Эйфория.

— Знаешь, Джон. Мне кажется, что всё таки, какая-то польза в этом есть.. Ну, знаешь, мне кажется, что, когда я «отдаю» тебе свою энергию, то у нас происходит симбиоз, понимаешь? — Лололошка сжимает ткань своей кофты. В какой-то степени ему казалось, что он говорит о чём-то глубоком, о чём-то личном. Джон пару секунд размышляет, смотря сквозь Лололошку, а после возвращая осознанный взгляд на собеседника, стягивает очки на нос. — Симбиоз? То есть ты сейчас, ничего не смыслящий в науке, магии и в принципе, не понимающий ничего о нашем слиянии, утверждаешь, что я не прав и лепечешь о том, что «Дружба и любовь спасают мир, а вместе мы сильнее!», как в детских сказочках да мультиках? — смотрит насмешливо, как обычно и умеет. Лололошку кольнула небольшая обида. — Джон, я не оспариваю твою точку зрения, просто говорю тебе о своих ощущениях.. Я действительно чувствую это... Будто я не только отдаю, но и получаю. Признаться честно, я даже чувствую эйфорию при передаче тебе своей энергии. Джон смотрит на умолкнувшего Лололошку чьи глаза были устремлены в пол и усмехается. Что же, может стоит показать его глупому двойнику, что думать не его? Джон ухмыляется и придвигается ближе к Лололошке под скрипучий стон кровати, получая заинтересованный взгляд. — Раз уж в тебе плещется такая уверенность, то из своего исключительно научного интереса — Как-никак, твоя теория занимательна. — Мы её проверим. — Лололошка в недоумении Смотрит на Харриса. Удовлетворённый обращённым на него вниманием, Джон ухватывает двойника за подбородок, сжимая пальцы, чтоб уж наверняка, и получает в ответ тихое и недовольное шипение со слабой попыткой дëрнуться. — Да не дëргайся ты! Не сахарный, не растаешь. — Цикает Харрис, приближаясь недопустимо близко и выдыхая в чужие губы. Лололошка сразу замирает, чувствуя как по телу бегут табуном мурашки, а щеки загораются огнём и в растерянности смотрит на Джона. — Джон, что ты... — На одном вдохе произносит Лололошка, но не успевает закончить, как об его губы ударяются чужие, а Джоновы пальцы притягивают его за подбородок ближе, сильно надавливая на челюсть, в немой просьбе, нет, скорее даже приказе, открыть рот пошире. Лололошка противится. Не то чтобы он не хотел поддаться.. Джон сейчас выглядит невообразимо властно и даже горячо, как бы странно это не звучало с учётом их почти полной идентичности, но вспоминая свою маленькую обиду, хотелось проявить непокорство, так, в отместку. Он уворачивается от чужих губ(насколько это возможно с учётом давления на его подбородок) и сильнее сжимает челюсть, из-за чего двойник мажет по щеке и хмурится, раздражённо вздыхая и останавливая себя от желания вывихнуть сжимаемую им челюсть. Воспользовавшись этой заминкой, Лололошка сам поддаётся вперёд и впивается своими губами в чужие, обхватывая руками, что до этого и не знал куда деть, шею напротив, не давая возможности отстраниться от неожиданности. Джон распахивает глаза в удивлении, но после хитро щурится. — Один-один, красавица. — Проскальзывает в его мыслях, а свободная рука находит опору на чужом затылке, зарываясь пальцами в волосы. На удивление Лололошка проявляет ярую заинтересованность процессом, налегая на чужие губы, сминая и покусывая, смачивая их слюной. Джон так же не отстаёт, пытаясь перехватить инициативу в свои руки. Вообще-то именно он это начал и выходит уж как-то слишком не честно. — Фу, ты как слюнявый щенок. — Шепчет он в губы Лололошки при одной из нечастых передышек(Лололошка решает тактично промолчать на колкость), а после впивается в них с новой силой, выбивая сдавленный стон, не то чтобы от неожиданности, а скорее от напора. Харрис надавливает на чужой, слегка мокрый затылок и наконец расцепляет пальцы на подбородке, в этот раз ухватываясь за потрёпанную временем ткань, сжимая и притягивая двойника ближе, что заставляло почти вжиматься в друг друга. Лололошка же для большего удобства, перемещает руки на Джоновы плечи. Харрис ненадолго оставляет истерзания чужих губ, только чтобы прошептать немного охрипшим голосом укоризненное — Может уже приоткроешь свой чудный ротик, красотка? Ты нас тормозишь. И Лололошка повинуется, просто потому что хочется. Просто потому что в этот момент маленькие обидки могут и подождать. Просто потому что ему нравится. Джон сразу проникает в чужой рот языком, мысленно удовлетворено хмыкая и дабы показать своё одобрение, сильнее зарывается пальцами в чужие волосы, разлохмачивая пряди, слыша довольное, глухое мычание. Он скользит языком по верхнему ряду зубов, задевая дëсна и сразу же заводит его за чужую щëку, не так уж он любит вылизывать чьи-то рты, эти прелюдия были придуманы только для сентиментальных немощей. Он чувствует как кончик чужого языка ударяется о его, сначала осторожно, но в то же мгновение приобретая уверенность, а руки на плечах — сжимают их. Они сплетают языки и напористо целуют друг друга с мокрыми звуками, крадут воздух у друг друга, оба хотели проявить большую инициативу задыхаясь в страсти. Эта небольшая борьба продолжается ещё около минуты, но чувствуя, как кружит голова, а рассудок мутнеет от нехватки кислорода, оба синхронно, будто ощущая друг друга, отстраняются, рьяно хватая ртом воздух, не отводя томных взглядов между собой. — Ну и как тебе наш царский поцелуй с элементами кусающего? Чувствуешь нотки эйфории? — усмехается Джон в издëвке, довольно приподнимая уголки губ. — Знаешь, а ведь есть поверье о первом французском поцелуе, среди мироходцев в моей вселенной. Есть один такой мирок, ничем не примечательный, там даже уровень магии крайне низок, редко что-то подобное встретишь. В этом мирке, в одной из стран... Кстати название страны и этого вида поцелуя однокоренные. Так вот, говорят, что однажды, известная герцогиня остановилась в одном селе проездом и отведала там местного вина. Ей настолько понравился его вкус, что она решила выведать секрет чудо-напитка у винодела, что жил там. На её вопросы Жан Луи де Филлип де Труа сказал, что секрет в особом поцелуе, потому как он каждое утро страстно целует каждую виноградинку. Он предложил молодой герцогине продемонстрировать это действо. Винодел взял виноградинку, надкусил её и прильнул губами ко рту девушки, проталкивая ягоду в её рот. По мне так, легенда сущий бред, но помимо неё есть так же и другие, менее популярные. К примеру есть ещё одно поверье о том, что изначально человек имел в себе сразу две половины и мужскую и женскую. Но навлëкши на себя гнев богов-... — Джон! Заткнись, ради всего святого! — Лололошка возмущённо фыркает и отворачивается в попытке скрыть свои пунцовые щëки. — Тц... Бестолочь. — Закатывает глаза Харрис, не удовлетворëнный тем, что его монолог перебили.

***

Джон убеждает себя, что то чувство экстаза, что он испытал во время их своеобразного эксперимента, да, точно, эксперимента, больше походит именно на эйфорию от передачи энергии. Он и сам не понял или же просто не захотел признавать, что та самая эйфория была вызвана несколько иным.