Они, но совершенно другие

- Кость, мне нужно тебе кое-что сказать - Ну так говори, - затем последовала тишина. Шуршание на заднем фоне и тихий выдох - Д-да не, ничего. Ерунда, - отмахнулся Юра. И тут же затих, поджимая собственные губы Серое здание устремилось несколькими этажами в небо. Старое, потертое, оно не прибавляло радости в общую картину мира, когда на улице шёл дождь. А сейчас он буквально поливал всё вокруг и месил тягучие лужи. Тучи перекрыли полностью небо. И кажется, что только по этому ветхое здание не может попасть на небеса. Хотя ему уже совершенно точно пора - Майор Гром - Проходите Мужчина прошёл боком мимо контрольного пункта и нырнул в темноту. Находиться здесь было мерзко. Казалось бы, что стены которые покрыты плесенью всё ближе и вот-вот обнимут Костю. Они каменные, голые, с трещинами и периодически выпадающими из них частями. Пол ничем хорошим не отличается. По нему бегают несколько тараканов. Коридоры узкие, тёмные. Пахнут влагой и чём-то еще неразличимым из-за большого количества смешиваний. А на потолке висят одна за другой тусклые лампочки на тонком проводе, словно висельники. Компания друзей, которая повесилась одна за другой на какой-то очередной подростковой вечеринке Почему это здание до сих пор не закрыли, не понятно. Оно находилось в аварийном и опасном состоянии. И представляло себя буквально в виде обыкновенной каменной коробки без покрытия на стенах и полу. На последнем практически постоянно что-то хрустело под ногами. Гром бы даже не думал сюда соваться, если бы не причина его появления здесь. Важная причина появления Мужчина сжал кулаки крепче и только по интуиции куда-то шагал, ведь разглядеть что-то было не возможным. Он направлялся туда, где обычно в полицейских участках находятся временные заключенные. И совершенно не ошибся, когда через пару секунд после громких стуков своих ботинок, набредает на железную дверь. Берётся за её ручку и дёргает на себя, проходя с диким скрипом дальше. После рука оказывается в чём-то липком и её хочется вытереть обо что-нибудь. Под ударом оказываются собственные брюки А перед глазами майора оказывается обыкновенная камера. За ней в дальнем и темном углу, на скамейке, сидит фигура спрятанная за решеткой - Ты че такой смурной? - слышится хриплый, но безумно довольный голос, чье-то тело содрогается от смеха - Твои задания с маскировкой когда-нибудь тебя до добра не доведут, - и снова по ту сторону решетки слышится лишь ответная усмешка Фигура из дальнего угла выходит из темноты. Оказывается совсем близко к прутьям, которые та обхватывает руками и выглядывает к свету, немного показав лицо. У Грома перехватывает дыхание Перед ним был Юра, но в совершенно непривычным виде, неожиданность которого сбивает с ног. Его грубые, но различимые черты лица были сглажены и скрыты пастельным макияжем, борода полностью сбрита, а скулы подчеркнуты и на них нанесены уже размытые румяна. На щеках красовались небольшие, но явно глубокие порезы от лезвия. Губы перепачканные красной помадой, которая давно была смазана и выходила за их пределы явно щедрым ударом по лицу. Ресницы и так изначально достаточно длинные были еще длиннее и гуще, благодаря когда-то нанесенной туши. Юра ими хлопал не прекращая, чувствуя на себе внимательный и изучающий взгляд Грома. И если бы последний не так хорошо знал лицо своего напарника, то совершенно тщетно бы смог разглядеть все эти изменения в мельчайших подробностях, а уж тем более при таком плохом освещении Улыбка Юры становилась шире, когда Костя продолжал его изучать и спускался глазами ниже. Его ключицы были открыты и красиво подчеркнуты, что делало их более изящными и тонкими. На одной из них был сильный ушиб, кажется, что ещё немного и дело могло закончиться переломом. Тело полицейского было одето в летнее, легкое, светлое платье, которое несмотря на всю свою изящность удачно скрывало мускулатуру и накаченные мышцы мужчины. Родные волосы Смирнова все взлохмаченные и мокрые, а скрывавший их блондинистый парик валяется где-то в углу камеры. На плечах кожаная куртка. Ноги длинные и мощные совершенно привлекательно открытые, колени покрыты синяками и яркими кровоподтёками. И что удивительно, Юра был на каблуках, на одном из которых была сломана шпилька. Несмотря на общий вид, на туфлях он держался уверенно - Ну что, нравится? - не унимался тот, улыбаясь словно Чеширский кот Костя поднимает взгляд и натыкается на красивые голубые глаза. От такого взгляда приятно, но в то же время горько - Что они с тобой сделали? - со всей серьезностью спрашивает тот, сжимая с силой прутья решетки, но не касаясь чужих ладоней на которых красовались следы от наручников. Гром явно намекал на потрепанный вид, что совершенно не походил на "просто после очередного заданий" - Ничего, - Юра пожимает плечами, - Просто небольшая неурядица. Да ладно тебе, К-кость, мне больше неудобств принесло то, когда нас накрыла облава. Вот тут вот пришлось п-попотеть, чтобы доказать, что я не просто транс, а при исполнении - И все же, ты сейчас сидишь за решеткой - С кем не бывает, - продолжает тот, на секунду отводя взгляд, - Удостоверение мое в участке, так что пришлось ждать тебя. Так выпустишь, дружище? Костя резко, но аккуратно хватает Юру за подбородок, поворачивая его на себя. Притягивает в плотную к решетке и тянется ближе сам. Его взгляд злой, уставший и совершенно неготовый идти сейчас на какие-то уступки. А уж тем более, слушать чужие шутливые отмазки - Ты понимаешь, что тебя могли спокойно упечь за решетку? И это малая часть того, что с тобой могло случиться. Тебя не было на связи три недели, - хватка была жесткой, не дающая ни шанса вырваться Учитывая, что Юре пришлось играть еще и девушку, которая должна быть физически слабее тех мужчин, в организацию которых он проникал. Тот не мог дать полноценный отпор тем амбалам. Ему приходилось быть женственным, льстить и флиртовать, лукавить и искусно врать, чтобы войти к ним в доверие. Быть ласковой и совершенно податливой дамой, которая с удовольствием посидит некоторое время на коленках Вместо ответа было лишь касание чужих шершавых ладоней. Они кажутся грубыми, но сейчас совершенно нежные и ласковые, обхватывают сверху Костиных - Кость, - стержень в голосе совершенно не сочеталось с мягким касанием, а голубые глаза сочувственно блеснули Они не виделись три чертовы недели. Переживали друг за друга, за себя они явно делать этого не умеют. Гром готов много и часто проклинать работу Смирнова под прикрытием, но разве он лучше, если постоянно попадает в опасность не совместимую с жизнью. Они стоят друг друга, каждый раз, каждый чертов день катаясь на адреналиновых горках. Но одно дело когда они находятся рядом, прижимаясь крепко спиной к спине. И другое, когда не знают ничего друг о друге на протяжении долгого времени Они молчат. Тишина гнетущая и совершенно напряженная. Смирнов готов был поклясться, что ощущает на собственной коже чужое нервное состояние, которое выжигает того изнутри. У них двоих дыхание сбито к черту, оно громким гулом отражается от пустых стен помещения. И все это больший показатель, нежели просто слова - Скажи, - зло требует Костя, процидя это через крепко стиснутые зубы. Юра убирает руки от чужих и делает несколько шагов назад, снимая с ног каблуки и взяв их в руки - Я в порядке, - следует от него ответ Гром тяжело выдыхает и подходит к двери, отворяя ее ключом, что получил в награду на охране. И вместо того, чтобы дать выйти Юре, заходит туда сам и закрывает дверь за своей спиной. Теперь они стоят в плотную и ничего им не помешает приблизиться друг к другу - Твой наряд отвратительный - Признай, что он тебе понравился, - Юра специально выделает букву "р" и чуточку рычит, лукаво наклоняя голову в сторону Этим он выводит Костю из себя окончательно. Он сталкивает их тела, притягивая к себе напарника за талию. Совершенно безобразно и не нежно, врывается вглубь его губ языком, от чего руки Юры выпускают из хватки каблуки и те с шумом падают на пол. Костя начинает шарить по всей полости рта будто изучающе, будто впервые. И не дает времени ответить на поцелуй Смирнову. Напирает на него и заставляет делать шаги назад, пока лопатками тот не упирается в стену. Он что-то бурчит, сминает губы в ответ, пока ладонью шарит по короткому затылку и крепко его сжимает от усталости дрожащими пальцами Их сердца неуловимо быстро бьются в унисон друг к другу. Между мужчинами будто происходит сейчас пожар - стихийное и непредсказуемое действие, которое может обжечь и навредить им двоим. Они руководствуются не головой, а чувствами и эмоциями. Сейчас так плевать на обстоятельства, так плевать на причины. Главное, что Юра жив и Гром чувствует как вена на его шее, под его губами, совершенно хаотично бьется, а сам Смирнов дышит горячо на ухо, пытаясь отдышаться после долгого поцелуя. Живой, он, сука, живой и дышит сейчас рядом. Они в порядке, оба в порядке после продолжительных и и утомительных недель работы. И каждый переживал за другого, каждый из них боялся, что больше не вернется. Руки Кости ползут вниз. Теперь обе огибают совершенно нехрупкую талию и лезут ниже, подхватывают подол платья и сжимают бёдра теперь без препятствий. Юра призывно стонет, поддаётся бёдрами вперёд и заключает в замок руки на чужой прекрасной шее - Браво, Гром. Это браво! - в своей привычной манере произносит Смирнов - Заткнись, - рычит тот в ответ Они снова сталкиваются в поцелуе. Жадно, терпко, горячо. Юра спускается руками вниз, по дороге оглаживая все доступные ему участки: грудь, шея, ключицы. В последнее он не сильно кусает и получает тихий стон. Руки Кости гуляют все активнее, сжимают буквально до синяков, пока коленом тот не прижимается к чужому паху, чувствуя уже первые признаки возбуждения. И Смирнову совершенно некуда бежать, да и незачем. Он всё больше облокачивается на стену спиной, закидывая голову вверх подбородком. Гром спускается ниже, сам встаёт на колени и одаривает чужой пах горячим дыханием - Быстрее, - рычит Юра, облизывая языком пересохшие губы Гром поднимает голову вверх. Смотрит на лицо коллеги, которое уже не такое довольное, не такое ехидное, как было прежде. Теперь не Юра изводит Костю, а он его. Кружевное белое бельё быстро оказывается снятым. Мужчина накрывает широкой ладонью член, глядя за реакцией. И оба продолжают эту возмутительную игру, занимая свои роли и молча повинуясь. Пальцы сжимаются крепче, движение с каждой секундой быстрее, пока Костя не решает накрыть губами возбужденную головку, заглатывая сначала по чуть-чуть, а потом с каждым разом забирая все больший и больший участок И Гром соврет, если скажет, что ему не нравится. Он сам не ожидал от себя, что подобный Юрин наряд так сможет его возбудить, так ещё в таком месте. При закрытии глаз ему всё ещё мерещится этот блядский наряд, чёртовы размазанные губы, растрёпанные волосы, прилипшие к родному лицу. Это платье, что так красиво смотрится на мужчине. И колени, сука, будто Смирнов отсасывал ему всю ночь стоя на коленях перед кроватью на деревянному полу. От вновь вспыхнувших воспоминаний, член стал призывно ныть, желая обратить на себя чуточку внимания и неприятно упираться в джинсы. Костя стал двигать головой активнее под стать толчкам Юры. Руками он сжимает чужие бёдра, прижимая к себе как можно ближе и упираясь носом в пах Юра довольно хмыкает и пальцами зарывается в тёмные Костины волосы, слегка оттянув их назад. Он опускает голубые глаза и смотрит в чужие, но такие родные с привычной хитрецой и ухмылкой. Полицейский был рад, горд и безумно собой доволен и подобной выходкой. Улыбка его была словно он получил огромное количество денег выигрыша в казино. Он облизал несколько своих пальцев, медленно выводя их из-за рта и обнимая губами. По блядски поднял платье возле своей талии, оголяя совершенно гладкую и накаченные ногу, одетую в полупрозрачные чулки. Костя не сводил с такой картины глаз. Он следит, как Юрина нога аккуратно приподнялась и легла ступней на его плечо. Слегка толкнула и отстранила от себя, от чего Гром упал назад, успев упереться руками - Думай, товарищ Майор Часы в голове Грома начали тикать. В ушах зазвенело, глаза стали мутнеть, а сердце битья чаще. Юра убирает ногу, теперь поднимая двумя руками своё платье и делая несколько небольших шагов в сторону майора. Шаг, полушаг. Ступней он наступает на чужой возбуждённый пах, начиная играться на нём пальцами - Юра, черт тебя дери, - на побритом лице эмоции радостней некуда, пока Гром сдерживал огромное возбуждение у себя в штанах Юра присел на колени рядом, взял товарища за подбородок, подобное тому, как пару минут назад сделал это Гром - Вот ты этим и займись Он усаживается сверху на чужие бёдра, ставя руки по бокам. Нависает медленно, словно хищник и коротко подмигивает, впиваясь в очередной поцелуй Игорь никогда не знал, что в один из дней потеряет одновременно не только отца, но и близкого члена своей семьи. Это был не просто дядя Юра, который часто бывал у них дома. Это был человек, который действительно приложил руку к воспитанию младшего Грома. Не важно, что Игорь по началу его не принимал. Важно, что отец был с ним счастлив, хоть мальчишка некоторое время и не мог понять, как между двумя мужчинами может быть такая связь Есть же дядя Федя. И папа с ним только дружил Игорь любил их. А они любили его и друг друга. Даже в тот день, когда им противостоял Анубис, а младший Гром оказался там совершенно случайно. Он знал, что произошло и как. И не винил их в смерти друг друга, знал что это всё следствие наркотиков, хоть принял этот факт спустя долгое время и благодаря дяде Феде и тёте Лене. Мальчик винил, что оба одновременно оставили его одного. В маленьком возрасте, хоть Игорь и думал, что в это время уже вырос. Нет, это было уж точно не так. Отец и Юра были ему нужны. Очень нужны словно воздух Академия была уже за плечами. Работал он в том же отделении, что когда-то и старший Гром, только теперь под чутким руководством Прокопенко, который за это время успел дослужиться. И совершенно заслуженно оказался на этом посту. Работа периодически давала интересные дела, но как таковых ярких красок не было. Гром, кажется, знал что будет и как это решить. А если и не знал, то действовал по ситуации и часто с применением физической силы Но в отделении однажды появился тот, кто категорически был не согласен с таким решением проблем Пётр Хазин - его представили так. Он был каким-то очень крутым специалистом из Москвы, которого прислали сюда для повышения раскрываемости дел. Выглядел тот как малец, и был несколько младше Игоря. И последний не понимал, почему все вокруг него так носятся и восхищаются. Первые несколько дней Гром полностью игнорировал это инородное тело в отделении и это получалось удачно. И делал бы это и дальше, если бы как-то не услышал, как московский с кем-то делиться какой-то весёлой историей, громко смеясь, нагло и демонстративно показывая своё явное превосходство в рассказанной ситуации Игорь стоял с папкой очередного дела и не мог отвести взгляд. Что-то родное, до боли знакомое ему напоминало в этом человеке. Знакомое щебечущие чувство заиграло в душе, покатилось тёплым шаром по груди и застряло там вместе с ложкой непонятного дёгтя. Хазин через пару секунд заметил пристальный взгляд и обернулся. Его ухмылка не спадала с губ, а хитрые глаза стали изучать незнакомца в ответ. Майор почувствовал как у него загорели кончики ушей и тот постарался отвести взгляд, но не мог этого сделать по какому-то чертову случаю Пётр уже тем временем что-то буркнул своему собеседнику, махнув на него рукой и стал стремительно приближаться к Игорю. И только когда до него оставалось буквально пару шагов, Гром всё-таки смог прилипнуть глазами к бумагам - Знакомы? - послышался чужой голос возле уха В перепонках шумно застучало, глаза майора усерднее вцепились в буквы, а брови нахмурились изображая бурную деятельность и большой интерес к написанному - Не припомню - Так может исправим? - дружелюбно произнес тот и протянул руку , - Я Пётр Хазин. А ты же Гром, верно? Наслышан о тебе в этом отделении Тот довольно добро улыбался. И не казался тем напыщенным типом, которым он выглядел минуту назад. Хотя самодовольством от него исходило за километр. Игорь нехотя вернул на него взгляд и шумно закрыл папку, протягивая ему руку в ответ. Они встретились в теплом и неожиданно не неприятном рукопожатии В течение нескольких дней Игорь уже более открыто смотрел на Петю, не скрывая своего интереса и оправдывая это для себя и для дяди Феди тем, что просто изучал нового человека в коллективе и проверял на вшивость. Именно по этому, так случалось, что они часто выходили вместе курить и пару раз пили кофе после работы. Мужчина всё чаще и чаще ловил себя на мысли, что кого-то ищет в этом полицейском из Москвы, но раскрыть и скинуть эту чёртову маску всё никак не получалось. Зато узнавать самого Петю казалось всё интересней Петя же быстро привык к компании Грома. Часто отшучивался, был наглым и порой капризным, шумным и ярким. Он любил выделяться среди остальных и очень яро это показывал. Хазин никогда не позволял себе растрепанный вид и был одет с иголочки. Только один раз он позволил этому случиться, когда он и Игорь попали под дождь и они зарулили к последнему на квартиру, чтобы переждать природное ненастье. Где и случился их разговор по душам и первый поцелуй Это было началом их отношений. Долгих, приятных, трепетных. Всё чаще и чаще Хазин оставался у Грома на ночь, после чего находился уже утром возле плиты. И мужчина не мог налюбоваться этой картиной, когда любимый человек готовил им завтрак на двоих. Игорь любовался, подперев кулаком щеку. Душа в такие моменты успокаивалась и чувствовала то, что всё, как и должно быть. И пусть они порой ругались, например из-за сладких сигарет Хазина, который выкуривал прямо на кухне. Но в остальном у них всё было славно и совершенно как у обычных людей - А отца я своего не знаю совершенно, - признался как-то Хазин всё сидя на кухне у Игоря Он сидел за столом, облокотившись спиной на спинку стула и закинув ногу на ногу, медленно раскуривал сигарету. Словно тема о которой они сейчас говорят, совершенно его не касается. Но Игорь видел слабое подрагивание в конечностях и более тихий голос, нежели обычно присущ Пете. Майор наклоняется через весь стол и аккуратно тянет на себя мужчину, двигая стул ближе стараясь поддержать. Хазин словно воспринял этот жест как к прямой просьбе продолжить. И заговорил снова, медленно выпуская дым с губ - Не, то что говорят, что я там пижон из Москвы и у меня много денег это всё благодаря новому хахалю матери. Он и дал мне новую фамилию, точнее мать так решила. А так я Смирновым был. Мать в свидетельство вписала фамилию того, от кого залетела. И кто нас никогда не навещал Игорь тут же отпрянул от мужчины и не мог скрыть своего неподдельного удивления, почувствовав будто проснулся после тысячи летнего сна. Он в первые слышал знакомую фамилию после многих лет и почему-то это казалось не простым совпадением. Но с другой стороны родилась мысль, что мало ли в мире Смирновых и нечему так удивляться. Мужчина продолжал крепко обнимать Хазина за плечо, а сердце в этот момент застучало сильнее, готовое выпрыгнуть Петя посмотрел непонимающе. Затянулся по сильнее и кивнул подбородком, спрашивая в немом вопросе, что стряслось. Гром положил руку на собственную грудь, пытаясь успокоится от внезапного волнения. Кажется, что даже лицо его побелело - А как звали не знаешь? - Юрием вроде, - Петя стал на много серьёзнее, - Ты че такой бледный? Не отвечая Игорь встал с места и побрёл на вялых ногах к старому шкафу. Лейтенант поспешно затушил сигарету и мгновенно оказался за спиной возлюбленного, принимая на руки не нужные папки, которые явно загораживали то, что было нужно Грому. Он держал всё это, пока оно не стало выносимых тяжёлым. И только тогда, позволил себе свалить это на рядом стоящий диван Игорь же, к тому времени, успел добраться до того, что хотел. В руках у него оказался старый альбом, обёрнутый бумагой. Мужчина долго таранил того взглядом, прежде чем со вздохом открыл. Петя бегал глазами от чужого лица к альбому. И чего-то выжидал, что наконец объяснит непонятные действия Игоря - У тебя же батя Костя? Не говори мне только, что мы сейчас можем оказаться родными братьями, - вдруг с тревогой вырвалось с Петиных губ, а зрачки у того тревожно расширились Гром печально помотал головой, перелистывая фотографии одну за другой, бережно касаясь ими пальцами и смахивая скопившуюся пыль. Он добирается до последней страницы и вытаскивает из крепления небольшую фотографию, направляя её на свет лампочки На фотографии сидят двое. За столом Игоревой кухни и оба курят, что-то обсуждая. Точнее явно видно, что говорит один. Длинноволосый мужчина с тёмными волосами, зализанными назад и раскинутыми в сторону руками. На одной руке у него висит пистолет, который вот-вот должен упасть, но почему-то этого все ещё не делает. Второй человек на фотографии сидит в домашних штанах и белой майке, прижимая к губам толстую сигарету. По взгляду он крайне серьёзен, но только уголки его губ слегка приподняты, что демонстрировало лишь обыкновенную и не серьёзную беседу между ними Петя буквально впитывает глазами увиденное. Не отрывает взгляд от первого мужчины, узнавая в нём человека с собственных семейных фотографий - Это кто? - пораженно спрашивает тот, не закрывая рта - Это дядя Юра, - с настольгирующей и тёплой улыбкой глядя на них, отвечает мужчина И их сердца забились быстрее. Снова вместе, снова в унисон. Это были вновь они. Влюбленные, молодые, с практически таким же взглядом. Только совершенно другие. Снова Гром и Смирнов, всё на той же кухне. И до чёртиков влюблённые друг в друга