танцы на острие

впервые не чтобы присвоить - искренне - марфа хочет эту девочку защитить. да и просто - марфа хочет эту девочку, а если хочет, значит - получит. хоть что-то же она должна получить за десять лет ожидания. сколько бы это ни стоило, она заплатит, ведь марфа наживала своё состояние не для того, чтобы в чём-то себе отказывать. в глазах пелена страха, под ней - похоть, какая есть только в таких вот набожных маминых девочках. сегодня она не планировала срывать покровы, но дуня потянулась к ней сама - и, что ж, иногда планы меняются, и это не всегда плохо. с чем связан такой порыв? это не сильно её волнует, маленькая интересная деталь, которую стоит выяснить, это можно сделать после, когда избавится от помехи, когда девочка уже будет принадлежать ей безраздельно. прямо сейчас главнее всего ловить эти сладкие губы своими, перебирать осветлённые пряди пальцами, как жемчужные бусы. как ей сказала эта - марина? - он никогда не будет целовать тебя так же сладко? похоже на правду. слаще дуни в её жизни не будет ничего, потому она её никуда и не отпустит. а муж из добычи за пару месяцев стал - удачной, без спору, но всего лишь наживкой. желанная рыба - в её руках, извивается, прося большего, о чём сказать не смеет - ничего, это тоже пройдёт со временем, она научит и просить, и требовать, а главное - кричать, без задней мысли, о том, как это хорошо - когда длинные тонкие пальцы двигаются внутри - вверх-вниз, вверх-вниз, пока тело не сведёт судорога и не прозвучит самый звонкий вздох. ей ничего не нужно взамен - кроме этого вздоха - и это тоже феномен, требуюший изучения, ведь такого не было ни с мужем, ни сотней других до и после него. и когда дуня от неё отворачивается - понимает - хочет уйти - она уже не может её отпустить, не находит сил. слишком уж успокаивающе гладить её пережжёные волосы, мягкие щёки, нежные плечи... — ну, сколько ты ещё будешь бегать в гувернантках? один раз, второй, пятый, а там и слухи пойдут. оставайся, дуня. дуня молчит и прячет снова проступающий в глазах страх. чего только так боится - собственного ли порока? или..? — обещаю тебе. этот порочный и пустой человек тебя и пальцем не тронет. — как вы можете это обещать? — о, дунечка, я многое могу — притягивая к себе говорит марфа —не забывай, когда-то я смогла его купить. смогу и продать. — как это цинично. вы ничем не лучше его. — но устраивается в её руках поудобнее. — так уж и ничем? — улыбается марфа уже в поцелуй. дунечка продолжит строить из себя невинность, пускай - в эту забавную игру марфа сыграет с позабытым детским азартом.

***

на именины она дарит мужу свободу, пусть он такого подарка не заслужил - он свободен последовать за своей возлюбленной горничной. ей ли не знать, как тяжело жить и носить в себе неразделённую любовь. дуня смотрит волком день, на второй одевается в чёрное, но когда на третий марфа утягивает её в спальню - всё ещё не отталкивает. вряд ли она бы простила такое ему - эта мысль странно греет, заставляет ухмыльнуться куда-то в ключицы. следачка уносит пустячный чек, и дуня прячется в хозяйкиных объятиях. бедняжке так тяжело даётся ложь. она бы обрадовалась такой особенности, но марфу вообще мало кто может обмануть. она повидала достаточно актёришек. выражающие искренние соболезнования гости отправляются домой несолоно хлебавши. похороны - дело семейное, не для лишних глаз. им не нужны зрители, чтобы танцевать.