19. Эффективный менеджмент
9 ноября 2024 г., 08:12
Джек открыл глаза, почувствовав укол в грудь. Тело дернулось и начало просыпаться.
Перед собой Джек увидел Майлза. Майлз был высоким мужиком с самодовольным, породистым лицом и короткими светлыми волосами, чем-то прилизанными. Концентрированный топ-менеджер. Топ-менеджер с плаката.
На фоне Майлза Джек увидел картины на стенах, бассейн и тут же, рядом, кровать. Прямо в спальню привезли, мрази.
— Я надел на тебя ошейник, так что не рискуй делать глупости, — сказал Майлз.
— Жаль, я бы сделал парочку, — ответил Джек.
— Вылезай оттуда, — сказал Майлз и протянул Джеку руку. Джек за руку схватился и Майлз выдернул его из углублений коробки.
— Иди и сядь на кровать, — сказал Майлз буднично и подошёл к бару.
Джек, кинув ненавидящий взгляд в спину Майлза подошел к кровати и сел на самый край.
Майлз вернулся с двумя стаканами с виски. Один, в котором напитка было побольше, он протянул Джеку.
— Скажи мне, Джек, правду. Тебя Артур трахал? — спросил Майлз.
Джек усмехнулся.
— Нет, — ответил он.
— Почему? — спросил Майлз, приподняв выразительно брови.
— Или ошейник срабатывал или всё заканчивалось моим наказанием, — ответил Джек.
— Ага… Не хочешь быть послушным в постели? — Майлз заинтересованно посмотрел на Джека.
— Не горю желанием, — сказал Джек.
— Понимаю… — Майлз залпом выпил свой виски и сел рядом с Джеком. — Я тебе кое что покажу, — сказал он и со своих часов развернул голографический экран. Перейдя по каким-то вкладкам, Майлз открыл видеотрансляцию из, явно, ночного клуба.
— Это клуб “Клоака”. Он мой. Там есть много развлечений для посетителей. Например, вот… — Майлз переключил несколько камер, пока не включил одну, глядящую на прямой и широкий коридор с разноцветными стенами. У стен стояли люди и Джек не сразу понял, что происходит. А когда разглядел — офигел.
Из стен, как арт объекты, торчали жопы и ноги. Это как будто человек наклонился вперёд и от него оставили только заднюю половину — ноги, жопу, половину талии. Люди, если можно так выразиться, стоящие у стен занимались тем, что ебали эти половины людей, ни мало не волнуясь, видимо, что за половина там за стеной и добровольно ли она там. Джек разглядел даже что-то похожее на очередь. У каждого “арт-объекта” стояло мусорное ведро для презервативов, а на стене над жопой — упаковка влажных салфеток.
— Действительно клоака, — сказал Джек.
— Рад, что ты оценил, — сказал Майлз, — Так вот Джек, пора знакомиться с моими методами убеждения. Или через полчаса ты на этой кровати будешь стонать подо мной, или через полчаса твоя задница будет торчать из этой стены.
Джек остолбенел и отвёл взгляд от голографической картинки.
Майлз положил руку ему на плечи.
— Думай, Джек, думай. Это сложный выбор, понимаю… — сказал Майлз, улыбаясь.
Джек нервно сглотнул и сжал кулаки. Его начало потряхивать.
— Первый вариант, — сказал Джек.
— Отлично, — Майлз приобнял Джека за плечи. — А раз наши отношения так стремительно развиваются, я, так и быть, помогу тебе переступить через себя. Но только один раз.
Майлз встал, забрал из руки Джека стакан и расслабленной походкой отошел к бару. Там он долил в стакан совсем немного чего-то синего из маленькой бутылки и со стаканом вернулся к Джеку.
— Не спеши, минут пятнадцать на раскачку у тебя есть, — сказал Майлз и протянул Джеку стакан.
Джек взял стакан и поднял на Майлза взгляд.
— Что это? — спросил он.
— Поможет расслабиться, — сказал Майлз. Он сел рядом с Джеком и снова положил руку ему на голые плечи.
Джек сделал глоток. В виски чувствовалась примесь чего-то кисло-сладкого, какого-то ликёра.
— Я знаю, что ты умен и образован, так что, уверен, ты понял основной принцип моего управления. Я всем даю выбор. Если выбор мне нравится — я наделяю материальными благами и привилегиями. Если не нравится — отнимаю это. Всё очень просто. А так как ты раб, Джек, я могу отнять у тебя всё, что у тебя есть, и могу дать тебе всё, что у тебя будет, и только ты выбираешь, будешь ли ты спать на кровати в отдельной комнате или в цепях, подвешенный к потолку. Будешь ли ты носить удобную одежду, или будешь ходить в стрингах, с анальной пробкой в заднице, будешь ли ты разговаривать или будешь ходить с кляпом.
Джек сделал большой глоток из стакана, глядя перед собой на живую стену, покрытую белыми цветами вьюнов. Майлз принялся гладить Джека по плечу. Он смотрел на него с интересом, разглядывая вблизи.
— Ненавидишь меня? — спросил Майлз. — Можешь не отвечать, знаю, что ненавидишь. Если бы ты знал, что тебе за это ничего не будет и, если бы не ошейник, ты бы меня убил. Ты умеешь убивать руками, Джек? Тебе доводилось?
— Да, — мрачно сказал Джек.
— А тебе сейчас придется вместо этого дать себя трахнуть и, я тебя уверяю, не один раз. Я поставил себе отличный имплант, теперь неважно с кем, как долго — я могу всегда.
Джек сделал ещё один большой глоток.
— Так вот Джек, о чем я, — сказал Майлз, — меня это страшно заводит. Твоя ненависть и твои сжимающиеся кулаки. И то, что ты подо мной сегодня кончишь и тоже не один раз.
Джек скептически выгнул бровь.
— О, поверь! — воскликнул Майлз, начиная развязывать галстук, — Я знаю действие этого ликёра. Просто дай ему время.
Джек уже чувствовал, как тело расслабляется и кружится голова. Его перестало трясти и появилось ощущение лёгкости и бодрости и, одновременно с этим, спутанности в сознании. Стало сложно концентрироваться на мыслях. Джек решительно допил содержимое стакана и поставил его на пол.
— Майлз кинул свой пиджак с пластиковыми вставками на стул, за ним же полетела рубашка. Джек посмотрел на Майлза пьяным взглядом. Ни одной бодимодификации, кубики на прессе, безволосая грудь.
Бля, неужели, подумал Джек, неужели он меня таки трахнет. Артур всё же дебил. Оказывается, все намного проще делается. Все познается в сравнении, мать его…
Майлз сел рядом с Джеком, взял твёрдыми пальцами его за подбородок и поцеловал властно и уверенно. Джек оперся руками о кровать за собою и машинально ответил на поцелуй. Майлз положил руку Джеку на бедро, придвинулся, и принялся целовать в шею, заваливая на кровать. Джек не сопротивлялся.
