омежий трепет.

Чонгук быстрым шагом идёт по холодной улице, пока по его щекам бегут горячие слёзы. Сердце сжимается, руки болят от уже появившихся синяков, из брови выступают капельки крови. На нем лишь тонкие домашние штаны, футболка, наспех надетая тонкая куртка и кроссовки. Он не знает сколько прошло времени с его «прогулки» когда он останавливается напротив многоэтажки. Останавливается на пару секунд и уже буквально бежит вовнутрь. Забегает в лифт, нажимает цифру 7 и поворачивается к зеркалу. Стирает мокрые дорожки, пока стекают новые. Веки припухли, глаза, нос и губы покраснели, волосы растрёпанные. Единственное, что ему сейчас хочется — оказаться в объятиях своего омеги, что обязательно успокоит и приласкает. Сделает все возможное, дабы не видеть на любимом лице боль. Двери лифта открываются, он выбегает из него и нетерпеливо звонит в дверь. Но только сейчас вспоминает, что к его паре сегодня приехали родители. Руки стали сильнее дрожать, пока он слышит копошения и звук открывающейся двери. Видит улыбку Тэхёна, что через секунду пропадает с лица. Взгляд становится таким испуганным и встревоженым. Не успевает ничего сказать, как Чон сразу же налетает на него с объятиями и всхлипами. Он снова забывает о том, что к его любимому омеге приехали родители, но самому Киму это неважно. Он прижимает к себе дрожащее от эмоций и холода тельце, целует в спутанные волосы. Берёт его на руки заходит в квартиру, закрывает дверь и уходит в ванную крикнув родителям, что сейчас придёт. Закрыв дверь в ванную, он вновь замирает разглядывая разбитую бровь, губу, опухшие глаза. — Мой маленький, что случилось? — раздаётся шёпот. После чего Тэхён аккуратно стягивает куртку видя синяки на теле. — Чонгук-и, кто это сделал? Скажи мне. Чонгук лишь головой мотает не зная с чего начать и обнимает крепко своего омегу. — Родители узнали, что я все ещё встречаюсь с тобой.. Сначала было все спокойно, не знаю.. Может думали, что ошиблись, но потом они видимо услышали как мы разговаривали с тобой по телефону и вот, — отстраняется чутка, разглядывая синяки. — Они в такой ярости были, Тэхён. Хрупкое тельце лишь сильнее дрожать начинает. Тэ глаза прикрывает и сильнее прижимает к себе, стараясь не причинить больше боли. — Они сказали, что если мы с тобой не расстанемся, то оставят меня ни с чем, что их не увижу больше. Найдут мне альфу, чтобы он мне дурь из головы выбил, — поднимает голову и смотрит в чужие глаза, что болью за своего мальчика наполненны. — Но мне плевать, Тэхён, если они не могут принять то, что я люблю тебя, принять то, что я счастлив, угрожают и избивают. Я всегда буду выбирать тебя. Просто обидно.. Могли бы поговорить со мной, спросить чего я хочу. Но я бы ответил, что хочу быть с тобой, мне все равно, чего они хотят от меня. Я хотел к тебе, было сложно, но я сбежал. — Мой маленький.. ты не вернёшься туда. Обещаю. Переедешь ко мне. Вернёмся туда вместе за твоими вещами. Отец с нами пойдем, чтобы безопаснее было. — Твои родители такие прекрасные, — с улыбкой говорит Чонгук. — Я счастлив, что они приняли твою ориентацию и хорошо относятся к нам, — искренне заканчивает. Чонгук тянется за лёгкими чмоками, отстраняется и судорожно вдыхает рассматривая себя в зеркале. Ким прикусывает губу и тянется за аптечкой. Берёт оттуда средство для обработки и ватные палочки. Стирает кровь и вновь обрабатывает. Разглядывает уставшее лицо и целует его. Каждый миллиметр. — Пойдем в спальню, я дам тебе свои вещи, а потом чай заварим. Поговорим с родителями. Чон виновато смотрит, а Ким удивлённо брови вверх скидывает. — Прости.. я совсем забыл, что у тебя родители. Тэхён по-доброму глаза закатывает и улыбается. — Дурачок? Тебе всегда тут рады. Ты не должен просить прощения, тем более в этой ситуации. Я рад, что ты ко мне пришел, а не пошел бродить. Мой дом — твой дом, так было всегда и будет. Гук кивает и идёт в спальню Тэхёна. Тот ещё раз выкрикивает, что скоро придёт. — Сейчас дам тебе твою любимую футболку. Чонгук счастливо взвизгивает и тянет руки беря черную футболку с белыми мордочками зайца, снимает с себя все вещи до боксеров не стесняясь. Тэ снова замирает разглядывая животик омеги. — У тебя и тут синяки.. Чонгук, я еле сдерживаюсь чтобы не поехать к ним, — злость, боль и обида начинает лишь сильнее бурлить. Он понимает, что один против взрослого альфы и взрослого омеги ничего не сделает, но от этого все те эмоции не деваются. Омега лишь губу прикусывает и вновь обнимает старшего, что опускается на колени начиная оглаживать чужие бедра, а губами начинает целовать все следы. Они пройдут, но те, что остались на душе — будут с ним ещё много-много лет. Гук вздыхает и прикрывает глаза, пальцы в волосы вплетает пока на щеках снова появляются слезы. Через пару мгновений, Тэхён поднимается, стирает влагу и целует веки оглаживая большим пальцем щёку омеги, а другой рукой бедро. Отстраняется и даёт младшему одеться. Берёт его за руку направляясь на кухню. Родители Тэхёна поворачивают голову и сразу же ахают смотря на оголённые руки, разбитую губу и бровь. Мама-омега Тэхёна обеими руками прикрывает рот и встаёт со стула, медленно подходит и обнимает аккуратно Чонгука поглаживая его спину, целует в макушку и раскачивается. Чувствует как её обнимают в ответ, а светло-голубая блуза становится мокрой. — Мы слышали то, что ты говорил, но не думали, что все настолько плохо. — Простите.. — виновато произносит Чон. Чувствует ещё одну руку на своей спине, в этот раз она грубее. Это отец Тэхёна. — Тебе не нужно извиняться, Гуки. Ты правильно сделал, что пришёл сюда. Тэхён — твое безопасное место, — говорит он. Чон шмыгает носом и отстраняется. К нему сразу же льнёт Ким младший и за талию обнимает оглаживая синяки, что скрыты тканью. — Чонгук переезжает ко мне. Я не дам ему жить с людьми, которые не принимают его. Пап, поедешь со мной потом за вещами Чонгука? Сам я не справлюсь. — Конечно пойду, Тэхён. Ради твоей и Чонгука безопасности. ____________________ Вечер, несмотря на весь день, проходит очень уютно. Хорошее настроение перекрывает плохое. На душе цветут цветы, на лице каждый раз появляется улыбка. Омеги проводили старших и остались одни. Стоя в прихожей, Чонгук поворачивается к своему омеге кидается на него с объятиями и поцелуями. — Спасибо, вечер был очень уютным. Мне очень понравилось. Твои родители что-то с чем-то. Тэхён тихо хихикает и отвечает на нежные поцелуи своей первой, но такой сильной любви. Тэхёну 22, Чонгуку 19. Они вместе почти 5 лет. Не смотря на такие длинные отношения, родители Чона все ещё не пытаются принять, что его интересуют омеги. Один единственный омега. В какой-то момент, они думали что те расстались, даже обрадоваться успели, но одна неосторожность, что произошла сегодня дала им понять, что они ошиблись. Несмотря на такой длинный и тяжёлый путь, они справляются. Они поддерживают, ценят, оберегают, любят. Они не устают друг от друга, они постоянно пробуют что-нибудь новое друг с другом. Устраивают свидания, что иногда оказываются безумно странными, смешными, романтичными. Но даже без этого они не устают друг от друга. В сексуальной жизни они также ищут разнообразие. Но не потому что все приедается, а потому что хочется, нравится. Но в их жизни также очень часто бывает обычный секс, нежный, медленный, иногда грубый и быстрый. Но это им, если честно, нравится намного больше. Сейчас же Тэхён приподнял Чонгука на руки и идёт с ним в спальню целуя, кладет на кровать и берёт заживляющую мазь. Они зачастую используют её после секса, но и с обычными синяками она на удивление справляется. Снимает с младшего футболку и выдавливает на свои пальцы немного содержимое тюбика и после чмоков наносит её на пострадавшие места. Закончив со всем, Тэхён моет руки и быстро возвращается, ложится рядом с омегой поглаживая его щёчку. — Теперь нам точно ничего не помешает жить счастливо, мой любимый омега. — Да, милый. Только мы с тобой, — шепчет в ответ младший и тянется за поцелуем на который ему отвечают. И действительно, дальше они живут счастливо, им почти не мешают родители Чонгука. Лишь иногда звонят, а для чего они не знают, так как омега не отвечает. Они все ещё не устают друг от друга, лишь сильнее любить начинают. А в будущем они обязательно возьмут ребёночка из детского дома, где тот будет расти в любви и заботе. Что тоже собственно, и происходит.