Частый гость

Мастер Изумруд, величаво парящий на своём пьедестале, слабо поблёскивал, стоило солнцу в последний раз отразится о его грани и скрыться за горизонтом. Длинная тень, идущая от самого изумруда, резко пропадает у обрыва, но если немного пофантазировать, можно представить, как она двигалась дальше вниз, к самому океану, такому же тёмному, глубокому, опасному, прямо как ёж напротив, сидевшего на самом краю недалеко от «упавшей» тени. Шедоу прилетел совсем недавно, уселся в том же самом месте, что в первый раз, не двигаясь и на миллиметр в сторону, в идентичной позе, а самое главное — не вымолвивший и звука. Пахло приближающимся дождём. Может, позвать? *** Сколько Наклз себя помнит, с самого своего рождения он точно знал, какое же предназначение уготовила ему вселенная. Защита Мастера Изумруда, реликвии его предков, если можно было бы так выразиться. Сколько бы не прошло дней, месяцев или лет. Сколько бы не было потрачено сил, сломанных костей, пролито крови. Это делали все ехидны его племени, и на последнем она и закончиться, а что будет дальше... Даже думать не хочется. Надо жить настоящим, поддерживая тело тренировками и медитациями, всегда быть начеку и ни на секунду не позволяя возможным противникам и на шаг приблизиться к пьедесталу. Обременяя собственное существование банальным одиночеством и отсутствием социализации с внешним миром, далеко за пределами острова Ангелов. Какого же было его удивление, когда после неудачной попытки какого-то больного на голову человека украсть Мастер Изумруд (с таким-то отличным хранителем) к нему на остров наведались такие же странные, но довольно дружелюбные, пусть и весьма надоедливые существа. Да, охотник за сокровищами не может похвастаться уважением к личным границам, милым и радушным характером и в принципе базовыми для всех живых и, естественно, социальных существ манерами приличия, но на ошибках учатся, а у красной ехидны их было предостаточно, чтобы одновременно и потерять доверие ко всем живым, а в особенности тем, кто хоть как-то насолил в спокойной жизни хранителя изумруда, но и приобрести действительно хороших друзей, ну и заклятых врагов, как же без них. Но, кажется, не только Наклз сумел отличиться не самым добрым и милым характером (первое время), а после того, как когда-то злейший враг синего чудовища, именуемый себя совершенной формой жизни, принял нейтральную сторону, по всей видимости, просто устав выслушать гениальные планы мистера Яйца, сразу был принят в команду «Добряков», периодически (если не каждый раз) спасая чужие задницы от, казалось бы, неминуемой смерти. Вот только не все с радостью приняли «когда-то злодея» так же радушно, как все остальные, довольно быстро позабыв, что успел натворить этот «злыдень». И этот единственный был Наклз, уже успевший настрадаться от собственного незнания и наивности, по несколько раз наступая на одни и те же грабли... Так что любое появление СФЖ сопровождалось огромной осторожностью и недоверием от лица хранителя изумруда, заставляя окружающих буквально почувствовать это напряжение. А какое же напряжение начал чувствовать сам охотник за сокровищами, когда этот же самый мегаподозрительный ёж начал навещать ехидну даже больше, чем собственная команда, в самые неожиданные моменты. Если с Соником, Эми, Тейлзом, Блейз, Сильвером и даже Руж ехидна научился предугадывать, когда кто и в каком количестве появится на острове Ангелов, чтобы, так сказать, развеять скуку их вечно хмурого друга, то Шедоу был БУКВАЛЬНО олицетворением спонтанности и непредсказуемости, приходя на остров, когда ему заблагорассудится и во сколько. Чертов ёж мог прийти рано утром и просидеть на острове до следующего утра, а мог заглянуть всего на пару секунд и тут же пропасть, разрушая и так уже неспокойную жизнь хранителя, в добавок к другим проблемам и недосып из-за уж слишком частых появлений именно, мать его, ночью. Единственный, наверное, плюс, исходящий от СФЖ — он всегда молчал, не пытался завести диалог, да и старался лишний раз не блуждать по острову, видимо, хоть как-то жалея нервы красной ехидны. Однако, несмотря на весь негатив и недоверие, которое испытывал Наклз каждый раз, только заметив СФЖ, одно охотник за сокровищами со временем, но заметил точно, наблюдая больше по привычке за незваным гостем ночью. Шедоу всегда сидел в одном и том же месте, то опуская голову на бушующие под островом волны океана, то поднимая голову к небу, наблюдая за поблёскивающими звёздами, блуждающий далеко-далеко в космосе, будто надеясь кого-то увидеть, а может просто ожидая, когда этот кто-то придёт, сядет рядом... Спустя уж слишком короткое время Наклз никак не мог переставать думать о своём спонтанном госте, что, конечно же, не могло не остаться незамеченным командой, но в любой момент можно было бы всё списать на в принципе всё, что угодно, на долг хранителя тот же самый, отводя взгляд в сторону, и стоило общему ажиотажу стихнуть, возвращался к прерванным мыслям, пытаясь хотя бы для самого себя найти ответ. Не спрашивать же напрямую?.. *** Эггман постарался на славу, изобрёл в три раза больше, спланировал всё в три раза лучше, да и вообще подготовился настолько хорошо, что никто даже и не понял, что было совершено нападение. Одновременно в нескольких местах просто невообразимое количество ещё более укреплённых роботов напали на город, остров Ангелов, если на каждый участок земли, повылезав хрен знает откуда. «Зализав» мало-мальски раны на острове, Наклз, приложив лёд к глазу, поправил другой рукой наспех завязанные на груди бинты, хотя даже это действие отдалось ноющей болью в каждой частичке тела. Вокруг валялись разбитые в металлический хлам десятки, если не целая сотня роботов, заливая чистую землю своим гадко пахнувшим маслом, но сил всё убрать совсем не было. Противники могли вернуться в любой момент, и хранитель должен был быть готов перевести дух и снова двинуться в бой. Весь измазанный в этом же отвратительном масле, ну и своей крови, ехидна, заслышав какой-то шум, тут же бросив лёд в сторону, поднялся на ноги, сквозь зубы выдохнув боль, но на горизонте не показалась темная линия приближающихся роботов, в какую сторону ни крути головой. Нервозные мурашки прошлись с иголок до самых ног, а перенапряжённое тело вновь отдалось болью. Лёгкое касание к плечу заставило буквально отпрыгнуть в сторону, принимая боевую стойку, и тут же зависнуть, увидев перед собой не очередную груду металла, а всё того же ежа, тут же приподнявшего руки без перчаток, ладонями вперёд, и отступив на шаг в сторону, дабы минимизировать ещё больше травм. Не себе, конечно, но побитому напротив это бы не помешало. Резкая волна негатива как захлестнула охотника за сокровищами, так же резко и отступила, забирая остатки сил, от чего захотелось просто рухнуть на землю, просто потому что это показалось лучшим решением, но Наклз упрямо продолжил стоять на месте, с тем же недоверием продолжив таращиться на гостя. — Остальные ещё сражаются. — Начал Шедоу, делая смелый шаг в сторону ехидны, вновь отступая, ведь тот опять поднял руки в стойке. — Так почему ты не с ними? — Слегка дёрнув головой в сторону из-за внезапно раздвоившегося ежа, Наклз, несколько раз моргнув, попытался придать своему виду более грозный вид, но на деле получился ещё более устало-побитый вид. — Руж попросила проверить, не рухнул ли остров. — Получилось грубовато, но точно в стиле летучей мышки. — Моя помощь там не требовалась. — Здесь твоя помощь также не требуется. Как видишь, я и сам прекрасно справляюсь. По многозначительно-оценивающемуся взгляду СФЖ с его фирменной приподнятой бровью было понятно, что он в корень не согласен с выводом хранителя изумруда, но вслух не спешил говорить, лишь коротко дёрнув плечом, мол: «Раз ты так говоришь, значит, правда». Вот только в разрез жесту, Шедоу так и не двинулся с места, а наоборот, оглядевшись вокруг на недавнее поле боя, упрямо подошёл ближе, и только сейчас Наклз заметил, как за спиной гостя неизвестно когда образовалась небольшая кучка сваленных друг на друга роботов. Он что, прибирается тут? Да и вообще, с какой стати? Они даже не друзья, пусть Шедоу в последнее время, кроме появления на острове Ангелов, всячески помогал против Эггмена и других недозлодеев. Хотя, кто знает, ему на слово, как и Руж (пусть она и уже не раз, как и сам ёж, показали, что пусть и были не на той стороне, но помочь не против), доверять не стоило так легко. Вдруг мышка как раз и послала его за Мастером Изумрудом под предлогом, чтобы проверить ехидну. Да уж, он стал либо слишком осторожным, либо постепенно развивает паранойю. — У тебя кровь. — Осторожно коснувшись забинтованной груди, Шедоу, другой рукой поймав чужое запястье, осторожно потянул ещё не пришедшего в себя охотника на сокровищ, жаль только это продлилось недолго. Вырвав руку и самому подойдя ещё ближе, чуть ли не вплотную к СФЖ, тыкнув пальцем прямо в выглядывающий из-под куртки белоснежный пушистый мех, Наклз оскалился, собираясь высказать ежу всё, что он о нём думает, подкрепляя не самыми приятными фразами (весьма вероятно, подпитанным ещё не утихшим гневом из-за роботов), как вдруг ощутив, как тело, разлившись будто самым настоящим свинцом, а чёрных ежей вовсе стало два, если не больше, да и в принципе всё перед глазами потемнело. Хранитель не почувствовал падения, но что-то мягкое точно, прежде чем полностью пропасть в себя. Пробуждение же было отнюдь не из приятных. С трудом разлепив глаз, другой он физически открыть не мог из-за бинта, ехидна предпринял попытку принять вертикальное положение, но быстро бросив это, продолжил разглядывать потолок. Да уж, бывало и хуже, но удивляться не стоило, он же хранитель, Мастер Изумруд под его опекой и защитой... МАСТЕР ИЗУМРУД! Рывком покинув кровать, грохнувшись сначала об пол, а после в спешке врезавшись в косяк из-за забинтованного глаза, Наклз чуть собственную дверь не выломал, в одних штанах выбежал на улицу, по щиколотку угодив в какую-то грязь, и когда это только успел пойти дождь? Пробежавшись взглядом вокруг, хранитель изумруда очень удивился увиденному. Ни единого болтика под ногами, грязного и липкого масла, да и Мастер Изумруд на месте, ну естественно, остров без него не летает, вот только... Сколько не верти головой и не ходи по острову, признаки черного ежа обнаружить не удалось, будто он вовсе не появлялся здесь и не убирал всё кругом. Да и вообще, сколько он проспал в таком случае? Прикоснувшись к голове, Наклз только сейчас обратил внимание на своей перебинтованный внешний вид. Прикоснувшись к груди, рана которой всё ещё отдавала болью, хранитель поймал себя на мысли, что следовало, наверное, сказать Шедоу «Спасибо», ведь если бы не совершенная форма жизни, ехидна точно бы чувствовал себя в данный момент куда хуже, чем обычно, и вообще бы с кровати не встал, а выполз из дома. Ну или валялся где-нибудь недалеко от изумруда, пока не пришёл в себя весь промокший и холодный. Стало даже как-то стыдно... Глубоко вздохнув, невзначай проведя кончиками пальцев по шершавому бинту, Наклз направился назад домой, немного уже подмёрзнув. Уже в который раз прокручивая в голове всё произошедшее с ним, даже не задумываясь, а сколько дней-то прошло? Не обратив внимание на покосившуюся дверь, позже с ней разберётся, охотник за сокровищами прошёл за порог, тут же врезавшись в ежа, даже не дёрнувшегося в сторону и лишь с приподнятой бровью наблюдая за чужим удивлением. — К тебе приходили, пока ты был в отключке. Они всё ещё разбирают бардак, оставленный после Эггмена, так что очень быстро ушли, но просили передать. — Кивнув в сторону столика у стены, на котором лежала довольно большая корзина со всем подряд, что чуть не вываливалось за её пределы, ехидна метал взглядом с СФЖ обратно на стол и так ещё несколько раз, пока ежу это не надоело и, отойдя в сторону, направился в комнату на поиски инструментов, пока чужая дверь вовсе не отвалилась. Вот только стоило схватиться за ручку и потянуть на себя открытую дверь, как Наклз, наконец-то пришедший в себя, захлопнул дверь, прикрыв своим телом. — Там инструментов нет. — Откашлявшись, хранитель Мастера Изумруда лишь сильнее облокотился о дверь в таинственную комнату, сжимая в руке за спиной ручку, вовсе отвернувшись от недовольной морды Шедоу, спустя мгновение почувствовав, что падает назад. — Двухсторонняя дверь? — Склонившись над смущённой ехидной, что после вопроса СФЖ покраснел лишь сильнее, хмуро уставившись на ухмыляющегося, упрямо отказываясь от помощи подняться. — Часто ломаешь двери? — Ещё один вопрос, и я тебе въебу. — Развернув наглеца в сторону выхода, Наклз чуть вновь не рухнул, уже более раздражённо уставившись на телепортировавшегося ежа, в наглую рассматривающего всё вокруг, но большее внимание уделив фотоаппарату мгновенной печати с лежащими рядом несколькими фотографиями, взяв самую смазанную в руки. — Ты вроде бы как хотел найти инструменты... — Я нашёл занятие поинтереснее. — Развернув фотографию другой стороной и пробежавшись взглядом по немного корявому почерку с датой. Отложив её в сторону и вновь увернувшись от ехидны, что начал вскипать всё сильнее, взял в руки небольшую коробку с чем-то мелким внутри. — Ну всё! — Резко развернувшись к Шедоу и оттолкнувшись от стены, Наклз удачно повалил наглеца на пол, задев при этом полку, и всё находившееся там удачно рухнуло прямо на красную голову. — Твою мать... Зажмурив глаз от боли, вновь негромко выругавшись, охотник за сокровищами злобно уставился на тупую и надоедливую форму жизни, вновь немного смутившись. Лежавший ёж выглядел слишком расслабленно, не разрывая зрительного контакта и продолжая держать в руках уже раскрытую коробку, часть содержимого которой даже немного на полу валялись. Однако какого-то язвительного комментария так и не было озвучено, от чего Наклзу пришлось довольствоваться стуком собственного сердца в горле. — Миленькие браслеты. Ну всё, ему ПИЗДЕЦ. *** Мастер Изумруд, величаво парящий на своём пьедестале, слабо поблёскивал, стоило солнцу в последний раз отразится о его грани и скрыться за горизонтом. Длинная тень, идущая от самого изумруда, резко пропадает у обрыва, но если немного пофантазировать, можно представить, как она двигалась дальше вниз, к самому океану, такому же тёмному, глубокому, опасному, прямо как ёж напротив, сидевшего на самом краю недалеко от «упавшей» тени. Шедоу прилетел совсем недавно, уселся в том же самом месте, что в первый раз, не двигаясь и на миллиметр в сторону, в идентичной позе, а самое главное — не вымолвивший и звука. Пахло приближающимся дождём. Может позвать? Первые капли дождя опустились на землю и тут же впитались в землю. С каждой секундой их становилось больше, предвещая очень скорый и долгий ливень, но ёж не спешил уходить, даже не обращая внимание на постепенно намокающую одежду, периодически двигая ногами в тяжёлых аэроботинках. Прикрыв алые глаза, вслушиваясь в шум дождя, Шедоу чуть отклонился назад, заслышав чужие шаги, а стоило каплям перестать попадать на тело СФЖ, как он вновь открыл их, разглядывая узор зонта. — Я... — Да-да-да, совершенная форма жизни, ты не боишься ни дождя, ни снега, ни болезни и другие смертные слабости, а теперь заткнись и пошли. Однако вопреки просьбе или же приказу, никто так с места и не сдвинулся. Обречённо вздохнув, Наклз уселся рядом, деля не самый большой зонт на двоих, смотря куда-то вперёд. — Спасибо, что помог... — Проведя рукой по затылку, хранитель изумруда, негромко фыркнув, двинулся чуть ближе к ежу, несильно облокачиваясь о чужое плечо. — Хотя я до сих пор не могу понять, по какой причине ты тут постоянно сидишь... Чужая ладонь, довольно неожиданно опустившись на красную голову, потрепала длинные иголки. На вопрос отвечать, по всей видимости, не спешили, хотя особой необходимости в этом и не было.