Острые края судьбы

В темном, слабо освещённом коридоре отеля, медленно и уверенно, словно хищница, шагала женщина в черном плаще. Её каблуки отстукивали размеренный ритм, а сая катаны, которая была её семейной реликвией, слегка скользили по бетонному полу, оставляя едва заметные царапины. Это была Мидзуки Исикава — хладнокровная наёмница, работавшая на одного из самых влиятельных якудза в Японии. На его пути всегда было много врагов, и Мидзуки, с ледяным спокойствием, устраняла их одного за другим, очищая дорогу для своего покровителя. Сегодня Мидзуки пришла забрать душу Рэйтаро Ямамото — предателя, который обокрал Тадаши Сато на миллионы йен. Это предательство не осталась без внимания, и расплата была неизбежна. Мидзуки осторожно приоткрыла дверь номера, едва заметно улыбнувшись, когда обнаружила, что она не была закрыта на замок. Она скользнула внутрь и тихо закрыла дверь за собой, окинув взглядом обстановку. В полумраке комнаты мелькали смутные силуэты, смех и негромкие, игривые разговоры. Её цель лежал на кровати, небрежно развалившись в окружении куртизанок, слишком поглощённый их компанией, чтобы заметить, что кто-то вошёл. Мидзуки сделала несколько тихих шагов вперёд, рука скользнула к рукояти катаны, и она уверенно достала клинок. Лезвие блеснуло в приглушённом свете, и её глаза холодно сузились, как у хищника перед нападением. Куртизанки замерли, осознав чужое присутствие, но было уже поздно. Она двинулась вперёд одним молниеносным движением, направляя катану в сердце мужчины. Острие клинка прошло сквозь его грудь, не оставляя шансов. Тишина на мгновение окутала комнату, словно время остановилось. Мужчина издал хриплый стон, глаза его расширились от ужаса и осознания, но силы покидали его слишком быстро. Мидзуки наклонилась к нему, заглянув в его тускнеющие глаза, и шепнула хладнокровно: — Ты был предупреждён. Она медленно вытащила клинок, оставляя за собой только капли крови, стекающие на белоснежные простыни. Женщины в панике начали кричать и визжать, но Мидзуки, не проявляя ни капли эмоций, направила на них свою катану, предостерегая взглядом. — Если хотите жить, убирайтесь, — произнесла она холодно. — У вас всего лишь три секунды… Она начала считать: — 1… Крики усилились, и куртизанки, осознав, что шутки закончились, бросились к выходу. — 2… Мидзуки оглянулась, и к её удивлению, от куртизанок и духа уже не было. Внимание её снова вернулось к Рэйтаро Ямамото, чтобы отсечь его голову, но вдруг услышала слабый стон. — Ты… ты, сука, — прошептал он, пытаясь подняться на локтях, но его тело было слишком слабым. Она наклонилась к нему, и её глаза встретились с его полными ненависти. — Ах… живой ещё? — с насмешкой произнесла она, поднимая катану. Сердце его уже было проткнуто, но жизнь ещё не покинула его. С этими словами она замахнулась, и в воздухе вновь раздался звук её катаны, словно предвестник его неизбежной участи. Голова её жертвы покатилась по полу, оставляя за собой темный след на белом ковре. Мидзуки, не обращая внимания на хаос, наклонилась и схватила его за волосы, поднимая голову, как трофей. Она вышла из отеля, её шаги были уверенными, а катана мерцала в тусклом свете, капая кровью на пол. В поместье Сато* — Вот. Задание выполнено! —произнесла она бросая голову врага прямо к ногам босса. Она стояла в безмолвном ожидании, наблюдая, как Сато с жадным интересом склонился к трофею. — Как же это прекрасно, — произнес он, с наслаждением разглядывая свою добычу. — Ты знаешь, что за это я тебя щедро награжу. Его глаза блестели от удовлетворения, и он, казалось, наслаждался своей победой. Но, понимая, что ей нужно отпроситься, она, несмотря на неловкость, решила прервать его. — Тадаши, — начала она, стараясь звучать уверенно. — Мне нужно отпроситься на неделю. Сато медленно поднял голову, удивленно взглянув на неё. — Ты нарушаешь мой момент удовольствия, Мидзуки, — произнес он, усмехаясь, но в его голосе прозвучала тень недовольства. — На семь дней? — Да, мне нужно посетить могилу моих родителей и устроить поминки. Это важно для меня. Сато помедлил, рассматривая её с новой серьезностью. Он знал, как Мидзуки привязана к своей семье и как тяжело ей даются такие моменты. — Хорошо, — наконец сказал он, его голос стал более мягким. — Ты заслуживаешь это время. Но помни, что ты всегда должна быть на связи. В любое время я могу снова позвать тебя. С облегчением кивнув, Мидзуки почувствовала, как груз ответственности немного облегчил её душу. Теперь, когда она имела разрешение, она могла на время оставить мир якудзы и вернуться к своим корням, чтобы вспомнить тех, кого потеряла.