Таймер

      Тридцать минут.       Даже знав о встрече заранее, Шуичи умудрился опоздать на рейс и прилетел на Лофу Сяньжоу позже назначенного времени. В Переулке ауруматонов уже столпилось приличное количество народа, привыкший к одиночеству программист поначалу успел потеряться и не сразу заметить нужную вывеску. Будь он здесь по работе — вряд ли бы вообще посмотрел в сторону «Чайной Ду»…       Ах да, точно. Саихара действительно оторвался от созерцания строчек кода ради другой «работы».       Двадцать две минуты.       Его встретили с широкой ухмылкой на лице.       — Ха, в вашем аппендиксе Нус не знают, что такое отдых? Я бы посочувствовал, если бы мне не было та-а-ак плевать, — развалившись в кресле с рюмкой буквально горящего чая, ожидавший восемьдесят пятого члена Общества Гениев парень явно навеселе. Уши представителя лисьего народа стояли торчком, сверкая на свету металлическим каркасом протезов. Хватило одного глотка, чтобы заглушить порцию напитка, после чего тот продолжил: — Учти, я вычту твоё опоздание из нашего времени.       Шуичи вздохнул и покорно кивнул, присаживаясь напротив собеседника. Как-то оспаривать или возражать хитрому лису — себе дороже. Далеко не каждый в мире имеет смелость экипажа Звёздного экспресса, дабы тягаться с Охотниками за Стелларонами.       «Мастер жизни», он же человек, сейчас набивающий рот горячими шаомаями. Настоящее имя неизвестно, как и внешность, ведь преступник никогда толком не показывался, в отличие от коллег. За поимку гениального биоинженера, способного словно заботливая швея сшить из материи голограмм практически что угодно, КММ назначила чуть больше семи миллиардов кредитов. И спокойно жующий тесто с сыром паренёк прекрасно осознавал своё положение, иначе при первой встрече не представился бы Кокичи Омой.       Двадцать минут.       Смеющийся с очередной шутки про некомпетентность Общества Гениев Кокичи продолжал болтать обо всём и ни о чём, будто пришёл на встречу с другом, а не передавать часть своих инновационных разработок. По каким-то причинам он одновременно любил и ненавидел последователей эона Эрудиции, поэтому около пары месяцев назад Саихара проснулся от непрекращающегося шума за дверью каюты. Вся станция Герты буквально погрузилась в хаос, когда на неё напала армия клонов-монстров «забавы ради» и передала сообщение своего хозяина о желании сотрудничать с разработчиками Виртуальной Вселенной. Даже невпечатлительная Герта заинтересовалась подобным предложением, что бывало раз в никогда.       В общем, совсем ещё зелёный, считавший, что был избран Нус случайно Шуичи и не смел думать, что именно ему поручат стать переговорщиком одной эксцентричной личности для другой. Вместе с постоянными баг-фиксами поведения существ теперь тот также изучал хаотичные строки кода от самого скрытного Охотника за Стелларонами. И, честно говоря, не признать филигранную точность копирования поведения живых монстров и людей просто невозможно.       — Эй, ты опять молчишь. Расскажи что-нибудь из вашего глупого-глупого процесса разработки Вселенной, я хоть посмеюсь, — насупившийся из-за ненастоящей обиды Ома частенько вёл себя по-ребячески, в том числе по переписке. Ещё и зачем-то отправлял тонну текстовых смайликов, будто этот умник застал создание КММ и про стикеры не слышал. Впрочем, у программиста была одна мысль…       Резкого потока воздуха прямо в ухо чересчур задумавшийся бедняга никак не ожидал. Оказавшийся позади кресла Кокичи тихо посмеивался, явно довольный чужим испугом. В разноцветных глазах плясали огоньки озорства от лицезрения покрасневшего собеседника.       — Ну вот, ты снова здесь, со мной! Саихара, невежливо игнорировать снисходительного инвестора, без которого ваши безмозглые виртуальные фигурки так бы и бегали туда-сюда, — с ноткой уже вполне реальной обиды проговорил «Мастер жизни» и, абсолютно не обращая внимания на косые взгляды посетителей, вновь приблизился и прошептал: — Да и без меня эта карга не посмотрела бы в сторону моего любимого инженерчика из собственной команды, верно?       Шуичи хотел бы возразить, что и не добивался чьего-то признания (тем более целого эона!), однако из-за смущения у него полностью отнялась способность разговаривать. Их встречи вживую длились от силы полчаса, и за тридцать минут ушастый манипулятор успевал опустить столько двусмысленных фразочек, что парень не знал, куда себя деть. Самое ужасное — флирт действительно работал, с каждым новым сообщением или брошенным заинтересованным взглядом Саихара чувствовал, что всё быстрее копает себе яму. А созерцающий беспочвенные попытки выбраться бесхвостый лис лишь смеётся.       Одиннадцать минут.       Кое-как успокоившись после прямой атаки, член «аппендикса Нус» наконец заполучил заветный файлик-документ с поведением бывших солдат Облачных Рыцарей, поражённых марой. Конечно, не полный, Ома делился только черновиками, ведь всё ещё «на детородном органе вертел» Общество Гениев и вообще ни с кем кроме Шуичи разговаривать не желал. Впрочем, если вспомнить, что у КММ до сих пор нет чёткого портрета сидящего напротив человека…       — Саихара, а пойдём потеряемся в Саду безмятежности? Нас до смерти напугают призраки, и мы станем одними из них! Всё лучше, чем постепенно гнить в дряхлом теле! — Кокичи также частенько любил резко вбросить какую-то бредовую мысль и развивать её, накидывая больше безумия. Уменьшить Звёздный дворец вместе с персоналом и поиграть с ними, послать Звёздному экспрессу вирус, полопать все пузыри снов в Пенаконии… И люди, и представители лисьего народа, и роботы оборачивались на невысокого паренька, несущего полную околесицу, но его самого это, кажется, совершенно не волновало. Лишь бы собеседник слушал, а что именно — неважно!       Шуичи не раз со стыдом приходилось признавать, что, отбросив любую логику, было интересно слушать очередную придумку и наблюдать, как Охотник смешно морщится, стоит внести ремарку.       Четыре минуты.       В последнее время их встречи вживую всегда заканчивались здесь, под сенью оранжево-красной листвы и вдали от остального шума. Как обычно заплатив за двоих, Ома уводил спокойно следовавшего за ним программиста в укромный уголок и получал то, ради чего настоял на личном присутствии. И если бы новичку Общества Гениев сказали пару месяцев назад, чем тот будет заниматься добровольно — в жизни бы не поверил.       Клыки представителя лисьего народа были немного короче остальных зубов, будто ещё не до конца выросли. Сам Кокичи своей неровной улыбкой гордился и говорил, что они останутся такими навсегда. Хотя, неважно, врал ли он или нет — менее острыми на ощупь те не стали.       Стиснув одежду на чужой талии, «Мастер жизни» прижал Саихару к стене и лишь сильнее углубил поцелуй. Целовался он жадно, с чувством, выплёскивая все накопившиеся эмоции разом. Погружённый в работу молодой учёный оправдывал перед коллегами излишне яркие губы острой едой, правда, на деле причина крылась в кое-чём другом. Точнее, кое-ком, любящим кусаться в страстном порыве.       Он не помнит точный момент, когда напряжённо-дружеские посиделки в различных заведениях Лофу Сяньжоу превратились сначала в гляделки с определённым намёком, а после и в… Это. Ома делал всё, что ему вздумается, менял по несколько раз условия сотрудничества и нарушал любое личное пространство. Даже в собственной каюте на станции Шуичи не мог найти покоя от ужасно интересного гения, уже вовсю флиртующего с «любимым инженерчиком».       Как бы он не отрицал сей факт, подобное внимание не было неприятным. Тем более от вечно улыбающегося Охотника за Стелларонами, волосы которого мягче шёлка. Запустив руку в отросшие до плеч топорщащиеся волосы и вызвав одобрительное хмыканье, Саихара случайно нащупал кругообразный шрам прямо под затылком. В первые встречи мастер клонирования предпочитал присылать своих марионеток-копий, выглядящих даже реалистичнее кукол Герты, и отличить настоящего от подделки можно было с помощью шрама. Благо, немаленькая разница в росте позволяла рассмотреть его. Присутствие реального Кокичи означало одно — тот, несмотря на опасность, хотел быть здесь, хотел видеть Шуичи рядом с собой.       Сама мысль об этом… Грела созревшее чувство, название которому давать не хотелось.       Стоило руке медленно опуститься и провести по спине, как Ома промычал что-то нечленораздельное и со звонким звуком отстранился:       — Эй-эй, я же просил: без рук! У меня и так позвоночник с трещинами, всё никак залатать не могу! — судя по опустившемуся взгляду, биоинженер сморозил очередную ложь, дабы скрыть вселенскую неприязнь к собственному телу. Иронично, если вспомнить его специальность и любовь к искусственным организмам…       — Хорошо-хорошо… Прости, — тихо проговорил Саихара и очертил пальцами контуры миловидного лица. Его обладатель легко усмехнулся и сам притянул члена Общества Гениев обратно.       Две мину…       Парой движений таймер, отсчитывающий время встречи, был выключен, а телефон отброшен подальше в карман. Плевать, что Кафка напишет гору сообщений, интересуясь, где обещанная поддержка голограммных солдат Облачных Рыцарей. И неважно, что Светлячок потом раз двадцать спросит с невинной улыбкой о прошедшем свидании. Он хотел увидеться с горячим учёным от «аппендикса Нус» — он это сделал. В конце концов, Элио не был против небольших корректировок в сценарии… Да и Стелларон вряд ли куда денется за полчаса.       Опухоль всех миров — ничто по сравнению с опухолью человечества, именуемой «любовью».