Правда или правда

      Небольшой флер задумчивости и меланхолии требовалось срочно развеять следующим вопросом. Кас нажал кнопку «Далее», и Мэг понадеялась, что в этот раз выпадет что-то более жизнерадостное.       — Ты больше любишь маму или папу? — зачитала Мэг вслух и хмыкнула, оперевшись головой на плечо Каса:       — Какой легкий вопрос для того, у кого нет ни отца, ни матери. Сразу видно: для людей игру составляли, — Мэг даже не пыталась сдержать легкого презрения, которое, однако, было всего лишь напускным. — Хотя ладно, вру, я же демон: Люцифер и Азазель — вот кто мне папы. Хотя нет: Азазель — папа, Люцифер — Бог. Не хмурься, Кларенс, на такое богохульство, я же знаю, ты не против. Азазель воспитал меня, дал цель в жизни, в которой я так нуждалась. И эта цель привела меня сюда. А Люцифер меня создал и ему я верна. Пусть он и чудил слегка, но зато любил и ценил, как и всех других демонов.       Кас, несмотря на свою ангельскую сущность, оказался с Мэг удивительно солидарен:       — У меня тоже нет родителей. А Чак, мой создатель, никакой мне не папа и, уж тем более, не Бог. — Он произнес это с такой едва сдерживаемой злобой, какую Мэг редко когда в нем видела, и каждый раз кровь у нее кипела: или от того, как ей хотелось бы стереть в порошок тех, кто причинил боль Касу, или от страсти, которую в ней разжигал этот на вид невинный ангелочек. Но то лишь на первый взгляд.       — Предлагаю выпить за то, чтобы наша родная обретенная семья всегда была на нашей стороне.       И они чокнулись бокалами.