Карт-бланш 2: в поисках приключений

***38*** Слова Локи о том, что маглы и маги не могут иметь детей друг с другом, врезались в память Гермионы, а книжку «Пути крови», экземпляр которой купила для себя, она перечитывала уже несколько раз и всегда носила с собой как мотивацию. — Милая, — за завтраком в гостинице мама смотрела на дочь с недоумением, — опять в библиотеку? Ты даже летом не отдыхаешь. — Я должна собрать всю информацию, — упрямо ответила Гермиона. Она, с одной стороны, не скучала по Хогвартсу, потому что время с родителями было бесценно, слишком уж редко они виделись, а с другой… Макнуть лицом чистокровных в их же равнодушие, презрение, а то и вовсе безграмотность очень хотелось. Снобы! Поэтому она искала другие труды по той же тематике, что и в книге. Найти подобные книги оказалось не слишком и сложно, и Гермиона, несмотря на свой юный возраст, прекрасно справлялась. Она завела толстую тетрадь, в которую вписывала названия книг, имена авторов и цитаты, подтверждающие происхождение магов. Её родители невероятно гордились своей дочерью и не роптали, что она проводит много времени в библиотеках, потому что понимали, что в этот момент их дочь борется за собственное будущее. — Дочь, а ты не хочешь узнать свою родословную? — спросил как-то отец. — Нет, — качнула головой Гермиона. — А почему? — поинтересовалась мама. — Я хочу не прятаться за громкую фамилию, которая еще не факт, что будет, а сделать себя сама. Нашими предками вполне могут быть как какие-нибудь аристократы, которые избавились от сквибов, выбросив их в магловский мир, так и простые люди, которые точно так же избавились от сквибов, а могли быть и какие-нибудь отщепенцы из Лютного, которые тоже просто избавились от сквибов. — Действительно, — согласно кивнул отец, в который раз поражаясь разумности своей дочери. — А если не выкинули, а потеряли? — у миссис Грейнджер все-таки была жива романтическая жилка. Ей представлялись заговоры, кражи детей, разлученные влюбленные и прочие книжные страсти. — Всех? — с непередаваемым скептицизмом ответила Гермиона. — Мама, твои четверо бабушек и дедушек сквибы, папины тоже, а может, и прабабушки с прадедушками. Всех выкрали? Нет, это систематическое избавление от неугодных детей. Конечно, может, и не бросали на произвол, отдавая в хорошие семьи, но это не делает их поступки хоть чуточку лучше. — Гермиона права, — согласился с ней мистер Грейнджер. — Это система. *** Обратное путешествие в Европу на «Патронусе» прошло для Гилдероя как в тумане. Он плохо осознавал действительность, потому что писал с утра до вечера, а Флапи — домовика Локхарта — на борту, естественно, не было. Поэтому к концу семидневного плаванья тот едва не валился от истощения, зато готовый черновик приключенческого романа лежал в серой папке, перетянутой простой бечевой. У него были резоны торопиться, потому что думать, что его — единственного из пассажиров, находящегося в сознании, просто отпустят, было наивно. Так и случилось. В порту магического Лондона, откуда несколько недель назад и отходил «Патронус», их ждали не только целители, но и дознаватели. Он собрал вещи, привел себя в порядок, побрился, надел приличествующий случаю костюм, не забыл о Шляпе и пошел к выходу. Путешествие оказалось не совсем таким, какое он планировал, но тоже очень интересным, а главное, принесшее свои плоды. — Гилдерой, помни, что ты под клятвой, не ляпни ничего лишнего, — наставляла его Шляпа, уверенная, что за своим романом Гил всё позабыл. — Знаю, — кивнул тот. Скримджер в сопровождении команды дознавателей и боевой звезды авроров стоял на пирсе и смотрел на лайнер, который был в розыске по всей Европе, и матерился сквозь зубы. Ну почему именно ему разбираться со всем этим бедламом? Почему эту проблему прибило именно к их берегу? Ответ на эти вопросы, естественно, был — потому что «Патронус» принадлежал британской компании, да и пассажиры были в основном англичане, но пропал-то он далеко! — Привет, — Сметвик появился рядом с ним, возглавляя целую группу колдомедиков. — Как тут дела? — На «х», но не хорошо, — с невеселой усмешкой ответил Руфус, и в этот момент к ним подошел и. о. капитана и протянул Скримджеру плотный конверт с гербовой сургучной печатью. — Это от лорда Блэка, — ответил он на невысказанный вопрос. — В магической Британии хоть что-нибудь случается без его участия? — вопросил куда-то в небо Скримджер, но конверт принял и тут же распечатал. Письмо оказалось короткой запиской. В ней Брок сообщал, что освободил корабль при попытке захвата его пиратами в Карибском море. Что команды в живых уже не оказалось, а пассажиры спали, привязанные по каютам. Все, кроме мистера Локхарта, которого нашли в одном из подсобных помещений. Что возвращает их в целости и сохранности и просит не афишировать его участие в этом деле. Сметвик, тоже успевший прочитать записку, хмыкнул, посмотрел сочувственно на Скримджера и сказал: — Лучше и проще принять на веру эту версию и придерживаться ее. — И сам понял, но всё равно задам пару вопросов Броку, когда встретимся. — Скоро увидитесь. У меня мальчишник через неделю, ты, кстати, тоже приглашен, — сказал Сметвик. — Спасибо, буду обязательно, — кивнул Руфус. — Я пришлю приглашение. А сейчас, пошли. Работа не ждет. Команду «Скорпиона», которая и привела «Патронус» в порт, быстро допросили и отпустили. Локхарта тоже, кстати, его показания полностью совпадали со словами Блэка, что порадовало Скримджера, потому что не добавилось лишней мороки. А вот с пассажирами пришлось повозиться, потому что столь долгое нахождение под воздействием зелья не прошло бесследно — мышцы ослабли, и люди не могли даже подняться самостоятельно. Сметвик, чтобы не переносить всех пассажиров, которых набралось почти полторы сотни, в Мунго, организовал на корабле плавучий госпиталь, оказывая помощь на месте. Кроме ожидаемой атрофии мышц и спутанности сознания, пришлось успокаивать множество дам, которые впадали в истерики и плакали. К концу четвертого дня, когда от усталости и напряжения ему хотелось лезть на стену, в двери временно занимаемой им каюты вошла Мартиша, принеся с собой уверенность и спокойствие. — Звезда моя, — Гиппократ не мог, да и не хотел сдерживать улыбку. — Я так устал и соскучился. Она подошла, положила прохладную ладонь ему на лоб, а он обнял ее за талию, прижимая крепче, чтобы не убежала. — Ты устал, — сказала она, глядя на него, и он уже в который раз сам себе позавидовал, что такая восхитительная девушка согласилась выйти за него замуж. — Устал, — кивнул он, усаживая ее к себе на колени, чтобы урвать хоть несколько мгновений наедине. — Эти… дамы… они меня с ума сведут. Мужская половина пассажиров почти вся уже выписалась, а эти страдают… требуют особого отношения и лечения несуществующих болячек. — Я знаю, как тебе помочь, — улыбнулась Мартиша. — Хочешь снизойти и спасти меня? — с надеждой посмотрел на невесту Гиппократ. — Я навестила офис компании, которой принадлежит «Патронус», поговорила с владельцем, и мы пришли к полному взаимопониманию. — Это к какому? — немного ревниво сказал Гиппократ. — Для пассажирок будет арендован спа-отель на магловской стороне на ближайшую неделю, где им будут оказаны любые услуги, а лайнер они обязаны покинуть в течение пяти часов, — ответила Мартиша. Вообще, это было так просто, так элементарно, что она удивлялась, почему никто из мужчин не догадался. — Я тебе говорил, что ты настоящая волшебница? — улыбнулся Сметвик, представляя отдых следующие пару суток как минимум. *** Капитан Энрике Гальярд, его старпом Дешан и шестеро матросов в сопровождении лорда Блэка, какого-то мальчишки, а также людей для охраны высадились на соседний остров в том месте, где оплетённые со крыш до фундаментов стояли несколько с трудом опознаваемых строений. Вообще, Гальярд был уверен, что акромантулы и василиск — что-то вроде страшилки. И ладно пауки, они встречались в дикой природе, хоть и очень далеко отсюда, но завести их могли и люди, но василиск! Ручной василиск! Это было из разряда мифов. Но сейчас, стоя перед покрытыми паутиной домами, в акромантулов верилось легко. — Давай, зови, — сказал лорд мальчишке, и тот, наколдовав Сонорус, зашипел так ужасающе, что мороз по коже побежал. — Ползет, — радостно улыбнулся мальчишка, а Гальярд смотрел на него и лорда с таким ужасом, будто перед ним не мальчишка-подросток был, а сам Мордред. Это «ползет» было слышно издалека. Ломались ветки, падали небольшие деревца, а сквозь кусты, обрамляющие дома, василиск проделал целый проход. Змей был огромный, с короной, которая венчала голову, с глазами, в которые смотреть было до истерики страшно, а не смотреть невозможно. Он был невероятно прекрасен и ужасающ одновременно. Команда с «Патронуса» застыла на месте, будто окаменела, да и некоторые из сопровождающих тоже боялись лишний раз вздохнуть. А мальчишка с радостной улыбкой бросился к василиску, уселся на большой камень, чтобы смотреть ему в глаза, и что-то шипел, получая точно такое же шипение в ответ. — Крестный, — мальчишка обернулся к лорду, и Гальярд вскинулся. Это не просто какой-то там мальчишка, а целый крестник лорда, и это давало призрачный шанс. — Василиск говорит, что акромантулы в северной части и сюда не сунутся, и просит тех, кто остается, отойти в сторону, чтобы он их мог отличить. Разделившись на две неравные половины, люди с ужасом смотрели на приближающегося к ним реликтового мифического змея. Он обполз вокруг них, выстреливая огромным темным языком, запоминая запахи, а потом обратно направился к мальчишке, который так и сидел на камне, и что-то зашипел. — Он просит показать тех, кто остается насовсем, и тех, кто будет меняться, — сказал пацан, спрыгнул с камня и пошел к команде «Патронуса». Всё произошло так быстро, что Брок отреагировать не успел, расслабившись, тем более он был уверен, что при василиске никто и дернуться не посмеет. Гальярд схватил Гарри за руку, а потом и за шею, прижав к себе, и зажал губы, чтобы тот не смог говорить со змеем. Он очень надеялся, что василиск не станет встревать в человеческие разборки. — Не дергайся! — крикнул он, глядя на лорда Блэка. — Иначе я сломаю шею твоему крестнику. — Лучше отпусти, — посоветовал ему Брок, жалея, что ни Локи, ни Сулейман с ними на остров не поплыли. Никто не ждал такой прыти от пленников. — Лучше делай так, как я говорю, — оскалился Гальярд, а его люди уже позабирали палочки у тех четверых, что должны были остаться с ними на острове, и толкнули их к остальным, одного заложника более чем достаточно. — Идете к лодкам и уплываете. Вечером подойдете на яхте, сами уплывете, а ее оставите. — Гарри, посмотри на меня, — позвал его Брок и увидел абсолютно спокойные глаза крестника, он точно был уверен в Броке. — Я всё решу. Локи сидел в кают-компании на «Гидре» и играл в шахматы с Сулейманом, когда почувствовал такое натяжение прежде неощущаемых нитей, как будто где-то с близким существом случилась беда. Сулейман рядом тоже напрягся, чувствуя, что с его гос… С Гарри что-то случилось. Локи взмахом руки открыл Тропу, подхватил оказавшегося рядом Сулеймана под локоть и бегом перенесся на остров. Всё заняло какие-то минуты. Сулейман в одно движение снес головы половине команды, которые попадали на песок. А Локи, заставив замереть оставшихся в живых, подошел к Гальярду, разжал его руки, выпустив на свободу Гарри, который тут же метнулся к крестному, заглянул в его глаза и сказал: — Ты боялся Азкабана и дементоров, но выбрал себе участь хуже, чем эта. Гарри, подойди. Тот не спорил и тут же подошел, правда, руку крестного так и не отпустил. — Сможешь открыть Тропу туда, откуда мы забирали Хелу?