Твой пес.

Узи потеряла счет времени.

Сколько она уже лежит? Лежит вот так. Без одежды, в душной комнате, с раздвинутыми похабно ногами, что свисали с плеч Эна, взъерошенными волосами и разгоряченным телом. Белоснежное лицо дрона- убийцы нежно касалось женских лодыжек, трепетно целуя. По всему телу горячей волной проходились мурашки. Комната была слабо освещена фиолетовой подсветкой, за окном ревела и шипела беспристанная вьюга. Тихим лязгом бились ворота во дворе. На улице холод, в комнате—просторная прохлада. Фиолетовый свет очерчивал изгибы тела Узи, оставляя часть в полумраке. Как давно их ночевки стали выглядеть вот так? Они вроде не в отношениях, а вроде и дружбой такое не назовешь. Нельзя же сказать, что Эн «дружески отлизывал» рабочей. Помимо того, они любили засыпать в обнимку, гулять за ручку и всячески проводить время вместе. Все были уверены, что эти двое встречаются. Иначе как можно было объяснить, что везде, куда шла Узи, шел и он. Беловолосый провожал её взглядом, когда рабочая уходила, а когда приходила— улыбчиво махал и заключал в объятья. И главное: она с удовольствием отвечала ему тем же. Впрочем, сладкая парочка! Хан помнит, как его дочери пришла в голову гениальная идея отправиться с дронами-убийцами в поход, чтобы найти некие запчасти. Ложь, безусловно, но а что он может сделать? Скажет нет— бунтарка встанет в позу. Вздыхая, усатый рабочий поднимал глаза на Эна, который, виляя хвостом, твердил, что он «за любой кипиш». По итогу ребята могли пропасть на неделю, а то и две. Это не совсем правильно по отношению к отцу, юная леди! И сейчас он также вилял нанитовым жалом. Все же, Эн чем-то напоминал собаку. Не в плохом смысле, не подумайте! Было такое ощущение, словно он вот вот набросится на нее и начнет зализывать каждый сантиметр, повторяя так сладостно-томно «люблю» бессчётное количество раз. Он был готов упасть к ногам Узи и вжаться лицом в бедра, бесконечно влюбленно очерчивая пальцами окружности. Для Эна было жизненно необходимо запомнить малейший выступ, каждую неровность и каждую плоскость тела партнерши. И все это, конечно, смотря в ее фиолетовые глаза. И сейчас он, опаснейшее детище Коппер-9, пыхтел, задыхаясь от возбуждения, поглаживал пальцами бедро возлюбленной, слегка сжимал, а потом возвращался вновь к лодыжкам. И так до бесконечности. Этот блядский дрон дразнил ее! Узи не могла скрыть дрожи, шумно вздыхая и выгибаясь в пояснице, как бы прося о большем. О, да, ей нужно было больше. Она явно не даст пареньку слинять не закончив. А он все медлил. Такое у них не впервые: было уже пару раз, когда, кажется, уже пора, но охотник все медлил. А Узи, смущаясь, делала вид, что ничего и не планировала. То он не хотел торопить события, то все обрывалось на куни, то он просто засыпал! Комплексы есть у всех, Узи не хотела давить на Эна и терпеливо ждала. Но это слишком затянулось. Поэтому она и создала концентрат феромонов, надеясь, что они помогут. —Ну пожалуйста! — хватаясь за край стола, жалобно простонала Узи. В ее глазах появились цифровые бусинки слез. Жар сокрушающей конвульсией накрывал вновь и вновь, заставляя энергию метаться по всему телу рабочей, не в силах найти пристанище. — Эн, прошу, сделай хоть что-нибудь! Тот остановился, медленно убирая губы от искусанной кожи. Узи замерла. Ядро на секунду перестало биться, а затем, пропустив один удар, бросилось в галоп. Что-то было такого в Эне прямо сейчас. Что-то необычное. Словно пес, который вот-вот сорвется с цепи, он томно смотрел на нее, пока его грудь размеренно то опускалась, то поднималась вновь. —Что-нибудь это… —отпустив ноги рабочей, Эн прошелся пальцами по всему телу, поднимая кисть к лицу. Большой палец нежно потер щеку Узи, а он продолжил: — это что? —Ты что, фильмов насмотрелся? Что тут непонятного, Эн, ты целуешь меня уже битый час, выеби уже или выкуси! — заурчала Узи, пытаясь свести ноги. Получалось достаточно херово: ее недавний оргазм не давал и единого шанса правильно скоординировать движения. Вшух! Колено Узи вжалось в стояк, прижимаясь к штанам и невзначай водя из стороны в сторону. Фиолетовая оптика медленно поднялась вверх, изучая выражение лица Эна. Как бы он не пытался казаться круче, чем он есть, сейчас дрон-убийца сжимал ее зад, искусывая губы до масла, и скулил. Член изнывал, желал внимания — даже косвенное прикосновение ощущалось крышесносно. Эн сдавленно застонал, облизывая нижнюю губу. Его хватка не на шутку усилилась, оставляя на бедрах Узи мелкие борозды. Жёлтая оптика ни на секунду не спускалась с Узи. Он хотел. Чертовски хотел. Эн был готов поклясться, что готов сейчас стянуть Узи со стола, вжать фиолетовым затылком в стену и толкаться бедрами до тех пор, пока фатальная ошибка не накроет дисплей. Но он не мог. —Узи, я не могу…—начал тихо Эн, начиная отстраняться. Ну нет. Не убежит. Не в этот раз! Схватив афродизиак, та влила себе в рот остатки мутной смеси. Сладковатая терпкость прошлась по рецепторам, заставляя слегка съежить нос. Все во имя эксперимента, честное слово. Стан рабочей поднялся со стола, а губы впились в Эна. Хитрый язычок обвел край рта парня, оставляя мокрую дорожку. А затем нырнул глубже, передавая вместе со слюной смесь. Аккуратные девичьи пальцы прошлись по шее охотника, опускаясь вниз, царапая плечи и любовно сжимая лопатки. Повернув фиолетовую головку набок, рабочая прижалась голой грудью к Эну. Ей и самой остановилось все жарче и жарче. Он мог почувствовать, как контрастируют твёрдые соски с мягкой грудью возлюбленной. Это сводило с ума. Жаждно вцепившись в губы Узи, Эн притянул ее ближе, крепко, собственнически сминая ягодицы. Второй рукой охотник сжал ее волосы на затылке, глотая слюну возлюбленной и горячо зализывая рот Узи. Афродизиак ударил в голову хуже паленого градусного масла. Колени стали подкашиваться, а штаны, кажется, вот вот лопнут от напряжения внизу. И Узи это знала. Она чувствовала на своей ноге пульсацию его тела. Но не понимала, почему он не продолжает. Впрочем, она не против взять все в свои руки! Отклеившись от губ Эна, Узи хитро улыбнулась. В глазах парня читалась растерянность: бедняжка не мог соображать, вся энергии из процессора перетекла вниз. Одурманный взор смотрел одновременно и на партнершу, и в никуда. Честно говоря, он выглядит сейчас просто превосходно: его распухшие от поцелуя губы, краснеющие щеки, широкие зрачки— все это смешалось в великолепный образ Эна. Как давно она мечтала увидеть его таким? Почти что с начала их «передружбы». Рабочая специально пыталась подловить Эна на чем-нибудь грешном, но этот святоша ни разу даже ниже ее лица не смотрел! Даже обидно становилось, когда охотник не давал никакой реакции на поглаживая бедер. Черта с два, да будь она голой, эти прекрасные жёлтые глаза будут смотреть лишь на лицо Узи! И параллельно вилять хвостом, конечно же. Все же, Эн чем-то напоминал собаку. Узи было его мало. Губы парня мелко дрожали, создавая вместе с расфокусированным взглядом прекрасную картину, от которой у Узи засосало под ложечкой. Толкнув Эна на стул, та слезла с поверхности стола, медленно, почти мучительно, подходя к возлюбленному. Жёлтая оптика очарованно следила за тем, как виляют зацелованные им бедра. Словно колыхания вуали от робкого ветерка, о, робобоги, как же она была для него прекрасна. Эн был готов захлебнуться слюной. Взгляд скользил по всему телу, цепляясь то за аккуратную грудь, то за изгиб талии, что перетекал в бёдра, то шаловливые глаза останавливались на промежности. Воспоминания о том, как он пару минут назад вылизывал ее, заставляя извиваться на столе, заставила Эна улыбнуться. Острые клыки сверкнули на свету. Все же, Узи умела быть нежной. —Выкуси, святоша! —хмыкнула Узи, наклоняясь прямо перед лицом охотника, нагло скаля зубки в улыбке. Наконец-то он смотрит на нее! —Пялишься, да?! Эн удивленно и почти что оскорбленно поднял на нее глаза. —Разве ты не этого хотела? —немного в замешательстве спросил парень, поворачивая голову набок. Глаза невольно опускались ниже, скользя по силуэту. —Извини, конечно, но ты постоянно отлыниваешь от… —Узи поджала губы, краснея. Она не любила показывать свои эмоции вот так вот. Даже с близкими. Отвернувшись в сторону, рабочая стала топать ногами, издавая слегка раздраженный полустон.— Ты постоянно отказываешься от секса со мной! Если я тебе не нравлюсь или типа того, то выкуси, — Узи стала говорить тише, вспомнив, что дома вообще-то отец. От этого та раскраснелась пуще прежнего. Вообще, вся ситуация абсурдная! И почему это ей вообще в голову пришла такая глупая идея. Пубертат никого не щадит, даже если он в форме обновления в процессоре. —Зачем ты вообще стал встречаться со мной, если я тебе не нравлюсь, а? — Узи продолжала монолог, пока дрон- убийца хлопал глазами, не успевая вставить и слова. —Ой, все, выкуси! — Ты неправильно все поняла, Узи! — воскликнул Эн, размахивая руками, пытаясь остановить начинающийся конфликт. Однако его рот тут же был заткнут поцелуем. Замерев на пару секунд, Эн прошелся по шее рабочей, слегка сжимая ее, а затем опуская к плечу. Искусные пальцы проскользили по предплечью, а затем скрепились в замок с тонкими пальцами Узи. Фиолетововласая, разорвав поцелуй, опустилась к его шее. Стоит напомнить Эну о том, что не только у него тут есть зубы. Язык описал окружность, а секундой далее зубы впились в шею охотника. Рабочая сладко промычала, выгибаясь и немного виляя бедрами. Не успел Эн привыкнуть, как рука возлюбленной стала стремительно спускаться вниз по подтянутому телу. «Дай секунду» —рука рабочей была перехвачена. Узи посмотрела на него со скептично поднятой бровью. Обнаженная рабочая все же опустилась ниже, оказавшись у ног охотника. Мягкая щека легла на его коленку, нежно потираясь. Какова мука была для дрона- убийцы наблюдать за этим и сходить с ума от ноющего ощущения в паху. Эн немного мялся. На щеках появился неловкий румянец, а глаза не осмеливались подняться на возлюбленную. Как же хотелось сжать эту маленькую головушку и грубо насадить на член. А потом нагнуть, а потом, а потом… — Ох, печеньки, —выдохнув, парень поджал губы. —Видишь ли, Узи, моя система не создана для, эм, —Эн опять замолчал, неловко отводя взгляд в сторону, — завершения процесса… Я просто не способен кончить. —Что? —Я не могу кончить. Тишина повисла над ними, немым звоном разрезая разговор. Узи похлопала глазками, смотря на Эна снизу. Охотник смотрел на нее в ответ, не зная, чего и добавить. Ему было неловко, очень. Щеки горели и покалывали, а по конечностям прошелся холодок. Должно быть, ему следовало об этом рассказать Узи раньше. А может быть и вовсе не начинать все это? А если она сейчас обидится? А если решит, что это простое оправдание? Сотни мыслей кружили в его процессоре, сменяя друг друга. Узи ведь и представить себе не могла, насколько этот «святоша» был грешлив. Когда дело касалось ее, то он был готов погрязнуть в этих грехах. Каждое движение Узи, каждый ее вздох, каждый взгляд —абсолютно все было до невозможности прекрасно. Эн боялся спугнуть ее. Он хотел казаться идеальным. И девушкам не нравится, когда парни ведут себя похабно, но охотник готов поклясться: когда тонкая женская ручонка легла на его бедро посреди урока и стала поглаживать, он был готов разложить ее на столе прямо после уроков. Вылетая из кабинета, он простоял минут десять перед зеркалом в туалете, морозя руки холодной водой. Но чем больше он пытался прогнать эти мысли, тем больше они сгущались над ним. Ее тело. Ее тепло. Такой желанный, такой запретный плод. Увидеть бы хоть чуточку больше. Узи не тот тип дам, который отправляет возлюбленным фотографии интимного характера. Но у Эна была еле пишущая ручка, бумага и воображение. Не дай робобог кто-то об этом узнает. Сотни легких набросков, десятки полноценных работ, смотря на которые охотник ощущал умопомрачительную дрожь. Особенно он любил рисовать ее лицо. С особым трепетом он вырисовывал фиолетовые локоны, мятежно осыпающие скулы. Параллельно переписываясь с ничего не подозревающей Узи, тот ни раз спускал руку ниже, расстёгивая ширинку. Иногда он сдавался через пять минут, а иногда сидел час- два, откидывая голову назад и шипя. А ведь Узи действительно думает, что у белобрысого связь плохая. Ага, конечно, просто Эн так и не научился писать одной рукой. Этот «святоша» просто не хотел становиться каким то не таким в глазах Узи. Он привык, что в случае чего, вину следует взять на себя, в случае чего, отвечать будет он. Привык. Что уж тут поделаешь. Хотя Узи не раз доказывала ему, что относится к нему иначе. Этот «святоша» с удовольствием бы не заканчивал их дружелюбные ночевки одним только петтингом. Но он боялся облажаться, поэтому то он «не хотел торопить события», то все обрывалось на куни, то он просто засыпал. Из мыслей белобрысого вытянуло ощущение приятной дрожи. Замерев, его взгляд медленно проскользил по стене на пол, а с пола на Узи. В глазах сверкало безумие. Фиолетовая оптика шаловливо исследовала парня: его руки, с искусно вырезанными белыми пальцами, его подтянутое хищное тело, раскресневшееся лицо и ее укусы. Посмотрев ниже, Узи тихо охнула. Губы растянулись в хищной улыбке, что заставило дрона- убийцу дрогнуть. —Да ну тебя, —мурлыкнула рабочая, прижимая свою ладонь к горячему выступу на штанах. Очередной сдавленный стон, больше походящий на скулеж. На бледноватых губах появилась улыбка. —Ты просто не нашёл нужного угла. Или слишком много об этом думаешь. В конце концов, у тебя не было бы тогда и желания. Выкуси! —Узи! —Эн напрягся, широко раскрывая оптику. Он поверить не мог, что его маленькая любимая принцесса сейчас говорила вот так! В плане, ему всё нравилось, даже очень. Охотник неосознанно вжался бёдрами в ладонь, наслаждаясь такими ласками. Но, глюк ее дери, от бунтарки он такого не ожидал. Та сторонилась любого телесного контакта, а романтику называла гадостью. С губ слетел новый стон. —Ахг! Мф, Узи, я уверен на все сто, не первый год живу. С одной стороны, это многое объясняло. С другой стороны, Эн мог бы сразу об этом сказать! Узи укусила нижнюю губу, на время отводя взгляд. «Не то чтобы это нам сильно помешало…» —краснея, тихо сказала она. Охотник уже хотел возразить, но звук застрял комом где-то глубоко в горле. Ноги напряглись, а процессор выдал предупреждение о перегреве системы. Рабочая без задней мысли сжала кончик стояка, хитренько поднимая глаза на Эна. Вверх вниз. Пальцы описали силуэт органа. Так соблазнительно медленно, почти пьяняще. Раздался короткий звяк—ремень оказался на полу. Ширинка расстегнута. Охотник с облегчением выдохнул, откидывая затылок на стул. Прохлада комнаты приятной дрожью коснулась паховых сегментов паренька. Узи чувствовала дрожь. Волнение и смущение смешались воедино в дурманящий коктейль, пересушивающий горло. Сглотнув вязкую слюну, та приблизилась еще немного. Сильная рука сжала штаны, слегка царапая ткань. Эн испытывал то же, что и она. Нежные губы коснулись бедра, где-то совсем близко к паху, но и достаточно далеко. —Узиии, —жалобно проскулил Эн. Рука легла на фиолетовый затылок, нежно поглаживая и перебирая волосы. Пальцы перебирали прядку за прядкой, изредка содрогаясь от волны мурашек. Узи остановилась, вслушиваясь. Что-то не переставая звенело. Стук-звяк-стук-звяк. Похлопав глазками, рабочая стала оглядываться. Звук совсем близко. Повертев немного головой, она заметила хвост Эна. Нанитовое жало билось о пол, весело звякая. —Ты действительно напоминаешь собаку. —Хихикая, рабочая подняла глаза на охотника. И замерла. Жёлтый крест мигал на его лице, а грудь быстро колыхалась от рваного дыхания. Сильная рука надавила на затылок рабочей, притягивая ближе к паху. Скулеж парня пробуждал бабочек в животе. А Узи дважды звать не надо, откидывая сомнения на задний план, та прошлась пальцами по краю боксеров. Шурх. Замерев на пару секунд, Узи вновь сглотнула. Взгляд проскользил по члену Эна. Приоткрыв рот, рабочая подняла глаза на парня. Черт, она даже не знает, как начать! Немного жалобно смотря на охотника из-под фиолетовой челки, та как бы просила помочь. «Эх, Узи-Узи» — мягко хихикнул парень заправляя ее непослушные прядки волос. Охотнику было неловко. Все лицо горело, а конечности немели. — Открой рот, — как можно мягче попросил Эн, растягивая губы в улыбке. Ну что ж, терять уже нечего. Слушая наваждения парня, Узи вобрала в рот головку. Горячая слизистая почти что обожгла непривыкший к ласкам орган, заставляя Эна содрогнуться и шумно выдохнуть. А рабочая внимательно наблюдала за его реакцией, соизмеряя приятность с силой нажима на голову. Язык обвился вокруг кончика, описывая шляпку. Слегка шершавый, горячий. Охотник был готов поклясться, что ничего лучше он еще не ощущал. Узи не спешила: губы медленно обняли орган, то медленно сползая вниз, то поднимаясь вверх. Эн тяжело дышал, вжимая пятки силой в пол. Пальцы обвили толстый ствол, начиная двигаться в такт голове. Рабочая остановилась все увереннее и увереннее, начиная брать глубже. —Агх! —Томно стонав и пыхтя, Эн то сжимал волосы на затылке своей возлюбленной, то нежно гладил. Кисть синхронно двигалась, насаживая рабочую на член все быстрее и быстрее. —Умничка, молодец, хах!.. У Узи горели щеки из-за его слов. Дыхание сперлось где-то в груди. Фиолетовая оптика поднималась, смотря на выражение лица охотника. Волосы падали на лицо, щеки краснели все гуще, а острые клыки опалялись дымом перегрева, что едва заметными облаками валили из его рта. Тянущая внизу истома заставляла рабочую ускорчться, пошло хлюпая слюной. Язык то вился, описывая вены, то скользил вниз-вверх. Но конец не наступал. У Узи уже затекала челюсть, а в горле появлялось неприятное ощкщение першения. Вообще, от таких длительных оральных ласк у нее уже подступала тошнота. А Эн все так же сидел и плавился в ее ласках, параллельно бредя о том, как она прекрасно справляется и как ему сейчас хорошо. Отстраняясь, девушка жадно глотала воздух. Электронные слезки прошлись по щеке, оставляя холодную дорожку. Прохладный воздух укусил горло, заставляя ту начать кашлять. Вдруг Эн с гортанным рыком сжал волосы на затылке Узи и одним сильным рывком насадил ее голову на орган. Узи успела лишь недовольно окликнуть партнера и, нахмурив брови, смотреть на него исподлобья. А на лице сверкал желтый крест, иногда отражая мягкий свет от подвески. Раздавались мокрые хлюпы, авангардно смешившиеся с довольными стонами Эна и шипением Узи. Кисть ускорялась, учился нажим с каждой секундой, а бедра, встречая, двигались навстречу. —Блять! — сквозь зубы процедил охотник, оттягивая голову рабочей назад. Та тяжело дышала, прикрывая глаза. Голова кружилась, а челюсть ныла от долгого напряжения. Не успела Узи и оклематься, лишь только прояснился взор, как ее тут же подняли за плечи и по-хозяйски усадили на бедра. — Прости, прости, не думал, что меня так… Хах… Занесет? —Придурок, — тяжело дыша, Узи оперлась своим лбом о его. Плечи размеренно поднимались, пока холодный воздух ходил по горлу. Эн виновато улыбнулся. Его руки прошлись по талии, нежно описал изгиб бёдер, а затем сжали зад, что вызвало тихий стон со стороны рабочей. Она уже хотела что-то сказать, но дрон оказался быстрее и их губы слились воедино в новом поцелуе. Пальцы мятежно описывали неровности, описывая то позвонки, то элементы лопаток, что складно сводились на грудине, то царапали тело. Острые клыки ущипнули нижнюю губу рабочей, совсем аккуратно, чтобы охотник мог слизать масляную росу. Невольно мыча, Узи прошлась языком по уголку рта Эна, а затем, вильнув, погрузилась глубже. Сжимая плечи охотника, та прижалась к нему в поисках тепла. Такой горячий, почти обжигающий. Сквозь поцелуй скользили облака перегрева. Язык кружились вокруг друг друга, иногда толкаясь кончиками, а иногда щекоча губы. Фиолетовласая была готова провести так целую бесконечность, обнимая возлюбленного и целуя его. В груди начинало слезливо щемить от ощущения трепета чужих губ. —Узи, отсядь, — раскрасневшийся дрон просил, отводя взгляд в сторону, —пожалуйста. —Что такое? —обрывая такой сладкий поцелуй и разрывая ниточку слюны, спросила Узи. Ответ сам дал о себе знать. В области живота что-то нещадно давило на ее пластины. Можно было даже ощущить легкую пульсацию. Фиолетовые глаза опустились вниз. Губы растянулись в улыбочке, а Эн настороженно посмотрел на Узи. Она явно что-то задумала. «Нет-нет-нет, я не принес никакой защиты, давай не буд-» —не успел договорить дрон, прерванный полустоном. Лоно Узи прижалось к стволу, мокро хлюпая, а затем хозяйски прошлась вверх вниз. Сладкая пытка, мучительно сжимающая некий узел внизу у рабочей. Пальцы сжали плечевые шарниры, создавая опору, пока бедра юрко скользили по всей длинне. Проникновения не было, но Эн чувствовал, что еще немного и он сойдет с ума. Остатки разума окончательно покинут его. Откинув голову назад, Эн сжал бедра рабочей, прижимая ее к себе еще сильнее. Движение за движением. Стоны, вздохи, охи— все становилось громче в одночасие. Член был полностью измазан смазкой рабочей, а хватало лону пройтись по голове, оно издавало звучный хлюп. Кресло жалобно поскрипывало, едва ли выдерживая вес откинувшегося охотника. У Узи чертовски дрожали ноги. Перед глазами мелькали звёздочки, а с губ слетали все более и более развратные стоны. Плюх. Она припала грудью к Эну, а тот жадно впился в ее губы. Он целовал ее как в последний раз: страстно, самозабвенно и горячо. Сильные руки все сильнее и сильнее сжимали ягодицы, ускоряя движения. Губы же хаотично осыпали поцелуями то шею, то губы, то щеки. В комнате становилось душно. Настолько душно, что, кажется, стеклянные пробирки где- то в позабытом углу стола запотели. У потолка клубились и разбивались паровые облака Эна. Изредка разбитые хвостом охотника, они лишь добавляли больше шарма. Комната была слабо освещена фиолетовой подсветкой, за окном ревела и шипела беспристанная вьюга. Тихим лязгом бились ворота во дворе. На улице холод, в комнате—жара. Фиолетовый свет очерчивал изгибы тела Узи, что извивались на бёдрах Эна. Желание невыносимо, словно кошка у двери, царапало тело изнутри. —Я, мфх, хочу больше.— Пролепетала Узи, тормозя. Жёлтые глаза поднялись на рабочую, медленно скользя по чертам лица. На его губах появилась улыбка. Эн прошёлся пальцами по ее щеке, нежно очерчивая скулу. Было что-то обворожительное в этом моменте. Влюблённые вновь слились в новом поцелуе. Сквозь мокрые звуки Узи услышала краткое «приподнимись». К горлу подошел ком, смущение нахлынуло по новой. Изящные женские бедра приподнялись, а Узи, чтобы хоть немного затмить смущение, вжались в новый поцелуй. Негромко чмокая возлюбленную, Эн успевал параллельно нахваливать ее. «Умничка, ты прекрасна, невероятна» — словно песня сходили слова одни за другими. Большая рука легла на горячую промежность, мягко водя по губам. Все было таким мокрым! Эн с удовольствием подметил для себя, как охотно реагирует тело Узи. Все же, Узи умела быть нежной. Хлюп. Палец погрузился в лоно на одну фалангу, утопая в смазке. Немного погодя, вошел вторая и третья фаланга. Ноги рабочей ощутимо дрогнули. Зубы прошлись по шее, оставляя новую, особенно яркую, глубокую метку. «Ты моя, только-только…» — сладко прошептал дрон-убийца, обводя края длинным языком. «А я буду только твоим, как самый верный пес» —поднявшись к аудиосенсору, добавил он. Следом пальцы стали двигаться. Эн знал, что нравится Узи, и не стеснялся пользоваться этими знаниями. Палец извивался внутри, вдавливая верхнюю стенку, щекоча ее и кружа на ней. Теперь скулила Узи, царапая сильные плечи охотника. —Примешь втор-… —Да! —Перебила Эна Узи, изредка ловя его губы и смазанно целуя.Узи было его мало. Ей надо было больше и быстрее! Достав палец, Эн услышал недовольный стон. Извиняясь, тот нежно поцеловал стоящий сосочек, что вилял время от времени перед его лицом. Так или иначе, рабочая, в силу положения, немного возвышалась над ним. Чем только черт не шутит, дрон-убийца вобрал в рот ореолу и принялся описывать окружность. Язык вминал сосок, а тот вновь вставал, поддаваясь ласкам. Хлюп! Два пальца вошли в лоно девушки, весело хлюпая по ходу углубления. Узи протяжно застонала. Как же хорошо, что в комнате хорошая звукоизоляция. Пальцы принялись кружить внутри, ощупывая мягкие стенки, разводя их, а затем массируя. Эн присосался к сосочку Узи, перебирая языком и легонько покусывая, играясь. Пальцы ускорялись, громко хлюпая, а медленный ручей тягучей смазки прошелся по пальцам, а затем прошёлся по кисти. «Люблю» — сорвалось с губ охотника. Такое очевидное, но все еще неозвученное. Такое желанное, такое запретное. Это было их. Пальцы вбивались в промежность, доставая до самых сокровенных местечек. Еще и еще. Сильнее и сильнее. «Л-люблю, Эн» —захлёбываясь в своих стонах, прошептала Узи. Это был их момент. Он принадлежал им двоим. Их личный мирок, а все за пределами комнаты не существовало. —Еще, пожалуйста, — простонала Узи, выгибаясь навстречу пальцам. —Будь хорошим, мфха, мальчиком! Эн не мог оторвать глаз с нее. Такая горячая, такая жаждущая и, наконец-то, только его. Он же хорошим мальчик? Конечно! Хорошие мальчики делают что? Правильно, слушаются! Достав пальцы, охотник обмазал смазкой член, обвивая его в кольцо из пальцев. Вверх-вниз. Внутри начинало выстраиваться странное чувство, ещё неизвестное Эну. Узи нетерпеливо опустилась ниже, пытаясь нащупать рукой стояк. Дрон-убийца решил обогнать возлюбленную, направляя член в сторону разгоряченной киски и одним плавным движением вводя наполовину. Вскрикнув, Узи припала лицом к шее Эна и укусила. Охотник слегка оскалился от боли, положил руку на затылок фиолетовласой, нежно поглаживая, а вторая рука по-собственнически держала ее бедро. Пусть кусает, ему не жалко. Медленно и плавно. Совсем нежно, Эн насадил ее на орган. —Ты молодец, Узи, —любовно прошептал на ухо Эн, перебирая фиолетовые локоны. Нежный поцелуй приземлился на щечку. Расцеловывая Узи, дрон расхваливал каждый сантиметр ее тела, словно специально пытаясь смутить еще больше. Хвост бился о пол, сметая все, что было на нем. А рабочая краснела и отнекивалась от его комплиментов, стукая того по плечу. Хлюп. Первый шлепок бедер о бедра. Узи выгнулась от неожиданности и нахлынувших ощущений. Шмяк. Новый толчок, куда глубже и четче первого. Ей было слишком мало и так много: Узи и распирало, и трясло, и бросало в жар. Эн не стеснялся стонать в такт фрикциями, шлепаясь о зад бедрами. Сначала медленные, а затем быстрые и жёсткие, он не мог насытиться ею. Грудь рабочей подпрыгивала вслед за шлепками, что умиляло охотника. Стон за стоном, шлепок за шлепком. Эн, слегка съехав вниз, вжался членом в некую часть чрева, срывая с желанных губ Узи протяжный стон. «Нашел» —улыбнулся сам себе и, откинув голову назад, стал быстро толкаться вглубь. Ядро скакало внутри, метаясь из стороны в сторону, вызывая дрожь, член изнывал от пульсации и непонятного чувства щекотки. Девичьи пальцы сжали плечи сильнее, оставляя царапины. —Я-я скоро, ах! —всхлипнула Узи, вовсю катаясь на бёдрах охотника. Вверх- вниз- вверх-вниз. Рабочую распирали от удовольствия. Эн послушно ускорился, прижимаясь ртом к груди и широко облизывая ее, затем поднялся к шее, целуя. Плесь. Извиваясь на Эне как змея, Узи силой вжалась как можно сильнее. Ноги онемели, во рту пересохло, а зрение на миг вовсе потерялось. Волна удовольствия прошлась по всем фибрам души, заставляя Узи шумно вздохнуть. Упав на грудь любимого, та нежно обняла Эна за шею. «Ты еще не.?» — неуверенно начала та. «Неа» —улыбнулся дрон-убийца, целуя уставшую в висок. Рабочая замолчала, смотря в стену. Неужели это правда так?«Не то чтобы это нам сильно помешало продолжить» — выпалил Эн, поднимая Узи за бедра и вставая с кресла. —Эн?! —от неожиданности Узи пискнула. Ее бёдра оказались вновь на столе, а ноги раздвинуты. Но теперь дрон-убийца не собирался робеть. Из рта валил пар, а на лице сверкал сущий разврат. Ладони звонко впечатались в бедро, притягивая ближе к себе. И вновь рабочая лежит вот так. Без одежды, в душной комнате, с раздвинутыми похабно ногами, что свисали с плеч Эна, взъерошенными волосами и разгоряченным телом. Толстая головка члена прошлась по чреву, расталкивая стенки, что послушно обнимали его, приятно сжимая. Узи успела лишь схватиться за край стола. Шлеп. Резкий толчок впечатал бёдра Эна в ягодицы рабочей. Как же ему нравился этот звук! Он явно будет вспоминать его, пока рисует. И вновь шлепок. И вновь, и вновь. Охотник ускорялся, издавая гортанный рык, а затем сдавленный стон. Блядь, что это за странное чувство внутри? Лоно Узи сжалось вокруг его члена, словно не желая отпускать. А он и не собирался! Затуманенный похотью разум Эна едва ли работал, но он мог понять одно: Узи это явно нравится. Рабочая выгибалась, вскрикивала, стонала, извивалась и кусала костяшки. Шлепки резонно проходились по комнатёнке, отражаясь от стен и возвращаясь обратно. Узи вновь выгнулась, ощущая приближающийся оргазм. Как мило, за ночевку уже третий раз. У Эна вновь выскочило предупреждение об перегреве, перекрывающее виденье. Смахивая в сторону, он лишь влюблённо смотрел на рабочую. Его Узи. Его единственную и неповторимую. Такую желанную. Ладно, он правда ведет себя как пес. Вдруг ноги задрожали, а руки стали неметь. Движения стали более рваными, резкими. «Гхаах, блять» — припадая руками на стол, охотник отстранился, доставая член из партнерши, сжимая головку и быстро водя вверх-вниз. Грудь Узи быстро вздымалась, а затем падала, благословляя комнату новым звонким стоном. Головокружение было настолько сильным, что ему пришлось сильнее сжать измученное бедро Узи. Эн заскулил. Белая жидкость расплескалась по киске, бедрам, груди и щеке возлюбленной. «П-прости!» —неловко улыбнулся тот, тяжело дыша. Охотник ощущал умопомрачительную дрожь. И, блядь, как же ему понравилось «разрисовывать» ее лицо.

***

Часы показали шесть утра.Узи опять потеряла счет времени.