Проехавшие расстояние не смогут не любить

Теплый воздух приятно касается шеи и лица, неспособный даже растрепать кудрявую светлую челку парня. Шастун поправляет рюкзак на плече, берет ручку чемодана в одну руку, а другой копается в телефоне — перепроверяет номер, марку и цвет автомобиля, который вызвали ему родители. На улице достаточно легковых машин, что слепят фарами, чтобы запутаться, какая из них твоя, но вот Антон замечает свой белый Ford Focus с номером «С065ПА» и идёт к нему. Из машины навстречу ему выходит темноволосый мужчина в кофте и джинсах. Он забирает у парня его чемодан и кладет в багажник, пока Шастун садится на заднее сиденье. — Здравствуйте. — решает поздороваться он, когда мужчина занимает водительское место. — Добрый вечер. — улыбается брюнет, поворачиваясь к юноше. — Готов отправиться в путешествие? Навигатор показывает, что нам ехать восемь часов. — Готов. — вздыхает парень, устраиваясь в салоне поудобнее. Мужчина пристегивается, настраивает кондиционер в машине и плавно выезжает на шоссе. Антон прикрывает глаза, смиряясь с долгой и скучной поездкой. — Ты первый раз проезжаешь такое большое расстояние на такси? — заводит диалог брюнет, не отвлекаясь от дороги. Шастуну плохо видно своего водителя в темноте, но тот выглядит молодо, у него стройная фигура и острые скулы, что особенно подчеркиваются в свете редких фонарей на дороге. Голос мужчины бархатный и приятный, так что ему точно менее тридцати. — Да. Родители не успели купить билет на поезд. — делится юноша. — А самолет? — Меня на него не пустят, мне шестнадцать. — просто отвечает парень, кидая иногда взгляд на водителя. — А, понятно. — брюнет переключает скорость на коробке передач и руки у него крепкие: тонкие пальцы без колец и увитая венами кисть. — А зовут тебя как? — Антон. — на автомате выдает юноша. — А вас? — Арсений. — улыбается собеседник, кидая на пассажира взгляд через зеркало заднего вида. — Только давай на ты, ты же не против? Мне двадцать всего, я ещё не такой старый. — смеётся он. Антон заслушивается на пару секунд. У Арсения красивый смех. — Да, конечно, давай на «ты». — просто соглашается он. — Честно говоря, мне повезло, что ты взял мой заказ, иначе я бы так и не попал домой. — Ты живешь в Питере? — Ага. Мне в Дмитрове нужно было попасть к нашей тете. Кстати, довольно состоятельная женщина. — Это она оплатила тебе такси? — смеётся по-доброму Арсений, всё чаще кидая быстрые взгляды на парня. Антон разделяет его смех, а после отвечает: — Ты угадал. Она сказала, что за мою помощь это абсолютно не проблема, и вот я здесь. — И в чем же заключалась твоя помощь? Если, конечно, не секрет. — тут же добавляет мужчина, но Антон не чувствует в вопросе ничего такого, он только больше расслабляется и ложится на задние сиденья, сгибая ноги в коленях. — Не секрет. Я сидел с её непослушными детьми, пока она улетала куда-то по делам. Она говорит, что только я с ними справляюсь, хотя я видел их всего пару раз в жизни. Антону нравится то, как началась его необычная поездка домой. Он лежал, тупо пяля в потолок, наблюдая за меняющимися кадрами: светло, темно, светло, темно, и так от фонаря к фонарю. Скучно, но и в машине особо делать нечего. — Антон, там впереди гаи. — сосредоточенным голосом предупреждает Арсений. — Черт, они просят остановиться нас. — уже более взволнованно говорит он. — Что? — парень в мгновение поднимается и смотрит назад: действительно, полный дяденька в ярком жилете машет им жезлом и уже хочет садиться в свою машину и начать погоню, так как думает, что его просьба игнорируется. — Дай мне пять секунд. — уверенно говорит Шастун и Арсений не спеша включает аварийку, давая полицейскому понять, что сейчас они остановятся, и медленно сбавляет скорость, как бы аккуратно пристраиваясь к обочине. За это время юноша с молниеносной скоростью садится у окна, ищет ремень безопасности и пытается защелкнуть его в полной темноте. Когда ему это удаётся машина уже полностью останавливается, и тогда он кидает свой рюкзак на соседнее сидение и садится ровно. В окно с его стороны стучат. Антон милейшим образом улыбается полицейскому, чьё лицо выражает сильное недовольство, и только после сотрудник гаи подходит к водителю, который уже успел выйти из авто. — Здравствуйте. — приветствует как можно спокойней Арсений. — А с начала мне показалось, что пассажир неправильно сидит. — хмуро отвечает тот. — Вам показалось. — снова напоминает о себе парень и оба взрослых синхронно оборачиваются на него. — Проверим багажничек? Брюнет кивает и уже более уверенно идёт с полицейским за машину. Осмотр всего нужного и ненужного в автомобиле проделывается недолго и спустя десять минут Арсений снова садится за руль машины. Он ничего не говорит, только делает радио тише и выруливает на трассу. Антон замечает, как напряжены его руки на руле. — Испугался? — тихо с улыбкой на уголках губ спрашивает Шаст, отстегивая ремень безопасности и придвигаясь ближе. Он видит, как на лице мужчины расцветает несмелая улыбка, которую он пытается скрыть. Через три секунды оба не выдерживают и громко смеются с ситуации в целом и тем, как сильно они тут все подсуетились. — Ты когда с ним заговорил, я подумал, всё, щас нас дуть в трубку заставят. — ржёт Арсений, следя за дорогой: сейчас она пуста, хорошо освещена и машин никаких нет. — Ага, а я когда твоё взволнованное лицо увидел, подумал, всё, щас они у тебя в багажнике пять кило наркоты найдут. Парни заливаются ещё большим смехом и успокаиваются далеко не сразу, вспоминая моменты. — Сам небось пересрал? — больше утверждает мужчина, даже не отрицая того факта, что сам сильно испугался. — У меня всё было под контролем. — важно поднимает указательный палец вверх Антон. — Да не кипишуй ты, со всеми бывает. Моего папу постоянно останавливали, когда я маленьким был, как сговаривались все. — Да я понимаю, просто сам не привык ещё. Головой ведь знаю, что тачку просто похожую ищут, бандитов каких-нибудь, а всё равно, когда останавливают, думаешь: всё, теперь ты будешь главным подозреваемым во всех грехах. Антон снова смеётся, не специально задевая плечо брюнета своим, и всё же садится снова к окну, наблюдая за дорогой. Они ещё едут так какое-то время, молча. Шастуна слишком сильно притягивает вид за окном и он выпадает из реальности. Его всегда манили эти картинки. Вайбы ночного города, знаете. Когда небо черное-черное, без единой звезды и тучи, когда шоссе ровное и ведёт куда-то вдаль, кажется даже, что не закончится никогда, что дорога бесконечна, когда фонарей строго на каждые два метра и они все одного цвета — жёлтые, и освещают всю трассу, а не только участки, когда они едут глубокой ночью, и машины реально можно по пальцам пересчитать и не сбиться ни разу, может даже, когда до дома доедешь, по итогу их окажется меньше ста. Антон не знает, сколько он так просидел, смотря в окно, но поворачивается к Арсению и тихо спрашивает: — Арс, а… Прости, я могу тебя так называть? — тут же запинается он, но в ответ получает мягкую улыбку и тёплый взгляд через зеркало авто. — Конечно, для друзей просто Арс, что спросить хотел? — его голос спокойный и добродушный, кажется, что он нисколечко тепла не потерял ещё за всё то время, пока они ехали. — Хотел узнать, почему именно эту профессию ты выбрал. Это же не просто такси, ты в другие города ездишь, плюс очень редко кто такие заказы делает. — Антон тянется к своему рюкзаку, доставая оттуда бутерброд, так как уже проголодался. — Ну, знаешь, я чувствую себя пилотом. Они летают в другие страны, всегда берут собой чемоданы с одеждой, для них готовы отели, где они будут какое-то время жить до следующего полёта. — Прикольно. А пилотом бы стать не хотел? — спрашивает, откусывая бутерброд и пододвигаясь ближе. — Наверное, нет. Я не люблю самолёты, мне по душе больше машины и большие расстояния на них. Мне нравится путешествовать на автомобиле. Антон заслушивается, взглядом приковываясь к профилю рядом. У Арсения интересные мысли, но главное не это, главное, как они с этими мыслями похожи. — Я тоже обожаю поездки на автомобиле, особенно по ночам, я будто в другом мире тогда оказываюсь. Я так часто делал, когда мне плохо было или с головой накрывало всяким дерьмом — просто садился в левый автобус и уезжал от проблем. В салоне меж городских автобусов никогда не горит свет, ты знал? — Нет. Честно говоря не думал, что найду человека, который разделяет со мной моё мнение по поводу поездок. И далеко ты уезжал? — До Кировска пару раз. Но чем дальше, тем лучше. Бывает за Питер уеду спокойно, а потом кучу времени на улице торчу, потому что не знаю, как обратно домой добраться. В этом случае иногда друзья помогают — забирают. — А когда нет? — Приходится тратиться на такси. — с лёгкой улыбкой пожимает плечами парень. — Когда мне было четырнадцать все мои карманные деньги только на это и уходили. — Удивительно. — вполне искренно восхищается Арсений, держа руль одной рукой и переключая передачи, не думая. — Мне нравится, как ты водишь. — неожиданно говорит Антон и сам удивляется своих слов, однако садится между передними сиденьями и корпусом подается вперёд ближе к водителю. — Спасибо. — немного смущается брюнет. — Мы едем больше двух часов, — смотрит на навигатор он, — хочешь кое-что покажу? Антон, заинтригованный вопросом, часто-часто кивает, а после произносит согласие вслух, так как мужчина большую часть времени всё же смотрит на дорогу, а не на него. — Тогда садись ровно. — Антон послушно выполняет его просьбу. Арсений усмехается, выезжает на середину пустой трассы, где кроме них ни души, переключает передачу и вдавливает педаль газа в пол, отчего скорость машины становится выше и спидометр на панеле показывает отметку за 190 км/ч. Антон вжимается в спинку кресла по инерции и ловит от этой скорости кайф. Держится за ручку двери и смотрит в окно — там не то, что фонари — яркие пятна мерцают и расплываются. Спустя пятнадцать секунд Арс снижает скорость и Антон, не сдерживая счастливую мордашку, снова подсаживается к нему. — Это так круто! Меня прямо дрожью пробрало, никогда такого не ощущал! — Шастун потирает перенапрягшуюся кисть правой руки, которой слишком сильно вцепился в ручку двери. — Мы так могли и за пять часов спокойно доехать! — Могли бы, если бы не камеры. — объясняет Арс. — Плюс другие водители, встречная полоса и лоси, мало ли, кто выскочит на дорогу. Антон согласно кивает и вновь подсаживается к окну — горящие фонари освещают улицу и дороги, если их не станет сейчас, то весь город покроет мрак. Приятные ощущения от «гонки» не покидают его, и Шастун полностью растворяется в них, желая запомнить надолго. Арсений не отвлекает больше, даёт насладиться моментом, ведь сам прекрасно знает каково это — ездить по ночному городу. Хочется не думать ни о чем. Как вообще можно сравнивать электрички, поезда или самолёты с машинами? Это разный транспорт, разный способ передвижения. Многие люди привыкли ругаться на пробки, на метро, на пешеходов, на долгие перелёты и переплату за багаж. Вся эта ненависть, вся эта суета взрослых, озлобленных жизненными проблемами людей не про него. Антон никогда не ощущал себя настолько легко, как в транспорте с закрытым пространством и удобными креслами. И он не ленивый, он любит ходить. И, по правде говоря, садится в левый трамвай только чтобы почувствовать, что все проблемы снаружи и он уезжает от них далеко-далеко. В другом же месте, пускай и неизвестном для тебя, и проблем никаких нет. Есть время подумать, помечтать, вспомнить о важном и прийти в себя. Антон как никто другой любит дороги. — Тох, мы сейчас заедем на заправку, тебе взять чего-нибудь?.. — тихо вырывает из мыслей голос Арсения, что уже полностью повернул голову на парня, но тут же вернул взгляд назад на дорогу. — А? Нет, нет, спасибо, у меня есть еда с собой. — Хорошо. За компанию сходишь со мной, чтобы мышцы размять или в машине посидишь? — заезжая на заправку и вставая на свободное место, спрашивает водитель. — Давай с тобой схожу. Оба не чувствуют никакой усталости, не смотря на время, что перевалило за одиннадцать ночи, наоборот, они больше притерлись друг к другу и Шасту комфортно с этим мужчиной — надо же, он нашёл родную душу, с которой можно поболтать. Они выходят из машины и вместе направляются в магазин. — Ты любишь кофе? — доставая из кармана джинс банковскую карту, спрашивает брюнет. — Нет, не люблю. — просто отвечает парень, разглядывая витрины. — Один кофе и два сэндвича, пожалуйста. — просит Арсений у девушки на кассе. — И у вас есть какао или горячий шоколад?.. — У нас есть какао с маршмеллоу. — отвечает кассирша. — Вам здесь, с собой? — С собой. Тогда можно, пожалуйста, ещё один какао и АИ-92 на вторую колонку. — девушка кивает, забивает данные в планшет и протягивает терминал для оплаты. Арсений прикладывает карту и забирает еду, попутно прося Антона подержать стаканчик с какао и сэндвич в руке. Они выходят на улицу и, пока у них ещё есть время, ставят напитки на капот. — Это тебе. — кивает на напиток и сендвич в руках Антона мужчина, делая глоток кофе. — Да? Арс, я не просил. — со смущением говорит младший, рассматривая еду в руках. — Ну мне не сложно. К тому же нам ещё долго ехать, а твоя еда наверняка остыла и тебе нужно что-то горячее. — просто отвечает он. — Спасибо. — Антон улыбается ярко, а на его щеках появляется лёгкий румянец, который он скрывает за стаканчиком какао с маршмеллоу. На улице, не смотря на время, тепло. Антон понимает, что гулял в своей жизни после десяти ночи всего пару раз. Он, какой бы фанат ночных дорог не был, всегда соблюдает комендантский час, не желая попасться полиции и встать на учет — ему же ещё нет восемнадцати. Поэтому сейчас, стоя у капота машины рядом с Арсением, Антон старается запомнить каждую деталь: время, погоду, ощущения, воздух, вкус напитка и сендвича, обстоятельства, при которых он сейчас стоит здесь и Арсения, который предложил ему прогуляться. — Небо сегодня чистое. — поднимая голову, выдыхает мужчина и Антон поворачивается на него. У Арсения запрокинута голова и парень может лицезреть его шею. Смотреть там, на самом деле, есть на что: она напряжена, изящна, на ней чётко выражены мышцы и кадык. Юноша невольно залипает, но, стоит брюнету перевести на него взгляд, как он кивает: — Да, ты прав. Мне очень нравится, когда оно такое: без звёзд, Луны, тёмное и чистое без самолётов и облаков. — Редко такое увидишь. — синхронно произносят оба, смотрят друг на друга и начинают смеяться. — Ты слишком хорошо меня понимаешь! — наигранно-возмущенно смеётся Антон, легко ударяя мужчину кулаком по плечу. — Нет, это ты меня! — в тон ему смеётся старший и Шастун наваливается на него, а Арсений придерживает, чтобы тот от смеха не упал на асфальт. Они сейчас явно где-то за городом, вокруг кроме заправки нет ни одного здания — сплошной лес, и чистый воздух так же положительно влияет на Антона, как и поездки на машине по ночам, как и разговоры по душам. Они доедают еду, допивают напитки, идут в туалет и только после рассаживаются по своим местам. Шастун действительно чувствует себя лучше, чем до того, как вышел из машины. — Сколько нам ещё ехать? — спрашивает он у Арсения. — Ещё примерно часов шесть. — отвечает тот, настраивая навигатор. — Ясно. Они выезжают на трассу и с каждым километром Антон всё реже замечает свет фонарей, а когда он есть, то освещает исключительно тёмный, густой лес. Этого как раз-таки Антон и не очень любит. Если вайб ночного города движет им, даёт глоток свежего воздуха и отдаляет от проблем, то подобные места ночью, вдали от города, его пугают, заставляют ëжиться в лёгкой одежде и не смотреть в окно, так как воображение рисует вдали бескрайние могилы и маньяков. Да уж, если из этого леса сейчас на дорогу выбежит лось, как говорил Арсений, то Антон ещё долго не сможет спокойно ездить ночью. Поэтому парень подкладывает себе рюкзак под голову и ложится на сиденья, поджимая ноги к груди, чтобы было удобнее. Спать в тесном для его роста салоне — та ещё затея, но по-другому время ему не скоротать, да и поспать нужно, иначе по приезде в Питер он уснёт на автовокзале и его никто не заберёт. Арсений плавно ведет автомобиль, следя за дорогой и поглядывая в навигатор, когда должен быть первый поворот. Его юный пассажир спит на задних сидениях, что не удивительно: они едут четыре часа и время на панели показывает первый час ночи. Мужчина выспался днем и плюс выпил кофе, так что сна ни в одном глазу, и он сосредоточенно ведет автомобиль, не превышая разрешенную скорость. На улице — полная темнота, спасают только фары дальнего виденья и карты, показывающие дальность дороги. Сети здесь тоже нет, как и столбов со знаками и вообще чем-либо, определяющее людность места, только ровная, без дефектов дорога. Сзади доносятся шорохи и бормотание, хотя Антон долгое время спал. Кинув взгляд на зеркало заднего вида, Арсений видит крутящегося во сне парня, что мелко дрожит, шепчет что-то, но упрямо не открывает глаз. — Тох, с тобой всё в порядке? — мужчина смотрит на него через плечо, продолжая вести автомобиль. — Антон? Антон, проснись. Парню, по видимому, становится хуже: он почти кричит и вот-вот заплачет. Арсений принимает решение в своей голове и резко сворачивает на обочину, включая аварийку. Он быстро отстегивает ремень безопасности, огибает машину и открывает дверь со стороны Антона, прижимая парня к себе. — Антон, проснись! Антон! — зовёт он, и юноша оказывается в его руках со взмокшей чёлкой, но до жути ледяной. — Тош, Тош, давай, открывай глазки. — ласково и тише просит он, беря лицо парня в свои руки. Антон медленно поднимает веки, морщит нос и жмурится, продолжая шептать, как ему страшно. — Это просто сон, Антон, всё хорошо, тебе просто приснился кошмар. — Арсений обнимает младшего, чтобы тот успокоился, и Антон медленно слабеет в его руках. — Всё хорошо. — повторяет он, перекладывая юношу на сиденье, но тот издаёт тихий всхлип. — Всё, всё, не плачь, сейчас страх пройдёт. — мужчина снимает с себя тёплую толстовку и укрывает ею парня. — Вот, смотри на меня, Тох, давай. — парень едва открывает свои глаза, смотрит в голубые и просит одними губами: «пить». — Воды, да? — уточняет Арсений и тянется к лежащему рядом рюкзаку. — Здесь? — после слабого кивка он открывает большой карман и вынимает оттуда бутылку воды. — Может, у тебя ещё таблетки какие-то есть? — Антон отрицательно мотает головой. Арсений помогает ему попить и самостоятельно закрывает бутылку, убирая её обратно, всё ещё сидя рядом с Антоном и наблюдая за ним. — Всё хорошо? — спрашивает он. — Да. Просто приснился кошмар. — выдыхает тяжело Антон, понемногу приходя в себя. — Очень редко когда такое бывает. Спасибо, что остановился. — Да пустяки, — отмахивается Арс, — главное, чтобы тебе полегче стало. Точно никаких таблеток не надо? — Нет, я здоров. — качает головой парень. — Просто давай ещё немного так посидим и поедем, ладно? — с жалостью в голосе просит он. — Как скажешь. — Арсений присаживается рядом, закрывает дверь авто, чтобы холод с улицы не попадал к ним и достаёт телефон, проверяя что-то в нём. Антон не смело облакачивается на его плечо, но Арсений в ответ лишь двигает парня ближе к себе, позволяя эти действия. Шастун в упоении прикрывает глаза, представляя, что всё хорошо. — Значит, у тебя в багажнике лежит чемодан с твоими вещами, как у пилотов? — спрашивает неожиданно парень. Арсений не знает, как Антон вспомнил их диалог и пришёл к подобному вопросу, но отвечает на него: — Да. Думаю, у меня будет дня три, чтобы погулять по Питеру, пока не составят новый заказ. — А сам ты родом откуда? — продолжая лежать на чужом плече, интересуется Антон. — Из Ростова. — просто отвечает брюнет. — Далекоо. — тянет младший. — Нет, если любить кататься на машине по всей стране. Оба тихо смеются и после ещё пары минут приятной тишины Арсений спрашивает: — Тебе легче? — Да. — Можем ехать? — Ага. Мужчина выходит из машины, а Антон в этот момент понимает, что накрыт чужой толстовкой и кутается сильнее в неё. — Прости, что так получилось. — стоило водителю сесть за руль, виновато произносит младший. — Перестань, ты же в этом не виноват, с кем не бывает. — Испугался? — жалостливо. — Не сильнее, чем с гаи. — усмехается старший. — Сейчас проедем м-11, заедем на заправку ближайшую, куплю тебе чай. — Не нужно. — в край смущается юноша. — Расслабься, я тоже чай хочу. — Арсений улыбается тепло и на душе становится намного легче. — Ещё около часа осталось. — И ты настолько сильно дороги любишь, что тебе даже не страшно в такую темень ехать? — решает задать волнующий его вопрос Шаст, не переставая смотреть на своего водителя. — Не видно же абсолютно ничего, вдруг выскочит кто-то. — Поэтому на дороге нужно быть внимательным. — кивает и своим мыслям, и собеседнику Арсений. — Мне не страшно, потому что ничего страшного на самом деле нет, просто ночь, а для поездок ночью придумали фары. — В основном ты прав, но мне всё равно жутковато. — ёжится Антон. — Наверное, бывает такое. Ты бы мог фильм посмотреть, пока мы едем, чтобы переключиться, но здесь связь не ловит. Антон бесшумно вздыхает и решает, что, раз спать он больше не будет, в окно смотреть не хочет, то будет любоваться Арсением, потому что он единственный в этой кромешной темноте, кто излучает свет и тепло. — А я ни разу не был в Ростове. Там красиво? — Красиво. — с улыбкой отвечает брюнет. — Сколько ты не был там? — Наверное полгода уже. — А я больше года. В Воронеже. — добавляет Антон. — я оттуда родом. Мы в Питер семь лет назад переехали. — Вау. Ты тоже приезжий. Наверное, поэтому мы с тобой так любим дороги. — яркая улыбка и парень улыбается в ответ. Антону комфортно. Арсений выкручивает печку, чтобы было тепло, поддерживает разговор и слушает, отвечает. С ним приятно и он кажется особенным, интереснее, чем другие, умнее, красивее. Вдалеке видна белая точка, а через пару километров она превращается в заправку, а на улице становится светлее. Или Антону кажется? Арсений резко сворачивает вправо руль и круто паркуется на парковке, чтобы не занимать бензоколонку лишний раз — им не нужно заправляться. — А где мы? — выходя из машины чуть погодя и догоняя Арса, спрашивает Антон. — Мы в Павловске, скоро будем на месте. — улыбается по-доброму брюнет и пропускает парня во внутрь. Магазин этот ни чем не отличается от того, где они покупали кофе и какао с маршмеллоу, только на этот раз Арсений берёт им двоим чай. — Любишь зеленый? — парень согласно кивает, скрывая легкий румянец. На кассе мужчина просит зеленый и черный чай, добавляет к напиткам пару шоколадок и, оплатив, отдаёт это всё Антону. — Спасибо большое, Арс, я даже не знаю, как тебя отблагодарить. — абсолютно искреннее и счастливо произносит парень, садясь со всем этим добром в машину. — Брось, мне не сложно. К тому же, мне нравится делать приятное людям, а ты сам по себе приятный. — делает комплимент старший, пристёгиваять. — Ты тоже приятный. — не остаётся в долгу Антон, открывая шоколад. — Будешь? — отламывая дольку, предлагает он. — Давай. Они проезжают трассу м-11 и Антон со спокойствием на душе замечает дома за окном: сначала старые и деревянные, после пятиэтажные, а немного погодя и… Свой город? На улице становится светлей — начинается рассвет. Антон не видел его таким, как сейчас, ни разу — всё не давалось возможности. В Питере летом он иной, не такой, как везде: яркий, разливной, красно-оранжевый, расстилающийся на весь небосвод. Вот его привычные улицы, парки, автобусы и такси — они уже точно в Санкт-Петербурге. Проезжают дорогу невероятно быстро, время летит по секундам и Антон не успевает за ним. Не хочется понимать, что уже всё, не хочется выходить из машины и, как ни странно, не хочется, чтобы Арсений её покидал. Они так классно провели это время, что Антон многое бы в своей жизни променял, чтобы остаться в нём подольше. Брюнет заворачивает на автостоянку и паркуется. Отстегивает ремень безопасности, выходит из машины и открывает Антону дверь. На часах почти пять утра и юноша чувствует себя потерянно и радостно одновременно: вроде бы вот, наконец-то доехал до дома, в любимый Питер, но… на этом всё? Арсений достаёт его и свой чемодан, Антон забирает из салона рюкзак, они вместе идут в здание автовокзала, где есть место для ожидания и Арсений отходит куда-то, оставляя Антона одного ждать приезда своих родителей. Шастун на место садится машинально, ждёт чёрный внедорожник, на котором приедут его родители, и думает о своём, а точнее, о сегодняшней ночи, которая, с рассветом, кажется одним большим сном. Он не выдерживает в ожидании и пяти минут, вскакивает со своего места, оставляя чемодан и рюкзак — всё равно кроме него и охранника здесь никого — и несётся сломя голову в служебный кабинет — он не знает зачем, думает, что застанет того, кто ему нужен там, но дверь оказывается закрыта, тогда Антон хаотично пробегается по полу пустому зданию и рядом со стойкой регистрации видит Арсения, о чём-то разговаривающим с другим мужчиной. — Арсений! — громко и радостно кричит Антон — эмоции в нём зашкаливают, как и адреналин в крови. — Арс, прости, а… Давай обменяемся номерами телефонов? — запинаясь, неловко находится он. Вся смелость резко исчезает, стоит красивым голубым глазам взглянуть на него. Антон боится сказать что-нибудь не то, после чего его не поймут и пошлют, но лишь одна мысль заставляет найтись и сказать хоть что-то: он не хочет, чтобы их встреча оказалась последней. — А? Да, да, давай, сейчас. Арсений неожиданно смущённо и дерганно хлопает себя по карманам джинс, но Антон вовремя вспоминает про свой телефон и останавливает его. — Не нужно. Диктуй свой, я запишу. — пальцы мелко подрагивают от волнения, записывая цифры, и Антон сохраняет номер — и в телефоне, и в голове. — Спасибо. — Пожалуйста. — улыбается красиво брюнет. — Арс, а… У тебя же нет девушки? — ещё один неожиданный вопрос, за который Антон готов ударить себя и самолично доставить под землю: какой же он дурак. Мужчина, что всё это время стоял рядом с Арсением, в любопытстве изгибает брови и прислушивается: — Нет, — смеётся по-доброму Арс, видя румянец на щеках парня и сам едва покрывается таким же. — Хочешь тогда я покажу тебе Питер, пока ты здесь? — в руке вибрирует телефон — звонит папа, но Антону сейчас абсолютно не до этого: у него в груди безудержно стучит сердце: так не хочется этого человека от себя отпускать. — Хочу. Очень хочу. — неожиданно серьёзно произносит Арсений и сам головой указывает в сторону чужого телефона. — Кажется, тебе звонят. — Я знаю. — отмахивается парень. — Хорошо, Арс, договорились, я напишу тебе, жди! — последнее, что бросает парень, убегая обратно в зону ожидания, чтобы забрать свои вещи и выйти на улицу. — Жду. — одними губами произносит мужчина, а после поворачивается к своему собеседнику, что смотрит на него с прищуром и тихо ржёт.