Билет в один конец

1 глава 17 октября 2021 До событий с Дмитрием Киняевым - морду в пол, тварь! Вы обвиняетесь в 105 статье УК РФ по преднамеренному причинению вреда и серии убийств. У вас есть право хранить молчание до прибытия адвоката. – отчеканила девушка, выдохнув с облегчением, а после наклонилась к прижатому лицом в асфальт мужчине. - гнить теперь на нарах будешь до конца дней своих, мразь. Добегался, Богомол. – последнее слово было сказано ею с особым отвращением. Она поднялась на ноги и обратилась к одному из офицеров. - пакуйте его и в управление, там я устрою ему допрос с пристрастием.- губы изогнулись в хищном оскале. Для нее было огромным удовольствием наконец поймать того, за кем носилась последние три года своей жизни. На ходу снимая бронежилет, Евгения осталась в камуфляжных штанах, испачканных в грязи берцах и местами разорванной черной рубашке. Да, непростая выдалась погоня, но зато крайне плодородная. Пребывая в своих мыслях, девушка залезла в бронированный фургон, в котором сидело еще пару офицеров. Они с уважением взглянули на нее и пожали ей руку, как бы поздравляя с задержанием особо опасного преступника. Но Высоцкая не позволяла себе расслабиться даже сейчас, когда, казалось бы, все уже позади и держаться неприступной крепостью бессмысленно. Через пару часов конвой полковника Высоцкой, вместе с ее задержанным, достиг Москвы. Офицеры и лейтенанты поднимались вверх по лестнице, входя в Следственное Управление ФСБ. Евгения же замыкала эту толпу. Как только полковник оказалась в допросной и увидела через тонированное стекло сидящего в закрытой комнате Губина Алексея, наконец смогла выдохнуть и собраться с мыслями, предвкушая дальнейший допрос. Но стоило ей войти в одно помещение с преступником, как тот взглянул на нее с нескрываемой улыбкой, чем-то напоминая ей сумасшедшего. Ей было не впервой сталкиваться с подобными серийниками, но этот был особенным отморозком, к которому девушка испытывала чистую ненависть. Она присела на стул напротив, заняв наиболее удобную и расслабленную позицию. - ну что, тварь, теперь говори, где ж ты скрывался все эти годы. Тебя ведь непросто было отыскать, почти до Припяти доехал. – мужчина томно поднял на нее взгляд и с неприкрытым самодовольством задавал ей вопросы. - а что, если я тебе поведаю что-то, мне скосят срок? Или, быть может, учтут облегчающие обстоятельства?– он нагнулся в ее сторону, звеня наручниками, в которые были скованны его руки и ноги. Высоцкая схватила убийцу за ворот его рубашки, немного притянув к себе, так чтобы быть на одном уровне с ним. - ты со мной в игры не играй. Не в том ты положении, чтобы мне вопросы задавать, голубчик. – в ответ на это Губин харкнул в лицо полковнику. Девушка достала из нагрудного кармана пиджака платок и вытерла плевок с лица, который пришелся ей почти что в глаз, но удалось вовремя среагировать. Медленно встала и обошла мужчину со спины, а после нагнулась, взяв его руку в свою и сломала ему указательный палец. По помещению моментально пронесся крик. - я надеюсь теперь ты понимаешь серьезность ситуации. – прошептала почти на ухо, чуть отстраняясь от него. – не будешь отвечать на мои вопросы и в минуту я буду ломать тебе по пальцу. А когда они закончатся, перейду на другие части тела. Но ты не торопись, времени у нас много, как и у тебя костей. – уже вернувшись на свой стул и наигранно воодушевленно сказала девушка. Спустя три часа беспрерывного допроса полковник все-таки закончила и зашла в уборную комнату, чтобы отмыть кровь с рук. Но сразу за ней забежала и ее коллега, майор Златышева. Женщина сразу накинулась на Высоцкую с вопросами. - ну что, как допрос? Вы его раскололи? – девушка безразлично посмотрела на нее в отражение зеркала. - дожала его до конца, но, как видишь, пришлось применять грубую силу. – указала на красные подтеки крови на руках. - а разве по уставу так можно? - нельзя конечно. Скажу, что сам покалечился, пока драпал от моих спецов. Да неважно, главное, что теперь мы обладаем всей необходимой информацией, чтобы закрыть это дело в конце концов. И подельничков своих он сдал, как миленький. Осталось только передать все нашим адвокатам. Займешься этим, Оль? Ты же вроде как раз с ними связь держишь. - конечно передам, не вопрос. Но…полковник, вы же расскажете детали? Всему отделу интересно, как даже генерал-лейтенанту Костенко не удалось его поймать, а полковнику из отдела управления собственной безопасностью удалось. – Евгения развернулась к майору лицом и с укором молча посмотрела на нее. Ольга же, быстро осознав, что сморозила, отдала честь полковнику и незаметно ретировалась из уборной. Но девушку задел далеко не заданный вопрос, а фамилия, вскользь прозвучавшая в нем. И тут пришло резкое осознание того, где она сейчас находилась. Следственное управление. Структура, где служил генерал-лейтенант Сергей Александрович Костенко. И самое последнее, чего хотелось бы девушке, это наткнуться на него в здании или даже мельком зацепиться взглядом за его силуэт. Но, как это обычно и бывает, выйдя из уборной, полковник моментально увидела какого-то офицера и разговаривающего с ним генерал-лейтенанта Костенко. Девушка зависла буквально на долю секунды, но этого времени вполне хватило, чтобы Сергей обратил на нее свое внимание. Выражение его лица в тот момент нельзя было сравнить ни с чем. Конечно, не каждый день видишь девушку, на которой чуть не женился в далеком 95-м году. Да еще и выглядящую практически также молодо и свежо, как он запомнил. Но в планы полковника не входила встреча с давним знакомым, а потому она, надев маску непринужденности, подошла к мужчинам. - здравия желаю, товарищ генерал-лейтенант. – мужчина молча смотрел на нее, пытаясь считать эмоцию узнавания на ее лице. Но безуспешно. Девушка действительно выглядела так, будто видит его впервые в жизни. - назовитесь. – только и произнес Сергей, все-таки взяв себя в руки. - полковник ФСБ Высоцкая Евгения Андреевна. - так это вы словили Богомола. Тогда, если вы не против, пройдемте в мой кабинет. Там уже ждет ваше непосредственное начальство. – мужчина указал рукой в нужную сторону и прошел сразу за девушкой. Уже оказавшись в кабинете, она увидела своего дядю. Первым делом полагалось отдать честь. - здравия желаю, товарищ генерал. - вольно, Высоцкая. – генерал молча прошел к девушке и пожал ей руку. А после на его лице заиграла легкая улыбочка, так несвойственная этому грозному и статному мужчине. Но такой жест отозвался у Евгении в груди чем-то теплым, давно забытым. Приятно, когда человек, которого некоторые считают похуже Ленина, выказывает свое уважение, да еще и к ней, его племяннице, с которой был строже, чем с самым непутевым рядовым. - ну, а теперь рассказывай, голубушка, как же ты этого утырка перехватила и где? – до этого оставаясь в стороне, Сергей теперь прошел к своему столу и уселся, продолжая молча слушать чужой диалог. Для него все еще было дикостью видеть эту рыжеволосую девушку, но он как мог старался сосредоточиться сейчас на работе, а не на отголосках прошлого. Да и мало ли лет прошло, может он просто обознался, сам ведь понимал, что сейчас та девушка была бы уже практически его же возраста, и совершенно с другой фамилией. Подумав о том, что с этим он в любом случае разберется позже, мужчина наконец включился в беседу. -… и мы за ним бежали до чертовой зоны практически. Два моих бойца были ранены, один убит. У Губина было огнестрельное при себе. Но впоследствии мне удалось его из винтовки выцепить, в колено попала, вот и перехватили его. Сученыш хотел гранатой себя подорвать, спецы вовремя среагировали, кинули гранату в овраг. – девушка провела руками по лицу, как бы пытаясь снять усталый вид, и оперлась бедрами о край стола. - Виталий Николаевич, я его столько лет выслеживала, и скольких он успел погубить. Я прошу вас, проследите за тем, чтобы его на пожизненное упекли, без права выхода под залог или условно-досрочного. - конечно, Жень, можешь не переживать по этому поводу. Я вынужден буду вас покинуть, сообщи пожалуйста Сергею все, что тебе удалось из него выпытать, закрывать это дело будет следственное управление, а не мы. - так точно, Виталий Николаевич. – девушка уже хотела было начать свой рассказ, как ей вдруг поступил звонок на рабочий телефон. Незамедлительно ответив, с того конца она услышала сумбурную речь своего коллеги. Он пытался донести о том, что один продажный прокурор разрешил выпустить Губина под залог. На секунду у Евгении будто ушла земля из-под ног. Не для того она столько лет за ним охотилась. - не отдавать, ты меня понял? Ни под каким предлогом не отдавать, дождитесь меня, я уже выезжаю. – отключив звонок, она чуть ли не бегом дошла до выхода из кабинета, по пути оповещая мужчин о том, что сама узнала минуту назад. - я вас подвезу до СИЗО. – вымолвил Сергей, надевая пиджак и также продвигаясь к выходу. Высоцкая с благодарностью кивнула и последовала за Костенко, это же сделал и генерал Виталий Николаевич. Девушка нервно постукивала пальцами по кожаной обивке сидения в автомобиле Сергея и мысленно взывала ко всем высшим силам. Ей нельзя было упустить убийцу, не только потому что она могла потерять повышение. Это было уже личное, то, что коснулось ее напрямую и о чем она вынуждена была молчать на протяжении шести лет. Но из задумчивости ее внезапно вырвал голос генерал-лейтенанта. - Евгения, могу я поинтересоваться, как зовут вашу мать? – Женя оторопела от вопроса, но быстро сообразила, почему он спрашивает. Он принял ее за дочь той девушки, которую любил в 95-м. Это было логично, иначе никак нельзя было объяснить сходство Евгении с той женщиной. - Маликова Евгения Михайловна. К чему спрашиваете, генерал? – девушка сделала вид, что не понимает, о чем речь. - а сколько вам лет? – словно игнорируя ее вопрос продолжил мужчина. - мне 35 лет. – ложь. Но она не может так просто разглашать свой возраст. Иначе будут вопросы по типу: а почему в 29 ты уже полковник, а что ты делаешь в ФСБ вообще, а где была раньше, и тому подобное. - вранье не ваш конек, Евгения. Вам не может быть столько лет, учитывая, что у вашей матери в 95-м не было ни детей, ни мужа. – мужчина насмешливо взглянул на нее через зеркало заднего вида. - так это вы тот капитан КГБ, о котором рассказывала мама. Рада познакомиться с вами лично. – она продолжала врать ему. Но разница была в том, что в этой лжи ее было непросто уличить. - так сколько вам на самом деле? – а генерал все не уступал. Этот мужчина привык добиваться своего, и Евгения об этом прекрасно знала. - мне 29. Но я надеюсь, что это останется между нами, генерал. – Костенко задумчиво посмотрел на сидящего рядом Виталия. Не трудно сложить два плюс два и догадаться, что именно Виталий Николаевич поспособствовал быстрому продвижению девушки по карьерной лестнице. Но его не заботил этот факт. Ну, точно меньше, чем другие. А тем временем Виталий сидел в явном замешательстве, услышав от Евгении неприкрытую ложь. Ее мать звали Сысоева Ольга Михайловна, и она уж точно не могла быть знакома с Костенко, тем более в 95-м году. Но мужчина решил не подавать виду, поняв, что Высоцкая точно не просто так в открытую лгала генерал-лейтенанту. - обращайся ко мне Сергей. – помолчав с минуту, мужчина все-таки решил упомянуть об удивительном сходстве девушки с ее матерью. – знаешь, вы очень похожи. – вновь взгляд через зеркало. - да, многие так говорят. - как она поживает? – как бы невзначай уточнил Сергей. - она мертва. Уже как 6 лет. – плечи девушки опустились, а взгляд стал немного рассеянным. Ей тяжело было говорить об этом. Оказалось, что даже время не способно хотя бы подлечить старые раны. - я… очень соболезную твоей утрате. Ты прости, я не знал. – тень удивления, смешанного с грустью, на секунду показалась на лице генерала. Было тяжело в это поверить, но еще было жалко девушку, которая лишилась матери. Он решил не вытаскивать подробности из Евгении и не давить на шрам, но про себя отметил, что обязательно поищет информацию об этом на досуге. - все в порядке, Сергей. – только и ответила девушка. До конца пути в машине воцарилась гнетущая тишина. Каждый размышлял о своем. И как бы не было грустно вспоминать о маме, сейчас Евгения понимала, что сосредоточиться надо совсем на другом, а потому уже мысленно представляла, как оторвет голову продажной шавке-прокурору. Или, как минимум, проследит, чтобы эта тварь обязательно пошла под трибунал. По прошествии почти двух часов, девушка наконец покидала следственный изолятор, а по правую руку от нее шел Сергей. Ее дядя уехал как только смог, поскольку дела отложить он не мог, но вот Костенко посчитал нужным дождаться девушку и после подвезти ее до нужного ей места. На улице уже было темно и вечернюю Москву подсвечивали тысячи фонарей, придавая городу волшебства. Девушка достала пачку сигарет и зажигалку, не сводя взгляда со звездного неба. После первой же затяжки по телу прошла дрожь, оповещая о том, что все напряжение, скопившееся за день, начало отпускать. Пожалуй, нельзя не отметить, что этот день действительно оказался для Жени очень сложным, хотя и присутствовала радость от того факта, что она победила в этих кошках-мышках с Губиным и даже с людьми, занимающими не последнее место в силовых структурах. Коррупция ее не злила, нет, скорее стимулировала активнее бороться с нарушителями правопорядка в ее стране. Костенко же все это время молча стоял рядом, наблюдая за малейшими изменениями на лице девушки. Было очевидно, что она расслабилась, пусть и ненадолго. Это давало ему понять, что ей удалось задержать ее преступника, и ни под какой залог его в итоге не отдали. Мужчина был наслышан об этом серийном убийце. Как он сам себя называл «Богомол». Губин Алексей Викторович, задержанный по 105 статье УК РФ, убил 27 человек, которыми стали исключительно женщины и маленькие девочки. Каждое новое убийство отличалось от предыдущего, и сам Богомол объяснял это тем, что вдохновлялся животной средой и методами убийств самки богомола, пауков и прочих членистоногих. Шесть лет он бегал от правоохранителей, но в конце концов все равно оказался пойман. Это не могло не радовать Сергея, и он даже испытывал определенную долю уважения к полковнику Высоцкой. Он много лет наблюдал за стремительным развитием ее карьеры и ни разу не усомнился в ее профессионализме или звании. Для мужчины было очевидно, что рыжеволосая действительно заслуживала того звания и почестей, которыми удостаивалась. Этот факт даже местами удивлял его, но учитывая, что ее мать в свое время была капитаном КГБ Санкт-Петербурга, он догадывался, откуда в Евгении взялись эта хваткость и стойкость характера. Поток мыслей Сергея был нагло прерван телефонным звонком, поступившим на сотовый Евгении. Девушка незамедлительно ответила, и на том конце послышался взволнованный голос ее племянника. - Женька, не отвлекаю? – с чрезмерной серьезностью спрашивал парень. - нет, Вить, случилось что? – девушку явно насторожило начало диалога. - слушай, ты только не переживай особо. Софа в аварию попала, я сейчас с ней в больнице. Отделалась переломом ключицы и одного ребра. Ребро ей вправили, теперь дрыхнет под анестезией. Машину эвакуировали, там не прям жесть, но потратиться придется. – сердце ушло в пятки. София была одним из двух самых дорогих полковнику людей. Ее старшей племянницей, почти сестрой. И подобная новость будто окончательно добила ее состояние, но расклеиваться было нельзя, а потому, взяв себя в руки, девушка дала парню руководство к исполнению. - так, слушай меня внимательно. До моего приезда не пускай к ней никого и сам ни с кем не разговаривай. Я скоро буду, привезу все необходимое и сама уже и с полицией разберусь, и с врачами, понял? - так точно, полковник. – шутливо ответил пацан. - Витя, сейчас блять не до шуток. Назови больницу и номер. Приеду так скоро, как смогу. - да мы в Давыдовской на Таганке. - через полтора часа буду. – отключив звонок, девушка сразу полезла в приложение, чтобы заказать себе такси. И в этот же момент к ней подошел Костенко. - Евгения, я подвезу куда надо. Назови адрес. – произнеся последнее слово, мужчина начал двигаться в сторону своего авто. - Сергей, вы не представляете как помогли мне сегодня, спасибо вам огромное. Больница по адресу Яузская улица 11 дробь 6. Но сначала надо заехать в супермаркет, я должна купить необходимые вещи, не затруднит? – уже в пути проговорила девушка. - я уже согласился тебе помочь, так что конечно не затруднит. Пристегнись. – как только девушка выполнила его просьбу, автомобиль мгновенно помчался по вечерней Москве.