Гедонист

Я скучаю. Это единственное объяснение моей тяги к прошлому. Не помогают никакие советы и психотехники. Можно только смириться, стараться скучать все тише и тише с надеждой когда-нибудь научиться просто помнить.

Эльчин Сафарли

Часть первая.

Треск. Падающая ваза, разлетается на полу, оплетая его мелкими осколками, которые подобно ярким звёздам блестят на паркете. Воспоминания с явной силой бьют в голову, мелькая непонятными картинами из прошлого, из того самого забытого Тэхеном прошлого. На фоне уже который раз проигрывается какая-то неизвестная мужчине передача, а может и известная, об этом не знает никто, даже он сам. Однако интересно лишь то, какой эффект она производит. Стекло, кровь, скрежет шин по асфальту — казалось бы, у большинства людей ассоциации воспроизводимые мозгом говорят об аварии, но не у Тэхена, почему? —Этим вопросом задаётся и он сам, ведь кадры в телевизоре пробуждают в нем лишь нежность, любовь, заботу и невероятную тоску, заставляющую выть. Непонятно, что происходит в момент, когда он прокручивает эпизод передачи раз на разом, пытаясь ухватиться хоть за одно слово — маленький промежуток, возвращающий ему давным-давно потерянные воспоминания. Во всех этих чувствах будто кроется какая-то история, известная теперь уж одному богу, но мало ли и он, все ещё единственный во вселенной, из людской расы, кто мог бы раскрыть историю тех давних лет, что запечатались под кожей уродливыми шрамами по всему телу. *** Капли дождя стекают по лобовому стеклу чёрного автомобиля, уменьшая привычную видимость на дороге, что извивается вокруг огромных, словно великаны, гор. Обычно, подобные места называют серпантинами, но здесь это редко, « Дорога троллей » — звучит гораздо чаще от местных жителей, о чем, конечно же, есть отдельная легенда. И вот Чонгук, как умолешенный, мчит по той самой трассе, совершенно не боясь смертной участи, несмотря на то, что его маршрут один из самых опасных в мире. Из динамиков современных колонок, установленных сейчас почти в каждой машине, вырываются строчки из песни Тейлор Свифт, которая по истине очень нравится сумасшедшему водителю, он ведь даже на убийство едет под ею сочиненные ритмы. На часах было 02:34, когда из крепкого сна, мужчину вытащил телефонный звонок от начальника криминалистического отдела норвежской национальный полиции. Снова найден труп. И вновь никаких зацепок, никаких общих примет, ни-че-го, будто бы убийства совершает воздух. Никто и ничто не знает, что происходит. В этом деле непонятно даже то, являются ли жертвы совпадениями или с стране зародился новый серийный убийца, коих за всю историю государства было совсем немного, ведь сама Норвегия — это невероятно благополучная страна, где граждане очень чтят закон и не то, что убийства, а даже кражи случаются крайне редко. Поэтому ситуация не могла не пугать следователя Чона. Этот мужчина был отправлен из Кореи в Норвегию четыре недели назад, для помощи в ведении этого странного дела. Собственно поэтому, несмотря на поздний час и дождь, который буквально ненавидит всем сердцем, он мчит на место обнаружения новой жертвы. Подобные случаи — его работа, как бы не хотелось сейчас остаться в сухой квартире, под чистым и тёплым одеялом. Уже за пару километров до точки своего назначения, Чонгук замечает яркие огни фонарей, вперемешку с полицейскими маячками, что мигают на крышах машин. Дорога перекрыта полностью, поэтому корейскму члену полиции приходится оставить автомобиль и пешком преодолевать путь, оставшийся до участка, огражденного по всему периметру лентами. — Доброе утро, следователь Чон, как спалось? — с ухмылкой кидает один из полицейских,прибывший с дежурной бригадой на вызов. Мужчина ещё не до конца запомнил имена, а тем более фамилии сослуживцев, странные для его восприятия. Поэтому, быстро кинув, что-то из разряда: « Я в порядке », попросил ввести его в курс дела и позволить осмотреть место обнаружения тела, ибо по телефону, единственное, что ему было названо — адрес и время, через которое он обязан присутствовать. « 17 октября, в 23:19 к нам поступил звонок. Единственным звуком в трубке — было жуткое чавканье, а сам разговор прерван.Никто не мог подумать о том, что звонили нам предположительно с этого телефона.» — Сделав паузу, Джон протянул мобильник, запечатанный в специальном пакете для улик. Зрелище было по истине отвратительное, именно отвратительное, а не пугающее: черный кнопочный телефончик был весь в крови, что капельками скатывалась по металлическому корпусу в пакет, на дне которого также виднелись непонятные белые кусочки, о их происхождении можно было лишь догадываться, но кажется, это была какая-то часть человеческих органов. Давая рассмотреть пакет следователю Чону,мужчина без всякий эмоций продолжил свой доклад: « Его мы изъяли из живота нашей жертвы. Данное предположение уже уточняется следователем Баккером. Мобильник был воткнут в тело вертикальным образом, затыкая собой глубокое ножевое колотое ранение, вероятно возникшее при ударе тонким длинным предметом, а именно —ножом, что также был найден неподалёку от тела. Сама жертва — парень, около двадцати трех —двадцати пяти лет, личность мы также пока не установили. За последний месяц не было ни одного заявления о пропаже, а это сильно добавляет нам работы. Погода, как видите тоже не идет нам на руку, поэтому больше никаких следов обнаружено не было — все абсолютно чисто. Наш убийца,можно считать красавчик, выбрал очень удачный денек, для такого представления. » — Кажется, парни, у нас нарисовывается новое дело с чередой серийных убийц. — Единственное, что ответил следователь Чон, направляясь к телу, дабы осмотреть все самостоятельно. Все только начинается.