Групповой проект

      В последние дни Юэ Ци с большим трудом концентрировался на своих обязанностях. Усугубляло ситуацию то, что этих самых обязанностей становилось всё больше и больше, особенно организационных. Ни для кого не было секретом, что глава школы испытывала своих лучших учеников, чтобы понять, кто из них достоин звания её преемника.       Многие считали, что им станет именно Юэ Ци. Никто не говорил об этом напрямую, но настроения, складывающиеся вокруг него, были гораздо красноречивее всяких слов. Такая вера в него, что со стороны учителя, что со стороны других учеников, льстила, и Юэ Ци определённо не отказался бы от столь важной должности. Но всё-таки его основная цель, ради которой он трудился со всем старанием, была совсем другой.       И сейчас она словно ускользала из рук.       Он сделал ставку на получение духовного меча, ведь после этого смог бы спокойно покинуть школу на время по собственным делам, но в последний момент всё сорвалось. Внезапно учитель, до того достаточно благосклонно относящаяся к идее, вдруг заявила, что Юэ Ци ещё не готов и нужно подождать неопределённое время.       Вот только имелось ли у него в запасе это время? Складывалось ощущение, что нет. Он и так провёл безрезультатно несколько лет, пока Сяо Цзю продолжал маяться в рабстве, ожидая спасения.       Казалось, что сроки поджимают. Интуиция кричала, что нельзя больше ждать.       И если предстояло выбирать между данным когда-то обещанием и возможным будущим постом, Юэ Ци ни мгновения не колебался. Лучше бы, конечно, одно другому не противоречило, но пока так не получалось. Если получить меч не удалось, то единственная возможность выбраться из школы самостоятельно, без бдительного надзора — сбежать. А побег вряд ли улучшит его положение. Хорошо будет, если не выгонят вовсе.       Об этой части последствий Юэ Ци думал исключительно в практичном ключе: что в таком случае делать, куда податься, как наладить новую жизнь. Он не сомневался, что со своим нынешнем уровнем и знаниями найдёт себе место если не среди заклинателей, то как минимум среди образованных обычных людей. Гораздо важнее, что Сяо Цзю удастся вырвать из оков и он будет рядом.       Юэ Ци уже начал набрасывать план побега. Удачный момент должен был представиться скоро: его учитель уедет в небольшое путешествие, а всех остальных можно будет обмануть — ненадолго, но достаточно, чтобы улизнуть. Скорее всего, правда вскроется ещё до возвращения, но по крайней мере он успеет уйти.       Основной и единственной нерешённой проблемой оказались деньги. Или, возможно, вернее будет сказать внезапно проснувшаяся совесть Юэ Ци. У него не было собственных сбережений, требуемых для путешествия, во время обучения просто не представлялась возможность заработать, да она и не требовалась, всем необходимым его обеспечивала школа. В обычном случае ему полагалось бы и покрытие дорожных расходов — вот только если бы оно было связано с делами Цанцюн, а не личными. Юэ Ци, конечно, возьмёт полагающееся, чтобы не вызвать подозрений, но использовать? Это казалось откровенным воровством. Воровством у того, кто был к нему так добр и так много дал, ничего не требуя взамен. Он будто переступил бы через некую черту, если бы сделал это.       К счастью, на ум пришёл другой вариант. Тоже не самый приятный, надо признать, но более честный. Более — не абсолютно.       Можно было, придумав благородный предлог, занять у другого ученика, рождённого в богатой семье и не лишённого обеспечения. Сама по себе задача простая для Юэ Ци, который смог установить множество полезных контактов, но её усложняло то, что стоило, чтобы вызвать меньше подозрений, выбрать кого-то не с Цюндина, что резко ограничивало количество вариантов.       Но не снижало их количество до нуля.       На ум тут же пришёл парнишка с Байчжаня, с которым очень приятно было разделять физические тренировки. Пожалуй, они неплохо подружились. Достаточно, чтобы обратиться с личной просьбой. А его отдалённость от дел Цюндина не позволит заподозрить неладное.       План был прост и понятен.       Всё пошло наперекосяк очень быстро.       Началось с малого: Юэ Ци почувствовал, что смущается по-настоящему, а не только для вида и соблюдения хоть каких-то приличий.       — На следующей неделе я смогу отправиться в родной город, — поделился он после очередной совместной тренировки.       — О, поздравляю! — отозвался Лю Минцзе, как-то странно посмотрев на него. — Давно там не был?       — Уже несколько лет.       — Ого. Наверняка соскучился по семье?       — Не только, — мягко соврал Юэ Ци.       Вот тут-то Лю Минцзе и ухмыльнулся так, что к щекам прилила кровь. Он как будто по этим лишь двум словам разгадал весь коварный план. Нет, это не могло оказаться правдой. Наверное, он просто выдумал себе что-то.       — У меня там остался дорогой друг, — поспешил объясниться Юэ Ци.       — Познакомишь меня с ним? — тут же прозвучал вопрос, ничуть не спугнувший с губ эту возмутительную ухмылку.       — Обязательно, — возможность такого будущего даже немного успокаивала. — Как только выдастся шанс. Кстати, я… — Юэ Ци замялся., — я хотел сделать ему подарок, но…       — А, — тут же сообразил Лю Минцзе. — Сколько?       Его собеседник захлопал глазами, не ожидая, что его не только так быстро поймут, но и без промедлений согласятся. Однако отказываться от такого счастья точно не собирался. Он назвал сумму и тут же добавил:       — Я верну, как только появится возможность.       — Не нужно, — отмахнулся Лю Минцзе. — У меня есть другое условие.       Оказалось, что неожиданности только начинались.       — Я отправлюсь с тобой.       — Твой учитель отпустит тебя? — поинтересовался Юэ Ци, надеясь избежать прямого отказа от такого условия. То, что он собирался сделать… ему точно не нужны были лишние свидетели.       Лю Минцзе пожал плечами.       — Ну, ты ведь не будешь получать разрешение своего, так что и я обойдусь.       Потребовалась секунда, чтобы справиться с оцепенением.       — Почему ты считаешь, что мой учитель будет против? — пришлось аккуратно выбирать слова, чтобы не сознаться в своих планах окончательно — на тот случай, если всё-таки удастся их скрыть.       — Я слышал, как она разговаривала с моим учителем и рассказывала, как загрузит тебя работой в своё отсутствие. Она точно никуда не собиралась тебя отпускать в ближайшее время.       Вот тебе и удалённость от дел Цюндин! Всё оказалось гораздо хуже, чем получалось представить.       — Ты явно что-то замышляешь. Разве могу я отпустить своего друга одного?       Но по крайней мере заговорщика не собирались сдавать. И даже… предлагали помощь? Юэ Ци сомневался, что Лю Минцзе, не сталкивавшийся в полной мере с рабством, сможет его понять и поддержать в вызволении Сяо Цзю, но если он по крайней мере не будет мешать…       — И что это за заговоры вы тут плетёте без меня? — Ци Цинци образовалась за спиной так резко, что едва не заставила подскочить на месте.       Юэ Ци постарался обернуться так спокойно, как только мог.       — Всего лишь теоретические размышления, Ци-шицзе, — заверил он с самым располагающим выражением лица. Неизвестно, как много она услышала, поэтому отрицать всё совсем было бы глупо и бесполезно.       — О, я понимаю, — Ци Цинци закивала с видом, полностью выдающим отсутствие доверия. — Так может, поделитесь с шицзе своими теоретическими выкладками? А если это окажется что-то интересное и заслуживающее внимания, то я помогу вам претворить теорию в практику.       Юэ Ци колебался. Он боялся посвящать кого угодно в свои планы, справедливо полагая, что тогда их легко смогут расстроить. Вот только теперь, заинтересовавшись происходящим, Ци Цинци могла всё нарушить даже без знаний, а на одном своём любопытстве и желании быть в курсе всего. И одновременно она могла бы стать ценным союзником: самая старшая из собравшихся, успевшая не только получить духовный меч, но и стать преемницей владыки своего пика. А учитывая её нрав, она вполне могла поддержать не только идею побега, но и идею кражи раба.       Определённо, из неё получился бы хороший друг, но опасный враг. В такой ситуации Юэ Ци мог только попытаться переманить её на свою сторону.       Проследив, чтобы на этот раз их никто не подслушал, он взялся посвящать своих сообщников в ситуацию.       ***       Ци Цинци действительно оказалась очень полезна. Юэ Ци не смог узнать, как именно она это сделала, но их маленькое путешествие стало официальным, получившим полное одобрение от глав пиков. У этого определённо должна была оказаться своя цена, но пока учитель не поднимала эту тему. Она не демонстрировала разочарования в ученике и если и снимала с него нагрузку, то только в той мере, что соответствовала его скорому временному отсутствию.       Что удивило по-настоящему, так это небольшое пополнение команды: к ним присоединился преемник владыки Цяньцао. Ци Цинци была убедительна, объясняя, почему он может пригодиться, и Юэ Ци не смог с ней не согласится. Он всем сердцем надеялся, что Сяо Цзю будет в порядке и целитель ему не понадобится, но при последней встрече у него были сломаны ноги, и кто знает, в каком состоянии он окажется теперь. Сердце велело поторопиться и тому, возможно, были причины.       Му Цинфан ворчал из-за необходимости отложить прочие дела так, что становилось непонятно, как он вообще согласился поехать. Но его присутствие в качестве поддержки всё равно по-своему успокаивало.       Даже несмотря на то, что когда группа прибыла в нужный город, он отказался отправляться красть раба вместе с остальными. Но от него это и не требовалось: целителя разумнее оставлять в тылу.       ***       Учёба на Байчжане подразумевала, кроме прочего, умение действовать скрытно. Хороший воин знает цену неожиданной атаки. Но Лю Минцзе не ожидал, что однажды ему придётся применить эти навыки, чтобы незаметно пробраться в поместье благородного человека. Однако если это требовалось, чтобы помочь другу, он не собирался отступать.       Ци Цинци вела себя естественно и легко, будто уже не первый раз проникала в чужой дом и относилась к этому как к интересному развлечению. Юэ Ци же выглядел не так расслабленно, как она, но зато решительно; он послушно следовал указанием явно более опытного участника группы. И, несмотря на заверения, что был в этом поместье лишь однажды, уверенно вёл за собой.       Они пробрались глубоко, в дальние комнаты, но так никого и не встретили по пути, что легко объяснялось поздней ночью, но всё равно казалось, что это место гораздо более безлюдно, чем должно бы быть.       Наконец они добрались до запертой — снаружи, отметил внимательный взгляд — двери. Ци Цинци что-то поколдовала над ней — и та открылась. Юэ Ци скользнул внутрь первым, и это оказалось правильное решение.       Когда Лю Минцзе вошёл следом, в свете принесённой с собой ночной жемчужины он увидел мальчишку, не спящего, явно заметившего, что кто-то пытается проникнуть к нему, и готового встретиться с незваными гостями. Но боевой пыл, заметный по, бездна раздери, мелькнушему в руке ножу, быстро сошёл на нет, стоило тому увидеть Юэ Ци, на которого уставились, словно на сошедшего на землю небожителя.       Но кроме прочего в глаза бросилась истощённость нового знакомого. Тот был худым, но не столько изящно, сколько измождённо. Тонкий нюх чувствовал в комнате запах крови, и это сложилось в голове с попытками мальчишки спрятать одну из рук за спиной.       Лю Минцзе с самого начала собирался сделать друга Юэ Ци своим другом, но в этот момент чувствовал себя скорее так, что обзавёлся младшим братом, которого нужно защищать.       Стоп. Разве Юэ Ци не говорил, что мальчишка немного старше Лю Минцзе? Он совершенно так не выглядел! Слишком низкий, слишком щуплый…       Возмущение обрело такую силу, что ученик Байчжаня откровенно потерял над собой контроль. Под возмущённое «шиди!» он бросился к спасаемому, напоролся на острый взгляд загнанного зверя и едва не напоролся на нож, но всё же резко вытянул спрятанную руку вперёд.       Рукав был весь испачкан бурыми пятнами.       — Кто это сделал? — глухо зарычал Лю Минцзе, лишь последними каплями силы воли не позволяя себе зашуметь.       В зелёных глазах мелькнуло что-то новое, похожее на попытку оценить, и оценка эта явно вышла невысокой, потому что после мальчишка фыркнул и посмотрел насмешливо:       — Это сделал местный молодой господин. И что теперь? Побьёшь его? Убьёшь?       — Я!.. — резко выдохнул Лю Минцзе, собираясь согласиться, потому что да, тот молодой господин определённо заслуживал взбучки, но осёкся, ведь стоило подумать хоть мгновение дольше, как становилось понятно, что это ужасная идея. Они договаривались перед отправкой не привлекать к себе внимания, вести себя незаметно, чтобы никто не мог позже связать их с пропажей раба. Драка с кем-то благородных кровей и тем более его убийство точно бы испортили все планы. Побег не будут расследовать так тщательно, как нападение.       Лю Минцзе весь раскраснелся, понимая, какую глупость сказал на эмоциях, и отступил на шаг, отпуская чужую руку.       — Ну-ну, — обняла его за плечи подошедшая сзади Ци Цинци. — Мы всё равно будем маскировать пропажу, так почему бы немного не повеселиться в процессе?       — Маскировать пропажу? — удивился Юэ Ци. Кажется, эта часть плана старшей до последнего оставалась тайной даже для него.       Ци Цинци широко ухмыльнулась, открыла свой мешочек цянькунь и достала оттуда… тело.       — Хочу ли я знать, откуда у тебя в запасе труп? — едва не севшим голосом поинтересовался Лю Минцзе.       — Не хочешь, — весело прозвучал абсолютно верный ответ.       — Это ведь… плод хищного дуба-удильщика? — понял Юэ Ци и тут же принялся объяснять своему старому другу, словно пытаясь его успокоить — не то чтобы тот хоть как-то выдавал беспокойство из-за появления в его комнате тела. — Хищный дуб-удильщик — это демон-растение. С возрастом у таких корни отрастают всё сильнее, и становится трудно передвигаться, поэтому они научились отращивать лиану с плодом, очень похожим на человека, чтобы заманивать добычу прямо к стволу. Плод настолько хорошо воспроизводит тело человека, что его иногда используют для инсценировки смерти.       Мальчишка слушал с истинным вниманием, впервые в его глазах отразился интерес — и те сразу стали живее, ярче, а не такими, будто у ходячего мертвеца.       — Испортил всё веселье! — наиграно проворчала Ци Цинци.       — Но он не похож, — заметил Лю Минцзе, кивнув на плод. Телосложение было сходным, хотя подделка всё-таки выглядела несколько крупнее, но в остальном… Их точно никто не перепутает.       — Когда обгорит как следует, никто не заметит разницы, — хищно улыбнулась Ци Цинци.       Юэ Ци нахмурился.       — Ты сможешь устроить так, чтобы никто больше не пострадал? — уточнил он.       — Конечно! Я как следует подготовилась. Никто невинный не пострадает.       Казалось, маленькое уточнение заметил каждый.       Никто не высказал и слова против.       — Юэ-шиди, уводи своего друга, — распорядилась старшая. — А мы с Лю-шиди позаботимся об остальном.       Лю Минцзе оценил предоставленную ему возможность исполнить так и не сорвавшееся с губ обещание.       Очень скоро пламя вознеслось над поместьем Цю.       ***       Мальчишка упорно не желал даваться в руки целителю, и даже увещеваний Юэ Ци оказалось недостаточно. Как ни странно, ситуацию смогло изменить вмешательство Ци Цинци.       В итоге опоенный восстанавливающими настойками спасённый остался спать в отдельный комнате, пока его спасители собрались в соседней.       Му Цинфан ревностно хранил в секрете информацию о своих пациентах, но кое-что услышать от него всё же удалось:       — Надеюсь, тот, кто это сделал, понесёт заслуженное наказание.       И уже одно это говорило о многом.       — Он понёс, — заверила Ци Цинци, и Му Цинфан удовлетворённо кивнул, тут же поверив ей. Лишь уточнил:       — Никто больше не пострадал?       — Ни одна живая душа, — прозвучало с искренним и заслуженным самодовольством. ***       Лю Минцзе так и не узнал имя спасённого, что немного выводило из себя. На прямой вопрос тот ответил, что у него нет имени, а Юэ Ци к нему никак не обращался. Было заметно, что хотел, но постоянно одёргивал себя. И что только мешало? Тоже мне, великий секрет!       Но это, на самом деле, нисколько не мешало общаться по пути обратно к Цанцюн. В основном Юэ Ци рассказывал своему старому другу про различных демонов и монстров, и тот слушал не просто с интересом — с восторгом. Лю Минцзе наблюдал за этим, отмечая, насколько лучше спасённый выглядит в эти моменты, а в какой-то момент поймал взгляд шисюна — и сам с энтузиазмом присоединился к разговору. Он мог добавить к обсуждению не только академические знания про разных тварей, но и истории о встречах своих родственников с ними. Описания самых настоящих сражений вызвали ещё больше эмоций — и видя их в зелёных глазах, Лю Минцзе чувствовал себя очень самодовольно. Нет, ну точно у него появился младший брат, которого нужно защищать — никак не меньше.       Путь обратно до Цанцюн прошёл незаметно.       — Вы собираетесь отвести его прямо в школу? — уже у подножия хребта спросил Му Цинфан, нахмурившись. — У него есть талант к заклинательству, но прямо сейчас Цанцюн не проводит набор.       — Я поговорю об этом с учителем, — голос Юэ Ци определённо звучал с большей уверенностью, чем у него было на самом деле. Му Цинфан посмотрел на него откровенно недоверчиво, но промолчал, перевёл взгляд обратно на дорогу… и застыл.       К ним спускался владыка Цинцзин.       — О, вы привели моего ученика, — удовлетворённо улыбнулся он. — Пойдём? — он обратился к… своему будущему ученику?       Лю Минцзе помнил, каким осторожным и, пожалуй, даже нелюдимым тот был, а потому не поверил своим глазам, когда этот мальчишка легко принял протянутую ему руку и без разговоров отправился с мужчиной.       — И что это сейчас было? — спросил Лю Минцзе совершенно ошалело.       — Решение моей проблемы, — со странной нервозностью отозвался Юэ Ци. — Хотя поговорить с учителем мне всё равно наверняка придётся.       Судя по тону, разговор обещал быть сложным, но самое плохое уже осталось позади.       Лю Минцзе возвращался к себе на пик с ощущением, что произошло нечто очень важное.