Storm is over.

Маршалл. Все, о чем Джексон думал следующую неделю, был МакКуин. Он не находил себе места, даже спать не мог. А если Шторму и удавалось отключиться на какое-то время, то снился ему исключительно Монтгомери. Мысли о нем Нолана преследовали, Шторм чуть с ума не сошел. Он вспоминал, как часто фантазировал о том, как МакКуин был бы в отношениях с ним, но сейчас такие размышления не приносили ничего, кроме боли. Потому что теперь идеализировать его образ в голове было невозможно, он ведь не принял чувства Шторма. Не захотел с ним быть, не осознал, как бы Джексон мог измениться с ним рядом. Нолан смотрел на его профиль в соцсети, который из-за того, что Шторм сам МакКуина и заблокировал, теперь был недоступен. Можно было перечитать сообщения, что они до этого писали друг другу, но от этого становилось только ещё больнее. МакКуин тут писал, как ему интересно со Штормом, как нравится общаться, играть вдвоем. Он ведь больше такого не напишет, сам сказал, что отношений у них, пока Шторм не сходит к психологу, не будет. А может и не будет вообще! Нолан чувствовал гнев, злость, боль, обиду. Иногда порознь, а порой эти ощущения накатывали все вместе. Вызывали дрожь в теле, заставляли слезы отчаяния подступать к глазам снова и снова. Шторм не признается в этом, не напишет Маршаллу или кому-либо ещё о своем состоянии, но наедине с собой он пытался справиться с этим. Отпуск ведь, его новые тренировки ещё не начались, до них ещё две недели, так что он заглушал ощущения так, как мог. То сидел и играл часами напролет, пытаясь отвлекаться, но потом все равно думал о том, как ему было с Маршаллом весело. То вновь хотел напиться, но так как постоянно заливать в себя алкоголь ему было нельзя, он быстро отказался от этой идеи. Ходил по магазинам, скупал чуть ли не все, что видел, старался заполнить этим всем пустоту в своей душе. Только ничего из этого не принесло результат. Он злился на МакКуина. Он что, не заметил его стараний? Не понял, что Шторм и так уже очень изменился? Что это значит, что сейчас он не может начать отношения с ним? А чем Джексон был плох? В чем он был хуже остальных? Тем, что на официантку накричал? Это какой-то большой и ужасный грех? Все знаменитые люди иногда плохо обходятся с персоналом, ну не в ноги же ей должен падать Шторм? У нее была одна простая задача, и она ее провалила? Полный идиотизм. И Джексон не мог отпустить мысли о том, что если бы он тогда все же промолчал, просто попросил заменить напиток, то, может быть, Маршалл бы отреагировал на его слова о влюбленности иначе. Как вообще Шторма МакКуин мог отвергнуть? Он ведь и красивый, и знаменитый, да ещё и пытается говорить по-человечески. Было вдвойне обидно именно из-за того, что Монтгомери оказался первым человеком, с кем Джексон действительно хотел бы вступить в отношения. Не просто заиметь с ним роман в качестве достижения, не желать встречаться с ним для хвастовства. Первые настоящие чувства в его жизни. И когда их не принимают, никому приятно не будет. Он ведь в жизни его не пытался унижать, как на гоночном треке, в чем вообще претензии тогда? Шторму было больно, страшно, он и не понимал, что ему дальше делать. Без Монтгомери он вновь был одинок. Общение снова было только с менеджером который не хотел обсуждать ничего, кроме рабочих вопросов, да с матерью, у которой одни лишь претензии на уме. То Джексон мало потребовал денег за рекламный контракт, то он тупой и плохо ответил кому-то в комментариях.. МакКуин был чуть ли не единственной его отдушиной в плане общения, но сейчас Шторму разблокировать Маршалла не позволяла его же гордость. И выхода иного он не видел, кроме как бесконечно съедать себя своими же выводами. Джексон ведь не хотел принимать то, что ему действительно может потребоваться помощь специалиста. Как вообще МакКуин его мог посчитать ненормальным? Ведь к психологам только такие и ходят! Там его привяжут к кушетке, скажут, что Нолан шизофреник, отправят пить таблетки, после чего он вообще превратится в овоща! А все деньги его просто присвоит больница, врачи будут пировать, кататься на его драгоценной Hurracan, а Джексон сгниет к чертям собачьим! Монтгомери идиот? Он ему такой судьбы желает? И это он произнес сразу же, после признания в любви, кто так вообще делает? Не ответил, нравится ли ему Джексон, есть ли у них шанс хоть на что-нибудь. Может быть это МакКуину к психологу надо? Не понимает сам, как вести себя, вот и бесится! Какие вообще у Джексона могут быть проблемы, для которых может быть необходим этот ненужный недо-врач? Ну да, Шторм агрессивен, ну а как иначе? Если люди его такие всю жизнь окружали, от них же нужно защищаться? Или просто позволить им растерзать самого себя в клочья? Да, Джексон не ценит тех, кто ниже его по социальному статусу, но ведь так и нужно. Поэтому претензии МакКуина ему были совсем непонятны, Джексон продолжал держать у себя в голове мысль, что Маршалл дурак. Но вечность это продлиться не могло. Джексон, спустя пару дней, решил всё-таки почитать, а что там делают с пациентами эти самые психологи. Может быть Маршалл вовсе не хотел ему ужасной овощной судьбы? Новостные сайты по этой теме он изучал с огромным недоверием, потому что психологи ведь для психов. А Нолан не псих! Но выносить это одиночество после того, как он испытал, каким может быть взаимно приятное общение, Джексон уже не мог. Да и чувства никуда не исчезли. Может быть, если он посетит этого специалиста хотя бы для вида, Монтгомери поменяет свое решение? Выглядело, как хороший план. Везде писали, что психолог поможет разобраться в себе, проработать травмирующие обстоятельства, наладить отношения с людьми. Все звучало так сложно, что Джексону приходилось по несколько раз перечитывать то, что он там видел. Для чего ему нужны эти самые хорошие отношения с людьми? Это надо подстраиваться под всех подряд? Пятки им облизывать? Джексон этого не хотел. Да и в себе он уже давным-давно разобрался, он не виноват, что люди, которые его окружают, полные дураки. Жизнь так сложилась, вот и все. Но какой смысл тогда ему сейчас так сильно себя терзать, если МакКуин бы не имел никакого значения для него? Шторм даже открыл страницу психолога, что ему прислал Монтгомери. И вот к этой вот женщине он его хочет отравить? Иначе никакого шанса на отношения? За раздумьями пролетело ещё два дня, Нолана рвало на куски. Он пытался написать сообщение о записи на прием, но потом тут же его стирал, потому что считал, что оно выглядит ужасно глупо. Запрос ему, видите ли, надо сформулировать! И как это делать? Не напишешь же: «Меня отшил мужчина, который хочет, чтобы я там свои какие-то неведомые проблемы проработал. Можно я, пожалуйста, к вам для вида похожу?». Но вдруг Маршалл прав, видит то, что не замечали другие? Ведь в конце концов, только ему Шторм хоть как-то, но доверял. Хоть и считал уже не таким хорошим человеком за его поступок. Джексону даже не приходило в голову, с каким запросом ему обращаться. Может быть.. Спросить у Монтгомери? Ага, конечно, чтобы он потом Нолана назвал несамостоятельным. Он все и без МакКуина может, это уж точно. Собравшись все же с силами, Джексон отправил тому самому специалисту, которого посоветовал МакКуин, самое простое сообщение, в котором спрашивал, когда есть свободные места на запись. Было страшно, неприятно, а вдруг эта психолог будет всю информацию журналистам отдавать? К ней же не просто мальчик с улицы идёт, а сам Джексон Нолан Шторм, да жёлтая пресса будет только рада узнать, что он, якобы, псих! Ещё и придумает эта женщина что-нибудь от себя и.. И все! Прощай, карьера! С каждой новой мыслью Джексон только больше загонял себя в яму переживаний. Дальше и дальше, и он резко осознал, что если он продолжит, то вообще никогда не выберется оттуда. Надо действовать. Как раз и пришёл ответ, что у психолога есть свободное время на следующий день. То есть, уже завтра! Джексона окатила волна страха, потому что он совсем не знал, чего там ожидать. Какой ужас, и все это ради того, чтобы Маршалл, возможно, согласился с ним на отношения? Или ради чего он это делает? Видимо, если Монтгомери столько времени не выходит из головы Джексона, стоит попробовать то, что он предложил. В конце концов, Шторм ведь ничего не потеряет. Вдруг это правда окажется чем-то полезным для него? МакКуин ведь.. Был с ним честен. Вредить бы не стал. Да и, судя по статьям, не только конченые психи ходят к специалистам, это могут делать и обычные люди, что запутались в себе. Но больше, все же, Джексон записался для вида. Потому что мысли о том, что с ним что-то не так, не задерживались в голове надолго. К завтрашнему дню нужно подготовиться. Обдумать каждое слово, посмотреть на то, как эта психолог будет реагировать на Джексона, вдруг он сболтнет лишнего. Может быть его осудят? Скажут, что зря пришел? Назовут все его слова недостойными приема? Даже если он серьезно будет рассказывать? Кажется, что волнение даже возросло, когда Джексон на это подписался. Но попытка, как известно, не пытка. Особенно если МакКуин тогда успокоится и будет с ним встречаться. Если смотреть на ситуацию так, то Шторм может даже выйти победителем. Только бы нигде опять херни не сболтнуть и не облажаться, а то Джексон просто не пойдет ни на какой второй прием или третий. Хотелось бы решить все за один сеанс, если уж быть совсем честным.

***

Жалюзи на окнах были опущены, чтобы яркое зимнее солнце не светило прямо в глаза. Бежевые крашеные стены были утыканы полками, где стояли книги по психологии, мелкие цветочные горшочки с кактусами, арома-диффузоры. В кабинете из-за них пахло лавандой, да так отчётливо, что Джексон поначалу даже сморщил нос. Хоть убранство и было достаточно, по мнению Нолана, скудным, но оно все равно создавало ощущение уюта. Все эти замшевые белые кресла, мягкий диван около стены, стол с белыми папками. В таком месте хотелось расслабиться. Пока Джексон ждал психолога, он успел рассмотреть это помещение вдоль и поперек. Все делал для того, чтобы не прислушиваться к размышлениям в собственной голове. Было жутковато. Он всю ночь заснуть не мог. Нет, вовсе не потому, что он думал, что с ним что-то не так. Просто это новая для него ситуация, такого он ещё не делал. Напряжение было такое, словно Нолан собрался прыгать с парашютом с огромной высоты. Ещё и добираться до клиники, где этот психолог работает, пришлось не совсем от своего дома, а от ресторана, на такси. Мало ли, вдруг за ним следит какое-нибудь издательство журналов? Шторм надеялся, что это было не так. Он ведь только сейчас понял, что даже не сказал Монтгомери, что все же пришел на прием. Получается, он ведь может даже не ответить тогда, когда Джексон ему напишет о результатах первого сеанса. Если они вообще будут. И если ему нужен этот самый сеанс. Главное сейчас – вести себя спокойно и уверенно, не сболтнуть лишнего, не устроить скандала. Но Джексон не мог такого обещать. Пришлось даже взять себя за запястье, чтобы унять дрожь в руках. -Добрый день, мистер Шторм. – Женщина, на вид лет сорока, испугала Джексона своим голосом. Джексон уже успел привыкнуть к тишине, поэтому он резко обернулся на источник звука. – Не переживайте, ничего страшного, не хотела заставить вас нервничать. – Пройдя к рабочему месту, женщина устроилась удобнее на своем кресле, после чего взяла в руки новую белую папку. Видимо, туда она и будет заносить всякие важные вещи. Главное, чтобы потом это журналистам в руки не попало. – Пожалуйста, расскажите, что вас тревожит? С чем вы ко мне пришли? – Весь вид специалистки, сидящей напротив, настраивал на хорошую беседу. Только вот Нолан на ее слова не сразу нашелся, что ответить. Как всегда, все заготовленные фразы просто моментально вылетели из головы. -Знаете, на самом деле.. В общем и целом, меня не беспокоит ничего. Ничего, кроме одного. Человек, которому я признался в чувствах, посчитал меня психом, а потом направил сюда. Сказал, видите ли, без этого говорить со мной не будет. Но вы же сами видите, со мной все в полном порядке. А какие-нибудь внутренние заморочки бывают у всех, это же не значит, что я недостоин нормального общения? – Джексон всплеснул руками и откинулся на спинку дивана. Он уже чувствовал себя не очень комфортно, может быть, ещё не поздно было уйти? -Знаете, могу вас понять. Вы чувствуете себя вынужденным прийти сюда, и, возможно, вы не видите в этом смысла. Так как вы имеете возможность посмотреть на ситуацию только с вашей стороны, в этом нет ничего страшного, это нормально. Но то, что вы здесь, говорит о том, насколько этот человек важен для вас, его мнение явно занимает не последнюю роль в вашей жизни. Расскажите, что именно этот человек хотел, чтобы вы поняли или изменили? В чем была причина его отказа, как вы думаете? – Вот оно, значит, как. Не по своей воле здесь? Но ведь силками человека на прием не затащить. Сам пришел, судя по всему, этот человек даже не провожал его до сеанса. Специалист посчитала, что будет куда продуктивнее направить разговор именно в сторону предполагаемого партнёра пациента. Так будет шанс помочь Джексону взглянуть на то, с чем ему следует разобраться. – Главное, помните, что работа над собой – это не про обвинение, а про развитие. И вы можете быть честными в своих словах. -Развитие? – Джексон вскинул брови, его лицо исказилось в эмоции крайнего удивления, - Вы, если честно, не делаете ситуацию лучше. Он меня что, считает недоразвитым?! Нет, я понимаю, никто не идеален, но чтобы такое говорить? – Джексон смотрел на психолога с недоверием. И правда, какое-то шарлатанство на постном масле, да ещё и за деньги. - Да из-за тупости мелкой он мне отказал, вот! Все дело было в том, что я накричал на официантку на одном важном мероприятии. Но никто ничего даже не заметил, я не понимаю, почему он так взъелся! - Шторму казалось, что диалог ведёт в никуда. Но, с другой стороны, его хотя бы слушают. Да, за его же деньги, но хотя бы так. – Он даже не понял, что это все из-за того, что она мне подала не тот бокал. Он увидел только то, как я разозлился, но, вы понимаете, он не знает всего, что за этим стояло. И так всегда, знаете, вот без исключений. Он видит только мою реакцию на что-то, не более, но никогда не задаёт себе вопроса, почему я так поступаю. Вот из-за этой, якобы, неоправданной агрессии, я и здесь. -Неоправданной? Джексон, а вы когда-нибудь были грубы не только с обслуживающим персоналом, но и с вашим потенциальным партнером? Расскажите, почему именно в тот момент вы приняли решение так поступить? Или это было для вас необдуманно? Сделали так потому, что вы считаете этот вариант поведения единственно верным? – Было очевидно, что Нолан хотел выговориться об этой ситуации. С первых же предложений вываливает все, явно долго держал в себе. Очень интересные выводы можно из этого сделать, может быть он совсем одинок? – Вам когда-нибудь казалось, что вы так поступаете только с теми людьми, что с вами, по вашему мнению, обошлись несправедливо? Нарушили ваши границы? Нолан задумался. К чему ведёт эта женщина? Ему пришлось даже взять небольшую паузу, потому что он пытался вспомнить все моменты, когда он резкостью и грубостью отталкивал от себя людей. Таких ситуаций было слишком много, не рассказывать же каждую из них! -А вы считаете, я должен был под них прогибаться? Я не виноват в том, что они намного хуже, чем я, это их дело! Пускай сами идут и стараются, чтобы моему уровню в жизни соответствовать. Да взять хотя бы ту девушку, которая мне не тот напиток подала! Мне ее что, нужно было по голове погладить? Сказать, какая она умница? Ну уж нет, ещё привыкнет к тому, что все кругом ее прощать должны. Ошибки, как вы сами понимаете, недопустимы. И я что, должен притворяться вежливым зайчиком? Я просто говорю то, что думаю, не больше. – Джексон постарался сформулировать все так, как он сам это слышал. Лично ему было все абсолютно очевидно, зачем такие простые вещи объяснять? – а проблем с агрессией у меня нет и никогда не было, все люди должны понимать, с кем они разговаривают, мне точно не нужна их сопливая помощь. – Шторм не знал, правильно ли он ответил на вопрос. Насколько хорошо отвечать то, что ты думаешь? И есть ли тут вообще выбор правильного ответа? -Зависит от того, получаете ли вы тот результат от общения, который вы хотите. Помогает ли вам такое поведение в жизни на самом деле? Ваше окружение воспринимает вас так, как бы вы сами этого хотели? – Видимо, в какие-то дебри сознания тут и правда стучаться бесполезно. Да, обвинять Джексона в том, что он ведёт себя как откровенный козел, специалист не собиралась, но ведь можно попробовать дать ему понять, что его стратегия в общении – точно не самая верная. Ему нужно будет время на осознание этого, но хотя бы можно заложить самые первые сомнения Джексону в голову. Психолог понятия не имела, кто и как привел сюда Нолана, но зато точно знала, что помощь ему необходима. – Например тот, кому вы предложили отношения, понимает, что это всего лишь норма общения для вас? Принимает это? Джексон ощутил мурашки по коже, когда понял, что ему, видимо, давят на больное. Нет, он не получает того, чего хочет. Ему бы сейчас куда больше понравилось говорить с МакКуином о своих ощущениях, чем сидеть тут, с психологом, в четырех стенах. Да и говорить ему не с кем, в принципе. Но всю жизнь Нолан считал, что это только из-за того, что он намного лучше всех, кто ему хоть в чем-то уступает. А вот тех людей, что его превосходили, он мало-мальски, но уважал. Но разве это неверное поведение? Она ему что, хочет сказать, что проблема не в людях вокруг него? -Я никакого результата в общении не хочу. А этот.. человек, он просто все утрирует, ничего не воспринимает, полностью считает правым только себя! Вы просто не понимаете, о чем говорите. Сами же никогда не знали тех, кому я просто отвечал в своей манере. Со мной так же в семье общались, и, я могу сказать, правильно делали! Если бы не они, я бы не зашёл в карьере так далеко. Да, может быть ничего, кроме моих спортивных результатов, им и не нужно, но я сумел адаптироваться к этому и как-то справиться. До этого.. человека, мне никто не отказывал! Так что со мной, я повторюсь, все в порядке. Не знаю, с чего этот человек взял, что я сумасшедший. – Джексону становилось все менее и менее комфортно продолжать диалог. Потому что психолог буквально с первых же предложений пытается вытянуть из него то, что он обычно вообще никому не рассказывает. Но сейчас можно выговориться. На душе просто наболело. Это ситуация такая, Шторм тут не виновен -Джексон, я несколько раз заметила, как вы избегаете местоимений в сторону вашего потенциального партнёра. Нет ничего страшного в том, что вы мне скажете его пол, вам самим так будет куда удобнее. Я никогда не стану осуждать человека за такое. – Было понятно, что Джексон говорил о каком-то мужчине. Но если Шторм сейчас откроется сам, это позволит выстроить доверие, пусть и минимальное. По его ответам на вопросы складывалась интересная картина. Этот человек точно очень сильно погряз в собственном ощущении превосходства над остальными. Нарцисс? Вполне возможно, судя по его ответам, - Никто не говорит, что психолога посещают исключительно жители психлечебницы, просто в каждом из нас есть то, что может препятствовать продуктивной жизни. Вам так важно, чтобы именно этот человек вам ответил взаимностью? Почему? Вы пытались объяснить для него причины своего поведения? Как считаете, ваша семья повлияла на то, что у вас происходит в жизни сейчас? -Скажите мне, причем тут моя семья?! Я же совсем по другому поводу пришел! Да, жизнь моя не была лёгкой, но ведь это не значит, что я плохой человек. Я со всем справился, разве нет? Это главное, как по мне. Не хочу разбирать то, что мне нужно обдумывать каждое слово, чтобы меня он воспринимал за адекватного человека. – Джексон проболтался. Сам. Неосознанно. Ну и ладно, вроде как тут его не осудят. – Жаловаться и ныть я не собираюсь, уж простите, я не такой человек. -Вы правда прошли через многое, я в вас не сомневаюсь. Но вы ведь не можете отрицать, что такая ситуация в жизни на вас повлияла. Вы можете подробнее рассказать о своей семье, если вам комфортно сделать это, или мы можем отложить это на следующий сеанс. Но то, что вы пережили, могло ли повлиять на ваш нынешний взгляд на отношения? – Значит семья тут точно играла немалую роль в его становлении, как личности. – Вы упоминали, что они не видят в вас ничего, кроме результатов. Разве вам не хотелось бы открыться им с другой стороны? -На отношения? Послушайте, признаюсь вам, до этого человека.. – Шторм заикнулся, - До этого мужчины, если я могу так спокойно говорить, я всегда смотрел на отношения как на то, с помощью чего можно просто получить удовольствие, не больше. Добиться какой-нибудь очередной девчонки, а потом уйти от нее, потому что надоела. Потому что, посудите сами, я молод, красив, да ещё и гонщик, на таких парней все табунами вешаются. Но у меня не было к этим девушкам ничего серьезного в плане чувств, просто желание развлечься. А здесь произошло то, чего со мной ещё не было. Мне отказали! Причем отказал тот, к кому у меня реально появилась симпатия. Этот человек моим примером для подражания был, причем много лет подряд. И вот этого я понять не могу! Он, например, просил, чтобы я его друзей не оскорблял. Но разве я виноват, что они все – тупая деревенщина, которая несёт херню? Вы думаете, дело в моей семье? Нет, это в них дело! – Нолан постарался вспомнить, что ему по этому поводу говорил МакКуин. Все люди заслуживают уважения, по его мнению. Но разве Маршалл должен быть всегда и во всем прав? – Но пусть я и считаю их тупорылым идиотами, я же все равно постарался на них не срываться, не говорить плохо, даже нормально мог с ними побыть какое-то время. И он это замечал, но все равно отказался со мной встречаться! – Джексон не давал психологу и слова вставить. Он был возмущен, ему просто хотелось быть услышанным. И он изо всех сил старался игнорировать дрожь в руках. – Мы с ним так много общались в последний месяц, каждый день списывались, я думал, что мне больше ничего не нужно в себе менять, я ему даже признался случайно! Я так хочу показать свою ценность, дать понять, что я не просто какой-то оболдуй, а он этого не видит. Из-за одной ситуации так со мной обошелся! -А он, вместо хороших и приятных отношений, направил вас сюда. Вы поддерживаете контакт сейчас? – Услышав, что Джексон отправил этого мужчину в черный список, специалист решила направить мысли Шторма в нужное русло. – Возможно, вы упускаете из вида те моменты, где он уже проявлял то, как ценит вас. Или ситуации, где он вам хотел помочь? Вы зациклились именно на том, что он дал вам отказ, когда вы ожидали другого. Что вы думаете насчёт возможности разблокировать его, а потом поговорить по душам с ним? Что именно в вас, как в человеке, его не устраивает? Вы тоже можете высказать ему свои претензии по поводу его характера или поступков. Это не должно с вашей стороны выглядеть, как конфликт. Попробуйте услышать собеседника, спросить, как он может обосновать свою точку зрения. Главное, помните, что вам нужен диалог, а не конфронтация. Умение слушать – очень важная вещь, Джексон. Он ведь не сказал, что считает вас сумасшедшим, да и, как видите сами, тут мы опыты над людьми не проводим. – Психолог улыбнулась, видя то, как Нолан становился все более и более задумчивым. Столько всего разобрать предстоит. Ставит себя выше других, пытается унизить тех, кто, по его мнению, недостаточно хорош.. Тут не обойтись одним сеансом. -То есть, я мог просто неправильно понять его слова, вы так думаете? И просто надо послушать, что он мне скажет? Разблокировать.. это сложно. Я обычно всегда прекращаю общение навсегда. Но здесь я и сам не знаю. Мне трудно без него, тяжело. И если я не сумасшедший, тогда можете сказать, как я могу пройти эту вашу терапию побыстрее? У меня нет времени копаться в прошлом, что надо сделать, чтобы все исправить? – Тут у Нолана даже загорелись глаза. Может быть, если МакКуин просто поймет, что Джексон что-то там исправляет в себе, то, все же, согласится с ним быть? Хотя Шторм даже не уверен, что их симпатия хоть сколько-нибудь взаимна! -Это зависит только от вас самих, Джексон. Для начала вам нужно самостоятельно увидеть результаты наших сессий, а уже потом думать о том, как долго вы хотите, чтобы это длилось, и какой вам нужен результат. – Сейчас психолог старалась Джексона попросту не спугнуть. Важно было именно построение доверия между ней и Штормом, а для глубокого анализа и разбора именно травмирующих ситуаций шанс ещё представится. Нолан должен ощутить себя услышанным, сбавить свое сопротивление, только тогда будет возможна дальнейшая плодотворная работа. Джексон говорил ещё много. Он много рассказывал о том, как Маршалл сам его пытался убедить, что одно только стремление к результату – нехорошо, что Джексон – нечто большее, чем просто кубки или призовые места. Это уже давало надежду на то, что у Джексона не все потеряно. А судя по тому, как много он говорил о человеке, что его привлекал, это явно был большой стимул для самосовершенствования. У Нолана даже появилась надежда, что это может быть не зря. И попытался сам себе в голове признаться, что его реакция на неправильно налитый напиток была уж слишком не к месту. Это так странно, когда тебя слушают, но при этом поддерживают и дают объяснения реакциям. Джексону точно нужно будет к этому привыкнуть. Время пролетело быстро, первая сессия подошла к концу. Психолог написала на листе рекомендации для Джексона, затем протянула ему бумажку, которую Джексон сразу сунул в сумку, даже не взглянув на нее. Потом изучит, уже когда будет дома. -Итак, Джексон, спасибо вам, что пришли. У нас получился хороший диалог, буду ждать вас снова через неделю. В конце каждой сессии я буду вам давать домашнее задание, оно и записано на листе, что я вам дала. Для начала, давайте попробуем сделать первые шаги в понимании собственных эмоций и реакций. Первое из упражнений будет следующим: заведите себе ежедневник. Если такой возможности у вас нет, будет достаточно и заметок в телефоне, либо же приложения. Вам нужно будет постараться отслеживать свои эмоции. Вот, как это сделать: когда вы ощущаете агрессию или раздражение, обязательно отметьте этот момент для себя. Затем ответьте честно на несколько вопросов. Что вызвало эту эмоцию? Как вы отреагировали? Что бы изменилось, если бы вы отреагировали иначе? Джексону сразу же это не понравилось. Он что, робот, чтобы знать, на что и как он реагирует? Но в качестве эксперимента, можно такое попробовать. Никто же не умрет от этого. Не понравится – забросит к черту. Он кивнул головой, показывая всем своим видом, что хочет поскорее уйти. -Второе упражнение: чего я на самом деле хочу? Когда вы испытываете агрессию, постарайтесь отметить то, что за этим стоит. Возможно, вы в данный момент хотите уважения. Или же, чтобы вас попросту услышали. Начнем с этих двух простых заданий, возможно, они помогут вам лучше разобраться в себе. – Психолог все же отпустил Джексона из кабинета, пожелав ему удачи на прощание. Она очень надеялась, что он не бросит терапию, придет к ней ещё раз. Работы тут, конечно, непочатый край. Травма на травме. Джексону нужно много времени, чтобы все это осознать. И это принятие будет для него страшно болезненным.

***

Джексон уже был дома, когда снова смотрел на экран телефона. Снова аккаунт Монтгомери. Снова все та же ситуация. И он не понимал, как ему поступить? Оставаться все таким же, якобы, гордым, и не делать ничего, или же разблокировать Маршалла, чтобы поговорить. Вся эта ситуация с психологом выбила из колеи только сильнее. Но это только с одной стороны. С другой же, мысли стали чуть более ясными, бешеная тревога постепенно отходила на второй план. Все ли Джексон правильно говорил на своем первом сеансе? Не создал ли о себе впечатление человека, которому реально есть, над чем работать? А может его всё-таки приняли за сумасшедшего? Ещё и какие-то домашние задания предоставили. Эмоции записывать.. Такого он никогда не делал. Он всегда считал, что хорош таким, какой он есть, не подозревал, что нужно над чем-то работать. Ведь тревога и злость были его постоянными спутниками в жизни. Возможно, пришло время попробовать что-то новое? Не ради себя, нет. Ради отношений с МакКуином. Походить к этому специалисту ,поделать все, что он скажет. Даже если это, по итогу, окажется абсолютно бесполезным делом, у него будет шанс на отношения с Монтгомери. Джексон принял непростое для себя решение, но такое, которое его устраивало. Он разблокировал Маршалла, но вот писать ему не стал. Если тот ему за сутки сам постучится в сообщения, тогда можно будет продолжить говорить. А если нет – значит гори оно все синим пламенем! «Разблокировать этот аккаунт?» «Да.» И только сейчас Нолан заметил, что Маршалл, вообще-то, вполне себе сейчас спокойно сидит онлайн. Может быть он напишет ему сейчас? Или проигнорирует?! Да как вообще он узнает, что его Шторм из черного списка достал? Чтобы отвлечь себя хоть немного, Джексон решил принять душ. Обычно горячая вода помогала успокоиться, снять напряжение с тела. Может быть и сейчас это будет хорошим вариантом? Все лучше, чем сидеть на диване, пялиться в экран, а потом бесконечно думать о том, что Джексон – отвратителен сам по себе. Или же, что Маршалл – ужасный человек. Страх – все ещё постоянная часть его личности, и уж точно тут психолог ему за один сеанс не поможет. И как только Нолан уже собирался оставить телефон в гостиной, а сам пойти в душ, то на экране высветился тот самый личный аккаунт Маршалла. МакКуин ему звонил. Не прошло и десяти минут, а он уже заметил, что теперь у него есть возможность связаться со Штормом?! Неужели! Теперь волнение было на пределе, но вместе с ним была ещё и.. Необъятная радость. Маршалл про него помнит, Джексон ему важен, все же права была эта психолог! Может, Шторм просто надумал себе все это? Но ведь это же их первый разговор после признания! Откуда Джексон знает, что там будет?! Но трубку взять было нужно, а все остальное он решит потом. -Алло? – Голос дрожал. Было жутковато. По всему телу были мурашки. Это не просто разговор, для Шторма сейчас это нечто большее. Возможно, единственный шанс не потерять все к чертям собачьим. Слышать МакКуина, который там, на другом конце провода, по прежнему звучал очень доброжелательно, было единственной вещью, что успокоила Нолана хоть чуть-чуть. -Джексон! Ты знаешь, я тебя точно при встрече отматерю так, что не забудешь! Ты где пропадал?! Что с тобой случилось? Ты меня тогда так внезапно в блок бросил, я уж подумал, что все, больше и не увидимся с тобой нигде, кроме трассы гоночной. Ты там как? От тебя вообще ничего не было слышно все это время! – Маршалл пытался не вываливать все свои мысли одним единым потоком, потому что в прошлый раз у них произошло не самое лучшее прощание. Может быть Нолан все ещё злится? Или думает, что МакКуин звонит по какому-то другому поводу? - Ты там вообще в порядке? Я же волновался за тебя. -А я вот.. Знаешь, к психологу сходил. – Это все, на что хватило Шторма сейчас. МакКуин волновался за него, это, оказывается , так приятно слышать. Он по прежнему продолжал держать обиду на Монтгомери, но это точно не повод просто бросать трубку. Надо перебороть себя. Свое волнение, свою дрожь, свой страх. Джексон не знал ведь, что происходило с МакКуином, когда тот его заблокировал. Маршалл тоже старался всячески отвлекаться от ситуации, но от чувств просто так не сбежать. Он хотел поговорить, но создавать какой-то чужой профиль, чтобы поступаться в сообщения Джексону было бессмысленно. Ему точно и так пишут множество фанатов с таких пустых профилей, во первых. А ещё это очень неуважительно, во вторых. Но сейчас, когда Нолан ещё и рассказал, что он пошел к психологу, в Маршалле загорелась надежда. Вдруг все не так плохо? Он ведь обещал Шторму, что будет его поддерживать, даже если они с ним не в отношениях. Пока что не в отношениях. И разговор, как всегда у них и бывало, затянулся. Джексон пытался пересказать то, что у него случилось на сессии, как и что он понял, а МакКуин говорил, какие наблюдения Нолан может из этого сделать. В душ Джексон так и не отправился, ему теперь хотелось поделиться хоть чем-нибудь с Монтгомери. Не открывать ему душу целиком, конечно, но хоть немного дать заглянуть в нее. Ведь и правда, были моменты, где Маршалл показывал, как его ценит. И Нолан надеялся, что такие моменты будут ещё. Шторм не знал, как все будет складываться, но ведь он слишком хорош, чтобы у него хоть что-то не вышло. Особенно если он взялся за это с такой серьезной целью. Начало изменениям было положено.