Эксперимент

в комнату зашел JDH, реальный автор всех кошмаров и страшилок по всей мультивселенной. Он пришел с небольшим чемоданом на руках и поставил его перед Лололошкой. Ло, сидя на коленях и со связанными руками за спиной, на приход Джона никак не отреагировал. Не хотел или просто боялся, но по итогу даже глаз не поднял. — ну что, готов? — с весельем спросил ученый — ха-ха! да я вижу, как сияют твои глаза от нетерпения! JDH принялся набирать в шприц очередной препарат, улыбаясь до ушей. Видно, тот был до жути горд собой. Набрав шприц полностью, он подошел к Ло и посмотрел сверху вниз. — я не понимаю.. — подал голос связанный — Джон, тебе действительно нравятся мои страдания? в ответ Ло услышал смех, а потом почувствовал холодные пальцы на своем подбородке, которые слегка тянули голову вверх. Он посмотрел на ученого в надежде, но как только в его руках блеснула игла шприца, то все грезы исчезни моментально. — ого, ты наконец-то стал говорить.. — стебясь, начал Джон — обычно ты молчалив. — на вопрос ответишь? — с раздражением ответил голубоглазый — не-а, не отвечу, ха! — Ло фыркнул — твои страдания мне не нужны. Мне нужна твоя истинная сущность, истинный смысл твоего создания.. — с весельем в голосе все же ответил ученый — Лололошка, ты ведь не человек! ты чудовище! — чудовище здесь только ты.. — сказал голубоглазый, тише обычного — сделаю вид, что я этого не слышал! — каждая фраза становилась все с большими нотами издевательства — но разве я чудовище? Ло, твоя совесть мертва! ты — беспощадный убийца, именно твои грязные руки погубили большинство миров! и после этого ты зовешь меня чудовищем? посмотри на себя, открой глаза. подопытный начинал злиться, но в глазах Джона это выглядело даже мило. — красотка, я пытаюсь открыть твою истинную сущность, открыть твою душу, а ты..! — а что я? — ученого перебили — почему я? ты заставляешь меня убивать живых и невинных людей! ты убиваешь, в конце концов, меня самого! — аргх.. хватит уже этой болтовни, бестолочь! в отвел Ло хотел что то ответить, но не успев открыть рот, вскрикнул от боли. Джон грубо и небрежно вставил иглу в шею и ввел препарат, от чего стало мерзко по всему телу. Убрав шприц, он достал следующий и принялся набирать жидкость со второй ампулы. — что ты чувствуешь, Ло? — чувствую лишь отвращение, неприязнь и ненависть, Джон. в ответ опять смех и опять издевательский тон приторно-сладкого голоса: — О, да-да-да, ненависть. Она у тебя уже была, ещё до препаратов. Но вот вопрос, кто ты ненавидишь больше? Меня? Или все же себя? последний вопрос громко отразился эхом в ушах. Он не знал, что ответить. Он не знал, кого именно ненавидеть. Джона, который то и дело издевался над ним, прикрываясь исследованиями и научным интересом, или себя, беспощадную и давно неживую машину, которая причиняла всем вокруг вред? JDH прекрасно знал на кого направлена эта ненависть. Он знал, что Ло ненавидит самого себя куда больше, но просто старается это не принимать как можно дольше. И Джон прекрасно этим пользовался. — красотка,  я понимаю тебя! Ненависть к себе, это уже даже не вопрос совести, тебе просто жаль себя. — JDH внезапно посмотрел на подопытного, от чего по спине пробежался холод — Но чего ты хочешь? Ты ждешь жалость от меня? От своего создателя? последний вопрос прозвучал холоднее и грубее, чем Джон был обычно. Ло не выдержал, он поднял голову выше, и вместо ответа закричал на Джона, который уже разобрался с препаратом. — ты мразь! ты дал мне эмоции, чувства, мысли, а сам что?! — он перевел дыхание — а сам ежедневно изнуряешь меня, убивая сотни людей чужими руками! слышишь, однажды я убью и тебя! Джон сделал шаг ближе, положил руку тому на плечо и посмотрел в глаза. — Лололошка, твой крик мне не нужен. Я знаю тебя лучше, чем ты сам. — он мягко улыбнулся, а после замахнулся ладонью и ударил того пощечиной — эти громкие во всех смыслах слова просто ничто, по сравнению с криками людей, которых ты убивал и убиваешь по сей день. пациент резко выдохнул. В голову ударили те самые крики людей, которые умоляли прекратить. Мольба о пощаде, слезы детей.. все это предстало перед глазами Лололошки и вспыхнуло огнем. Ненависть была все сильнее, но не страло понятно, к кому именно. Боль от пощечины дала о себе знать, но Ло и бровью от этого не повел. Он отвел взгляд от Джона, уже не в состоянии смотреть на это самодовольное лицо. — замолчал. Значит я был прав, да? ну же, «девятьсот девяносто три», вспомни всех тех, кого ты беспощадно уби..- JDH только сейчас заметил, что голубоглазый на него даже не смотрит. Он схватил его за лицо и направил взгляд на себя. — смотри. на. меня. — ученый стиснул зубы и прищурил глаза — бестолочь. — да мне отвратно смотреть на твое лицо! — прорычал в ответ Ло, но на второй фразе прододжил в полголоса — лицо, которое так похоже на мое.. — я искренне рад, что до тебя доходит твоя истинная сущность. JDH резко повернул шею пациента и все с такой же грубостью ввел очередное содержимое шприца. Ло прошипел и отдернул руку ученого, которая держала его за лицо, как какое то животное. — прекрати это, Джон! я ведь тоже живое существо, я ведь тоже способен чувствовать боль! JDH схватил подопытного за волосы и и посмотрел прямо в глаза. — Ты живое существо? Ты? Это называется живым существом?! — ученый стал злиться — Ты убийца! Ты чудовище и ничего более. Ты не живое существо, и никогда им не будешь. вновь грубые действия, вновь игла под кожей. «Девятьсот девяносто третий» опять вскрикнул. Каждый укол все больше затуманивал сознание. С каждой секундой мысли и чувства уходили на второй план. Казалось, что контроль над телом пропадает с каждым десятком секунд. — ну же, бестолочь! кричи! кричи так же, как и убитые тобой безвинные люди, давай же! — ты..- очередной укол. — Джон, прекрати! это ужасно больно! это невыносимо! — у тебя еще и хватает наглости просить перестать? — ученый усмехнулся и прикрыл глаза ладонью — ты ничтожество. У тебя нет права что либо просить. вновь препарат. после последнего шприца лололошка уже ничего не помнил. Никогда не желал ничего помнить. Он слышал использование Искры, крики, слезы, собственное дыхание.. все это смешивалось в сознании, превращалось в кашу бескрайнего ужаса и страданий. Крики громче, слезы сильнее, а дыхание чаще. Резкий белый свет и чей то последний всхлип, а после темнота и звон в ушах. *** он резко очнулся по середине все той же белой комнаты, в которой и проходила его жизнь, когда он не убивал. Ло посмотрел на себя и свои руки, как только смог что либо развидеть. Кровь, очень много крови. Голова до невозможности болела, а после запаха и вида застывшего ужаса на руках, самочувствие стало еще хуже. в комнату зашел JDH и сел перед ним на пол. Он специально молчал. — сколько? — спросил Ло, не ожидая ответа меньше пяти тысяч человек. Взгляд не выражал не единой эмоции, но руки тряслись пуще прежнего. Препараты не делали ему лучше, они не используются в научных целях. Они не делают лучше никому. — девять тысяч семьсот сорок четыре, чудовище. «чудовище» прикрыл глаза, поднял голову в потолок и тихо сказал. — и когда уже в таком состоянии, под лекарствами, я догадаюсь себя убить.. JDH резко схватил его за волосы, встал и потянул за собой. Лололошке не оставалось ничего, кроме как встать и испуганно, но слишком устало смотреть на создателя. — ты не смеешь себя убить, понял меня? — еле сдерживая злость, скрипя оттого зубами, прошипел ученый — Ты моя собственность. Так что даже мысли такие иметь не смей, тварь. джон швырнул «тварь» на пол, посмотрел на него пару секунд, а после развернулся и ушел. Ло почти сразу же провалился в сон, но и там был Джон. От него не уйти. Никогда. Никуда. — «никак, бестолочь.»