Бесконечность

Одним за другим команды выступали. Только избранные пройдут отбор на бэк танцоров. Профессиональные танцоры оценивали каждого участника. Не просто команду. Парни с тяжелым взглядом смотрели на большой экран за кулисами. Феликс, чтобы не нервничать, повторял движения. Минхо сидел с закрытыми глазами глубоко задумавшись, а может, просто сидел без единой мысли. Остальные наблюдали, кроме Чонина, который пялился в одну точку на стенке и вспоминал весь свой путь. Почему он танцевал? С чего вдруг этот резкий порыв двигаться под любимую музыку? Потому что стало популярным? Или же он правда влюбился в этот, так скажем, вид спорта всем сердцем. Танцы - это история. Ты переводишь то, что хочешь сказать через язык тела. Когда Ину грустно, он вставал перед зеркалом и заряжался новой энергией. Когда ему хорошо, парень делал тоже самое. Но, самое главное, что подарили ему танцы - нового себя. У него появился смысл, цель просыпаться каждое утро. Желание жить и быть замеченным. У него появились знакомые, люди с похожими мыслями и целями. Даже если, Чонин падал или у него что-то не получалось, люди вокруг давали надежду, что он справится. Что он особенный. Он им нравился. Главное, что сам Чонин принял себя таким, какой он есть и смотреть в зеркало больше не страшно. Сжав пальцы в кулак, Ян поймал контроль. Вдох-выдох. Он уделает всех на своем соло. Даже собственную команду. Со временем, подошла очередь команды Бан Чана. — Мы справимся! Файтинг! — подняв кулак вверх, громко произнес парень. Остальные повторили жест и вышли на сцену. Множество глаз направлены на них. Жюри сидели на местах. Встав на позиции, парни сосредоточенно посмотрели вперед. Выражение лиц переменилось. Первые аккорды. Фигуры задвигались на сцене с мощного движения. Все ожидали, что группа полностью выступит с хорео под Shape of you, однако, после самого начала, музыка застряла, звук перемотки вернул их на середину сцены и включилась совершенно другая в идеальный момент. Зал понял, что это мэшап из самых популярных песен десятилетия. Люди поражено наблюдали, как парни жили на сцене. Камеры только на них. Их мимика, движения, последовательность и четкость. Казалось, выступал один организм. Внезапно свет погас. Кто-то стал хлопать, подумав, что выступление закончилось, но он зажегся вновь, направившись на одного человека на сцене. Чонин стоял посередине, а в полукруге собрались другие участники, будто зависли. И с новых нот, Ян Чонин стал показывать мягкую, но такую уверенную сторону. Соло поставил Хенджин, так что движения наполнены чувствами и пластичностью. Чонин, потерявшая клетка, искал свое место. Попадая под каждый бит, парень заставил весь зал затаить дыхание и смотреть только на него. Обратив свой взгляд на толпу, Чонин осознал, что в горле встал ком, а дышать стало тяжелее. Слезы готовы вырваться из этих больших и добрых глаз. Подпрыгнув, Чонин дал указание другим задвигаться в унисон. Последний куплет парни закончили вместе. Как единый организм. После концовки зал затих, но позже вскочил с громкими возгласами. Оказавшись за кулисами, команда обнималась друг с другом, громко радуясь и прыгая от счастья. Они не знали своего результата, но громкая поддержка зарядила по полной. Чонин рыдал, не смея остановиться, а Мин крепко прижал его к себе, почесывая затылок. — Ну вот, ты сиял на сцене. Умничка. — Сынмин... — заныл Ян. Момент гордости и счастья длился недолго. Осталась последняя группа и всех вызовут на сцену для результатов. Чан улыбался. Плакать ему рано, да и незачем. Показывать подобные эмоции не в его стиле. Посматривая на самого младшего, Чан был благодарен. Чонин не просто ему нравился. Он влюблен и всегда был. На следующей неделе четырнадцатое февраля. Бан исправит свои ошибки. — Ох, ребят, это было горячо! — завопила ведущая, — Настало время самого интересного. Кто же пройдет дальше? Люди в зале громко хлопали и свистели, жюри не осталась в стороне, поддерживая напряжение вокруг. Девушка в странных длинных штанах расхаживала по сцене и предложила всем группам выйти. Они встали в линию, кучками. — Напомним правила. Жюри будет выбирать те группы, которые им понравились. Из пятнадцати пройдут не все. Те, у кого загорится зеленый свет пройдут в финал, который состоится в конце этой недели. — Стой, а разве не сразу решат, кто пройдет? — Вроде в прошлом году было так… — Они что, за день поменяли правила? Какой финал? Какой конец этой недели? У нас нет номера, — шипел Джисон. — Придурки, — прошептали со стороны, — У каждой группы должен быть запасной план. — Я его убью на месте! — Тихо, слушай жюри. — Мы так благодарны за вашу усердную работу, — поднялась Ли Бада, один из самых популярных хореографов в Корее, — Помните, не всем выпадет шанс презентовать себя в финале и доказать, что они достойны стоять рядом с кпоп айдолами. Однако, не сдавайтесь. Создавайте свою лучшую версию себя. Танцуйте от души. Найдите то, что вам нравится. И, если у вас будут вопросы, мы всегда здесь, чтобы выслушать и дать совет, — девушка говорила уважительно, стараясь не пугать. Все прекрасно знали, что кто-то из них просто не дотягивал прикоснуться к другой жизни. У команды Бан Чана есть желание посвятить свою жизнь карьере айдола, но в этот момент, все, что они хотели, подняться хотя бы на первый уровень. На самое начало. На большом экране появились квадратики с лицами участников, а внизу темный круг, который должен был загореться при выборе. Чонин закусил нижнюю губу и вцепился за чей-то рукав. Подняв взгляд, на него успокаивающе смотрел Чан. Чужие пальцы потянулись к нему и сжали в ответ. Несколько лет назад, Чонин, на похожем выступление сильно поругался с Чаном и пообещал, что не появится перед ним. Сцена повторяется вновь. — Поздравляю! — закричала ведущая. Чонин опустил чужую руку так, будто что-то уронил. Губы дрожали, зрачки расширились, ощущая влажность на глазах. Звуки исчезли. Кто-то сильно теребил его за плечи и прыгал от счастья, громкие хлопки исходящие из зала, свист. Весь мир под ногами провалился. Они прошли. Они прошли.

***

Парни собрались дома у Хенджина, чтобы справить прохождение в финал. Зал, полон аплодисментов, разошелся. Как и сказали, в конце недели, после Дня Святого Валентина, оставшиеся группы выступят в финале и выберут группы, которых распределят в компании. Да, у них еще нет готового номера, но об этом ребята побеспокоятся завтра. Сегодня им нужно было отойти от стресса и расслабиться с помощью пива. Чонин столько много плакал за день, что прямиком пошел домой, даже не сообщая никому. — А где Чонин? — вспомнил Феликс. — Не знаю. Возможно, пошел домой? — Скорее всего. Пусть отдохнет, — ответил Сынмин. — Ты с нами пить? — закинул руку на чужое плечо Хван. — Не откажусь. Мне надо расслабиться. — Ну… тогда едем сразу ко мне домой. Родаки не дома. — Тихушник. — Они прекрасно знают чем я занимаюсь и что иногда могу выпить. Дом Хенджина большой. Со двором. Они заказали рамен, суши, отправили Бан Чана и Чанбина за пивком и расположились в зале. После такого тяжелого эмоционального дня, парням было в радость смеяться от некоторых ситуаций и комментировать других групп. — Бля, меня серьезно выбесил тот чувак. Даже имени его не знаю. — Тот, который сказал, что нужно иметь запасной план? — Да, да, он! — С одной стороны он прав, но прозвучало грубовато. — Пиздец как грубо, что у меня пар из ушей пошел! — Ахаха, придурок, не контролируешь свои эмоции. Бан Чан сидел тише всех. Он слушал своих участников и, до сих пор, находился в эйфории. Не от алкоголя. Он уже давно бросил. Сразу же после того случая с Чонином парень просто запретил себе притрагиваться к этому. Ему было хорошо, что он нашел таких людей. Они приняли его, помогли ему с целью. Не это ли самое лучшее опьяняющее чувство? Дверь, ведущая во двор, приоткрыта. Оттуда шел приятный и прохладный воздух, что невидимая сила потянула наружу. Усевшись на скамейку, Чан поднял голову, разглядывая ночное небо. На данный момент, мысли только об Чонине. Надо было правильно подобрать слова и обьяснить свои чувства. Чан умел говорить, но когда дело касалось Чонина, как он и упоминал, слова пропадали из уст. К нему вышел Чанбин и присел рядом. — Доволен? — Да. — Рад за тебя, — одним уголком улыбнулся Со. — Бин… — начал Чан и глянул на друга. Он его близкий друг. Только ему он мог рассказать всю правду, — Ты понимаешь, что такое любовь? — Любовь? — удивился парень. — Любовь. — Ммм… ну, знаешь, я встречался лишь раз и то не очень удачно. Скорее всего, это была симпатия, но не любовь. Так то я не собираюсь встречаться пока не разберусь в своей жизни и работе, — пожал плечами, — Но… знаешь, никто из нас не понимает что такое любовь. У каждого она своя, понимаешь? То есть, каждый по своему выражает свою любовь и, необязательно быть официально парой, чтобы любить. Главное чувствовать. Чувствовать это так, что аж штаны готовы лопнуть от счастья. — Ну ты сказанул, — хлопнул его по ноге от смеха. — А что? Это правда. Любовь сумасшедшая штука. Как поймешь, что провалился в человека, это капец. — А если… ты не уверен, что человек может ответить взаимностью? — Думаю, надо все равно сказать. Чанбин понимал о ком идет речь, но не мог посоветовать ничего лучшего. Дальше должен был решать сам Чан. — Эх, тяжело, — хихикнул от стресса Бан. — В мире много чего тяжелого, однако, интересно. — Это точно. Парни замолчали, снова уставившись на небо и, слушая, как из зала раздавались истерический смех Хенджина и Джисона.

***

Конечно же они принялись придумывать новый номер. К счастью, пока парни готовили первый, у Минхо и Феликса появилось пару идей. Ради развлечения они показали новые движения. Чан решил взять их за основу. На мэшап времени нет. Поэтому новая задача состояла в том, чтобы поставить сильный, полноценный танец с настоящим синхронным. Лучшее, что у них получалось. Тренировки были не по три часа, а целый день, до позднего вечера. Парни приходили домой и падали на кровать, сразу же засыпая. Сынмину пришлось отложить занятия и готовиться к финалу. Чонин тоже взял три дня выходных, много извиняясь перед менеджером. Но он нравился мужчине, что тот без проблем, даже улыбаясь, дал ему отдохнуть. Падая на кровать, Чонин моментально проваливался в сон, не замечая, что все время падал на кровать Сынмина. Там комфортнее и пахнет приятнее. Пахло Сынмином. Сам Ким не против. Наблюдая за этой картиной, он расплывался в улыбке и ложился рядом, слегка отодвинувшись в сторону, чтобы ему было удобнее. Наступил День Святого Валентина. В этот день, ребята решили встретиться вечером, так как на следующий день предстоял финал. Весь день команда выбирала наряды, отдыхали, занимались своими делами. А Чонин и Сынмин занимались ну очень интересными вещами. — Нам надо поговорить, Сынмин, — из ниоткуда появился перед ним Чонин. Он же только что в ванну зашел, не? — Что такое? — успел испугаться парень. Чонин взял его за руку и потянул за собой на их (теперь совместную) кровать. Усевшись на ней, Ян замолчал, бегая взглядом по простыням. — Инни, поделись, что такое? Чонин прикрыл глаза, затем, резко открыв, правой рукой потянулся вперед и схватил Сынмина за пах. Тот визгнул. — Что!? — Тебе нравится? — Ч-ч-то ты говоришь Чонин?… нравится?… — Ответь: нравится или нет? Лицо Сынмина покраснело до такого оттенка, что и без слов понятно, что приятно. Чонин стал водить ладонью по паху медленно, наблюдая за реакцией друга. Сынмин не понимал, что происходило, но блять, так хорошо. Тем более, Ян смотрел серьезно и изучающее. Это заводило. — Нравится, — выдохнул Сынмин. — С нами что-то происходит, — сказал Чонин, слегка покраснев в ответ. — А? — Каждый раз, когда… когда ты близко ко мне. Сначала в примерочной, потом на выступление и… и… когда мы спим вместе… мое сердце с ума сходит. Сынмин стал слушать внимательнее. — Тогда думал, что, ну, мне кажется, я же столько яой посмотрел в те времена, поэтому это нормально представлять такое. Но, когда я представлял пошлые вещи с Чаном… я больше не заводился, но вот с тобой… — заикнулся Ян, — С тобой… хорошо… Сынмин подавился воздухом и немедленно приблизился к другу. Их губы прикоснулись. Поначалу, оба не отвечали, привыкая к новым ощущениям. Первый стал двигать губами. Можно сказать, что это первый поцелуй Чонина. И он дал его своему лучшему другу. Надавливая на Сынмина, Чонин заставил его лечь на спину и провел рукой по талии. Мин ахнул в поцелуй и взял инициативу на себя, углубляя его. — Стой, — отодвинул Ин, — Это же правильно? — К черту правильно или нет. Мы оба хотим этого! — затягивая в новый поцелуй, парни медленно, но страстно целовались, изучая тело друг друга. Перейти к чему-то большему не дал звонок на телефоне. Не хотя оторвавшись, Ин схватил чертовый гаджет и удивленно застыл. — Что такое? — Это… Чан звонит… — Чан? — Ответить? — Конечно, отвечай! Сомневаясь, Чонину пришлось поднять трубку и, выдохнув, сказал. — Да? — дрогнул голос. — Привет, Инни! Прости, что так внезапно. Ты дома? — Да. — Не мог бы ты спуститься вниз? Я кое-что купил тебе. Чонин обернулся на Сынмина. Оба рванули к окну, аккуратно посматривая что происходило. Бан Чан стоял около их дома с цветами в руках. Глаза Чонина округлились. Они бегали то к Мину, то к Чану. — М, хорошо… подожди, пожалуйста. Бросив трубку, Чонин запрыгал от страха. — Боже, Сынмин! Что делать? Он, я, ты… — Ты чего завелся? — Но… он, скорее всего, пришел признаваться, а я… а я… больше не хочу этого от него, — тише сказал Чонин, грустно поглядывая на Мина. — Инни… — подойдя, он обнял его и погладил по голове, — Делай так, как подскажет сердце. Если Чан действительно заслуживает тебя, то… повлиять на твое решение я не могу. — Но, Сынмин, мы… — Иди к нему, — отпустив парня, подтолкнул к двери. Чонин продолжал смотреть на Кима. Выйдя за дверь, Ян подтвердил догадки о том, что он ему не безразличен, что все эти взгляды и жесты были не плодом воображения. И теперь заявился Бан Чан. Не это ли тайский яой о котором он всегда болтал? Хах. Весело. Спустившись вниз, Чонин не хотел выходить к нему. Продолжая выглядывать из своего укрытия, сердце отбивало безумный ритм. Бан Чан смотрел себе под ноги и сжимал цветы. Приглядевшись, Ян понял, что это сирень и вспомнил, что они означали на языке цветов. Сам то он не увлекался. Как-то Феликс ляпнул ему, что, если бы признавался в своих чувствах, то подарил бы сирень. Она означала первая любовь. О, боже, Чан, что же ты творил? Чонин поплелся к парню, почесывая затылок от смущения. — П-привет. — Привет, — выдохнул Чан. — Что за цветы? Кому? — включил дурачка. — Тебе, конечно, — протягивая их, сказал Чан, стараясь улыбаться. — За что? — Благодарность, что помог нашей команде пройти в финал. И… — Чан собирался признаться, правда. Ради этого человека он готов был полностью исправиться и стать намного лучше, но когда оба встретились взглядом, пальцы ослабели, почти что, роняя сирень, но чужие руки успели подхватить. Опоздал. — Оу, — спокойно вырвалось с губ Чана. — Прости… — снова опустил взгляд, — Я понимаю, что… я понимаю тебя и твои чувства. Но… но… я думаю, что… — это же твой шанс Чонин! Быть с идолом твоей души! — Мы должны остаться в таких отношениях, в которых на данный момент. — А кто мы друг для друга? Чонин замолчал. — Участники группы? Или… нет, ты мой друг. Я хочу, чтобы ты стал моим лучшим другом. — А твои чувства ко мне? — Они затухли, Чан. Это… было в прошлом. Мне очень нравится вспоминать те дни, те ощущения, первые впечатления от покалывания на кончиках пальцах, однако… — Я не достоин тебя, да? Чан сдерживался, чтобы не закричать. Он только осознал сильные чувства к этому человеку и получил пощечину за свои ошибки. — Боже, нет, нет! Чан! Ты - мой лидер. Ты - мое вдохновение. Просто пара из нас никакая, — прямо ответил Ян. Чтобы уж точно не выглядеть настоящим козлом, Чонин подошел ближе и обнял его. Чан дышал громко, схватившись за чужое тело, сжимая, не хотя отпускать. — Вдохновение говоришь? — Да! Ты моя мотивация идти дальше, танцевать, преодолевать себя. Пожалуйста, не думай о себе так. — Спасибо, Инни. Вот почему ты такой? — Какой? — Делаешь мне больно, а мне все равно хорошо. — Хэй, я не из этих, — посмеялся Чонин. Оба расслабились, забывая о смущении. — Все же… возьми сирень. В первую очередь, я купил их, чтобы поздравить с победой. — Спасибо большое, — взяв их в руки, нежно глянул Ин и поднял взгляд на Чана. Да, он определенно не будет жалеть. Поговорив немного, Чонин вернулся обратно. Сынмин сидел на кровати, поджав под себя ноги и положил подбородок на колени. Бросив взгляд на друга, а следом на цветы, глаза его блестнули. — О. — Я отказал ему, — сразу же сказал Ин. Лицо вытянулось в недоумении. — Но я видел, что вы обнялись. — Да, но я ему отказал. Отложив сирень, Чонин подошел к Киму и сел на пол, дотрагиваясь до ладони. — Нам с тобой тоже надо поговорить и уже давно. Сынмин первый раз увидел его таким взрослым и смышленным. Обычно, глаза напротив, наполнены неуверенностью, невинностью и страхом, а тут, на него смотрел не ребенок, а настоящий парень, который выбрал его. — О чем же? — Честно, я не знаю, что такое любовь. Я не понимаю когда это началось и когда мне стало просто классно проводить с тобой время. Возможно, это и означает романтические чувства? Но я определенно знаю, что к Чану я не испытывал такого ощущения, когда хотелось поцеловать, обнять, дотронуться до интимного места, жест, который я позволил себе. Мне не было противно. Я почувствовал, что это правильно. Правильно делать такие вещи с тобой. Я, не настаиваю, постоянно строить наши отношения на сексе и поцелуях, нет. Я хочу продолжать делать то, что мы всегда делали, только иметь право поцеловать, когда захочется. В первую очередь, ты мой друг, а потом уже любимый человек к которому я хочу возвращаться каждый вечер. Сынмин слушал внимательно. Глаза наполнялись слезами счастья. Да, это правильно. Все, что происходит между ними чертовски правильно. — Черт, иди сюда! — притянув его за майку, Мин увлек парня в поцелуй. Иметь право целоваться, когда захочется.

***

У каждого День всех влюбленных прошел по разному. Сынмин и Чонин обговорили все эмоции, мысли и вечером засели смотреть «Друзья» дальше, обнявшись и, посматривая друг на друга, влюбленно. Чан пришел к Чанбину с двумя коробками кока колой. — Отшили? — Отшили. Вместо алкоголя, парни напились колой и обьелись жареной курицей. — Знаешь, мне нравится, что ты перестал пить, — прокомментировал Чанбин. — Молчи, — усмехнулся Бан. — Получается, ты у нас одиночка. — Как обычно. Возможно, не появился человек, который подойдет мне. Чанбин оглядел его и пожал плечами, выпивая третью банку колы. — Кто знает. Этот вечер они провели друг с другом. Феликс пошел в кино на драму, кушая попкорн и плакал в зале. — Несправедливо! Она любит тебя, чувак! Какого хуя ты ее бросаешь? — Ты решил спалить мою кухню? — заявился Минхо. — Во-первых, наша кухня, а во-вторых, я нашел крутой рецепт курочки, решил попробовать сделать нам на ужин. Сегодня же 14! — Боже, мы не справляем этот день. — Ну, я ж не говорю, дарить цветы, шоколадки и хихикать как ненормальные пары. Просто ужин. При свечах, — добавил последнюю фразу Хан, а Минхо закатил глаза. — Кажется, я испортил тебя. Ты стал настоящим романтиком. — С кем поведешься, таким и станешь. — Чего? — заворчал Минхо и побежал за парнем, чтобы дать тому по заднице. — Ай, ай, Минхо! Не надо! Хенджин же провел вечер в зале, практикуя новый танец к финалу. — Похоже… один я переживаю больше всех за наше выступление, — пробурчал Хван. Их восемь. Каждый из них имеет свой характер, свое поведение, свое мировоззрение. Они разные и, наверное, создают хаос, когда объединяются. Однако, когда они вместе, восемь становится бесконечностью. Бесконечность, которая продолжает тянуть их вперед, помогать преодолевать тяжелые ситуации, слушать и быть на одной стороне. Иногда, они ругаются, не понимают друг друга, влюбляются, но их восемь. Они выбрали друг друга. Они выбрали бесконечность друг с другом. — Танцуем, как чувствуем и похуй на мнение окружающих! — заорал Чан, подняв руки своих участников. — Танцуем! Парни пошли на ту самую сцену. К свету, к поддерживающим крикам. Они пошли к еще одному испытанию и пройдут его вместе.