жестом, чуть улыбается и кивает, поднимая свой пустой стакан в ответ. – За команду, Хэнк. Они оба делают глоток, хотя в стакан себе Коннор по-прежнему ничего не налил. Хэнк рассмеялся. – Ты все еще не понимаешь, почему люди пьют, да? Ладно, может, и не надо. Лучше тебе оставаться таким, каким ты есть. – А вы, лейтенант? Хэнк нахмурился. – М? Что я? – Вам все еще страшно, что я могу холодно ответить? Боитесь, что я остался той же машиной, которой все вокруг безразлично? – Интересный ты вопрос задал, Коннор… Ну… не знаю. Возможно. А с чего ты вообще взял-то? И, пожалуйста, давай без этих твоих шерлоковских объяснений! Коннор, потерев ладони, развел руками. – Дедукция тут и не нужна. Вы сказали, лучше мне оставаться таким, какой я есть. То есть решили за меня. А себя же вы поставили в безопасную зону, где не захотите слушать чего-то другого, будь это правда или ложь. – Ну ни хрена себе, и это ты называешь «без дедукции»?.. Ну, ладно, в чем-то ты прав. Но лишь отчасти! – Хэнк показал пальцем на Коннора. Андроида позабавили опасения Андерсона. – Вы можете не волноваться, лейтенант. После того, как мы с вами оба выбрались из того лифта, моя прежняя жизнь ко мне никогда не вернется. – О-о, теперь-то уж я не сомневаюсь! – Да что вы? – с хитрой ухмылкой спросил Коннор. – Почему вдруг? – Сам только что доказал, что твои мозги стали иметь право на ошибку. – Ошибку? В каком месте я ошибся? – В своей прежней жизни, парень. Жизни! – подчеркнул Хэнк. – А-а! Оу… – Коннор задумался, отведя глаза на свой пустой стакан. – Не парься, тебе можно – ты ж живой теперь. Знал бы ты, как часто ошибаются люди… Некоторое время напарники сидят в молчании, то ли задумавшись, то ли просто наслаждаясь спокойствием. Лишь приглушенные звуки телевизора да редкие шумы с улицы нарушали тишину. – Знаешь, Коннор, я думаю, что с каждым нашим чертовым делом, мы оба, как ни крути, все равно меняемся. Не знаю, в лучшую ли сторону, но… Андерсон замолкает, глядя на андроида, который внимательно слушает каждое его слово. – Мы становимся лучше, Хэнк. По крайней мере, мы стараемся. Хэнк смотрит на Коннора и медленно кивает, соглашаясь. – Давай так: через неделю мы снова явимся в этот бар, выберем что-то особенное и выпьем еще раз. – Снова за хорошую команду? – Именно так, Коннор. Снова за хорошую команду. – Договорились, Хэнк. Они оба улыбаются. – Могу я считать, лейтенант, что в этот момент между нами установилось понимание не только, как между напарниками, но и друзьями тоже? Ноздри Андерсона раздулись, а губы изогнулись в ухмылке, когда он тихо усмехнулся. – А до тебя только сейчас доперло? Не спрашивай больше о таких глупостях, а то стакан так и останется пуст, ясно? Андроид показал искреннюю ухмылку. – Ясно.