Обниматель

      Молодой мужчина, с большими карими раскосыми глазами, с широкими плечами, стройный, свободный. Раздаёт котят. «Возьмите хоть одного!» — читаю объявление в группе города. Есть телефон. Решил позвонить. — Добрый день. А можно котенка забрать? — уточнил я, на другом конце провода вздохнули. — Уже не осталось. Просто на объявление много кто отозвался. Может в следующий раз? Вас в первую очередь обрадую. Хорошо? — уточнили у меня. — Хорошо, — согласился я.       Но тут же перезвонил другу. Кажется, у меня галлюцинации. В общем, я выговорился, что даже котёнка мне не досталось. Вот такой я везучий. Что делать. — Эм... это снова я, владелец кошки. Вы не переживайте, месяц и снова она пять котят родит. Март же. Я вас точно-точно обрадую, — стыдно то как. — Спасибо, — ответил коротко, сбросил звонок.       Друг сам позвонил. Даже пришёл. Сидит, пьём чай. Хотя настроение, можно и покрепче. Но он не хочет. — То есть, ты два раза позвонил по одному номеру? Надо третий, — ухмыльнулся он. — Мне ответят, что котята так быстро не растут. Тем более, мне пообещали первому набрать. Надо ждать, — вздохнул я, на меня взгляд. — Ну скажи, пока нет пушистых. Может погуляем? Посмотрите, хорошие ли руки, — подсказали мне. — А что ему мои руки? Лишь бы котика не обижали, — сам пошёл в спальню. Не помню уже зачем... А, за полотенцем для рук, на кухню. Пока искал, друг уже растворился. Слышу звук СМС. «Можем и погулять. Если хотите». Сверху нашел ещё текст: «Не хотите прогулятся в центральном парке?». «Уже передумал, извините. Дела срочные появились». В ответ - «ничего страшного». Ну Чонин, я тебе устрою. Набрал ему. Высказал все что думаю. Он такой, что если я ещё его увижу. То я все пытки инквизицией применю. — Если бы знать, кто такой Чонин. Это снова я. Вы можете приехать и погладить мою кошку. Так и быть. Вам нужнее, — он номер поменял. Совсем уже, что-ли? — А вас мне не погладить? — выдал я, сам не сразу понял, что сказал. Покраснел. — Ну, не думал о таком. Но неглаженный уже пару лет. Все только смотрят. Можно нас обоих. Адрес я кину, — сижу, думаю: а может и правда доехать?       Стою перед дверью, красный, она резко открывается, на меня смотрит модель, не иначе. Высокий, с большими глазами раскосыми. В домашних джинсах, ну, коленки потёртые. — Это Вы меня гладить? Проходите, — кошка трёхцветная в ногах появилась. Милая такая, полмордочки рыжей, другая половина чёрная. Грудка белая, — Холодно, дует, пока не лето. Проходите, — я втиснулся в пространство. — Какая у Вас кошка необычная, а котята такие же? — погладил её я, она мурчит. — Не, один был чисто чёрный, два белых, один цветной, только серо-чёрно-белый. Ая и рыжий, но бледный, — перечислил всех. Надо же. — Кошечка, роди мне такого же. Многоцветного. Очень прошу. Я куплю тебе паштет, — уговаривал я, она поставила на меня лапки, понюхала. Мяукнула. — Она постарается, — я снял обувь. Прошёл.       Показали мне на диван, присаживаться. — А Вам как удобнее гладить? Может мне к Вам на коленки лечь? — он серьёзно, что-ли? — Меня самого не гладили никогда. Так что у нас общее есть, — кошечка уселась ко мне на колени, заняла уже место. — Какое упущение. Ну тогда может я Вас? — сел он поближе. Протянул руку, провёл по волосам. Невесомо так. Смутился весь. — Мы очень странно себя ведём. Не находите? — рассуждал я, а меня гладили. Уже уверенно так. — Я читал, что человеку за день надо обняться семь раз. Кошка уже не выдерживает. А девушку я не нашел. Вернее, ну, смотрят, телефон просят, звонят и молчат. Я уже много номеров сменил. Устал уже, — меня даже мама так усердно не гладила. Бабушка если только, и то в детстве. — Напоминает массаж головы уже, — говорил, кошку гладил. Она мурчит. — Умеешь? Я бы не отказался, — запустил руки ему в волосы, слабыми движениями массировал. Усиливал движения и он заснул. Сидя. Потряс за плечо его. Он очнулся, не сразу. — А можешь ещё приехать? Завтра. Я тебе всех котят отдам. Если хочешь, — в глазах такие звёзды, кажется. — Могу. Но всё же это странно, — он ухмыльнулся. Потом снова провёл ладонью по волосам. — А чем мы таким занимались? Ничем таким. Ну хочешь, я заплачу. Сколько надо? — рассуждал он, достал кошелёк. — Да мне не жалко. До завтра. После работы получается. Вы позвоните, когда доберётесь, — парень на меня посмотрел. — Я могу Вас забрать сразу с работы. И мы поедем сюда, если хотите, — я согласился. Так удобнее. Можно в машине всем этим заняться.       Но чёт на работе меня задержали. Он уже ждёт. Есть охото так, что сил нет. Сел к нему в машину. Он протянул мне бургер, кофе рядом поставил. — Долго ты работаешь. Хорошо платят? Или нет? — я развернул угощение. Откусил. Прожевал. — Хотя бы вовремя, — вздохнул я — Мда... Может к нам пойдёшь? Там хотя бы не так долго. Пришли мне резюме на почту. Я подумаю, кем тебя сделать, — протянул визитку. — Я подумаю. Если зарплата выше, — пообещал я, на меня внимательный взгляд. — Не знаю твоих доходов, трудно сказать, выше или нет. И вообще, мы собрались для расслабления. Картошку будешь? Раскрыть упаковку? — он держал, я ел. Двумя руками. Он ухмыльнулся, — Пирожок тоже будешь? У меня там кошка, наверное, голодная тоже. Поехали ко мне. Потом такси закажу, — я согласен, притом мне нравится его питомец. Странно соглашаться на это все. Но приятно.       Кошечку накормили. Сели на диван. В общем, очнулся я в его объятьях. Тепло, хорошо. Как дома прям. Кажется, всё это не в то русло зашло. Хотел выбраться, но он заметил. — Что-то не так? — спросили меня. — Ну, про объятья речи не шло, — выдал я, вскочил. Пошёл на выход. Меня догнали. Смотрят. — Подпишем договор? Пару объятий и поглаживаний побольше. Ради здоровья психического, — я на него посмотрел. Надел ботинки. — Это вызывает привыкание. Потом нового придётся искать. Так что, завязываем. Всего хорошего помаленьку, — я дверь захлопнул. В метро я включил наушники. Номер его заблокировал. У двери ждал друг. А я на него зол. — Привет. Ну как там у вас? Поговорили? — я открыл дверь. Зло на него посмотрел. — Ты мне всю жизнь разрушил. Теперь я к нему привык. А если он найдёт другого, другую и будет его гладить и обнимать. А я буду один! Ты кошмарный друг. Просто ужасный. И если ты хочешь дальше дружить, неси ответственность, — рыдал я знатно. Вытирался платками одноразовыми. Уже куча лежит на коленях. Меня гладил по плечу. Сидели рядом. — А почему не признаться? И тогда обнимайтесь всю жизнь. Или тебе он не нравится? — я всхлипнул. — Нравится. Но про чувства он не говорил. А если я не нравлюсь? И тогда вообще всё рухнет. Уходи, видеть тебя не хочу. Ты сам всё устроил. Тоже мне, друг, — друг ушёл. Мрачный. Я закрыл дверь. Проспал, опоздал на работу, прибежал. Попался на глаза начальнику, получил выговор. И ушёл поздно. Настолько задержался.       Вышел на улицу, увидел мигание фар. Вышел он, с цветами. Вручил мне. — Нравлюсь, значит. А чё молчал? — интересный поворот событий. — А как мне это сказать? — удивился я, он ухмыльнулся. — Ну, друг твой ведь набрал. Всё рассказал. Вот я здесь. Поехали, поговорим. В кафе, — взял меня за руку. — А что говорить? Всё уже ясно. Говори тут, ты меня бросаешь? — возмутился я, он ухмыльнулся. — Да счас, только нашёл, милого, понимающего, хорошего, кошек любит. Куда “бросаешь”? Если только подбираю. Маленький мой, я скучал. Звонил. Но одна вредная попа меня заблокировала. И Чонин в машине. Просит прощения, он хотел как лучше. Прости его. Пожалуйста. Он больше не будет. И мы ему найдем обнимателя. Чтоб сжал его до хруста костей. Поедем-поедим. Я очень голодный. Съем кабана целого. Посмотришь? Мне без тебя не хочется. А будущим котятам нужен кормилец, — напомнил он. Друг меня обнял. Через кресло. Улыбаясь. — Прости меня. Я больше не буду. А дадите мне котёнка? Кого мне обнимать — просил он. Я на него строго посмотрел. — У тебя друга свободного нет? — мне ухмыльнулись, потом кивнули.       Тогда в кафе нам подсел парень. Представился, что друг Хёнджина. Зовут Крис, посмотрел на Чонина. — Какой у вас тут лисёнок. Свободен? — на нас посмотрели так, будто мы враги. — Свободен. Хочет обниматься. Очень сильно. Номер дадим, адрес тоже. Вредный только, — Чонин убежал. А через два дня набрал.       Позвал встретиться. Один на один. Но я адрес слил. Пришёл с букетом его парень будущий. Он взял цветы. Понюхал. А потом как ими стукнет. Его кое-как успокоили, обняли, чмокнули. Он укусил, кажется. — Колючка какая! Но ничего такой. Звони, если что. А что он вообще любит? Может там шоколад, вино? — ну я ему всё в красках.       Через неделю увидел их на улице, за ручку. Спрятался за машину. Улыбались. Шли к другу. Он в том направлении живёт. А кошка снова родила, уже четырех. Ну другу вручили, себе оставили. Остались два. Раздавал мой парень. Девушки забывали, зачем пришли. Он им в руки крохотное тельце. И разворачивал. Так пятерых развёл. Только кому не досталось, обещал позвонить. Сразу же.       Роды принимали всю ночь, гладили, говорили, приносили водички. Сами потом спали весь день. Перенервничали. Один был похож на кошку-маму.