Пышные Синнабоны!!!

Пак Чимин - обычный студент, никогда не умел готовить, но всегда хотел научится. Его лучший друг сделал подарок на Рождество. Урок по выпечке пышных булочек с корицей. Как Тэхён уговорил бывшего однокурсника своего брата, а сейчас одного из известных кондитеров Чон Хосока, остаётся загадкой. Чимин очень нервничал и волновался, получится ли у него и не доставит ли он проблем кондитеру и своему другу собственной неуклюжестью. Чимин собирался за несколько часов до назначенного времени урока. Просмотрел несколько видео по изготовлению синнабонов. Подготовил волнующие его вопросы. Десять раз бегал менять одежду и по итогу влез в простую белую футболку, натянул спортивные серые штаны и такого же цвета толстое и уютное худи. Схватил сумку и запихнул блокнот с заметками и вопросами. Накинул объемную куртку и обувшись в удобные кроссовки, выбежал, боясь опоздать. Снег иногда срывался и на улице было очень холодно. Чимин уже не смотрел на карту района, запахи вели его в нужном направлении. Одна из сети пекарен Чон Хосока уже виднелась и парень подгонял себя быстрее оказаться внутри тёплого помещения. ,,Мягкие, пышные, ароматные, самые вкусные! Классические дрожжевые булочки Синнабон — это самые известные завитушки с начинкой из корицы, покрытые сверху сливочным кремом. Приготовить их не составит большого труда, несмотря на большое количество ингредиентов, процесс простой и понятный. Это же не будет трудно? Я справлюсь.,, С этими мыслями Чимин распахнул двери, зазвучавшие мелодичным колокольчиком. Название ,,Райское наслаждение,, было очень говорящим, кондитер любил доводить десерты до идеала и требовал полной отдачи от своих работников. Слухи гуляли о том, что Хосок был строг и не терпел ошибок, за которые наказывал увольнением. Но это же слухи, Чимин надеялся, что его не будут сильно ругать за то, что он совсем ничего не умеет. Сделал пару шагов, отогревая замёрзшие руки и утопая в ароматах различной выпечки и десертов, что исходили из кухни и вызывали желание съесть всё, что было на витрине. С восторгом рассматривал торты разных размеров и форм, один особенно привлёк внимание, большое количество нежного крема прятало начинку и коржи, а украшения из лесных ягод сводило ротовую полость от предвкушения кислинки, оседающей на языке. Чимин тяжело сглотнул собравшуюся слюну. Оторвался от приятного зрелища и направился в сторону кухни, где его уже ждали. Опираясь на столешницу, Хосок нетерпеливо выстукивал одному ему известную мелодию, ленты фартука перетягивали местами напряжённую спину в чёрной рубашке. Брюки идеально сидели по фигуре кондитера. – Добрый вечер, вы опоздали. Чимин посмотрел на экран телефона, он задержался, рассматривая витрины и опоздал на две минуты. Голос кондитера придавливал силой, страшно было даже извинится за опоздание, об оправданиях даже мысли не было. – И.. извините, я не хотел. – Вы готовы начать? Тэмин говорил, у Вас совсем нет навыков, времени у нас мало. Рождество хочется провести не так. – Да, извините, что отвлекаю Вас от своих дел. – Хватит болтать, раздевайтесь и приступим. Хосок наконец повернулся к собеседнику и успел заметить яркую краску на мягких щеках парня. – Вешалка у входа, куртку и худи можете оставить там. Чимин покраснел ещё больше, вспомнив, что под худи тонкая домашняя футболка. Но выхода не было, на вешалке одиноко висели его вещи, дверь в пекарню заперли на ключ изнутри. Стесняясь, прошёл на кухню, сам видел, что сквозь футболку выделяются два маленьких бугорка от резкой прохлады, без уютного тепла любимого серого убежища. Кондитер видел замешательство парня и взяв в руки фартук, шагнул к нему очень близко, накинул фартук на шею и обошёл со спины. Медленно протянул руки, не прикасаясь к телу, ухватился за пояс и протянув вдоль талии, связал за спиной, намеренно поправив завернувшиеся части. Фартук скрыл грудь Чимина почти до самой шеи, но выдохнуть расслабленно не удавалось. Напряжение искрило в воздухе, цвет лица парня менялся от мертвенной бледности до ярко розового поросёнка. Хосок с интересом наблюдал за этими метаморфозами. Он не сталкивался с такой невинной наивностью, так и хотелось испортить, вызывая красноту щёк совсем другими действиями. Он готов был прибить друга и его мелкого брата за эту подлянку. Он проспорил желание и выхода не было, пришлось сжимать зубы и держать себя в руках, чтобы не испортить урок и не напугать это розовощекое чудо. То, что он давно пускает слюни на Чимина, его друг и мучитель Тэмин давно заметил. И то, что Хо никогда не начнёт действовать, сам воспринимая Чимина, как малыша, тоже знал. Он даже знакомства избегал ,,Чтобы не напугать ребёнка своим безумным взглядом.,, Но малыш давно вырос и совершеннолетие наступило не один год как, но Тэмину так и не удалось уговорить познакомить его наконец с другом брата. Выход нашёл как раз таки младшенький, предложив выиграть спор, заранее зная о победе и потребовать любой урок по выпечке на Рождество. И выбор пал на Синнабоны совсем не просто так, Тэмин помнил, что Хо как то проговорился, что Чимин похож на тёплые пышные Синнабоны. Хотелось укусить и утонуть в мягкости, ощущая вкус корицы на языке со сливочным послевкусием. А Хосок тем временем не всё рассказывал другу, что не только возраст останавливал его от знакомства со столь аппетитным парнем, а его предпочтения, он боялся, что его отвергнут и не примут, поэтому даже не пытался. А тут такой соблазн на блюдечке, ещё и запах корицы, витающий по всей кухне. Чимин переминался с ноги на ногу, забыв напрочь с чего надо начинать, пока ему объясняли, как соединять ингредиенты для теста, в каком порядке, что вначале жидкие или сыпучие, всё вылетало из головы, он дрожал от голоса и не понимал своей реакции. – Всё понятно? Если да, то приступай. Чимин достал свой блокнот, пытаясь вспомнить хоть что-то из того, что изучал перед уроком. Смешав все жидкие компоненты, осторожно всыпал и взбивал венчиком сухие составляющие, постепенно замешивая тесто. Доведя до нужной вязкости, рассыпал муку на столе и вывалил тесто, припудрил руки мукой, примеряясь с какой стороны начать разминать руками. За его спиной вырос кондитер, положил свои руки поверх рук Чимина и опустил их на тесто, показывая движения и силу нажима. Чимину стало очень жарко, он чувствовал, как к его спине с периодичностью прижимается горячее тело, а когда Хосок решил, что понятно показал и отпустил парня, ноги его подвели и пришлось ухватится за столешницу, кончики пальцев побелели, со спины его опять обхватили, прижимая сильнее. – Ты в порядке? – хриплый голос обжег ушную раковину. Чимина всё ещё трясло. – Не знаю, что со мной, – голос тихий и робкий, – я не могу ничего вспомнить, не могу думать, меня трясёт, как в лихорадке от вашего властного голоса. Я не понимаю, что это, – немного осмелел парень, чувствуя надёжную опору в удерживающих руках. Разве можно быть таким невинным, терпение держалось из последних сил, Хосок под руками ощущал мягкий живот, крепче прижимая к себе. ,,Что я творю,, – Хосок чувствовал себя монстром, совращающим невинную душу. – Хочешь воды? – Если вы отпустите, я могу не удержатся на ногах. Это какая-то болезнь? Боги, дайте ему ещё порцию терпения. Хосок мысленно молился сдержаться. Но Чимин не оставил ему выбора, откинув голову на плечо, пытаясь не сползти на пол и ухватился руками в муке за манжеты чёрной рубашки, пытаясь успокоиться. Прерывистое дыхание срывалось с пухлых губ, а грудная клетка резко вздымалась. – Ты только что испачкал мою рубашку, – Хо рычал от сдерживаемых эмоций. Но парня в его руках это не напугало, наоборот, его начало ещё сильнее трясти и лёгкий стон сорвался с пухлых губ. Только тогда Хо наконец понял, что происходит. Чимин сам того не понимая, был его идеальной парой, его вело от силы в голосе Хо, его это возбудило, а неопытный организм срезонировал, сильнее теряя опору. Кондитер осторожно высвободил руку, медленно провёл по рёбрам, спустился ниже и упёрся в выпирающую плоть под свободными штанами. Крыша, набирая бешеную скорость, покидала разум Хосока, а протяжный стон в самое ухо после того, как сжал чужой твёрдо стоящий орган, окончательно свёл с ума. – Я правильно понимаю, что ты ещё девственник? Щеки опять обретали яркие краски. – Дааа, – с усилием протянул Чимин. „Боги, за что мне такое наказание?„ – Малыш, я не особо себя контролирую и сам не знаю, что могу сотворить с твоим телом, но я обязан тебя предупредить. Я люблю игры в сексе и иногда они очень жестоки и не стандартны. Не думаю, что это правильно испытывать в первый раз. У тебя сейчас последний шанс уйти отсюда не тронутым. – Неет, – Чимин заполошно вертел головой, он отказывался уходить. Ему хотелось слушать этот голос. Хотелось ещё чего-то, низ живота сильно тянул, разливаясь волнами, от которых ноги дрожали и хотелось осесть на пол, как тряпичная кукла. – Малыш, ты сам сделал выбор, если будет сложно, скажи, я постараюсь остановиться. А теперь постарайся удержаться на ногах и упрись в стол. – Не могу. – Не можешь, значит, ложись на стол грудью и не сползай, – голос Хо опять принял приказной тон. Чимина накрыло волной ощущений так, что даже кончики пальцев на ногах сжались, но он выполнил приказ, упав грудью на столешницу, пачкая лицо и фартук в муке. – Хороший малыш, послушный. Хо нежно поглаживал ягодицы, иногда сжимая, а когда парень застонал, звонко шлепнул по одной половинке, та мягко спружинила под рукой. Громкий протяжный стон подтвердил догадки, Чимин плывёт от грубости и силы Хо. Ещё раз приложился звонким ударом уже по оголенной ягодице, спустив спортивки до колен. Розовый след набирал яркость, обретая очертание длинных пальцев. Парнишка всё так же дрожал от нарастающего возбуждения. Кондитер только сейчас вспомнил, что в его заведении нет ничего, что бы ему могло помочь, он никогда не думал, что будет заниматься этим на своей кухне. Глазами нашёл оливковое масло. Улыбка облегчения промелькнула на строгом лице. Щекотно смазывая кондитерской кистью между булочек, тщательно распределяя оливковое масло, наслаждался игрой. Чимин пытался вертеться, не понимая своих желаний, ему хотелось чего-то большего. Масло капало, пачкая серые штаны тёмными пятнами жира. А возбуждённый член парня ударялся о низ столешницы, роняя капельки, что тянулись тонкой нитью и оседали на штанах так же, как и масло. На глаза кондитеру попался силиконовый венчик для замешивания теста, игра продолжается, не так уж и сложно на кухне найти игрушки для больной фантазии возбужденного садиста. Присев на корточки, раздвинул мягкие полушария, лаская кончиком пальца розовое колечко мышц, немного запустил палец, слегка раздвигая проход. А уже через секунду приставил венчик и загнал его по скользкому маслу до самой ручки. Чимин выгнулся в спине, смешивая стон с криком. – Напомню, мы можем остановиться. – Будет ещё больно? – дрожащий голос парня сводил с ума. – Возможно, но не сильнее этого. – Тогда я хочу продолжить. – Уверен? – Да, пожалуйста. Хосок прижался к спине парня и провёл языком от копчика до края волос, передвигаясь к уху, обвёл ушную раковину и развернув к себе лицом, впился кусачим поцелуем в пухлые губы. Наличие импровизированного расширителя в анусе парня, накрывало обоих растущим желанием. Хосок добавил давления, приподняв Чимина за ягодицы и усадив на самый край стола, опустил его на локти, не давая упасть. Сам же встал между ног, разводя их в стороны и наслаждаясь зрелищем. Розовое колечко краснело и расходилось лучами , по центру раскрывая видимость розовых стенок. Взял за ручку, слегка двигая вперед, вырывая ещё один полустон-полукрик и медленно вытянув, услышал вздох облегчения. Чимин больше не мог удерживать себя и полностью лёг на спину, пачкаясь в белой муке, тесто подмялось куда-то в позвонки, а Хосок увидел лежащую рядом скалку для раскатывания теста. Чимин инстинктивно раздвинул шире ноги, только чувствуя, как твёрдое и скользкое толкается в анус, сильно, до боли раздвигая стенки и проникая всё глубже. Кондитер наслаждался тем, как с каждым толчком, деревянное орудие терялось в нежном теле, распластанном на столе. Вытаскивая полностью, наблюдал сокращения раскрытой дырочки. Ещё раз заводя уже на половину длинны, дотянулся до соска и больно скрутил его. Чимина опять подбросило, выгибая сильнее. Второй горошине тоже досталось, увеличивая неровности под белой тканью. В какой то момент Хосока потянуло разорвать ткань футболки, не снимая с податливого тела, продолжая вдалбливаться сильнее скалкой. Прищепки для крепления заказов не вовремя попались на глаза и быстро были сняты с листочков, чтобы прочно закрепиться на сосках. Оттягивая кожу яичек, примерялся прищепкой, чтобы не нанести вред. Чимин уже плохо соображал, возбуждение поглотило полностью, каждое касание вызывало волну удовольствия. Боль мешалась с возбуждением в перемешку. После пары минут передавливания прищепками, Хосок с оттяжкой снимал с воспаленных мест орудия сладких пыток. И сразу зализывал пульсирующую ткань. Член Чимина бился об мягкий живот, собираясь подарить долгожданную разрядку, но вовремя заметивший кондитер, перехватил, пережимая у основания. Убирая скалку, продолжил ласки, подготавливая и успокаивая. Россыпью поцелуев и лёгких укусов пробегал по внутренней стороне бёдер. Хосок выпрямился, удерживая распахнутые ноги и приставил аккуратную головку к растянутому входу, сразу ныряя на всю длину и замер, наслаждаясь сильным сокращением мышц, понимая, что надолго его уже не хватит. Не давая привыкнуть, резко толкался тазом, наращивая темп и не обращая внимания на скулёж парня под ним, заходил всё глубже, впитывая в память глазами то, как его член теряется в розовой глубине. Наращивая темп и меняя угол наклона, искал заветную кнопку. Случайно задев её, отпустил основание члена и Чимин излился себе на живот, пачкая брызгами столешницу. Несколько бешеных толчков в не прекращаемом сокращения анусе парня и Хосок последовал за ним, изливаясь и не выходя, заполнял спермой. – В следующий раз всё будет намного интересней, – отдышавшись, заверил кондитер. – Если ты, конечно, не решишь, что для тебя это слишком. Чимин совсем без сил дотянулся до сливочной подливы для синнабонов и окунув туда пальчик, размазал по пухлым губам, сразу же слизывая кончиком языка. – А мы можем поиграть с ягодным тортом? – Кажется, я всё таки тебя испортил, малыш. – Может, это я тебя испортил? – Может быть. Булки печь будем? – Мои? – Синнабоны, глупый. – А где? – Без разницы, главное, с тобой рядом. Чимин расплылся в расслабленной улыбке. – С рождеством!! – Уже время? С Рождеством, моя булочка.