Теорема кармы

      Все взгляды на нее. Она чувствует себя звездой теперь не только на этой арене, но и во всем мире. Вкус славы заползал под тонкую ткань платья, вызываю мурашки и приятную дрожь. Сотни объективов и глаз уставлены сейчас именно на нее, а точнее на золотую увесистую медаль на ее шее. Да, это оно, все так, как она себе это представляла. Все слезы, капли пота и крови было пролиты не зря.  – Олимпийская чемпионка двадцать четвертых зимних олимпийских игр - Александра Трусова, Россия!       Стоп, что. Нет, вот же, золотая медаль на моей шее, почему же она? Глаза тревожно забегали, увидев что кто-то идет в её сторону. Он хватает ее за руку, выталкивая с пьедестала и снимает золотую медаль, а Аня в онемении и рукой махнуть не может, чтобы отобрать её. На ее глазах происходит какой-то сюр, невиданный за всю историю олимпиад.

***

      Звон будильника раздался на всю комнату, из-за чего мои виски начали несчастно пульсировать, отдавая головную боль. Еле открыв глаза, я махнула рукой и выключила его. Честно, вставать каждое утро на тренировку в 7 утра такое себе удовольствие, но на то я и Чемпионка России. Дисциплина.        Аня подошла к соседней кровати и потормошила человека, до сих пор спокойно спящего на ней. Она всегда завидовала крепкому сну Трусовой. – Саш, просыпайся! — Щербакова скинула с Саши одеяло, на что та закряхтела, предпринимав попытки натянуть его обратно. — У нас на сбор остался час, я не шучу.       После Щербакова покинула их комнату и пошла в соседнюю, где заметила, что Камила уже не спит. – Разбудишь Алёну? – Без проблем       Со спокойной душой шатенка ушла на кухню готовить всем завтрак, так как иногда не все всё успевали и брали с собой. Казалось, что Аня угрюмая, но сегодняшний сон закрался в её мысли еще около раковины в момент умывания.       Боже, это просто сон, на почве переживаний и стресса такое вот приснилось, об этом нельзя думать как о чем-то важном. Я пока даже Россию не взяла, какая олимпиада?  – Доброе утро..— вяло поздоровалась Косторная, видимо       только из ванной. – Доброе, Алён, доброе..       Все девочки жили в интернате, который принадлежал самбо 70 и хрустальному. Девочки жили в одной комнате, поделенной на два, в одной - Саша и Аня, во второй - Камила и Алёна.       Спустя пару минут уже все собрались на кухне, а после выдвинулись в хрустальный. Они любили приходить чуть пораньше, чтобы сразу начать разминку и уделить этому побольше времени.       По расписанию сначала ОФП, потом лёд, передых и хореография.  – Эй, а вы знали, что Этери себе пополнила коллекцию пальто? И знаете каким? Леопардовым! Ахахаха — начала разговор Саша, тянувшись около станка – Модный приговор в студию! – Хахаха, Камил, мы поняли ты - главный судья, — рвано выкрикнула Алёна, прыгая на скакалке, — Блин, сбилась. Ань, ты чего такая грустная с самого утра?       Я подняла голову на подруг, что все резко уставились на меня. – Ничего страшного, правда, просто сон не очень приснился. — Я отвела взгляд от них, так как смотреть в глаза Саши было стыдно почему-то, а если и смотреть, то на всех. – Не хочешь поделиться? — спросила Саша, кладя руку мне на плечо в знак поддержки. И как я во сне могла возмущаться, что назвали ее имя? Она же буквально феномен фигурного катания и при этом остается такой хорошей подругой. – Девочки, спасибо за желание помочь мне, но это правда был просто глупый сон, все нормально. — напоследок я улыбнулась, пытаясь обрести образ       внушительности.       Дальше тренировки проходили так, как и всегда, а как тренировки - так и дни. Я даже заметить не успела куда делось время, ведь сейчас мы все вместе собираем чемоданы в Санкт-Петербург на Чемпионат России.

***

      Питер встречал нашу команду привычной для себя холодной и пасмурной погодой. Весь полет я смотрела в окно и думала о предстоящем чемпионате и о своих шансах на победу, ведь Валиева каждую тренировку выдает блестящие прокаты, а Трусова шпарит четвертные почти до потолка. И эти факторы заставляют чувствовать меня будто недостаточно достойной занять первое место, о котором грезит каждый спортсмен.        В хостесе я заметила как Сашка с Камилой незаметно от Этери упрыгали к Марку, который тоже ждал свою очередь заселения в номер. Я старалась отвлечься от всех напряг, но даже когда пыталась начать с кем-то разговор что-то сковывало меня, заставляя чувствовать себя не в своей тарелке. – Алён, у тебя никогда не было чувства, будто бы ты чужая? – Хах, на момент перелома руки я чувствовала себя так все время, — честно ответила Косторная, а в её взгляде промелькнула искорка несчастья — Но не сейчас. Такой период надо просто прожить. Потом станет лучше, Ань. Я знаю, что сейчас тяжело, но мы со всем справимся, веришь? – Верю       Девушки дружественно переглянулись и улыбнулись друг другу. – Пойдем, наша очередь. — Первая пошла Алёна к стойке.       На два человека выделялся один номер, поэтому решили так, как всегда: Алёна с Камилой, а Аня с Сашей. Сам номер представлял из себя две кровати, один стол, стул, небольшой шкаф и одну ванную с душевой кабинкой, туалетом и раковиной, так что все необходимое имелось.       Из-за позднего прилета в город сил практически не осталось, а утренняя тренировка следующего дня была обязательной, поэтому Саша и Аня быстро разобрали свои вещи и начали готовится ко сну. – Саша, почему твои колготки весят на торшере? — Щербакова косо посмотрела на вещь, а после на пол — А штаны под кроватью! – Не у всех синдром чистюли, как у тебя, Ань — Сашка запрыгнула в кровать и накрылась одеялом — тебе горячо-холодно от того, где лежат мои вещи? Честно, я так устала, что мне не до них сейчас. – Ни горячо, ни холодно.. — Тихо ответила Аня и тоже легла в кровать, выключив свет. – Ну тогда сладких снов. – Сладких, Саш.

***

      Эту ночь кошмары не попали в мою голову, я видела лишь полный мрак и ощущение расслабленности, которое продлилось до привычного звона будильника. Каждое утро - рутина, ничего интересного, но точно не в Питере. – Девочки, это ужас! — Камила забежала в наш номер, красная и неравная, а за ней медленно зашла спокойная Алёна – Божечки, Камила, что случилось? — Спросила я, застегивая сумку с инвентарем для тренировки на льду.       Запинаясь, Валиева пыталась что-то донести до нас, пока Косторная сзади лишь тихо посмеивалась. – Камила, ну говори уже! — Топнула ногой Сашка, пребывая в лютом любопытстве. – Я не могу, это так стыдно, как это вышло вообще, почему именно со мной? — Младшая схватилась за голову. Все вместе вышли в коридоре, и оглядевшись, Алёна начала рассказывать. – Да ладно, Камил, успокойся, в этот раз не так страшно — посмеялась Алёна, вспомнив прошлогодний , можно сказать, косяк Валиевой — Кароче, шли мы по коридору, а у нее открыта бутылка с водой.  Идет такая важная спиной вперед, ярко рассказываю как будильник посмел разбудить её и налетает знаете на кого? На Петю Гуменника, да так, что его водой окатило!        Все дружно засмеялись, пока Ками все еще отходило от неуклюжей ситуации. Сашку так вообще до слёз размазало. – Ахахаха, Камила блин! — Трусова вытерла скупую слезу смеха — Уже второй раз с ним происходят какие-то странные ситуации происходят, может судьба? — Она игриво заиграла бровями. – Что, чушь не неси! — Валиева слегка стукнула её по плечу — Сначала Пекин, а потом все остальные, а то Этери голову с плеч мою и на пьедестал тряпок.       Все четверо вошли на арену Юбилейного, на которой еще докатывали мужчины свою тренировку. – Опа, мужчины! – Алён, ты бы еще погромче, а то никто не услышал — Я положила сумку на сиденье, готовясь одевать шнурки.       Поднимать взгляд от слова совсем не хотелось, ведь знала, что здесь он точно будет. И видеть его я точно не хотела, снова потеряюсь. – Душнила-а — Косторная приземлилась рядом, явно в хорошем настроении от утренней комедии Валиевой и Гуменника — О, а вот он какой катает, сухенький весь. Камил, не о чем волноваться!       Валиева лишь цокнула, и взгляда не подняв. Все оставшееся время она пялилась на Петю, как на Аполлона, что всех забавило. Парни начали покидать лёд все красные и мокрые, что еще больше привлекало, да так, что Саша и Аня взгляд оторвать не могли. – Мда, на льду он казался суше — Присвистнула Косторная – Да, Алёна, блин, хватит! — Камила встала с места и подошла к бортику, попутно схватив приказ от Тутберидзе готовиться на выход льда.       Я положила чехлы рядом с салфетницой и уже собиралась уходить, как услышала, что они упали, однако, повернувшись, меня ждал неприятный сюрприз. Он стоял, а в руках у него моя салфетница-мишка, которому сейчас несчастно дергают уши. – Хм, прикольная        И снова этот бас, от которого забытое чувство бабочек в животе. – Положи на место, ваше время закончилось. – Какая разница, я же не на льду сейчас. Или ты на столько сильно меня недолюбливаешь?       Его ухмылка, потрепанный вид, сбитое дыхание, я лужой на полу. – Оставлю это на твою фантазию — я выхватила бедную салфетницу из его рук и выбежала на лед, начав раскатку, совсем позабыв зачем обернулась тогда — Да чтоб черт тебя побрал !       Я обернулась в сторону нашей встречи, но чехлы лежали на борте, а сама светлая макушка вот-вот выходила из арены. Нет, мне нет до него дела, как и до этого поступка, я бы также сделала оа его месте, просто вежливость. Но откуда она? – Аня, напоминаю, борты не воздушные!        Крик тренера вывел меня из мыслей, постепенно погружая в работу все больше и больше без остатка воды в голове. Так и должно быть. – План на сегодня такой: 2 прогона короткой от каждого! Потом гоняем дорожки и вращения, останется время - будем прыгать. А сейчас за работу!

***

–Блять, я не понимаю ничего уже, — Трусова уселась на льду после очередного падения, полностью игнорировав возгласы Тутберидзе подняться с холодной поверхности — Может вообще зря это все? – Саша! — Я подъехала к подруге и помогла ей подняться — Не раскисай тут. Или топливо подлить? – Да я вот так ваш тройной аксель, как Алёна винт крутит.       По арене разнесся стук кулака об бортик, что означало что пора катать программы. Я сразу же уловила взгляд Даниила Марковича, который подозвал к себе. – Ань, давай ты начинай, чтобы рассмотреть, так сказать, на чистый глаз — Я отъехала на середину льда, ощущая на себе чей-то взгляд. Нет, не тренеров, а вот тревога пробрала меня до пальцев ног, а вскоре и добралась до ладошек — Щербакова, мы катать должны? Музыка уже идет! – Извините. – Заново включите.       Какой ужас. Что это только что было.       Девушка вышла со льда и схватилась за голову, осознав, что два раза подряд упала с прыжков и каскад с бабочкой намудрила. Хах, Ань, да тебе с таким то и недалеко до пролета из сборной на этот год. Ступив на недавно травмированную лодыжку, она резко заныла, заставив Аню зашипеть себе под нос. – Тебя только не хватает.       Фигуристка постояла так пару минут, но боль не утихала ни на миг. Дохромав до скамьи, она сняла конек и начала разминать голеностоп, как показывал врач. – Ань, не волнуйся так сильно из-за тренировки, это лишь пробная часть       Человек рядом приземлился с такой грацией мешка картошки, что скамья скрипнула немного. – Сильно болит? — Не хотел он снова поднимать тему травм, но кроме этого на ум ничего не приходило. – Мы с тобой вроде все тогда решили.       Парень явно замялся, испытывая чувство вины за тот проступок перед хрупкой девушкой, которая до сих держала обиду. И правильно делала, я поступил, как последний ублюдок. – Мне правда жаль, что я сорвался на тебя. Мне стыдно, но я не знаю как к тебе подойти. Ты сразу же убегаешь, как только я хочу поговорить об этом… – Может быть я не хочу, — Аня посмотрела на Семененко серьезным взглядом, которым только могла — Я же лицемерка, Жень, зачем тебе с такой говорить? – Ну, Анют, — Женя приблизился к Щербаковой и сошел на слабый шепот — Ты же знаешь, я не хотел тебя тогда обидеть. Ну что мне сделать, чтобы ты простила меня, м?       Девушка ухмыльнулась, наконец-то переводя взгляд на Семененко. Я не готова прощать его так сразу,ага, щас, много хочет петух. Думает пришел вот такой вот извиняться весь, да даже на анечку перешел, и все ему можно? Да нихрена! – Евгений, вы очень обидели меня в тот раз, — Щербакова взаимностью понизила тон и прищурилась — Я в недоумениях, что вы можете предложить мне взамен на       прощение.        Девушка поднялась со скамьи, хватая свою сумку. – Аня, подожди, ну что же ты меня как дурака динамишь все время? — Женя встал вслед за девушкой, не опуская надежду на «взрослый разговор» – Нет — Щербакова выставила руки вперед, удерживая дистанцию между ними — Главное не ходите за мной по пятам, а то подумаю, что совсем с ума сошли. Удачи — Анна фальшиво улыбнулась и покинула ледовую арену.