Лилия

      Что же делать, если люди отворачиваются от тебя, не веря в то, что ты искренен в своих словах и поступках? Что делать, если любимый человек смотрит на тебя с плохо скрываемой ненавистью? Отчего же они не верят, что ещё нужно сделать, чтобы они поверили?!       Они говорят, что я ветреный. Хах. Очень смешно, неужто они забыли? Да, вероятно они забыли. Просто забыли. Все верно. Точно.       Голова болит от них уже, вечные упрёки в сторону меня, а любимый человек и вовсе больше не любим.       Вот это загадка, некая головоломка вам на вечер. Поразмышляйте, пока я буду рассказывать вам свою историю.       Меня зовут Ким Тэхён и мне двадцать пять лет. Этого достаточно, не буду углубляться в то, где учился, кем работаю и так далее. Лучше расскажу про свою историю. А начинается она так.       — Тэ, сходи в магазин за продуктами, пожалуйста, — просит старушка с глазами, похожими на два потускневших сапфира.        — Конечно, бабуль, все как обычно или ещё что-то купить?               — Да, есть ещё кое-что, — со слабостью в голосе проговаривает старушка. Ей давно не двадцать лет, годы забирают свое, поглощая с каждым днем все больше. — Можешь сходить в цветочный и прикупить там лилий? Давно я не видела столь прекрасных цветов.               — Хорошо, бабуль, жди меня, скоро буду.               — Ох, внучек, куда же я денусь, — с доброй улыбкой проводила юношу, отправив по делам.        Тэхёну семнадцать лет и он живёт с бабушкой уже два года, помогая ей. У него есть семья, родители и двое братьев, Хико и Хирико, он в семье средний. А переехал он к бабушке по одной простой причине: о ней никто не хочет заботиться. Даже собственный сын забыл о своей матери.               Тэхён очень любит свою бабушку, поэтому вызвался ухаживать за ней, да и до школы не далеко. Учебе не мешает и хорошо. Отличный вариант. Его отпустили быстро, совсем не переживая о нем. Тэхен быстро вырос. Стал более самостоятельным и начал подрабатывать в одном цветочном магазине, что находиться в пару домов от бабушки.       Придя в продуктовый магазин, он быстро закупился нужными товарами и, собираясь уже уходить, увидел вдруг парня. На вид ему было около шеснадцати лет, он стоял у стеллажа с фруктами и никак не мог выбрать подходящее авокадо. По доброте душевной Тэхен решил подойти помочь бедолаге.              — Нужна помощь?              Юноша что-то старательно разглядывал в авокадо, смотря на него жалким взглядом, будто ждал, когда же оно ему скажет, что оно то самое.       — А? — обернувшись на незнакомый голос, удивленно спросил юноша.              — Помощь, говорю, нужна? — указывая на злосчастный авокадо. — А то ты так на него смотришь, будто сейчас заплачешь.              — Нет, не нужна, — положив ягоду обратно в корзинку, юноша обернулся, чтобы отойти к другому стеллажу.              — Ты правильно о нем думал, он хороший, лучше его взять, — ухмыльнувшись, Ким вышел из магазина, оставив парня стоять в недоумении.       «Знал бы я, чем это все обернётся, подошел бы еще раз, и подходил бы всегда».       Придя в цветочный, он поздоровался со своим сменщиком и попросил его завернуть букет лилий. Конечно, он их купит, даже если работает там. Сегодня он покупатель.              Попрощавшись со знакомым, он выходит на улицу. Идя по тротуару, лицом ловя нежный теплый ветерок, настроение вмиг улучшается. Все тревоги отходят на второй план, мнимая свобода раскрывает свои объятья парню. На дворе конец апреля, а если быть точнее 29 апреля. Скоро день рождения его бабушки. Ей исполняется 75 лет. Они планируют, как всегда, провести этот день вдвоем. Правда Тэхён слышал, что бабушка с кем-то бурно обсуждала предстоящий день, так что он сомневается в количестве человек на празднике.

***

      — Тэхён, внучек, подойди сюда, пожалуйста.              — Что такое?              — Тэ, ко мне должна зайти сегодня моя подружка Черён. Она придет со своим внуком, надеюсь, ты не будешь против.              — Нет, что ты, бабуль, я только за, как раз посидишь с тетушкой, вы так давно не виделись, — с улыбкой поговаривает Тэ. Ему тетушка Черён, очень нравится, он ее помнит еще с раннего детства, когда она ему приносила всякие вкусности. Особенно ему нравились ее булочки. — Надеюсь, тетушка принесет свои фирменные булочки, я так их давно не ел.              — Хах, вот паршивец, а мои булочки ему значит, не нравятся?              — Нет, что ты бабуль, твои тоже очень вкусные, просто у тетушки они какие-то особенные.              — Ну ладно, соглашусь, они у нее получаются очень вкусными. А она, зараза эдакая, не делится рецептом.              — А ты вечно пытаешься выведать у нее рецепт, — посмеялся парень.              — Конечно, на старости лет уж можно сказать, мне скоро в гроб ложиться, а она все молчит.              — Бабушка, — тут же помрачнел Тэхен, ему категорически не нравятся все эти разговоры про смерть, особенно, если бабушка начинает их, говоря так, будто в этом ничего такого нет.              — Ну что бабушка? Ой, все.       В дверь постучали несколько раз, а бабушка уже причитает, что ее драгоценная подруга так и не научилась вовремя приходить, даже вместе с внуком. Видимо это у них в крови.              Тэхен идет открывать дверь и застывает на месте, видя того самого юношу из магазина. Быстро опомнившись, он пропускает гостей в квартиру, сразу уходя на кухню. Нет, он не бежит от незнакомого юноши, просто тот появился неожиданно. Тэхен не думал, что его когда-нибудь еще встретит, хотя юноша снился ему уже целую неделю. Что-то в нем цепляло, но вот что?              — Тэхен, ты где там застрял? — позвала его старушка.              — Сейчас, одну секунду.              Зайдя в гостиную, он увидел занимательную картину. Юноша сидит между старушек и жалобно смотрит на Кима, прося немой помощи.              — Тэхен, — зовет бабушка, — знакомься, это Чонгук. Чонгук, это Тэхен, мой любимый внучек, — горделиво вскинула голову женщина.              — Приятно познакомиться, — протягивая руку, говорит Ким.              — Мне тож… — не успевает договорить юноша, как его тянут за протянутую им руку на себя.              — Поможешь мне на кухне? — склонив голову набок, интересуется Тэхен.              — Да, конечно, — все еще держась за руку Кима, бодро говорит Чон, проходя на кухню.       Сев за стол на кухне, между парнями повисла пелена напряжения и неловкости. Киму на самом деле не нужна была помощь, он спас этого парнишку от старушек, потому как знает, как они могут заболтать. Мертвого разговорят.              — Чай или кофе?              — Просто воду, пожалуйста, — взяв протянутый стакан воды и жадно отпив, проговорил Чон, — спасибо, что спас меня от них. С ними двумя сложно, я со своей бабушкой то не справляюсь, а тут их две.              — О, да, — протянул Тэхён, — я прекрасно помню, как тетушка Черён рассказывала мне всякие истории, а я даже слова вставить не мог, — улыбнулся парень и присел рядом, — так ты живешь с тетушкой или просто приезжаешь в гости?              — Нет, но видимо скоро перееду к ней, а так пока я перебежками, то у нее, то у родителей. Помогаю ей с всякими делами. А ты тут, я так понимаю, живешь?              — Да, уже как два года, — улыбнулся Тэхён.              — Получается, ты переехал к ней в пятнадцать? — удивленно спросил Чонгук.              — Ага.              Чонгук не стал более ничего спрашивать, да просто наблюдал за быстрыми движениями парня, что справлялся с готовкой не хуже, чем его бабушка.       Доготовив ужин, Тэхен быстро накрывает на стол, попутно зовя старушек, пока Чонгук смотрит на него с восхищением. Ему всего семнадцать, а он уже достаточно самостоятельный парень, не то, что Чонгук. Не успев опомниться, как перед Чоном уже стоит тарелка с ароматным супом и кимпабом.

***

      Чуть прохладный ветер обволакивает тело, пуская мурашки. Весенние ночи самые комфортные по скромному мнению Ким Тэхена. Они наполнены будоражащей свободой от всех проблем, звезды над головой будто забирают себе все тягостные мысли, позволяя ощутить себя беззаботным и легким человеком. Пусть это всего на несколько часов, но ради этих часов стоит жить.              Тэхен погруженный в свои мысли, чувствует, как кто-то подсаживается рядом с ним, тихо вздыхая. Это явно Чонгук, Тэхен в этом не сомневается. Тишину нарушать не хочется, оттого они сидят вдвоем на скамейке возле подъезда Тэхена.              — Тэхен, — тихо-тихо позвал Чонгук, — прости за некорректный вопрос, но почему ты живешь у тетушки Лии?       — Потому что мои родители ни во что не ставят меня и бабушку, я единственный кто вызвался ей помогать. Мне с ней лучше и легче, чем было с ними. Поэтому недолго думая, я собрал все свои пожитки и переехал к бабушке, — открыться было невероятно легко, он давно принял всю ситуацию и, что родители давно перестали видеть в нем хоть что-то родное.       — А ты почему собираешься переехать к тетушке Черён?       Все это время, пока Ким говорил, Чонгук смотрел на звезды в его глазах. Они завораживали, в них вся вселенная отражалась.              — Звезды красивые, — ответил Чон.       — И правда, очень красивые.       Знал бы тогда Тэхен, что юноша смотрел вовсе не на звезды в тот момент, сильно смутился бы в той ситуации. Парень не стал задерживать свое внимание на том, что Чонгук не ответил на его вопрос, он дал время ему, чтобы он сам открылся.

***

      — Мелкий, шуруй на кухню, хватит просиживать штаны, — с наигранным возмущением прошипел Ким.              — Ну, Тэ-э-э, у меня важная битва идёт, еще немного и я подойду к тебе на кухню.              Цыкнув, Тэхен разворачивается на пятках и уходит заканчивать их поздний ужин.              С того самого вечера они крепко сблизились, стараясь каждый день проводить вместе. Сегодня, 28 мая, бабушка ушла к тетушке Черен в гости, заверив своего внука, что все будет отлично.       «Все и вправду должно было быть отлично, тогда что пошло не так!?»       Пару минут спустя на кухню заходит довольный Чонгук с выражением лица, будто он переиграл и уничтожил самого бога.              — Ну что выиграл? — для справки спрашивает Ким.       — Конечно, а ты во мне сомневался?              — Ну что ты, нет, конечно, — демонстративно схватившись за сердце, сказал Тэхен. — Садись есть давай.              А Чонгук стоит как вкопанный, не понимая, почему сердце ёкнуло при виде такого Кима. Он его видит чуть ли не каждый день, но сегодня Чон чувствует, что что-то происходит. Что-то необъяснимо приятное внутри разливается потоками от сердца по всему телу. И это его не пугает, наоборот — будоражит.              — Чонгук?              — А? Что?              — Ты в порядке? — подойдя почти вплотную к Чону, спрашивает Ким.              — Да... да, я в порядке, — ни черта он не в порядке. Тэхен чертовски близко.              — Тогда давай есть, я голодный, как черт.       После сытного ужина они, как всегда, лежат вместе на кровати и болтают ни о чем, но одновременно обо всем. Они чувствуют рядом друг с другом полное спокойствие, такое, что в легкие забирается, оседая там лепестками цветущей вишни. Портить момент совершенно не хотелось, но молчание о самом важном давило на Чонгука большим грузом.              — Тэхён, — в его голосе проскальзывало напряжение, — мне нужно тебе кое о чем рассказать.              Тэхён, повернувшись к нему, застыл в немом вопросе, приподняв бровь, дескать «Давай, говори».              — Помнишь, ты задал мне вопрос, почему я собираюсь переехать к бабушке? Я тогда не ответил на него.              — Помню, да. Ты хочешь об этом поговорить? — поворачиваясь к Чонгуку спросил Тэхён.              И действительно, Тэхён помнил каждый момент, проведенный с Чонгуком, и, как ни странно, его это совершенно не смущало. Возможно, он подумает над своими ощущениями, но чуть позже.              — Да, — неуверенно протянул Чонгук, — я бы хотел поговорить об этом в том числе. Знаешь, я…       Его перебил телефонный звонок, видимо сбив весь его настрой. Тэхён уже хотел сказать, мол, ничего страшного, можешь ответить, но Чонгук, посмотрев на дисплей, отключил звонок и положил телефон на тумбу. Только парень открыл рот, чтобы начать говорить, как телефон снова зазвонил.       «Надо было выкинуть этот чертов мобильник в окно»       — Да блять, — сев и потянувшись за телефоном, ругнулся Чон. Слышать мат от этого парня было в новинку, обычно Чонгук сдерживал себя всегда, но тут его кто-то конкретно взбесил.       — Прости, — виновато опустив глаза на одеяло, прошептал он, — я отойду на кухню.       — Да, конечно.       Это было огромной ошибкой, ведь через несколько минут Тэхён услышал грохот, доносящийся из кухни. Влетев на кухню, парень обнаружил Чонгука, лежащего на полу и державшегося за сердце. Он смотрел в потолок и не мог дышать, в то время как Тэхён очнувшись от оцепенения, рванул к телефону, вызывая скорую.       Скорая приехала довольно быстро, Тэхён, сидевший рядом с Чонгуком и не знающий, что ему делать, подлетел к двери, кажется со скоростью света. Его трясло настолько сильно, что он просто не мог нормально объяснить всю ситуацию медсестрам, и они вкололи ему успокоительного, пока Чонгука клали в машину. Уже в больнице Тэхён, сидя на скамейке и ожидавший врача с операции, не выдержал и пролил слезы. Одна за другой, они капали на кафель, пока парень держался за голову и рвал на себе волосы. Он ничего не понимал, что послужило фактором такого, почему Чонгук не хотел отвечать на телефонный звонок. Мысли крутились одна за другой, голова начинала болеть, ему казалось, что он сходит с ума, пока он не почувствовал прикосновение к своим ладоням. Он вскинул голову, в надежде увидеть врача, что скажет ему, что все хорошо, но он лишь увидел заплаканную тетушку Черён и свою бабушку, что стояла рядом.       — Тэхён…— тихо прошептала бабушка, — все будет хорошо, Чонгук-и сильный мальчик, он справится.       — Почему? Почему с ним это случилось? — кричал парень, не в силах сдержать эмоции, — Что такого могли ему сказать по телефону, что он упал, схватившись за сердце!?       — Ему кто-то звонил? — хрипло спросила тетушка.       — Да, и он не хотел отвечать, он что-то хотел сказать мне, но этот чертов телефон все звонил и звонил, — судорожно проговаривая слова, плакал Тэхён.       — Я тебе все расскажу Тэ-тэ, — крепко обнимая внука, шептала женщина, — все расскажу.       Как только из операционной показался врач, к нему подлетел Тэхён и тетушка Черён, судорожно спрашивая о Чонгуке. Врач лишь посмотрел на них с грустью в глазах и посоветовал подготовиться. К чему, он не сказал. Оно и не надо было. Тетушка осела на пол, пока Тэхён стоял, словно его к полу прибили, и не двигался. Он не мог поверить во все это. Он вспомнил вдруг, как однажды они с Чонгуком сбежали от бабушек и гуляли по ночному городу, весело смеясь и держась за руки. Никого это не смущало, наоборот это казалось таким правильным и волшебным, что хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось. «Ему отведена максимум неделя», — последнее, что услышал Тэхён, перед тем как медленно пойти в палату к парню. Ноги сами вели его к Чонгуку. Он надеялся увидеть его, ждущим на больничной кровати с улыбкой на лице, но подойдя к огромному окну в палату, он увидел его всего в каких-то трубках, безмятежно спящим на больничной кровати. Подойдя к двери, Тэхён неуверенно повернул ручку и зашел к парню, его снова всего трясло, слезы заполняли глаза, мешая изучать Чонгука.       — Чонгук-и, мой милый Чонгук-и, — шептал Тэхён, сев рядом с кроватью.       Парень не заметил, как уснул, уткнувшись лбом в руку юноши. Его вырубило от успокоительных и истерики, организм просто не справился. Старушки, зашедшие в палату не стали будить парня, они лишь уснули на маленьком диванчике, что стоял недалеко от кровати.       Тэхён очнулся, когда солнце уже совершило полный оборот вокруг земли, и снова уходило за горизонт, окрашивая палату в красивый красный оттенок.       — Я люблю этот цвет. Ты знал? — послышалось сверху, и Тэхён тут же вскинул голову, огромными глазами смотря на улыбающегося парня.       — Не знал, — прошептал в ответ.       — А еще люблю милки вей и лилии, — шептал Чонгук, пока Тэхён разглядывал его, внимательно изучая, — и тебя люблю.       — Что…       — Я люблю тебя, Тэхён, — спокойно проговорил Чонгук, он прекрасно видел ошарашенные глаза Тэхёна, но он продолжал говорить, — я знаю, что мне осталось недолго, все-таки я не смог избежать этой участи, — грустно улыбнулся он.       — Чонгук, — прошептал парень. Он хотел что-то сказать ему, но дверь в палату открылась, и зашел врач, а за ним в проходе стояли их бабушками, не давая договорить.       — Так, молодой человек, — обращаясь к Тэхёну, начал врач, — вам необходимо выйти, чтобы я смог провести осмотр.       — Я обязательно вернусь, Чонгук, — серьезно проговорил парень, крепко схватив за ладонь.       «И я действительно вернулся. Я вернулся с шоколадкой милки вей и мы поговорили. Сначала о наших чувствах, а после, как всегда, обо всем на свете, только тему болезни не поднимали. Мы не поднимали эту тему, потому что оба боялись. Боялись финала этой истории. Знаете, за время этого разговора, иногда мне казалось, что он со мной прощается. Он все говорил и говорил, даже не давал вставить слово, будто хотел, чтобы я запомнил его голос. Тогда я сказал ему: «Чонгук, я люблю тебя и никогда не забуду». Тогда он успокоился, и я уже смог говорить. Он рассказал мне, что всегда мечтал стать астрономом, даже нашел уже университет и начал копить деньги на него, хотя еще школу не окончил. Врачи ставили неутешительные прогнозы. Но дни летели быстро, а я от него не отходил ни на шаг. Иногда ему становилось хуже, тогда он хватал меня за руку, безмолвно прося не уходить и не оставлять его. А я и не уходил. Не посмел бы, даже когда врачи выпроваживали из палаты. Они поначалу негодовали, а потом смирились. Так прошла целая неделя, потом вторая, но третья так и не увидела Чонгука подле меня. Это была ночь воскресенья…»       — Тэхён, — промычал Чонгук, — ты веришь, в перерождении души?       — Верю.       — Тогда, когда я умру, посмотри на звезды, там буду я, — и в тишине палаты это звучало оглушающе громко.       — Тогда ты будешь самой красивой звездой во всей галактике, — слезы покатились по щекам, но Тэхён их быстро смахнул, и, взяв в руку ладонь Чонгука, поцеловал его костяшки.       На лице Чонгука появилась самая искренняя улыбка, пропитанная болью. Он смотрел на Тэхёна и видел в нем свое спасение. Он ни о чем не жалел, особенно о том, что согласился пойти с бабушкой в гости. Единственное о чем он жалел, было то, что он не переехал к бабушке сразу. Если бы он сделал это, то осложнений не возникло бы и сейчас они лежали бы в кровати у Тэхёна дома и засыпали в теплых, пропитанных счастьем, объятий.       «Тогда я проснулся глубокой ночью от того, что у меня болело сердце. Эту чертову мышцу тянуло и ломало на куски, тогда я думал, что вырву его собственными руками. А потом я посмотрел на Чонгука. Он умиротворенно лежал в моих объятиях, мне казалось, что он спит. Его глаза были закрыты, он напоминал мне маленького ребенка, который держится во сне за родителя. А он больше не держался. Он умер у меня в руках, ночью своего дня рождения. Я не хотел плакать, ведь он не любил, когда я плачу, но на этот раз сдержаться у меня не получилось. Глаза уже щипало от слез, когда врач, делая ночной обход, обнаружил нас, а я все продолжал держать его в своих руках. Говорят же, когда любишь, должен отпустить, но я не смог, и никогда не смогу. Тогда я вышел на балкон, пока врачи что-то делали с Чонгуком. Я не слишком вникал, что именно они будут делать с ним. Мне нужно было увидеться с Чонгуком еще раз.       — Поэтому вы пошли на балкон?       — Да, поэтому я пошел на балкон. И знаете, что я обнаружил, посмотрев на звездное небо? Одну очень яркую звезду. Можно предположить, что это была полярная звезда, но мне хотелось верить в то, что это мой маленький смотрит за мной с неба. Ему исполнилось семнадцать, когда он умер. « У него врожденный порок сердца, он вот-вот должен был ко мне переехать, ведь его родители вечно давили на него. Они обвиняли его в его же заболевании, не понимая, что доводят его смерти», — так сказала тетушка Черён на утро. Тогда у меня не было даже сил злиться на них, я просто пошел домой и закрылся в своей комнате. Знаете, а ведь она все еще пахнет им.       Спустя три года, я уже защитил диплом с отличием и закончил университет. Тогда я познакомился с одной девушкой Миной. Хорошая, прилежная и веселая девушка. Родители пели мне песни о том, что пора искать себе пару, чтобы завести семью, а когда узнали о Мине, так вообще начали давить, но мне было плевать на них. Только бабушка не трогала эту тему и поддерживала меня. Она знала, что я любил лишь одного человека и люблю до сих пор. Но, когда мне стукнуло двадцать три, ее не стало. Я остался один среди колоссального давления. И я решил попробовать. Дать себе шанс на будущее с кем-то, а не в одиночестве. Вот только…       Вечер воскресенья выдался не таким, как хотелось. Придя домой, Тэхён обнаруживает раскиданные вещи по всей квартире. Разуваясь, он проходит в зал и видит, как Мина суматошно собирает свои вещи, даже не обращая на него внимание. Заглядывая на кухню, он обнаруживает ужин на столе, который уже успел остыть.       — Что ты делаешь?       — О, явился, не запылился. Что, надоело с другими шляться?       — Что? Мина, с чего ты взяла, что я с другими?       — С чего взяла? А кому ты каждое воскресенье покупаешь, эти чертовы лилии. Ты уходишь с самого утра до ночи, — ее голос постепенно переходил на крик, а сама она кидала вещи в парня, — я устала ждать тебя каждый раз, ты даже забыл, что у нас вчера была годовщина, — слезы с ее щёк опадали на грудь, создавая мокрое пятно на одежде. — Я не хочу тебя больше видеть, — прошептала она и, забрав вещи, вышла из квартиры, оставив Тэхёна в полном одиночестве своего дома.       «На самом деле я ничего не чувствовал, когда она ушла. Ни сожаления, ни боли. Ничего. Она ведь не знала, что в моем сердце лишь один человек и это не она, поэтому я позволил ей думать о том, что изменяю. А я ходил к нему и рассказывал ему о своей работе. Родителям не понравилось, когда они узнали об этом, но я общался с ними, только из-за Мины, потому что она хотела этого. Я думал, что это правильно – делать то, что требует от тебя твой партнер, даже если это вызывает у тебя дискомфорт. Поэтому и общался. Единственное, о чем я жалел на тот момент, было то, что я не ушел следом за Чонгуком. Моя душа принадлежит только Чонгуку и всегда принадлежала только ему.              — Ты не хочешь жить, так ведь?              — Нет, хочу, ведь я живу за нас двоих.              — Тогда, почему ты обратился ко мне?              — Вы ведь психолог, вот я к вам и пришел. Я хочу, чтобы вы помогли мне начать жизнь без этого сожаления, ведь оно мешает мне работать.              — А кем ты работаешь?              — Астрономом»