вода примиряет

      Даня, наверное, пищал, когда узнал, что он может с Русланом в одном помещении находиться, так как на дне рождения Ильи не будет стрима и все просто будут получать удовольствие, а не переживать за то, что Мафаня какой-нибудь в кадре попадется и канал Ильи забанят. Да и вообще идея со стримами крутая, но не выгодная никому, особенно Дане.       Кашин бы сам уже давным-давно сделал каминг-аут с Русланом, только раздули они из одной ссоры одну большую трагедию, но по итогу помирились сразу, а рассказывать уже принципы не позволяли. Как это так, что сам Данила Владимирович Кашин заявит о том, что сам накрутил себя и раздул из мухи слона? Да никогда в жизни. Только друзья стебут, но это не со злости, а из-за бреда происходящего.       Место, где происходил день рождения, было невероятным. Четыре этажа, считая с подвалом, в котором находился огромный бассейн с банями и бильярд. На первом был большой зал для празднования и кухня, на которой были все напитки с едой. На втором уже начинались спальни, как и на третьем, ведь гостей полным-полно, всех надо уместить.

***

      Уже время подходит к двенадцати ночи, большая часть убухана в стельку. Даня полдома проходит и с каждым разом удивляется его знакомым. Коля Юг с Денисом и Максом пытались научиться делать сальто, на что Неля ворчала недовольно и подзатыльников пьяному стинту прописывала. Были еще те, кто бурно что-то обсуждали и показывали свои эмоции, отчего стул был изнасилован Мафаней, не в прямом смысле, но наблюдать за этим было смешно. Конечно, была компания прекрасных женщин, которые и держали весь дом в страхе. Одна из них была Лера, с которой Даня смущенно обсуждал прошлое. Руслана вместе с Ильей и остальными больше всего было не слышно, но это они просто обсуждали важные вещи, так-то минут двадцать назад Илья с шатеном в одних трусах выбегали в минусовую погоду на улицу и спорили, кто больше всех продержится, играли, кстати, на бутылку Jägermeister, а Тушенцов за эту бутылку готов был хоть неделю там простоять, но Корякова Ксюша отчитала, да и сам он уже посинел от холода, поэтому победа перешла старшему, брюнет только дверь в крысу перед носом Руслана закрыл, но и кареглазый не растерялся, через окно залез в кухню. На кухне Даня с Вовой что-то обсуждали, и надо было видеть их шок и вообще всю эту картину со стороны. А ведь это только одна двадцатая происходящего. Про то, как они кожурки бананов по курткам распихивали, лучше не заикаться.       И вот Даня к Руслану подходит, за рукав кофты пару раз дергает, внимания на себя привлекает, и ждет, пока старший в глаза голубые хотя бы взглянет, но Тушенцов не реагирует никак. — Руслан, — громко зовет рыжий и снова дергает за рукав кофты. Ответа не последовало. — Руслан! — уже с агрессией в голосе кричит Кашин и поворачивает шатена за плечо на себя. — Чего тебе, блять? — Тушенцов не меньше зол от того, что пришлось прервать диалог с брюнетом на какую-нибудь фигню Дани. — Ничего, нахуй. — обижаясь на агрессию и игнор со стороны человека, которого голубоглазый больше жизни любит. Пихая Руслана, Данила быстрым шагом уходит в неизвестную сторону. — Пиздец, нахуй, — наблюдая, как Кашин уходит, Руслан выдохнул устало и стаканчик с напитком сжал, от чего тот по руке полился. — Да ебаный рот!       Руслан вообще не любил обиды на себя, особенно глупые, а с Даней эти ссоры постоянно. Нет, любить любит Даню, но терпеть и молчать от его ежедневных обид просто было невозможно, и бензин в огонь подливается постепенно, по капельке, но любая следующая капля могла стать причиной взрыва, а Тушенцову это не надо, проходили уже.       Тушенцов успокаивается быстро и забывает вообще о случившемся. В отличие от Дани, который в комнате сидит и видосы какие-то смотрит, отпивая крепкий алкоголь из бутылки, иногда встает и в открытое окно сигаретный дым выдыхает. Раздумывает, как Тушенцова проучить, но ничего, кроме игнора, как обычно, в голову не приходит.       Время уже заходит за три ночи, практически все разошлись спать, остались те, кто убирал мусор хотя бы с пола, и Макс с Русланом, стоят около телевизора и поют «Я русский — Шаман». Песня, кажись, на весь дом играет, а их пение еще и соседи слышат. Ксюша тряпку в Шабанова швыряет и что-то шипит недовольное, но алкоголя в организме настолько много, что Макс на всю кричит, чтобы та повторила.       Руслана как и не было, свалил от страха и по лестнице чуть ли не ползёт, спать ужасно хочет, так еще алкоголь телом управляет. Проходясь по ковру, шатен цифры знакомые найти пытается и с каждым разом глаза потирает. Находит все-таки и заходит тихо, думая, что Кашин спит давным-давно, а тот стоит у окна и курит без остановки, запивая вкус табака вином. — А, ты не спишь, — подходя к кровати и заваливается на нее. — Ну ладно. — договаривая предложение, шатен стонет устало и глаза закрывать постепенно начинает.       Тушенцов вздыхает измучено и тянется свет выключать, прям в глаза же светит, как спать то? Только и минуты темноты не прошло, как рыжий специально на зло включает и продолжает курить. Руслан бубнить недовольно что-то начинает и выдыхает со смирением. — Дань, ложись уже спать, ни мне, ни себе, блять, — на выдохе произносит кареглазый и на стоящего к нему спиной Даню смотрит, кажется, прожигая в его спине дырку пламенную.       Только ответа старший так и не получает, брови к переносице сводит, а после лицо ладонями пару раз потирает и всё-таки встает с кровати. Спиной хрустит и к Кашину приближается, ногами пьяно перебирает и встает рядом с ним, пытаясь глаза голубые поймать. Кашин же специально мысли другим заполняет и зависает на одной точке, только сердце бешено стучит, это единственное, что его выдает. Тушенцов беспокойное выражение лица корчит и кисть с розой на плечо кладет и сжимает слегка. Рыжий фыркает на это и выдергивает свою часть тела из чужих лап. — Что случилось? — рука в том же положении остается, а глаза карие в голубые всматриваются, найти малейшую зацепку пытаются, раньше выходило же. — Дань?       А Данила и бровью не ведет, не моргает, а лишь дым сигаретный в лицо чужое выдыхает. Руслан аж протрезвел, кажись, иначе в голове ответ моментально высветился. Ухмылка на лице появляется, а после и вообще в смех это всё переходит. — Ты серьезно обиделся на то, что произошло до хуя часов назад? — поднимая взгляд, шатен смеяться продолжает. Данины обиды — это еще те анекдоты, а тебе еще их и отгадывать надо, уже данетки какие-то.       Кашин молчит и с неким отвращением смотрит на Руслана, снова закуривая, и закуривает так томно и тяжело, будто в жизни такая трагедия случилась, что, кроме того как покурить, ничего не можешь. Тушенцова всё это постепенно начинает нервировать, он грудь колесом надувает и потряхивается из-за холода, поступающего через окно. Наблюдает, как рыжий сигарету в окно выбрасывает и вином запивает, а после к новой пачке тянется, завтра весь день будет кашлять до покраснения и винить всех вокруг. — Хватит! — Руслан сам не понял, как подскочил и выхватил пачку сигарет из рук чужих, швырнув в угол подоконника, он запястье тонкое схватил так, что на утро синяки останутся. — Эй, отпусти! — пытаясь вырвать свою руку из чужой, Даня не на шутку пугается, потому что пьяный Руслан непредсказуем на все сто процентов. — Нихуя, ты разговаривать умеешь? — поворачиваясь к нему лицом, наигранно удивляется шатен и тянет уже по лестнице вниз.       Отвечать Данила не стал, просто ответ подходящий не нашел в голове. За старшим еле плетется и удивляется, как тот в своем состоянии не бежит, а летит по крутой лестнице. Куда и зачем Кашина ведут, было непонятно даже Руслану, ему просто надо было как-то заставить Данилу говорить, и это в принципе получилось, только что делать дальше, мозг не придумывал.       Спустившись в подвал, шатен рыжего к бассейну подвел и наконец-таки отпустил, наблюдая за его невозмутимым лицом, а сам руки сложил и в голове формулировать предложение приступил. — Ты нахуй меня сюда привел? — растопырив руки по разные стороны и показывая помещение, раздраженно стиснув зубы, прорычал младший и повторил позу парня напротив. — Что ты мне тогда хотел сказать? — спокойно спросил Тушенцов, думая про себя, что это самое тупое, что он мог задать.       Даня сначала выпучил глаза, потом закатил их, а после начал что-то бурчать себе под нос, махая руками во все стороны от злости. Сколько эмоций в нем боролось в этот момент, не пересчитать просто, но все эти эмоции вышли через мокрые капельки около глаз. Голубоглазый от шатена отвернулся и к бассейну присел, поджимая ноги под себя. Ненавидел он себя за слезы и то, что вообще заставляет себя тут сидеть.       Тушенцов руку к парню протягивает, но в моменте останавливается и голову свою потрепанную чесать начинает. Пару секунд решается и всё-таки щучкой ныряет в бассейн. Даня от неожиданности пугается, а после ищет Руслана в воде, в еле освещаемом помещении, но находит только тогда, когда он выныривает и весь мокрый улыбается глупо, но искренне. Даня от вида парня своего улыбается слегка и скрывая улыбку за ладонью, чтобы старший не дай бог не подумал. — Давай, — протягивая руку сидящему на суше, радостно и нежно произносит, в глаза голубые всматриваясь.       И Данила сдается, руку свою веснушчатую протягивает и через секунду сам в воде оказывается. Глаза открывает, а их хлорка неприятно щипать начинает, но красивый Руслан отвлекал от этих ощущений, а в воде он будто еще привлекательнее и красивее выглядел. В принципе, как и Даня в глазах Руслана. Шатен улыбается и впивается в рыжего, обнимая его крепко, как никогда, кажется.       Кислорода уже не хватает по полной, и оба выныривают, дышать быстро начинают. Смотрят в глаза друг друга и улыбаются во все зубы, показывая всю любовь и восхищение партнера. — У тебя тоже глаза пиздец как щипят? — не прекращая улыбаться, как чеширский кот, спрашивает шатен. — Пиздец как, — смеётся в ответ, а после на лице руки чужие ощущает и через несколько секунд уже и губы.       Кареглазый целует нежно, губу нижнюю кусает и тянет несильно. Мягкими, но сухими губами проходит по каждой полосочке и уголку Кашиных губ, и несильным толчком тела вперед языки сплетаются, проходясь по зубам и обвивая друг друга, а тела, кажись, вообще прилипли.       Рыжий руку в волосы тёмные запуская, сжимая их и напирая на себя, чтобы чувствовать больше и глубже. Вторая же рука на шее и тоже сжимает, знает, что у шатена имеется фетиш на удушение. Пальцем большим татуировку мыши обводит и в моментах ногтями впивается, оставляя полумесяцы. Когда Руслан хрипит в поцелуе, Даня улыбается самодовольно и снова в губы впивается. — Прощаешь? — отстраняясь тяжело проговаривает старший, сжимая талию Дани под водой. — Прощаю, — на выдохе произносит и улыбается еще шире.       Шатен снова терзает губы чужие, но в этот раз недолго. Поцелуями спускается ниже, ведет нежно и чувствует противный вкус хлорки, а ведь совсем недавно был вкус хорошего красного вина, отчего мозг давил на газ еще сильнее. Холодный воздух проходил через мокрую прилипающую одежду, заставляя тело покрыться маленькими мурашками и слегка вздрагивать, дабы хоть какое-то тепло поступило. Волосы липнут к лицу неприятно, а Даниле так вообще в глаза лезут, но это последнее, о чём он думал и беспокоился. В голове вообще волновал один единственный вопрос, до чего дойдут эти прелюдии, потому что, что будет с организмами на следующий день — неизвестно, и хорошо, если всё обойдётся, но это будущее, а сейчас плевать.       Отдаваясь своим чувствам рыжий шею белоснежную, но засыпанную родинками, раскрывает, а голову закидывает на бортик из мозаики. Перед глазами все размыто, но какие то силуэты вещей появляются. Даня рот в немом стоне открывает и чувствует как под прилипшую футболку руки зататуированные проникают и ползут по скользящему телу. Втягивая живот, голубоглазый грудью полной воздух набирает и задерживает дыхание.       Руки Руслановы соски слегка крутят, а зубы белые ключицу кусают слегка, а языком после зализывает, создавая кнут и пряник. Взгляд шатена направлен только на еле видное лицо парня, ведь если что-то не то, по лицу Кашина будет понятно.       Долго разнеживать Даню не надо, всего пару поцелуев и он уже как падшая птица в руках своего спасителя. Тушенцов за ноги парня поднимает и вперед его двигает, передвигая его на лопатки, давая опору. Пока Даня в себя приходил, рядом с его лицом полностью мокрые и тяжелые штаны с трусами положили, от чего он поднял голову, а после прыгнул в воду обратно, оказываясь по грудь мокрым, снова. — Это ведь мои любимые спортивки, — мурча в самое ухо шатену, с ехидной, но спокойной улыбкой произнес и облокотил лоб о чужое плечо. — Я вообще в футболке за сотку, — целуя самую яркую родинку на шее Дани.       Подхватывая рыжего за ягодицы и подбрасывая на себя, Руслан бёдра чужие мнёт. Кашин же в спину ногтями впивается, чтобы не упасть, но отпускает, когда понимает, что он спокойно, как поплавок, держится. И пока до младшего это доходило, рядом со спортивками упали и шорты. — Когда у нас последний раз был? — застывая и думая, нужна ли растяжка или нет, тихо проговаривает кареглазый. — Дня три назад, да и вообще я не веду список, — отвечает, но злится на вопрос, потому что стыдно. — Да просто о тебе беспокоюсь, — улыбаясь, отвечает и мокрые рыжие волосы ворошит.       Кашин в моменте чувствует давление у кольца мышц и расслабляется, но сердце всё равно стучит быстро, а дыхание замирает. И дабы не мучить ни себя, ни Даню, Руслан входит до конца. Не ожидая, Кашин снова в спину впивается ногтями и уже царапает, а чтобы заглушить звуки изо рта, кусает смуглую шею, на что шатен шипит и вопит болезненно и при этом терпит, понимает, что младшему самому не легко. Да и кому вообще сейчас легко?       Давая рыжему привыкнуть и расслабиться, старший постепенно начинает двигаться. Долго держит медленный темп, ведь впервые такая практика в воде, и ощущения и движения совсем другие, нежели в кровати.       Обвивая плечи длинными руками, Кашин голову задирает, открывая вид на шею и кадык, еле выпирающий. А Тушенцов кусает каждый сантиметр и, сжимая талию, насаживает рыжего быстрее и резче.

***

— Русь, ты как? — чуть постукивая по дверце туалета, беспокойно спрашивает Данила.       В ответ лишь слышит как у старшего очищается желудок, а после и тяжелый кашель. — Ахуенно, блять, — агрессивно кричит, а после выходит, чуть ли не сбивая обеспокоенного Кашина.       Шатен по комнате носится и матерится под нос. И как только за входной дверью слышится стук, Тушенцов подрывается и с дурью открывает дверь. — Ты чем траванулся, ебанный? — спрашивает Илья и протягивает полисорб.       Но ответа так и не слышит, как банку отдает в чужие руки, дверь перед носом закрывается. Руслан же ложку порошка в воду опускает и мешать начинает, садясь на кровать, а Даня рядом, также обеспокоенно смотрит на лицо чужое. — Ебучая хлорка, нахуй, — и залпом практически выпивает белое месиво. — Ты как? — нежно проговаривает рыжий.       Руслан же стаканчик Дане в руки отдает и снова в туалете закрывается. И все те же звуки по кругу. А Кашин сидит с этим стаканчиком и благодарит бога, что с ним все хорошо, наверное.