Реванш

      Сквозь повязку слабо пробивался тёплый свет свечей. Она сидела на мягком стуле, прочно к нему привязанная гладкими верёвками. Оттянутые назад руки болели, заставляя выгибаться в спине в попытке облегчить напряжение. Но существенного вреда это не причиняло. Лишь плетение шнура натирало каждый раз, когда она двигалась, безмолвно напоминая о её положении.       Гермиона не понимала, где находится — проснулась уже здесь. Лёгкая прохлада окутывала её обнажённые руки и ноги. Тонкое шелковое платье, в котором она вчера легла спать, совсем не приносило чувство тепла и защищённости.       Но она запрещала себе бояться, ведь всё указывало на то, что она по-прежнему дома. Гермиона ощущала знакомый запах плавящегося воска. Чистый аромат ей никогда не нравился, именно поэтому она попросила добавить в них толику эфирного масла.       Обострившиеся чувства не позволяли расслабиться, принимая ситуацию. Потому она вздрогнула, когда на оголённые плечи опустились тёплые руки. Гермиона дёрнулась от неожиданности, из-за чего верёвки заскользили по запястьям, надёжно привязанным к лакированному стулу.       — Тшш, милая, успокойся. — До боли знакомый голос мужа заставил её замереть в ожидании: — Ты же знаешь, я не причиню тебе вреда.       Он обошёл её, не опуская одной руки с плеча, а другой потянулся ослабить верёвку. С этого мгновения она была свободна, но чувствовала себя в ловушке. Он встал прямо напротив неё.       — Вставай, милая, — мягко произнёс он. — Нам нужно идти.       Гермиона спокойно поднялась. Затёкшие в ожидании мышцы медленно расслабились, тело закололо. На мгновение она замерла, привыкая к ощущению ослабленной скованности, и спросила:       — Куда мы пойдём?       — Ты не можешь задавать мне вопросов, — со смешком ответил ей мужчина. — Я отведу тебя, милая.       Небрежно подхватив её за локоть, он потянул Гермиону за собой. В его жесте не было нежности, но и боли он не причинял.       Босые ноги коснулись гладкого пола, когда она с некоторой неуверенностью сделала несколько шагов. Разница температур между комнатами была небольшой, но в полуобнажённом состоянии существенно ощущалась.       Ведомая, она прислушивалась к шороху ткани его одежды, а все её чувства сосредоточились на его ладони, что крепко обхватывала её локоть.       Она чуть подалась назад, когда босые пальцы коснулись пушистого ковра. Текстура была непривычной, её ноги буквально утопали в ткани — ни в одной из комнат их дома такого не было.       Гермиона слегка поджала губы, опуская голову. По краю повязки просачивался свет, а ковёр был белоснежно-белым. Рассмотреть что-то ещё она не успела: пол резко закружился, а спина прижалась к тёплому телу.       К полностью одетому мужчине.       На щеках вспыхнул стыдливый румянец от ощущения обнажённости перед кем-то другим. Пусть даже если он был её мужем.       — Сейчас я развяжу тебе руки. Но без фокусов, милая, — мягко прошептал он, и быстро распутал узел верёвки. Та соскользнула вниз, а он огладил обнажённую кожу предплечий в небрежной ласке.       А затем толкнул вперёд, прижимая к неизвестному объекту. Она растерялась, не в силах представить то, что находится перед ней. Он между тем растолкал её ноги, ставя в нужную ему позу.       — Если ты будешь дёргаться, то останутся следы. А мы же не хотим следов?       Гермиона не ответила, плотно сжимая губы. Мимолётная грубость её не понравилась, но в то же время она ощутила приток тепла… И стыда.       Молчание не понравилось уже ему. Он грубо схватил её за щёки, поворачивая к себе:       — Ты должна отвечать, если тебя спрашивают, милая. Ты забыла правила игры? — спросил Малфой.       — Я помню, сэр. Я не хочу следов.       Послушно повторила Гермиона и облизнула губы. Из-за его хватки рот был приоткрыт, а неспособность увидеть — возбуждала.       Когда он отпустил её лицо, она почувствовала облегчение. Но в тот же миг холодный металл коснулся её слегка саднящего от трения правого запястья, и наручники защёлкнулись. Звук взорвался в её голове, заставив резко вскинуться в попытках вернуть тепло его тела.       Но она не успела уловить и края белой рубашки, надетой на нём. Он подхватил её вторую руку первым, пристегнув с другой стороны. Раскинувшись, Гермиона безмолвно нахмурилась. Она чувствовала свободу и скованность одновременно; ощущала, насколько слабы наручники — и крепки цепи, что их держат.       Ей нельзя было говорить, но это было… Дико.       Драко отошёл прочь. Его шаги утопали в мягком ковре, но всё равно были слышны — он намеренно давал понять, где находится. Куда сильнее она чувствовала его горячий взгляд, скользящий по её телу.       — Отличный вид, миссис Малфой. — В его голосе звучало нескрываемое удовольствие и похвала. — Но этого недостаточно…       На этот раз она ничего не услышала, лишь почувствовала. Он в мгновение ока оказался около неё и снова склонился, чтобы прошептать на ухо. Гермиона почувствовала, как по телу пробежали мурашки от его приближения:       — На тебе слишком много одежды.       Гермиона нахмурилась. Лёгкое платье — то самое, что она надела перед сном прошлой ночью, — нельзя было назвать обилием. Но не посмела возразить, да и не успела. Она лишь почувствовала, как горячая ладонь провела от бедра до талии, собирая шелк в кулак. А затем он резко дёрнул, одним движением разрывая ткань.       Будучи практически обнажённой, Гермиона свела ноги вместе. За эти годы она привыкла к их играм, но время от времени чувствовала смущение. Как и сейчас, оно смешалось с чувством возбуждения, а сдавленность запястий наручниками лишь сильнее стимулировало её желание.       — Согласись, так намного лучше, милая. Но, не идеально… — промурлыкал Драко, стягивая с неё последнее красное кружево.       Оказавшись совсем обнажённой, Гермиона опустила голову, позволив волосам свободно рассыпаться. Кудри скрыли покрасневшие щёки, а перед глазами запрыгали звёздочки, когда она зажмурилась. На мгновение она позабыла, что на ней всё ещё повязка… В голове то и дело возникали привычные картины.       Его ладонь скользнула вдоль шеи, аккуратно откидывая голову вверх. Теперь он был настолько близко, что она кожей чувствовала его дыхание. В следующее мгновение поцелуй упал на её шею, а его рука опустилась на грудь, придерживая нежное полушарие.       Гермиона поддалась вперёд с лёгким стоном, стараясь продлить чувство прикосновения. И не смогла сдержать вздох.       Малфой отдал ей желаемое, сжав пальцами левый сосок. Его мягкие волосы скользнули по ключицам, когда его губы сомкнулись на правой груди. Языком он дразнящее обвёл ареолу, затем всасывая в горячий рот всё навершие груди.       Не сдержавшись, она громко застонала. Звук резонировал от невысоких сводов, практически заполнив пространство. Драко издал довольный смешок и усилил ласки.       — Драко! — Воскликнула Гермиона, когда его ладони легли на её спину, заставляя выгнуться сильнее. Ей пришлось привстать на цыпочки, буквально поддавая ему в рот свою грудь.       — Знаю, милая, — хрипло пробормотал он.       Гермиона почувствовала влажное тепло между своих ног, из-за чего задвигалась сильнее, стараясь прижаться к нему всем телом. Она заскулила, когда ей не удалось.       Сегодня он казался очень терпеливым.       — Прошу, Драко! — Её хныканье наполнило комнату, призывая его поторопиться.       Но вместо этого он остановился. Его рот оторвался от изнеженной мягкости, позволяя прохладному воздуху её окутать. На её коже незамедлительно появились мурашки.       Малфой ладонью проследил изгиб её талии, огладил напряжённый живот. Вторая ладонь легла на бедро, заставляя её развести ноги. Наконец, он прошёл прямо между них, сразу достигая половых губ. Большой палец знакомо коснулся клитора, мягко его поглаживая. А ладонью скользнул ниже, вводя сразу два пальца.       Она уже была влажной.       — Гермиона, — его тёплые губы вновь коснулись её уха. Он лизнул мочку, проговорив: — Ты всегда для меня готова.       Он продолжил ритмично двигать пальцами внутри неё, изредка слегка сгибая их и царапая мягкое тепло ногтями. Снова и снова большой палец оглаживал клитор, пока тепло продолжало назревать внизу её живота.       Гермиона сбилась со счёта. Неспособность видеть многократно усилила её ощущения. А горячая сухая ладонь не позволяла свести бёдра. Но не помешала ей поддаться вперёд, стремясь ускорить ритм.       И в тот же миг Малфой остановился, вытащив пальцы и отпустив её ноги. Разочарование накатило подобно волне, всё тело обмякло, не получив назревающей разрядки.       Гермиона обиженно скривила губы, чувствуя его пронзительный взгляд. Но не успела выразить свой протест.       — Милая, ты выглядишь прекрасно.       Тепло его тела вернулось. Драко мягко поцеловал её, втягивая в нежность прикосновений. Его поведение резко дисгармонировало с движениями минутой ранее. Она губами почувствовала его ухмылку, но всё равно вновь не могла не поддаться вперёд.       Его язык скользнул глубже, воспользовавшись мгновениями её невыраженной обиды. Глубокий влажный поцелуй застал её врасплох, из-за чего Гермиона протестующее застонала. Но Малфой не остановился, продолжая облизывать её губы.       Драко положил согретую её теплом руку на грудь, сперва мягко обводя ареолу, а затем пощипывая напряжённые соски. Колено вторглось между её бёдер, раздвигая их шире, чем прежде. Нежную кожу засаднило от трения с жёсткой тканью, но он не дал ей шанса сосредоточиться на боли.       Одним движением Малфой ввёл в неё три пальца, сразу же набирая резкий темп.       — Драко, прошу тебя, — захныкала Гермиона, когда он в очередной раз отпустил её тело. Цепочки звякнули, натягиваясь, когда она двинулась вперёд, в попытке дотянуться до него.       — Чего ты хочешь, милая? — Спросил он, возвращая руку на её тело. Но коснулся лишь клитора, не сделав и шагу ниже.       Гермиона резко выдохнула от болезненного давления:       — Тебя! — Её голос повысился до крика: — Прошу, внутри…       — Гермиона, — он хрипло выдохнул, крепко её поцеловав. Его язык вторгся в её рот, дав ей почувствовать вкус его желания.       Увлечённая поцелуем, она не заметила момента, когда он расщёлкнул наручники и подхватил её на руки. Гермиона осознала смену положения лишь в момент, когда упала на мягкую кровать, а Драко оказался сверху и поцеловал её.       Его губы были жадные, ищущие и требовательные. А её руки вновь скованы над её головой — одной ладонью он пережал оба её запястья, не позволяя двигаться. Другой рукой он вновь исследовал её тело, находя все новые способы раздразнить и разжечь страсть.       Гермиона протестующее застонала в поцелуй. Она начала извиваться всем телом, пытаясь вырваться и, наконец, получить то, чего желает. Или хотя бы снять словно магией закреплённую повязку для сна. Она замирает лишь в тот момент, когда слышит звук расстёгивающейся ширинки.       Замирает в предвкушении.       Малфой слегка помогает себе рукой, его костяшки задевают её бедро, и погружается в неё одним рывком. И начинает двигаться, усиливая темп. Он больше не сжимает её запястья, полностью контролируя её тело под собой.       Одной рукой он сдерживает её бёдра, а второй — давит в плечо, не позволяя сдвигаться с места под его толчками.       Драко движется грубо. И это не дает ей даже ухватиться за простыни.       Скопившееся желание наконец-то находит выход. Гермиона замирает, прежде чем окончательно теряет контроль над собственным телом. Теперь уже по вине оргазма. Её трясёт, из-за чего Малфой останавливается лишь на мгновение. И затем вновь продолжает движение, более грубо.       Более настойчиво.       Прежде чем резко остановиться.       — Милая, — вновь шепчет он, с нежностью смотря на закрытое повязкой лицо. Ткань намокла по нижнему краю, а рот приоткрыт в восторге. Волосы на лбу сбились от пота, обрамляя её лицо лучше любого стилиста.       Её руки бескостно раскинуты, а тело продолжает двигаться в такт его толчкам. Гермиона тяжело дышит и совершенно ничего не слышит.       Драко кончает только от её вида, изливаясь внутрь. Он падает на неё сверху, прижимая всем весом.       — Я ещё не закончил с тобой, — говорит он, прежде чем успевает вытащить обмякший член из её влагалища.       Малфой переворачивается, манипулируя её расслабленным телом, словно игрушкой. Он наконец-то снимает повязку с её глаз, заменяя её собственной ладонью. Он нежно целует её скулы, оглаживает кончиками пальцев уголки её закрытых глаз.       Он позволяет ей постепенно привыкнуть к полумраку комнаты, но движения его бёдер совсем недвусмысленны. Он толкается, помогая себе свободной рукой.       Драко усаживает её на себя, позволяя насадиться на вновь напряжённый член. Он тихо смеётся, сглаживая оставшуюся влагу с уголков её глаз. И резко тянет за волосы, вынуждая прогнуться в спине.       — Твоя очередь, милая… — шепчет он, полностью останавливая собственные движения. Лишь его рука, стягивающая кудри, напоминают о том, что он всё ещё рядом.       Гермиона хныкает, вынужденная качать бёдрами. Она не хочет сдаваться, чувствуя дрожь всего своего тела. Вначале размеренно, глубоко, а позже — быстрее.       Драко наклоняется, чтобы вновь поцеловать её ключицу. Он любуется постепенно проявляющимися метками на её коже, совсем забывая о собственном правиле «никаких следов». Он всасывает сосок, оттягивая его на себя, пока она старается нагнать удовольствие.       — Давай, Гермиона. — Он обжигающее шлёпает её, и хлопок эхом разносится по комнате, заполненной стонами. И толкается сильнее, вынуждая приблизиться к разрядке.       Гермиона сбивается с ритма, кончая второй раз. Она почти кричит от переполняющего её удовольствия, вцепляясь руками в его рубашку. Только сейчас она понимает: он всё ещё одет.       Драко подхватывает её, насаживая сильнее. И догоняет через мгновение, уткнувшись носом в её плечо и громко выдыхая.       Вместе они долго не могут отдышаться. Драко медленно выводит круги на её обнажённой спине, сгоняя прочь пряди волос. Он покачивает её тело на коленях, пока успокаивает дыхание, уткнувшись ему в шею.       Спустя время Малфой приподнимает её, укладывая на постель, и убирает обмякший член в штаны. Он наклоняется, оставляя лёгкий поцелуй на её щеке:       — 1:0, Гермиона.

***

      Малфой сидел в своём кабинете в ожидании собрания акционеров, запланированного на этот вечер. Начать свой бизнес оказалось довольно просто, но свой кусок пирога норовил урвать каждый третий. Так, компания разрослась, постепенно приняв несколько важных стратегических решений для будущего развития.       В кабинет постучались, помощник должен был принести документы из архива. Но дверь толкнули, прежде чем он успел сказать хоть слово.       — Мистер Малфой, — кокетливый женский голос никак не вязался с низким тоном его помощника. — Я принесла кофе.       Гермиона заманчиво покачала дурацким картонным стаканчиком, на котором вспыхивали согревающие чары.       — Что ты тут?.. — Драко не успел закончить вопрос. Гермиона поставила стакан на край стола и приложила палец к губам, игриво подмигнув.       — У меня собрание через полчаса, — он покачал головой. Но его руки уже обняли тонкую талию жены, притягивая ближе к себе.       Гермиона наклонилась к нему, прильнув в нежном поцелуе. Её руки юрко нырнули под пиджак, оглаживая бока…       Их прервал стук в дверь. Гермиона быстро нырнула под стол, воздавая должное непрозрачной деревянной столешнице.       — Входите, — чуть громче нужного сказал он, вызвав тихий смешок собственной жены.       — Мистер Малфой, все прибыли, готовы начать собрание раньше?       Помощник положил папку из архива на стол, с лёгким удивлением посмотрев на стакан. Малфой кашлянул, отвлекая его внимание.       — Пригласи всех, — кивнул он, взяв кофе в руки.       Когда помощник вернулся в приёмную, Гермиона тихо пробормотала дезиллюминационное. Акционеры вошли в кабинет, рассаживаясь за стол переговоров. Малфой тоже опустился назад в кресло, придвинувшись ближе к столу.         Гермиона ухмыльнулась, положив ладонь на его колено, а другой потянулась к ширинке брюк.       Всё шло по её плану.