Канун Рождества.

Сознание возвращалось медленно, будто специально оттягивая страх и, возможно, боль. Элис очнулась, обнаружив, что сидит на стуле. Руки и ноги были примотаны скотчем, намертво. Никак отодрать было не возможно. В углу комнаты девушка заметила снова этого человека. Он уже был не в костюме Санта-Клауса, а просто в праздничной шапке и чёрно-белом костюме клоуна-мима. Сиены не было. Это взволновало ещё больше. Куда могла деться подруга, если она убежала? И в сознании Элис упрямо начала появляться строчка: «она тебя бросила. Смирись.» В этот момент мим рылся в своём мешке, доставая поочерёдно новое оружие. Вот на полу оказались: молоток, нож и пила. Клоун развернулся и помахал девушке, насмешливо улыбаясь. Это улыбка пугала намного больше чем намерения, хотя что могло быть хуже. Вдруг неудачный Санта встал, направился к углу комнаты и достал праздничную упаковку, видимо подарок. Медленно добрёл до Элис, положил коробку на пол и лёгким движением маленького ножа разрезал один скотч, задев при этом руку девушки. Кровь маленькими капельками закапала, ранка была не глубокая, но намеренная. В приветливом, на первый взгляд, жесте Арт протянул ей свёрток. Элис зажмурилась, перерабатывая в голове боль. Ничего не взяла, было страшно. Клоун повторил свой жест. Уже активнее. После ещё одного отказа он насильно сжал её руку и всунул в неё подарок. Отпустил её ладонь он похлопал в ладоши и отошёл, выжидательно смотря. Элис придержала подарок примотанной рукой, а раненой достаточно медленно начала срывать обёртку. Каждый жест обнажал чёрный картон, какие-то буквы, которые в скорей превратились в надпись «Merry Christmas, Alic...!» Свободной рукой девушка открыла крышку и, если бы могла, закричала. Тут получилось беззвучно. В коробке лежала человеческая голова. И не просто, человека а родной матери... На глазах навернулись слёзы, пока Элис взглядывалась в остекленевшие, родные глаза. Шея была разрублена каким-то острым предметом, рот разорван до ушей, кровь ещё капала. Убийство произошло почти только-что. От знакомого лица остались только глаза, голубые... Арт расплылся в довольной улыбке, видя слёзы на глазах молодой жертвы. Он развёл руками и поклонился, демонстративно показывая окровавленные руки. Это только начало веселья, лучшее, конечно, впереди.