Ничего дурного, только приятное

Ша'арнез, как всегда, тихо вошёл в её комнату. В полумраке опустившихся сумерек, окутывающем всё пространство, едва был различим его высокий, стройный силуэт. Не останавливаясь, он прошел вглубь комнаты, на ходу расстегивая ремень на куртке. Аккуратно положил её на стол, рядом меч. Не торопясь, развязал шнуровку, снял кожаную куртку, оставив её там же. Остальные элементы гардероба, столь лишние сейчас, постигла та же участь. Оставшись в расстегнутой сверху рубашке и штанах, он обернулся, встретившись взглядом с Тисс, сидящей на краю кровати. Она, похоже, более чем внимательно наблюдала за ним всё это время. Хитро усмехнувшись, Ша'арнез спросил: — Соскучилась? Она ответила ему такой же хитрой улыбкой, но её голос был спокойным, уверенным, лишенным тайны — в отношении себя, его и собственных желаний: — Да. Я ждала тебя. Ша'арнез подошёл к кровати, присел перед ней на корточки, посмотрел снизу вверх, мягко сжал её колено рукой. Тихо спросил: — Устала? — Нет, занималась магией, — она опустила взгляд на его губы, затем на кадык, на открытую часть груди, выглядывающую из-под ворота рубашки. Её жадное разглядывание не осталось для него незамеченным. — Ммм… — протянул он, рука лежащая на ее коленке плавно поползла вверх по линии бедра. — И как успехи? Затаив дыхание, Тисс пристально следила за каждым его движением, наслаждаясь долгожданным прикосновением. — Продуктивно, — выдохнула она. — Всех победила? — с улыбкой продолжил он, подключив вторую руку к своим нежным прикосновениям. — Наверное… — Тисс на мгновение задумалась, вспоминая, кого она должна была победить? Теперь это казалось непонятным. Раньше всё было просто: имперцы — враги. А теперь вот он, один из них, стоит на коленях у её ног, и Тисс рада этому, хочет его прикосновений, скучает по нему. Враг теперь имел совершенно иную личину, хотя она ещё оставалась для Тисс неясной. Но это был точно не этот дерзкий и саркастичный мужчина. Скажи ей кто-то о таком повороте судьбы пару месяцев назад — она бы решила, что этот человек полностью сошел с ума. Или, по крайней мере, что его покусали драконы, а то и хуже — какое-то проклятие овладело его разумом. Но вот она здесь не просто по своей воле. Она желает этого. Его. И этот факт заставляет её сердце биться быстрее. Ша'арнез поднял руку и нежно коснулся её щеки, выводя из задумчивости. Потянулся к её лицу, и, уловив его движение, она подалась навстречу. Их губы встретились в нежном, мягком, сладком и долгожданном поцелуе — первом за три дня его отсутствия. Как же она скучала. Тисс запустила руки в его пепельные волосы, прижимаясь сильнее, углубляя поцелуй. Занятия магией сами по себе обладали возбуждающим эффектом, но присутствие этого имперца и вовсе лишало её почвы под ногами, перехватывало дыхание. Его пальцы, словно раскалённые угли, бесцеремонно заскользили вверх, поднимая подол её платья, скользнув по бархатистой коже бедра, вызывая мурашки по всему телу. Он мягко отстранился, вызывая у неё тихий стон протеста. Удовлетворенный реакцией, Ша'арнез едва заметно улыбнулся. Наклонился к её бедру, оставляя лёгкие поцелуи всё выше, пока она не ощутила его теплое дыхание у самых чувствительных мест. Тисс хрипло выдохнула, откинулась на кровать, наслаждаясь ощущениями, приподняла лиф платья, сжимая одну из грудей. Сдерживаться было сложно, поэтому второй рукой она прикрыла рот, ведь пересуды слуг были ни к чему. Его внимательность, желание следовать за её наслаждением, терпеливость и стремление помочь ей понять, что ей нравится, учитывая её неопытность, завораживали, кружили голову. Она признавала, что ещё немного стеснялась быть полностью откровенной с ним, боясь показаться нелепой, смешной или слишком страстной. Однако он ни разу не давал ей повода думать так — напротив, отвечал на каждую её инициативу с интересом и возбуждением. Он не был против вести, предлагать, доминировать, если это вообще можно было назвать доминированием, настолько ласковыми и нежными были их отношения. Ей нравилось быть с ним, быть его, отдаваться ему, пахнуть им, ощущать тяжесть его тела. Она вспоминала каждое его прикосновение, а от умелых движений его рук и языка очень быстро достигла пика. Ша'арнез поднялся, снял рубашку, бросил её на кровать, а затем, медленно наклонившись, навис над Тисс, опираясь на согнутые руки. Их взгляды встретились, и в этом молчании было что-то невероятное — некий необъяснимый жар. Она обхватила его плечи, притягивая к себе, словно бы в ответ на его молчание, потянулась за поцелуем. Он не заставил себя ждать. Его губы мягко коснулись её, и, прижимаясь к ней всем телом, он дал почувствовать его возбуждение. Тисс приподняла бедра, стремясь стать еще ближе. Его твёрдость, ощущаемая через ткань штанов, сводила её с ума. Он надавил немного сильнее, слегка имитируя движение, еще раз. Буквально вдавливали её в мягкий матрас, вызывая мурашки, тихие вздохи и вспышки возбуждения, охватившие ее мысли и тело. Набравшись смелости, Тисс осторожно надавила на его плечо, заставив его перекатиться на бок, а затем лечь на спину. Оседлав его сверху, она коротко поцеловала его губы, медленно опустилась к шее. Язык скользнул по груди, следуя вниз, к животу, и, наконец, добралась до края его брюк. Если бы Тисс взглянула на него в этот момент, она бы увидела, как он, приподнявшись на локтях, с лёгким удивлением и глубоким интересом наблюдает за её движениями. Зрачки расширены от возбуждения, а дыхание тяжелое и прерывистое, выдавало его чувства. Тисс сглотнула и, дрожащими от волнения руками, принялась развязывать завязки его штанов, потянула вниз, он приподнял бёдра, чтобы помочь. Устроилась удобнее между его ног. Наклонившись, облизала пересохшие губы, начала, робко, с мягких касаний. Почувствовав его напряжение, подняла взгляд, увидела в его глазах смесь желания, страсти и доверия. — Я бы сказал, что это больно... если бы не было так приятно, — произнес он с лукавой усмешкой. Его выдавала лишь хриплость в голосе. Не отрывая взгляда от её лица, он едва слышно добавил: — Ты сводишь меня с ума, Тисс. — Тогда, может, тебе стоит потерпеть, — с игривой ноткой начала она, заканчивая мягче: — Я хотела бы… попробовать. Он откинулся назад на локти, продолжая смотреть на неё с возбужденным интересом. Она сжала его сильно возбужденную плоть у основания, облизала головку и, смелее, приоткрыла рот, начала посасывать, постепенно увеличивая амплитуду движений. Ша'арнез резко вдохнул, мышцы напряглись. Услышав его тихий, с придыханием, стон, Тисс ощутила, как её собственная смелость растёт. Её интуиция и его мягкое, ненавязчивое руководство помогали ей находить верные движения. Она почувствовала, как он подался ей навстречу, чуть глубже, его напряжение стало более ощутимым. Наконец, она отстранилась, вытирая с губ остатки его вкуса, посмотрела на него, чувствуя, как смешиваются мысли и желания. Он не дал ей задуматься, опомниться, начать анализировать, притянув к себе в глубокий, полный желаний поцелуй. — Я весь Ваш, Тисс… — его голос звучал тягуче, еле слышно. Щёки зарделись лёгким румянцем. Он помог ей избавиться от мешающего и уже раздражающего платья. Притянул ближе. — Ты, должно быть, устала? — уже второй раз за вечер спросил он. — Должно быть, — задумчиво протянула она. Тисс понимала, что он уже принёс ей удовольствие сегодня и сам тоже получил не меньше, но, откровенно говоря, его запах, близость, реакция, будоражили её, не отпуская. — Я знаю, что мы… уже… — начала она, чуть сбиваясь, — но, кажется, из-за магии я всё ещё… хотела бы… — Тисс знала что дело было не только в магии. Однако признаться в этом вслух она не решалась. По его игривому выражению лица и лукавой улыбке она поняла, что он уловил суть её мыслей без уточнений. — Я рад, леди Тисс, что ваша магия так бурно на меня реагирует, — с едва скрываемой усмешкой ответил он, придвигаясь ближе, — потому что я тоже не замышлял ничего дурного, только приятное. P.S. В ожидании и предвкушении обновления от Шута и его видения вопроса. Крайне любопытно, как всё закрутится, а главное — развяжется. А вы?