Вечеринка сорвалась, тигрёнок

— Да ладно... Серьёзно? Просто взял и ушёл? — Ну, да... — Нифига себе! — Сказал я себе, ага. Чонгук выдавил из себя наигранный смешок и в спешке скрыл глаза в своём полупустом бокале. Он даже спорить не будет, он сейчас больше всего хотел без заморочек либо хорошенько спрятаться, либо окончательно свалить к чертям. Чужие, оживлённые голоса казались напыщенно громкими, особенно в и без того удручающей атмосфере ночной тусовки. Особенно на фоне равномерно глубокого, почти обволакивающего голоса Тэхёна. — Ну ты даёшь, конечно. Признаюсь, Чон, не ожидал. — какой-то высокий парень легко хлопнул Чонгука по спине, от чего тот чуть не выливает на себя остатки напитка. Не то, что ему жалко этой, странной на вкус, дряни, но куртка была до жути дорогой. — Точно, у тебя, оказывается, есть парочка интересных историй про запас, не так ли? — На... верное? — словно спрашивая самого себя, протянул Чон с заминкой, чувствуя, как к горлу подступает неприятная тяжесть. Высокий парень громко рассмеялся, хлопая его по плечу уже с меньшей силой, но это только усугубило всю неловкость ситуации. — Да ты не скромничай! С таким лицом, как у тебя, ты наверняка мог бы сотни таких историй насобирать! Чонгук нервно дёрнул уголком губ, будто пытаясь улыбнуться, но только сильнее вжался в себя. Да он, без преувеличений, по ощущениям попал обратно в школу и обязан выслушивать претензии преподавателя. Да, хорошее сравнение. Какое "Не скромничай?" При чём это тут вообще? — Ну, это всё как-то не про меня, — пробормотал он, стараясь не встречаться с чужими глазами. — Да брось ты! — парень прищурился, явно пытаясь разглядеть его поближе. — Или ты из тех, кто хранит все свои секреты до конца? Хочешь закадрить всех здешних своей супер скрытностью? Ха! Чонгук только покачал головой, снова притворяясь, что сосредоточен на напитке. Всё это начинало его удручать. Толпа вокруг казалась слишком громкой, слишком тесной, слишком… неправильной. — Эй, ну же, расслабься, — наконец сказал другой парень, что стоял чуть поодаль от высокого, его тон звучал мягче, чем того. — Ты ведь здесь, чтобы повеселиться, да? Как бы так выразится? Не совсем. — Ага, конечно... Ладно, проехали. Чонгук из под густой чёлки взглянул на Чимина. Тот, по всей видимости, просто души в своих друзьях не чаял. Не удивительно, они его окружили как стая пчёл около мёда, и, очевидно, обожали. М-да, популярный этот Пак... Вздохнув, Чонгук откинул мешающие пряди назад, проводя пальцами по тёмным волосам. Он их только-только, недавно отрастил, и теперь понятия имел, как укладывать, чтобы выглядеть более или менее презентабельным. Ком в горле с каждой секундой возрастал, стоило ему случайно скользнуть взглядом по толпе людей, и встретиться взглядом с его. Так, невзначай, будто бы тайком, а может украдкой. Будто они оба пытались быть скрытными, и с поражением понимали, что это дело для них дохлый номер. — Слушайте, я, может, отойду? На минуту. — медленно начал Чонгук, внимательно всматриваясь во внезапно удаляющуюся, до боли знакомую фигуру. Хотя, о чём это он. Они всего лишь сегодня познакомились, и у него, ну, никакого права нет на то, чтобы называть это таким образом. Они не знакомы. И всё равно он вытянул шею, чтобы получше разглядеть происходящее в дальнем углу большой гостиной, в которой они все сейчас находились. Она была довольно просторной, и обустроена в, сразу видно, современном стиле. — О, а ты, оказывается, всё-таки, таинственный, — усмехнулся уже чуть-чуть надоевший Чонгуку парень, приподнимая бровь. — Ну давай, не будем тебя держать. Только не теряйся надолго, ладно? Чонгук кивнул, машинально поставив бокал на ближайшую поверхность, и направился в сторону, где только что мелькнул Тэхён. Его ноги двигались сами по себе, и он даже не мог понять, что именно собирается сказать, если вдруг подойдёт. В дальнем углу гостиной было чуть тише. Люди здесь группировались небольшими компаниями, их разговоры не заглушались музыкой, а свет казался мягче. Чонгук всё ещё пытался следить за фигурой, но к его удивлению, Тэхёна нигде не было видно. — Вот же... — пробормотал он себе под нос, хмурясь. Где его носит? Но прежде чем он успел развернуться обратно, его внимание привлекло движение у окна. Чонгук замер, увидев знакомый силуэт. Тэхён стоял, облокотившись на подоконник, и смотрел куда-то вдаль. Его профиль, едва освещённый мягким светом, выглядел на удивление расслабленным, почти задумчивым. Чонгук остановился на секунду, не решаясь подойти ближе. — "Что я вообще делаю?" — мелькнула у него мысль. И всё же он сделал шаг. И прежде чем успел что либо сказать, его с лёгкостью опередили. — Ты что, опять свалил? Ты как собираешься Чимина зацепить? Своим осутствием? Спешу расстроить, его таким длительно не расположишь к себе, он ветреный до слёз. Моих и других парней, потому что мне потом утирать их сопли из-за отказа. А это утомительно. За, по большей части, монологом, последовал смешок. Горький, словно послевкусие тёмного шоколада, что Тэхён так любил. И теперь склоняется к предельно осторожному отношению к данной сладости. У Чонгука тем временем пронеслась лишь одна мысль. Что-то он много сегодня думает. Ладно, нет, не это. — "Никак. Никак не собрался," — подумал он, — "Ведь не его. Тебя." — но вслух произнёс совсем другое, — Мне нужен перерыв. Слишком много думаю. Надо расслабиться, верно? А вот это уже было честно. Ему бы чего-то стоящего выпить, да откинуться назад. — Часто же ты перерывы делаешь. Ты такими темпами ничего не добьёшься с Чимином. Не убедительно, дорогой. — протянул Тэхён с полу улыбкой, ведь вверх дёрнул он только один кончик губ. Губ, что выглядят сейчас столь маняще, наверняка всё ещё с привкусом клубничной конфеты, по которой Тэхён ранее чертовски соблазнительно проводил языком. Так бы и проверил свои догадки Чонгук, но нет, его же всё пытались свести с этим Чимином. Он уже порядком подбешивал. Между прочим, Чонгук почувствовал, как боролся с порывом схватиться за место, где бешено стучит сердце, когда услышал "Дорогой". Контекст, хоть и другой, но сердечко защемило. Но Чонгук держался, при чём, изо всех сил. — Да нет, всё под контролем, не переживай... — и выдавил ответную улыбку. Ту, что дарят родственникам, подарок которых не совсем пришёлся по вкусу, но необходимо оставаться вежливым, потому что мама так воспитала. — Ну-ну. Я тебя предупредил. — Ага. Повисла неловкая тишина. Тэхён никогда не любил тишину, особенно в комбинации с неловкостью, поэтому как бы между делом бросил, — А, кстати, ты на кого учишься? Погоди, ты вообще учишься? Ты похож на студента, но кто знает, я чего только в своей жизни уже не повстречал... Я же не заставлял всё это время приударить за кем-то несовершеннолетнего школьника, да? — Тэхён ужаснулся, правда. Чонгук наконец расслабил плечи, и громко рассмеялся. Он был неимоверно рад, что атмосфера теперь не такая напряжённая. — Боже, нет. Нет, даже представить не могу... Господи. — сквозь рвущийся смех прохрипел Чонгук, вставая рядом с Тэхёном, около окна с видом на парковку. У Тэхёна спину прошила волна мурашек от этого неожиданного хрипа, но он прокашлялся, не подавая виду. — Чего? Это не смешно, я серьёзно! — Хорошо, ладно, да, прости... — Чонгук в последний раз хохотнул и выдохнул, — я учусь на журналиста. Уже как три года. — О, не ожидал. Журналистика... Нам по пути, если быть точным. Тэхён загадочно сверкнул глазами, в которых блестели искры озорства, и Чонгук был уверен, что на секунду в них утонул. — П-почему? — промямлил что-то, похожее на полноценное предложение, временно превысило его запросы, поэтому голос Чонгука был лишь чуть громче шёпота. — Потому что я вот, уже как пятый год на художественном. Хочешь, я буду тебе картинки для статей рисовать? — Правда, что ли? Да без проблем, хоть сейчас приступай! — Отлично, дай мне пол часа, я быстренько съезжу за планшетом, и я готов! Они оба залились звонким смехом. Тэхён в последние пять минут никак не мог нарадоваться тому факту, что они общаются, будто не сегодня встретились на богом забытой вечеринке, а как минимум, год назад, в более подходящих условиях. Но не тут-то было, ведь его взгляд кратко скользнул по группе друзей Чимина, и его самого. И, к сожалению, тот очень настойчиво помахивал рукой, дабы Чонгук поскорее снова присоединился к нему. Резко замолчав, Тэхён нервно облизнул губы, теребя волосы на затылке. Чонгук заметил этот мимолётный жест, и судорожно вздохнул. Ему вдруг очень захотелось вернуть недавнюю непринужденность. — В общем... Эм, почему... — он на мгновение задумался, — Почему этот Юнги называл тебя... что-то наподобие тигра? Это прикол такой? Тэхён открыл, и снова закрыл замок на кофте, щёлкая языком. — Да так, был как-то случай один. — А нельзя поподробней? — Можно. Но не нужно. — вышло жёстче, чем Тэхён изначально планировал. — Ты чего? — нахмурился Чонгук. Всё же до этого было вполне нормально. Разговаривали, смеялись вместе. Так в чём же сейчас проблема? — Того! Ну, ты мужик, или кто? Иди уже наконец уведи Чимина в какую-нибудь спальню и...! — вспылил Тэхён, чуть ли не краснея. От чего? Злости? Безысходности? Фиг поймёшь. Если Чонгук до этого сдерживался, то он редкостно ошибся и забирает свои слова назад. Теперь он не сдерживается. — С чего ты взял, что я намерен сделать это? — прорычал Чонгук, и стиснул кулаки. Дыхание Тэхёна окончательно перехватило, но он упрямый, и поэтому он восклицает, опять же, несколько громче, чем хотел, — Да потому что! Подобное всегда единственное, что у вас на уме! — Ты же вроде говорил, что я другой? — вскипел Чонгук. Он знал, что скоро сорвётся. Скоро. Вероятно, скорей, чем он думал. — На первый взгляд! Ты, может, вообще маньяк, и планируешь меня заживо закопать! Мысли в голове метались, по ощущениям там царил полный хаос, ведь всё существо Тэхёна кричало, что он это не имел ввиду. Но он не мог иначе. — Что за чушь? Да я...! — Ты? — дерзко, чтобы скрыть истинные намерения. Цепь с треском оборвалась. — Чёрт, да не сдался мне этот Чимин! Даром! Я его не захотел бы, даже будучи слепым, и единственным человеком на свете! Ты меня интересуешь! Ты! Это так неправильно? Тэхён замер. Время, будто остановилось. В том числе и всё вокруг. Крики затихли, провод к колонкам с музыкой выдернули. Всё нажали на стоп. В часто вздымающейся груди Чонгука колотилось сердце. А Тэхён вспыхнул спичкой. — Что...? Приглушённый лепет вырвался из Тэхёна, он поневоле сжал подоконник, к которому прислонялся. Чонгук дышал так тяжело, что Тэхён мог расслышать и посчитать каждый отдельный вдох и выдох. Потому что Чонгук взрывается. — Да, я в самом начале безбожно на тебя пялился. Не на Чимина. Ты невероятно красивый. Настолько, что я не мог оторвать от тебя взгляда. Не мог думать. Не мог вдохнуть полностью пропахший алкоголем воздух полной грудью, понимаешь? Я надеялся, что у меня хотя бы слюни не потекли. Он сделал уверенный шаг навстречу Тэхёну, который уже почти вжался в перила окна, в отличие от Чонгука, задержав дыхание. — Слушай, меня это задрало. Мы идём завтра на свидание, и это не обсуждается. Нежданчик, так нежданчик. Кажется, у Тэхёна открылся рот от удивления. Хорошо, если челюсть не коснулась пола. Он хотел было вставить хоть слово в ответ, но Чонгук его обрезал, как отрезал, не давая продолжения на возмущение со стороны. Как бы не оставляя места для дальнейших комментариев. — Конец дискуссии. И он с рывком подался вперёд, хватая Тэхёна за узкую талию. Прежде чем тот успел вскрикнуть, Чонгук закинул его себе на плечо как мешок картошки. Обидное сравнение. Время снова пошло обычным ходом. Музыка отзывалась вибрирующим басом в ушах, люди горланили. И Тэхёну охота. Когда Чонгук решительно двинулся с Тэхёнам на себе через толпу, на них оглядывались буквально все. И Чимин, с открытым нараспашку ртом, который один из его преданных фанатов попутно прикрыл, и Юнги, что с выгнутой бровью кивнул на Тэхёна, мол, "Это что ещё такое?" А тот, лишь пожал плечами, потому как сам был бы не прочь узнать. Да уж, Тэхён, когда собирался на эту вечеринку, точно не думал, что закончится всё так. А именно, им, висящим на чужом плече, словно он не весил вообще ничего. Совет мой вам. Если нутром чувствуете, что не стоит переться на какую-то вечеринку, пожалуйста, послушайте себя, а не манипуляции друга. Тэхён, вот, как видите, сделал неправильный выбор. Ведь всё было нормально, пока его жизнь не перевернул с ног на голову один неотразимый очкарик. Буквально. С виду вроде милый очкарик, а на деле, манипулятор номер два.