Пять шагов к счастью.

В дороге Чимин предупредил маму, что он будет не один. Она, не задавая лишних вопросов, пообещала приготовить им гостевую комнату. Прямо с вокзала парни поехали в больницу, что бы узнать о состоянии отца младшего. Пообщавшись с лечащим врачом, они немного успокоились. Док сказал, что за последние сутки состояние стабилизировалось, и хоть оно все еще тяжёлое, но угроза жизни уже миновала. Просидев с папой больше двух часов, Чимин предложил Юнги поехать, наконец, домой, принять душ и отдохнуть. Они вызвали такси, загрузили чемодан мелкого, и выдвинулись. - Малыш, ты меня потом сводишь какой-нибудь ТЦ? А то у меня даже белья сменного нет, я ж совсем без вещей. - Конечно, хён. Обязательно. Но ты не переживай. Мы ж с тобой практически одинаковые, пока мои можешь одеть. - у Чимина в груди потеплело от одной мысли, что он увидит Юнги в своей одежде. - Ага, Мини. Я и в твоих ярких милых худи? Представляю... Суровый репер всея Кореи в розовом облачке. - Юнги хрипло рассмеялся и обнял Чимина. А у того табун мурашек пробежал от этой сладкой хрипотцы старшего. И где только создают таких грозных реперов, в которых так легко влюбиться и утонуть в этом чувстве. Юнги делал вид, что смотрел в окно, а сам наблюдал за реакцией Чимина, заметив его легкое возбуждение и румянец на славных щёчках. И где-то внизу живота скручивался тяжёлый и приятный узел от такого младшего. Его хотелось... Хотелось прямо в такси зажать и зацеловать до опухших губ и поплывшего взгляда. Мин потихоньку обнял его за талию, и просунув руку под толстовку, сжал теплый бочок, на что Чимин порывисто выдохнул и теснее прижался к нему. Рука Юнги уже во всю хозяйничала на рёбрах мелкого, а тот лишь дрожал всем телом и пытался не издавать звуков. Проведя ногтями по косточкам, он почувствовал сладкую дрожь парня, и погладив ладонью животик своей крошки, плавно поднимался выше. Чимин елозил на сиденье и, сжав ноги, хоть немного пытался утихомирить своё возбуждение. Когда же Юнги добрался до сосочка, сначала зажав его пальцами а затем и нежно лаская, Чимин впился своей ладошкой в ляжку Юнги и прошипел: - Хён, что ты творишь? Ты думаешь я железный? Я очень тебя хочу, но не тут же. - Прости малыш, ты такой сладкий, такой манящий, твой хён не может перед тобой устоять. - Ох, Юнги, твои слова совсем не помогают. - прошептал тихо Чимин, и со стоном уткнулся в плечо парня. Домой они приехали взбудораженные и заведённые донельзя. И как же хорошо, что мамы Чимина дома не оказалось. Только зайдя в квартиру, Мин прижал младшего к стене, и, наконец-то, поцеловал. Он нежно изучал эти пухлые губки, о которых столько раз мечтал. Очертив языком их контур, Юнги почувствовал как Чимин приоткрыл рот, выдыхая, чем он сразу и воспользовался. Проникнув глубже и вылизывая ротик этого чертёнка, парень почувствовал как Чимин в его руках дрожит от возбуждения. - Детка, какой же ты нереальный. Мой самый любимый, самый желанный. - оторвавшись, прошептал ему на ушко Юнги. -Хёён, пожалуйста.. Прошу тебя.. Юнги.. - бессвязно бормотал младший. - Что? Что такое, моя кроха? Что мой малыш хочет? Скажи мне, и я все для тебя сделаю. - Хен, возьми меня. Я хочу тебя, хочу быть твоим, совсем твоим. Прошу, Юнги... - Моя сладкая крошка, ты такой возбуждённый. Такой нежный и податливый, такой нуждающийся. Я буду любить тебя до тех пор, пока ты не разрушишься подо мной. Подхватив Чимина под бедра, он хрипло произнес: - Показывай дорогу, котёнок. Где наша комната. - Вперед и налево- сразу сориентировался Чимин.