Выпускной вечер

Всеми ненавистная школа совсем скоро закончится, называя этот знаменательный день «выпускной». Теперь они, вроде как, уже не школьники, а вполне себе взрослые юноши, которые поступают в высшее учебное заведение и начинают самостоятельную жизнь. Как-то быстро что ли это произошло: будто только вчера был первый класс с огромными рюкзаками за спиной, а сейчас они уже пьют какой-то дешманский виски с колой, после которого наверняка будет плохо, в просторном арендованном зале, наблюдая за кучкой, в большинстве своем, пьяных придурков. Денис явно не так представлял себе весёлый выпускной с классом, но это во всяком лучше, чем аристократично сидеть в каком-нибудь ресторане. Благо родители понимающие оказались у многих, поэтому решили отпустить своих непутёвых подростков во взрослую жизнь путём общей пьянки, арендовав тем помещение. Некоторые даже незаметно дали действительно хороший алкоголь, чтобы их дитё не отравилось. Очень мило со стороны родителей, конечно, но самые безопасные напитки выпили в первый час. Следом в ход шли всевозможные палёные бутылки, которые подростки купили на свои небольшие карманные деньги в каком-то богом забытом ларьке. И этой дряни хотелось пить всё больше и больше, лишь бы игнорировать один очень пристальный и изучающий взгляд в свою сторону, что Денис весь вечер ловил на себе. Это продолжалось уже больше полугода, и, казалось, их обоих всё устраивает. Он сам не понял, когда вместо обычного «Илюх» начал нежно произносить «Илюша» всякий раз, когда звал своего, вроде как, друга. Все эти ненавязчивые прикосновения, пристальные взгляды и постоянное присутствие рядом как-то сами по себе внедрились в обычное общение парней, и они настойчиво игнорировали чувство, что что-то не так. Они всё прекрасно понимали и осознавали, но каждый нарочно не переступал черту, оставаясь в статусе «друзья». Со временем это становилось не просто сложно, а скорее невозможно, когда Илья всё наглее начал чуть ли не раздевать его взглядом, а случайные прикосновения плавно переходили от пальцев к телу. Несколько больших глотков. Не помогло. Вот блядство. Указательный палец сам по себе начинает отбивать по пластиковому стакану ритм какой-то попсы, что включили его одноклассники для очередного бешеного танца. У них совсем не было вкуса, оно и понятно, но умеют же в подобных песнях биты делать. Попса на то и попса — цепляет, даже если ты этого не хочешь. Мысль о том, чтобы наконец-то покинуть данное мероприятие становится всё навязчивее и привлекательнее. Всё-таки единственный выпускной, надо по-максимуму выжать из него всё веселье и эмоции, но пока Денис чувствует только сильное давление с другой стороны зала, где удобно расположился Илья, беззаботно болтающий с Ксюшей. Каждую, блять, минуту, он поворачивается и глазеет на него так, будто смотрит на голую девушку, не меньше. Это очередная провокация, и Денис не намерен на неё вестись. Рядом внезапно появляется Максим, который расплылся в счастливо-пьяной улыбке с двумя пластиковыми стаканами в руках. Он кажется потным, немного взлохмаченным, но, в целом, очень довольным происходящим. — Дениска, че такой грустный? Хуй сосал невкусный? — Шабанов беззлобно хихикает и протягивает один из стаканов. Сделав несколько больших вдохов содержимого, Денис воротит нос, удивленно смотря на друга. — Это же чистая водяра! Ты че, паль эту бухаешь? Максим жмёт плечами, делая небольшой глоток в доказательство слов Коломийца, но сразу морщится от концентрации этой дряни. Денис протягивает ему чей-то стакан с недопитой колой на столе, на что тот благодарно кивает. — Весь смысл выпускного в том, чтобы набухаться до беспамятства и веселиться от души, чтоб на утро было стыдно, если кто расскажет! — хохоча говорит Шабанов, пытаясь перекричать орущую музыку. — Ты если щас будешь пить только виски с колой, где ты почти не добавляешь виски, то хуйня получится какая-то. — Че ты за херню пьёшь? — сзади неожиданно появляется Неля, с большим негодованием глядя на предмет в руке её парня. — Блять, Макс, оставь эту хуйню Владу. Лучше чтоб он траванулся, а ты мне ещё нужен живой. Денис нечитаемым взглядом провожает нелепо убегающего в толпу друга, за которым комично-серьезным шагом следует Неля, и вновь возвращается в свои мысли. Если уж бухать — то лучше по-крупному, чтобы забыть про выпускной, как про страшный сон. На том и решает, когда подливает в свой стакан новое содержимое. Спустя полчаса, когда уже близилось двенадцать ночи на часах, а многие сформировались в небольшие группки для каких-то обсуждений, ставя танцпол на второе место, Денис буравил взглядом Илью, который упрямо разглядывал пол, стоя в компании Антона и Максима в нескольких метрах от него. Коломиец сам не до конца понимал зачем: либо в нём преобладала жажда мести за недавнее смущение и дискомфорт, либо искреннее желание изучить тело и лицо, усыпанное родинками в тусклом свете помещения. Комплименты сами вертятся на языке, но остаются не озвученными. Как-то это не по-дружески всё-таки. Антон и Макс как-то хитро переглядываются, переводя взгляд с Корякова на Дениса, перешептываясь о чём-то. Конечно, они ещё полгода назад заметили эти неоднозначные взгляды между этими двумя, но виду не подавали. Тут и особо глазастым быть не нужно, чтобы заметить химию двух близких друзей. Уже все вокруг всё поняли, кроме них самих. Через несколько минут парни удалились под загадочное хихиканье, оставляя Дениса и Илью "наедине". Последнее что увидел Коломиец перед тем, как они окончательно скрылись в глубине зала, как Максим подливает различные напитки в стакан Антона, громко смеясь и хлопая, пока Татыржа пытался выпить этот смертельный напиток. Это явно ужасная идея, но парни поймут это только на утро. Когда Коряков стоял в нескольких метрах от него и отрешенно пил содержимое своего стаканчика, смотря на всех в зале, кроме самого Дениса, стало гораздо тяжелее. Неловкость возросла в несколько раз, начиная будто физически ощущаться. Ситуацию ухудшила относительная тишина, которая внезапно воцарилась во всём зале. Громкая музыка стихла, и все весельчаки уныло поплелись обратно с танцпола к столам с едой. Пора сваливать. Не успел Коломиец сделать несколько шагов, как замедлился, когда из колонок заиграла ритмичная плавная мелодия. Подростки с разных частей помещения вмиг воодушевлённо завизжали и начали собираться в пары. Некоторые девочки достали телефоны, наводя камеры на наполненный танцпол, многозначительно поглядывая на парней рядом. Неожиданно неадекватная школьная вечеринка превратилась в самый уёбищный в его жизни бал. Пары красиво кружились под мелодию, совсем не попадая в такт, некоторые были слишком неуклюжи от алкоголя, но, кажется, очень счастливы. Среди толпы он заметил своих друзей: Максим, что мягко вёл за собой Нелю, придерживая за талию, и Ксюшу с Ариной, которые красиво кружили своими платьями в самом центре. Денис успел залипнуть на неуклюжих одноклассников, в мозгу словно образовалась каша, не позволяющая адекватно соображать, потому он не заметил внезапного появления друга рядом с собой. — Станцуем? — Илья лучезарно улыбнулся и протянул ладонь, галантно пригибаясь и хитро смотря снизу вверх. Галстук его сильно приспущен и верхняя пуговица рубашки небрежно расстёгнута, хотя совсем не сказать, что в зале было жарко. Какого хуя. По-хорошему нужно в лоб сказать, что он никогда не танцевал, не умеет это делать, и в целом совместный танец — это ужасная идея. Но сам Коряков наверняка и так всё это знает, но всё равно зачем-то пригласил Дениса. Просто невыносимый. Последние частицы адекватности всеми силами кричат, что давно пора послать Илью далеко и надолго, но пьяный мозг в красках начинает представлять его руки на талии Коломийца, и глаза, что всегда смотрят с таким восхищением и желанием. Это действительно весомые аргументы, почему нужно согласится на эту авантюру и опозориться перед всеми одноклассниками. Одним большим глотком он выпивает что-то высокоградусное в своём стаканчике и вкладывает ладонь в чужую, принимая приглашение. Они вмиг оказались в беззаботном кругу подростков, вливаясь к остальным парам. Одна рука Ильи удобно устроилась на талии Дениса, а вторая скрепила их ладони в замок, следуя примеру остальных одноклассников. Коломиец сам не понял, когда занял место «девушки» в танце, но ничего не сказал, неловко положив свободную руку на плечо «партнёра». Шаг-два и они влились в поток. Коряков словно зачарованный смотрел в голубые глаза напротив, не следя за движениями ног, из-за чего то и дело наступал на ступни Дениса, ловя недовольные взгляды. Такой близкий контакт убивал последние нервные клетки в мозгу. Небольшой румянец покрыл щёки, когда Илья зачем-то начал поглаживать большим пальцем очертания тела блондина, хитро смотря из-под ресниц. Он расплылся в улыбке, видя реакцию на свои действия, и повёл за собой ближе к центру, чтобы скрыть их пару от заинтересованных глаз вне танцевального круга. В голове заел такт «и раз и два и три и четыре», чтобы не сбиться и не упасть на глазах у всех, а Илья, кажется, совершенно не задумывался над тем как надо двигаться, а просто наслаждался самим процессом и их физическим контактом. Денис чуть склонился, чтобы расслышать слова брюнета сквозь громкую музыку, на что тот ухмыльнулся и, будто выжидая момента, мгновенно прильнул к его уху, опаляя разгоряченным дыханием чувствительную кожу. — Тебе очень идёт этот пиджак, — негромко произнёс Илья, почти касаясь губами мочки уха, чтобы было хорошо слышно. — Но без него ты бы смотрелся в разы лучше. Такт в голове Коломийца окончательно сбился, заставляя его пару лишних раз наступить на ступни Корякова. Тот залился смехом, разглядывая покрасневшее лицо партнёра, и очень самодовольно улыбнулся. Настоящий паршивец. Он явно не собирался останавливаться на этом, видя очевидную слабость Дениса перед ним, да и сам неимоверно наслаждался. Илья спрятал ладонь под пиджак блондина и плавно опустил её с талии чуть ниже, поглаживая бока бёдер. — Илья, сукин ты сын, — Коломиец немного повысил голос, привлекая внимание негодяя к себе. Опасно. Очень опасно. Илья расплылся в кошачьей улыбке и незаинтересованно приподнял одну бровь в немом вопросе, не прекращая свои незамысловатые поглаживания. Денис шумно втянул воздух, пытаясь собрать остатки трезвого ума, но было слишком поздно, ведь паленая водка, предложенная Максом ранее, даёт о себе знать. Всё тело разгорячилось от ритмичного танца и рук, которые нагло исследуют его. В мыслях начали всплывать не самые приличные сцены с участием Корякова, усугубляя положение. И-раз-и-два Денис плавно перемещает ладонь с плеч на оголенную кожу шеи, наблюдая, как уверенность Ильи уменьшается. Проходится большим пальцем по кадыку, наслаждаясь тем, как брюнет поджимает губу и отводит взгляд, только сейчас начиная следить за движением собственных ног. И-три-и-четыре Он запускает ладонь в темные волосы на затылке, массируя кожу. Коряков вновь улыбается и встречается с голубыми глазами, объявляя дополнительный раунд в их незамысловатой игре. Мелодия близится к концу, всё больше увеличивая темп для финального аккорда, из-за чего подростки невольно врезаются в какую-то пару рядом, но совершенно не обращают на это внимание. Илья в последний раз кружится на оставшихся двух нотах, отстраняясь от изучающих рук блондина, и вскоре притягивает того за шею, заставляя нагнуться из-за разницы в росте. Мир на несколько секунд замирает, мелодия заканчивается громким аккордом, что помогает Корякову поймать момент и потянуться к заветным губам, но в последний момент съезжает левее, оставляя смазанный невесомый поцелуй на покрасневшей щеке Дениса. Илья успевает только игриво отсалютовать двумя пальцами от виска и окончательно скрыться в толпе одноклассников, покидающих танцпол. Что за пиздец. Денис замирает на несколько секунд, пытаясь осмыслить только что произошедшее, обводя весь зал взглядом, чтобы выцепить виновника данного торжества и спросить что сейчас произошло. Но единственный кого он замечает — это Антон, который стоит рядом со смеющимся Максимом и записывает его на телефон. Коломиец краснеет ещё сильнее, складывая весь пазл: Татыржа, что с самого начала не участвовал в вальсе, снимал всё со стороны на видео, и наверняка заснял его с Ильёй танец, со всеми его вытекающими. Нужно срочно выпить что-то очень высокоградусное и, желательно, провалится под землю. Поодаль от Антона стояли Кирилл и Игорь, которые во время всего неуклюжего танца подростков выкидывали различные шутки про каждую пару, громко смеясь и ловя на себе странные взгляды остальных присутствующих. После неоднозначного перфоманса Ильи и Дениса они многозначительно посмотрели друг на друга, всеми силами сдерживая рвущийся отовсюду смех. С очень важным видом, Кирилл поправил свою массивную красную шубу, что добавляла ему огромного пафоса, и с самым серьёзным выражением лица посмотрел на друга рядом. — Сударь, не желаете исполнить со мной танец? — он протянул ладонь. — Ох, конечно, как я могу отказать! — со всей драматичностью сказал Игорь, сдерживая из последних сил смех. Парни сделали несколько вальсовых оборотов, каждый раз наступая друг другу на ноги и чуть ли не падая, и где-то в стороне послышался недовольный голос: «блять, они опять». В завершении своего представления они показательно потянулись друг к другу, изображая очень страстный поцелуй с причмокивающими звуками. Сбоку кто-то громко свистнул, подбадривая. — Боже, только не вы, пожалуйста! — какой-то подросток выкрикнул отчаянно, и парни прыснули, задыхаясь в приступе смеха. Татыржа сфоткал их, прикрывая рукой лицо, бормоча: «какие же ебланы». Кирилл и Игорь дали друг другу звонкое «пять» под некоторые недовольные и смеющиеся возгласы одноклассников, облокачиваясь друг на друга, чтобы не упасть от слабости в ногах. Через минут пять Шабанов громко захлопал в ладоши, привлекая к себе внимание с улыбкой до ушей. — Народ, народ! Короче, я тут со своим кентом из параллели созвонился — Вова, вы его точно знаете, и он нам предлагает к нему на хату завалиться прямо сейчас! Со всех сторон послышались воодушевленные свисты, хлопки и возгласы. Подростки начали собирать остатки алкоголя со всех столов и углов зала, под весёлую попсу в колонках направляясь к выходу. Некоторые попрощались со всеми и побрели домой, а несколько человек осталось возле здания на перекур. Когда шумные одноклассники наконец-то ушли вдаль ближе к дому Вовы, Илья тяжело выдохнул, затягиваясь сигаретой какого-то щедрого прохожего. Обычно он курил только электронки, но свою он, к огромному сожалению, не нащупал в кармане, а вкусы друзей не переваривал от слова совсем. Нужно было расслабить нервы после его внезапной распущенности в обычном школьном вальсе с Денисом. Они же друзья, а он начал творить какую-то хуйню. Не сказать, что Илье не понравилось. Чёрт, ему после этого ебаного танца пришлось в туалет отойти, о чём речь? — Что это было вообще? — голос Антона заставляет Корякова вздрогнуть от неожиданности. Он совсем забыл, что стоял там не один. — Не понимаю о чём ты. Татыржа смерил того нечитаемым взглядом и закатил глаза. — Похуй. Слышь, давай при мне никаких этих ваших любовных штучек. На несколько секунд наступило молчание. Илья сначала удивленно посмотрел на друга, а после расплылся в хитрой улыбке. Не совсем понятно: предупреждал ли Антон или угрожал, но это ещё больше раззадоривало. — Да-а? — протянул Коряков, топча потушенный окурок ногой. — Попробуй меня остановить тогда. — в его голосе слышалось озорство. Последний раз он видел Дениса в углу зала, заливающим в себя всё содержимое столов, поэтому вряд ли он успел уйти со всей толпой в квартиру Вовы. Со всей уверенностью Илья показательно направился ко входу в зал, намекая Татырже о своих дальнейших действиях, и, внезапно, врезался в кого-то, кто очень удачно в это время выходил из помещения. Законы физики сработали очень не вовремя, поэтому два пьяных тела стукнулись друг об друга, но парень успел схватить Корякова за руку, спасая от падения. Перед глазами очень удачно возник Денис собственной персоной. Илья посмотрел на секунду на Антона, что со всей внимательностью смотрел на эту сцену, а после вновь вернул своё внимание на Коломийца. — Так блять, — недовольно произнёс блондин, глядя сверху вниз на друга. — Ты… Не успел он закончить, как Коряков в наглую заглушил его слова, прижимаясь своими губами к чужим. Пришлось встать на носочки из-за разницы в росте, но это стоило каждой секунды, что он свободно исследовал рот ахуевавшего Дениса. Тот совсем не сопротивлялся, не зная что делать, и куда себя деть вообще, но и не отстранялся. Их слюна была вязкая из-за обильного количества алкоголя, поэтому поцелуй получился чуть ли не опьяняющим. Щёки заалели от неожиданно приятного чувства и происходящего в целом. Он не нашёл ничего лучше, чем неуверенно положить руки на талию Ильи, чтобы те не болтались просто так. — Пацаны, так вы че реально получается? — послышался удивлённый голос Кирилла где-то сбоку. Парни моментально отлипли друг от друга, отходя на полтора метра и сильно краснея. Рядом с Кириллом нарисовался Игорь, который подавился какой-то газировкой, что очень некстати сейчас пил и начал задыхаться в очередном приступе смеха. — Сладкий, пойдём повторим, только в более укромном месте, а то я стесняюсь, — прыснул он и потащил за собой умирающего друга в сторону дворов. Они удалились так же быстро, как и появились. Кажется, у них своя атмосфера. Денис прикрыл лицо рукой, всеми силами пряча своё смущенное лицо, пытаясь не смотреть на Илью. Тот невинно хлопал глазами и рассматривал полное удивления и стыда лицо Антона, который делал нервные затяжки своего пода. Под шумок Коряков смылся за остальной толпой одноклассников, чтобы продолжить своё веселье, оставляя Дениса со своими мыслями. Им, наверное, стоило бы поговорить, но у них же выпускной продолжается, поэтому это точно будет не сейчас.

В квартире Вовы началась полная вакханалия. Последние бутылки хоть чего-то похожего на алкоголь закончились, и отчаявшиеся подростки начали искать подручные средства. Где-то в шкафу они отрыли аптечку, что стало началом конца: кто-то намешал себе коктейль из сиропа для кашля и спрайта, элегантно попивая его из найденых где-то на кухне трубочек, а самые смелые (отбитые) вместо спирта предпочли чистейший антисептик. Музыку включать не решились из-за довольно придирчивых, по мнению Вовы, соседей, но им и без этого было весело. Уже через пятнадцать минут после их самодельного бара очередь в ванную комнату выглядела довольно внушительно, а некоторые, не дожидаясь её, выкручивали содержимое своего желудка прямо в окно. Самые стойкие ещё успевали устраивать конкурсы «кто выпьет большего всего антисептика и не блеванёт на ковёр в чужой квартира». Денис с сомнением поглядывал на Максима, что уж очень воодушевлено подбадривал Антона, который пил что-то из стаканчика без остановки. А сам ушёл подальше от всей этой суеты, уселся одиноко на холодный пол на кухне и пил спрайт, смешанный непонятно с чем. Время близилось к утру, многие по-тихоньку начали засыпать кто где, потому шум неожиданно стих, и Коломиец, к сожалению, остался наедине с собой и своими мыслями. Краем глаза заметил Арину и Ксюшу, которые все так же были одеты в свои роскошные платья, спали друг на друге на каком-то диванчике и, кажется, чувствовали себя вполне комфортно. Как сейчас помнит, как Арина ему радостно рассказывала, что они с Кобой начали встречаться, и он так рад был за подругу. У них изначально было всё просто: влюбились, признались, стали парой. Что с ним не так? Кем они с Ильей вообще теперь друг другу приходятся? Что значил этот ёбаный вальс и поцелуй? Денис уткнулся лбом в колени и устало прикрыл глаза. Сил совсем не было, тошнота застряла в горле. Паршиво. Мерзко и больно от всего происходящего. Он чувствовал, что больше алкоголя его организм не сможет выдержать, поэтому ему остается только уснуть, лишь бы забыть это всё. Кажется, надолго его не хватило. Шея ужасно ныла, боль пронзила всё тело, а тошнота уж слишком поступила к горлу. Он распахнул глаза и вновь обнаружил себя на той же кухне, всё также в одиночестве. В нос ударил резкий запах рвоты и спирта из другой комнаты, от чего стало ещё хуже. Алкоголь не до конца вышел из крови, из-за этого ему пришлось несколько раз ударится всеми частями тела, прежде чем он смог наконец относительно ровно встать. Прошло не более трёх часов с момента, как Денис уснул, поэтому квартира была буквально в мертвом сне. Некоторые либо каким-то чудом покинули её и добрались до дома, либо валялись в полном отрубе в разных её частях. Картина крайне удручающая, но явно не настолько, как его собственные мысли. Илья снова всплыл в голове и не собирался оттуда выходить, кажется, никогда. Он видел Корякова пару раз за эти несколько часов, отрывающимся по полной с остальными. Наверняка тот теперь валяется в еле живом состоянии. Так и надо гаду. Илья, кажется, уже не вспомнит, когда последний раз отходил от туалета дальше, чем на метр. Всё тело ломило, желудок жгло неимоверно, а голова уже давно превратилась в сгусток непонятно чего. Это буквально его самое худшее утро за всю жизнь. Рядом валяются такие же одноклассники, и Илья ну совсем не уверен в том, что они вообще дышат. Счастливчики успели отрубиться до наступления печальных последствий смешивания спрайта и сиропа от кашля. Белая рубашка давно сказала: «прощай, еблан», и он надеется, что получится избавится от различных пятен сомнительного происхождения. Последние несколько часов успели стереться из памяти безвозвратно, перед глазами мелькал только ободок туалета, который больше походил на спасательный круг. Когда рвотные позывы почти полностью прекратились, пришлось заставить себя встать. Он проклинал всё существование алкоголя и этого выпускного, двигаясь в сторону балкона. На полу обнаружил чьи-то сигареты, поэтому одолжил одну штуку из упаковки, дабы привести голову в порядок. Не самой приятной находкой стал Кирилл, который во весь рост лежал на балконе в одних штанах и еле прикрытый своей красной шубой со свежей сигаретой во рту. Небо переливалось красивыми огненными тонами, освещая лежащую тушу бедного парня, от чего тот всё время морщился. Ну настоящая модель, фоткай не хочу. Удивительно, конечно, что Кирилл лежит тут без своего любимого, даже грустно стало. Надеюсь, Игорь безвозмездно поможет своему другу встать и одеться, хотя после такой треп хаты не понятно, поможет он своему уже любовнику или мужу. После такого зрелища желание покурить резко отпало, да и жажда уж больно замучила. Полный пиздец. Кухня оказалась самым приятным местом в этой квартире, которая в данный момент больше была похожа на притон начинающих наркоманов. Единственным «обитателем» этой комнаты был Денис, уткнувшийся в кулак, морщась, видимо, от боли, а в другой руке держащий небольшую кружку с кофе. Ядреный запах напитка ударил в нос, отзываясь сильной болью в висках, заставляя Илью больно зашипеть. Он сел на стул напротив блондина и замолк, игнорируя заинтересованный взгляд в свою сторону. Долго бегать не пришлось — судьба сама любезно усадила их за одним столом. — Как много ты помнишь со вчерашнего дня? — слегка хриплым голосом спросил Илья. Возможно, не всё потеряно, и получится дальше играть в догонялки. — Достаточно. Коряков внутренне взвыл. Как назло алкоголь подчистил не все воспоминания, ведь мягкие губы Дениса, его покрасневшие щёки и изучающие голубые глаза въелись в голову подобно едкому запаху табака. Да и «отстирывать» их не хотелось, Коломиец был для Ильи как один сплошной наркотик. Такой дорогой, но всегда, сука, желанный. — Меня всё заебало, — начал Денис. — Всё, абсолютно всё нахуй. Эти многозначительные взгляды в нашу сторону, подколы и гейские шутки, перешептывания какие-то. Они всё решили за нас, за меня, как будто мы уже всю жизнь с тобой в браке и ебёмся по субботам, — он громко поставил кружку с кофе на стол, из-за чего содержимое немного вылилось и обожгло руку. — Сука! Начал вытирать стол и ладонь салфетками, что удобно стояли на столе, и продолжил, сильнее закипая: — Особенно меня заебал ты! Блять, нельзя же по-человечески обсудить всё, конечно нет, — Коломиец плевался сарказмом будто ядом, вываливая на Илью все накопившиеся эмоции. — Знаешь что? Пошёл нахуй. Либо мы сейчас говорим, либо… Блять, пошёл нахуй, заебал меня. Денис раздраженно убрал упавшую на лоб чёлку и шумно выдохнул, окончательно погасая. Аж полегчало. Слова умеют творить чудеса похлеще всяких полисорбов . Илья вслушивался в каждое слово, полностью принимая эмоции друга. Конечно, им давно пора было поговорить, но они продолжали играть друзей, делая только хуже друг другу. Он поджал губу и отвёл взгляд: на душе стало тяжелее от осознания того, что всё это время Денис копил в себе эти слова и вряд ли планировал когда-то их озвучивать. Атмосфера на кухне была скорее напрягающей. Недосказанность витала в воздухе, давя до сознание. Да и самочувствию обоих лучше не завидовать: оба измотанные и уставшие до такой степени, что готовы уснуть прямо за этим столом. Состояние ухудшал алкоголь, который за короткие часы сна не до конца вышел из крови, из-за чего «плавка» от недосыпа была сильнее в несколько раз. Уже и похуй было что говорить: слова сами по себе вылетали изо рта. — Ты пиздец мне нравишься, Дэн, — с небольшим смущением сказал Илья, разглядывая пол. — Я сам не заметил, когда начал с огромным интересом слушать все твои истории, замечать твои привычки и особенности, ты… ты невероятен, Денис, и твой внутренний мир интереснее любой книги, что я когда-либо читал в этой жизни, — он замолк на несколько секунд, подбирая слова. — Прости, что я занимался хуйней какой-то, видя твою взаимность, я.. короче, мне страшно, что я всё испорчу, если мы начнём встречаться. Вдруг ты разочаруешься во мне или возненавидишь, — Коряков поджал губу, замолкнув. Опасения, которые всё это время преследовали его, наконец-то были высказаны самому главному человеку. Страшно. Вдруг Денис посчитает его идиотом и окончательно прекратит их дружбу, которую Илья ценил как самое дорогое, что у него есть? Даже думать об этом было невыносимо. — Как ты меня заебал, — в этот раз беззлобно прокомментировал Коломиец, вынося вердикт. Он аккуратно накрыл чужую ладонь своей, соединяя их в замок, оказывая немую поддержку. Коряков заметно расслабился и зачарованно уставился на их скрещенные руки. — Я, конечно, далеко не идеален, но я никогда в тебе не разочаровывался и не планирую. Мне важны все тараканы в твоей голове, потому что ты перестал быть для меня просто «другом» ещё полгода назад. Если ты готов мне доверится, то мы можем вступить в отношения, чтобы перестать заниматься хуйней и, эм, любить друг друга официально? На минуту воцарилось молчание, нарушаемое только птицами за окном. Илья мягко улыбнулся, поглаживая большим пальцем чужую ладонь и всё так же не поднимая взгляд. Уютно. С нужным человеком любое молчание будет комфортным. Кажется, он нисколько не ошибся в выборе друга. Или он уже в другом статусе? — Давай попробуем, — выдохнул Коряков. Нашел в себе силы встретится с любимыми глазами, видя в них только бесконечную нежность и спокойствие. Впервые за несколько часов он почувствовал огромное облегчение, что словно одной огромной волной окатило его. На их лицах застыла глупая, счастливая улыбка. Квартира, пропахнувшая чей-то рвотой и спиртом, явно не являлась местом для романтики, но они каким-то образом смогли устроить себе уютный уголок. Парни сами не заметили, как увлеклись тихими обсуждениями о том, о сём и заснули, прижимаясь друг к другу на полу кухни. Вымученные тела подростков не выдержали недосыпа, заставляя их компенсировать остальные часы в таком, казалось бы, неудобно положении, но их всё устраивало. Наверняка те, кто проснутся раньше, сфотографируют парней и ещё долгое время будут шутить про брак, семейную жизнь, и «голубков». Но это не имеет значения, когда они наконец-то смогли разобраться во всём, принося друг другу только заботу и любовь, уже не обращая внимания на друзей с их приколами. Кажется, этот выпускной они не забудут никогда.