На булавке бусина

Там, около стены, стоит один единственный стул, который бы с превеликим удовольствием загрёб себе какой-нибудь работник, не значся в протоколе обустройства, что на границе должно быть какое-нибудь место для людей, которым стало плохо, которые долго стоять по каким-то причинам не могут, ну, и, по накатанной, для много кого ещё. Сейчас его занимает тонкая, что спичка, и очень-очень уставшая девушка с совсем маленьким ребёнком. Ребёнок спит, мать его, кажется, тоже бы уснула, но понимает, что вот уже, скоро их очередь подойдёт, лучше потерпеть. Они с охранником ругались, обещались, при необходимости, сразу покинуть место, только бы дали посидеть чучуточку. Недалеко сзади Душеньки, через одного человека, муж девушки стоит, такой же тощий, да вытянутый. Он не то, чтобы слишком молодым выглядит, ничего подобного, но, всё же, похож больше на одинокого, неуверенного, жутко рассеянного студента, - Душа не сказал бы никогда, что у этого уже могут быть жена и ребёнок. Да уж, спустя часа три стояния на месте без единого движения, ему резко становится не всё равно на внешний вид людей, на то, как там кто одет, у кого одежда с блошиного рынка, у кого нет... Что одна из занимающих скамейки вдоль коридора бабушек, обсуждающих со своими каждого прохожего, и всех осуждающих. Фу. К счастью, деградировать ему осталось не столь долго, - женщина в возрасте скоро доругается с работницей пропускного контроля, настанет его очередь, там ещё минут пятнадцать, и побежит со спокойной душой к себе на этаж. Лампа на пропускном столике жужжит всё противнее, всё больше этот звук выбивается их общего фонового шума. Такими темпами он начнёт замечать шум коридорного освещения, а так ведь не уснёшь, не доживёшь, - коридорное освещение везде! Его ведь никогда не отключают! Жизнь превратится в ад! Ремешок сумки, которая, перед приходом сюда явно, - он проверял, - не была наполненна кирпичами, всё отчётливее давит на плечо; разговоры в очереди и пронзительная ругань женщины перед ним всё с большей силой давит на уши; бабулька где-то совсем-совсем сзади с наростающей писклявостью утешает своего уставшего щеночка. Надо было переходить границу ночью, как собирался, а не думать, что ничего страшного в том, чтобы переться сюда в час пик нет. Почему при желании поспать в голову приходят такие долбанутые идеи? - До свидания! - ну очень недовольно выдавливает женщина впереди, хватает свой чемодан за ручку, скрипит колёсиками, отъезжая, и Душенька расцветает вмиг. Глаза блестят слезами счастья, лампочка перестаёт жужжать, коридорное освещение, кажется, тоже. Мир очистился. Делает пару широких шагов в сторону приготовившейся к новой бомбардировки работнице, доставая сразу из наружного кармана сумки паспорт; ставит на сумку на отведённое для того место на столе, открывает для осмотра содержимого. Брелок с увесистой синей бусиной-глазом неприятно елозит по поверхности стола. Работница бросает на него удовлетворённый "все бы так себя вели" взгляд, да принимается проглядывать документы. Душенька мнётся, переминается с пятки на носок. Девушка переворачивает страницу и, ожидаемо, останавливается на графе "место". Вздрагивает заметно, состроив такое-какое-то личико, что напоминает глупую чувствительную героиню глупого сериала. От резкого движения лежавшая как-то неустойчиво на плече длинючая коса падает, висит теперь за спиной. Она смотрит сначала на Душеньку, затем куда-то в сторону, охранника, может, ищет. Вообще-то, никого не должно волновать, что он с четвёртого положительного, его должны пропустить так же спокойно, как и любого порядочного человека, и будь здесь какая-нибудь проверка сейчас, девушку с охранником в придачу бы прогнали по статье дискриминация. Но проверки нет, так что, во всё остальное время никто не мешает работникам с особым усердием осматривать таких. Их в первую очередь выдают украшения, - странно, что работница не обратила внимание на увешанный цепочками и брошками с синими глазами свитер, - и никакие поддельные документы здесь не помогут. Прятать украшения ведь тоже нельзя, они из-за этого свойства теряют. Святить их заново каждый раз, тем более, в таких количествах, никто не будет, это бред полнейший. Да и не так велика проблема. Да, задержка, да, люди косо смотрят, но это всё потерпеть можно. Душенька тоже оглядывает помещение, - охранник занят. - Да чего ж ты медлишь, очередь задерживаешь! - басистым голосом вклинивается мужик, что в следующим за Душей стоит. Девушка могла бы подождать, но, судя по всему, слишком неловко себя чувствует под давлением очереди; бросает быстро идею, отдаёт паспорт и принимается за осмотр сумки. Удача на Душеньку смотрит. На стол по очереди выкладываются неполный радиоприёмник (такие необходимо подключать к большой антенне, что очень сложно, потому, они используются только в самом-самом крайнем случае), кабель для подключения радиоприёмника к сети, целлофановый пакетик с несколькими оставшимися консервными банками, стандартным провиантом, папка с чужими записями, которую девушка с недоверием листает, но потом бросает это дело; в другом кармане банальный набор для гигиены, вроде зубной щетки, - эти вещи работница на стол не достаёт, скорее всего, из соображений культурности. - Надеюсь, удача улыбнётся вам с прибытием, - заученная фраза, которой провожают каждого, причём, не только на границе. Удача не улыбается, у неё только глаз-то и есть. Каждый раз, что в первый, бесит, хотя остальные привыкли уже к этому относиться с снисхождением или, по крайней мере, пофигизмом. - И пускай к вам добр будет ваш бог, - добавляет шепотом, затем резко отворачичается. Душенька уходит, проговаривая как мантру "прорабатываю смирение, прорабатываю смирение...". Основная ошибка - нация, верившая в какого-то там бога вымерла ещё до катастрофы, и не было вообще никогда никакого бога, только Силы всегда и были. Они людей с четвёртого положительного боятся, называют помешанными культистами, а сами-то не знают, во что верят злодеи из страшилок, что детям рассказываются. Да и какие тут страшилки, если дети с четвертого положительного приспокойно учатся с выращенными на страшилках в одной школе? Куда они, простите, с младенчества население настраивают?! Ещё и стала записи читать, а в законе нет никакого пунктика, что через границу нельзя провозить отчёты о вырученных с продажи человеческих органов деньгах и проценте их, пожертвованном на обустройство алтаря для жертвоприношений! Если что, это просто пример, показывающий, что стоило бы ввести какое-нибудь такое правило, а то мало ли какие бумажки могут оказаться в сумке у паренька в милом розовом свитере. А он просто посыльный; собирает почту у групп, находящийся на постоянной или почти постоянной основе за пределами этажа-общины, поскольку у них нет столько радиоприёмников, чтобы каждому по одному раздать. Душеньке такую задачу выдали в первый раз, да, но, вообще, посыльных раз в два-три месяца высылают. Парень заворачивает в заброшенный коридор, что ведёт уже в основное русло нулевого этажа. Не-не, "заброшенный", в смысле, его забросили, нет, скорее даже, наплевали на его существование, убирали последний раз лет пять назад, как минимум, да и людей здесь мало, только те, что на границу выдвигаются остаются. Вон, очередь ещё тянется, у стены ребятня сидит, прямо на полу и на чемоданах верхом, пока родители в колонне место занимают; табуретки у входа забиты. Поворот туда, поворот сюда, и вот он, ценральный коридор центрального нулевого этажа, то есть, вдвойне центральный коридор. Жужжание освещения ни при каком старание не услышать на фоне галдежа огромного количества людей; лавки и магазины насчитывают по одной очереди, даже бабушке, показывающей покупателю расписную посуду приходится окрикивать недовольных ожиданием; так ещё и дети-младшеклассники умудряются носиться вдоль стен. Душенька привычным движением вклинивается в поток, старается не пропустить свою лестницу, поскольку разворачиваться потом из-за этого и идти против движения - очень плохая затея. От толпы отделяется увесистая кучка людей, собирающихся подниматься выше, в которую парень как раз входит. Чем выше поднимаешься, тем меньше становится людей, какое-то их количество отделяется на каждом этаже, а вот на четвёртом положительном выходит один только Душенька. Этого, кажется, никто не заметил, вот и прекрасно. Родной этаж совсем по-другому устроен, никакого тебе центрального коридора, только тамбур с четырьмя дверями, две из которых забарикадированны и никуда не ведут. Просто огромнейшая часть этажа не подлежит использованию, остальное же делится на системный и жилой отдел. Душенька решает направиться в жилой, занести сумку в комнату, да воды в столовой хлебнуть, а потом уже отнести папку. В коридоре пусто, что неудивительно, - здешние собираются только на обедах и по важным, за частую не очень радостным, поводам, Душенька бы беспокоился, окажись здесь более четырёх человек. На том конце, на стене, роспись, что будет постарше Души, - синий небрежно очерченный силуэт Силы-Удачи с одним единственным, как полагается, глазом; под росписью огромный диван, отделанный под кожу так некачественно, что тонкий слой материала шмотками осыпается; на нём Обси и Молвин сидели, что-то обсуждали, но, стоило двери открыться, замолкли, переведя взгляд на вошедшего. Первый ему машет, поднимается с дивана, да руки привычно расставляет, приглашая в объятия. Душенька в него почти врезается. Обси пахнет чем-то вкусно-сладким, наверно, опять на кухне во время готовки сидел, слушал истории сегодняшнего повара. У поваров историй мало не бывает, откуда они берутся в таком количестве, не понять. Они так обычно вдвоём время убивают,.. ...сегодня, наверняка ведь, те сидели с Молвином. О Молвине: тот с ним тоже здоровается, Душа в ответ. От Обси всё-таки отлипает, - с нежеланием, - секундно оборачивается на кого-то-там-не-обратил-внимания-на-кого, вышедшего из комнаты. - Я щас вещи в комнату закину, и нужно будет дотащить папку до системного, - сразу предупреждает, собираясь идти уже в первую из названных точек. - Могу отнести, чтоб тебе не приходилось туда-сюда ходить, - вклинивается с бодростью Молвин. Душенька удивляется, пытается сделать направленный на парня взгляд скорее благодарным, чем недоверчивым. Он не мразь, честно, он и правда хотел бы усесться сейчас хоть где-нибудь, да не вставать пару часиков, он будет крайне-прикрайне благодарен помощи. Но жгучее чувство где-то-где-нибудь привычно образовывается, стоило только сидящих их с Обси. Кивает, надеется, что выглядит приемлемо. Беловолосый никак по-особенному не реагирует, значит, выходит. - Я тогда чуть позже тебе дораскажу, - обращается к Обси, перед тем, как принять протянутую папку и покинуть коридор жилого отсека. ...не-не, близжайшие двадцать четыре часа Обси занят тем, что Душенька вернулся. ... Молвин уже какой-то слишком здешний для нездешнего. Объявляется на четвёртом положительном чаще некоторых жителей, со всеми знаком, всем помогает, со всеми в хороших отношениях; может стоит уже подарить ему случайного цвета бусину, пускай освящает, кланяется Силе, да переселяется сюда полноценно. Его родители явно будут против. Они вообще против, но останавливать сына никак не собираются, судя по всему, - даже в школьном возрасте, когда ещё способны были Молвина контролировать, только читали морали ребёнку, подружившемуся со "страшными культистами". Удивительные терпилы. Душенька серьгой елозит по парте, укладывая голову на бок, выставив руки вперёд и свесив с противоположного конца. Учитель за своим столом сидит, листает что-то, может, к уроку готовится, может, своими делами занимается, какая разница. Детей в классе мало, - большинство ведь расходится на большой перемене, и Душенька бы разошёлся, если бы не определённые обстоятельства, которые стоило бы по голове стукнуть за такие выкрутасы. Вот и обстоятельства, входят в кабинет одновременно с новеньким одноклассником, на что Душа не обратил внимания, пока этот новенький не сказал Обсидиану что-то, улыбаясь, и уходя затем на свой ряд у окна. Обси сворачивает сразу, усаживается за свою близжайшую к выходу парту, возле Душеньки, тот только ошарашенно спрашивает: - Что это, простите, означает..? - собеседник мнётся, не отвечает, только хлопает стыдливо пурпурными глазами, - Да не то, что ты меня нагло одного бросил, мне резко на это плевать стало! Пока что, ещё за это получишь. Я про это! - взглядом указывает на новенького. - Его Молвин зовут, и он нам бойкот не объявлял! - сразу оживился Обси, на что Душа реагирует недоверчиво, - Он говорит, что ничего против людей с четвёртого положительного не имеет! - Ты с ума сошёл!? - хватает резко за запястье жестикулировавшей руки, приподнимаясь с парты, - Сейчас он тебя позовёт после школы прогуляться, а там, в пустом коридоре, остальные будут! Мне тебя потом по кусочкам собирать!? - Ну-у-у, - жалобно как будто, все ещё неразомкнутые руки опускает, - Я ему вполне верю, говорит он достаточно искренне. Да и с одноклассниками другими он почти не общался. - Сомнительно. Ты с ним всё равно никуда не пойдёшь. - Да, но вдруг он нормальным окажется? Он изначально, вроде, украшений не испугался, сказал, что относится к нам адекватно,.. - Повторяешься. Сказал и сказал, что с того? - ...ну там, знаешь, спросил, можно ли посмотреть кулон, прям очень правдоподобно, - сощурился, сведя брови, глаза на секунду потеряли блеск, что выглядело зловеще, - Не смотри на меня так, не общаться же мне до конца жизни только с тобой! - А тебя это сильно не устраивает? - выводит пальцем даже себе непонятные узоры на поверхности стола, таким образом, возможно, - да он сам уже ничего не знает, - пытаясь сделать вид, что его это не задело. Ну, да, да, конечно необходимо иметь более разнообразный круг общения! Но будет, мягко говоря, обидно, если в этом кругу место Душеньки займёт кто-то вроде этого самого одноклассника. Обси в идентичном жесте ложится на парту, укладывая голову набок и на Душеньку смотря. Молча, по-кошачьи, так, что ни злиться на него, ни обижаться ну совсем не выходит. ...А ещё тот забыл разомкнуть руки. - Оке-ей, на следующей перемене пойдём аккуратно проверять его вдвоём. Душенька в тоненькую линию сжимает губы, чтоб, не позвольте Силы, не улыбнуться, потому что это уже совсем по-детски, и здесь роли не играет то, что Обси и так предугадывает его реакцию. - И это всё не меняет того, что я тебя ждал! - Ой, ну началось... - Я его нашёл несколько дней назад у старьёвщика, наверху, тогда сразу и освятил, в тот же день. Обси снимает аккуратно с пальца кольцо, которое, судя по всему, ему совсем чуть-чуть, но велико; показывает с гордым видом, - сразу ясно, что это не быстрая случайная покупка, что украшение ему и правда очень понравилось. Наверняка ведь уже всем нахвастался. Кольцо серебристое, блестящее, ну и красноглазое, понятное дело. В белом матовом белке искрящаяся радужка. Кем бы не был мастер, он очень постарался, жаль, что найти его вряд ли получится. Возвращает украшение Обси, тот вновь надевает его, да тянется в карман, оттуда выуживает синюю подвесочку, будто мысли читает. Из цвета сразу понятно, что для Душеньки притащил. Подвеска совсем-совсем миниатюрная, сразу на булавке висит, предназначенна, как оберег от сглаза. Бусина на еле видной леске, обрамлённая железным веком с палочками-ресницами. Она, как и кольцо, совсем не выглядит старым или подержанным. - Спасибо! У меня ж как раз прошлая булавка потерялась, и я, чтобы перед уходом никуда не бегать, взял просто из коробки "на крайняк" обычную, и думал новую где-то искать, - залепетал так, что только при должном опыте и наработанной привычке слова разобрать можно. - Помню, помню, поэтому и взял тебе, - делает ведь, гад, хладнокровный вид, а Душенька знает, что его такая реакция на подарок о-очень радует. - А из чего сделано хоть? - поднимает подвеску на уровень глаз, - ничего отличительного нет, какой-нибудь обыкновенный дешёвый сплав, который используют везде, где только можно, - Оно не окажется потом токсичным или ещё что? Да что!? Мало ли, что тебе могли подсунуть, главное ведь, что выглядит красиво, и всё такое! - Розе, вроде, сплав называется. Не умрёшь ты... ...мы. Кольцо из того же. - Если оно токсичное, в первую очередь об этом узнает твой отвалившийся палец? - Оно не токсичное, - уже просто из принципа говорит. Душенька не отвечает, Обси не продолжает; так и сидят молча, пока Душа не обнимает второго, пользуясь тем, что, во-первых, типо благодарность, да, ничего такого, во-вторых, они сидят для этого достаточно друг к другу близко, в-третьих, Обси спокойно поглаживает в ответ по волосам, и Душенька растаять готов, но уже спустя секунду, скрывая как может огорчение от этого, отстраняется, потому что сидеть вот так очень странно, а Душенька не готов к тому, чтоб это странно хотя бы для приличия, хотя бы в голове своей оправдывать. Решение пойти святить булавку прямо сейчас никем не оспаривается, они вылетают из комнаты Обси, где до того сидели, пугая случайно находившихся на том диване в коридоре; через тамбур в системный отдел, ловя взгляд заметевшего их прохожего на лестнице; там заворачивают в святилище, перед тем поздоровавшись со встреченной Ники. Помещение большое, да полупустое, один только алтарь место и занимает. Это единственная здесь комната, не имеющая верхнего освещение, потому что положено так, чтобы светло здесь было, только когда внутри кто-то есть, - взял керосиновую лампу, что флаг в руки, и пошёл без лишних вопросов. Обряд освящения достаточно прост. На алтаре тяжеленная чаша, а прямо под ней хранятся на полочках, а так же в углу, в коробках, заготовки примерного количества соломы, нужной для ритуала. Берёшь один обмотанный резинкой стожок, развязываешь, укладываешь в чашу кучкой и в эту кучку закапываешь освящаемую вещь. Солома поджигается и горит, пока вся в пепел не превратится. Главное условие: никаким образом мешать горению, да и, вообще, тревожить алтарь в тот момент нельзя, иначе всё сорвётся, и переделывать придётся, а это значит, тратить солому, ресурс небесконечный. А, и ещё, всё это время владельцу украшения нельзя покидать помещение, иначе, опять же, придётся переделывать. За всё одна кара. Душенька садится вслед за Обси на осмотрительно оставленный здесь ещё давным-давно матрас, облакачивается на стену, глаза прикрывая. Огонь трещит нещадно, прутики соломы на глазах, (насколько видно с низкого ракурса), обламываются. Успокаивает довольно-таки. Он осторожно, на пробу, перемещает голову на плечо рядомсидящего, когда сопротивления не следует, уже уверенне облакачивается. Ну вот что делать, если Обси практически никак не реагирует? Как ему, мать его, нащупать границы дозволенного, если этот просто мирно, по ходу дела, соглашается с любым его действием и, если всё-таки имеет возражения, просто не говорит о них?! В какие-то моменты складывается впечатление, что он, в принципе, может прямо сейчас его поцеловать, и Обси так же без лишних вопросов погладит его по волосам, да вернётся к прежнему роду втыкания в противоположную стену. Как же всё сложно-о-о. На стенах росписи, подобные той, что в коридоре над диваном, но здесь уже собраны все силы. По остальному этажу просто разбросаны отдельные фрагменты, здесь же целый-прицелый набор. Так положено, - в святилище, и здешнем, основном, и в выездном, используемом отделившимися группами должно быть хоть какое-нибудь изображение сил, будь то тетрадный листочек с детскими почеркушками или огромная фреска. Силам не принципиально. Сбоку, ближе к двери душенькина удача, - синий, обрезанный по пояс силуэт, у которого ни рук ни ушей, ничего не различить, всё слито, только глаз ярковыраженный, выходящий за пределы головы. Около точно такой же красный, к которому Обси относится, различие только в количестве глаз, их у красной Силы два. Бывает и больше, бывает и по три, как у фиолетовой. Это ничего толком не меняет, просто, например, если у твоей силы три глаза, тебе стоит носить три булавки от сглаза, на каждой из которых по три бусины, подвесочки, или что там ещё на них нацепить можно. Прямо над алтарём, - это, если что, ничего не означает, просто повезло так, - янтарь. Он тоже одноглазый. Он у Обси раньше был, а потом, с совершеннолетием, сменил. Так заведено, что, пока тебе восемнадцать не исполнилось, носишь тот же цвет, что у твоих старших, (даже если эти старшие, как в случае Обси, мертвы настолько давно, что тот их не помнит), а потом уже можно сменить на своё усмотрение, но только один раз. Душенька вздрагивает, когда приоткрывается с еле заметным скрипом дверь, сразу оборачивается, на столе оставляет только заваренный чай. Обси говорит как-то вяло, прям совсем вяло, что-то вроде "привет", оставляет рюкзак около входа, на полу, сам на диван падает с умирающим видом. - Ну так..? - собеседник ждёт, пока Душенька вопрос завершит, потому тот продолжает, хотя уже понятно, о чём он, - Куда ты делся? - Меня по дороге языковед поймала, повела ту работу переписывать, - говорит слишком, сли-и-ишком удрученно. Душенька знает, что не так. - Одного тебя, на других незачетных внимания не обратила? - знак вопроса для приличия. Душа головы опускает стыдливо, сам не знает, почему. Он-то вообще ничего плохого не сделал. - Да. Опять. Чтоб его, сука. И в том факте, что его заставили переписывать зачётную работу ничего ужасного нет, это лишь накопительный эффект. Душенька бы сам об стену головой бился, ходи он с самого детства с украшениями, открытая цель которых - привлекать к носителю внимания, и неспособный их снять. Потому что нельзя, нельзя, до совершеннолетия никак, ходи дальше своим янтарём отсвечивай. Душа готов прибить себя мелкого за то, что над этим шутил, это пиздецки обидно, тем более, от лучшего друга. Просто иногда Сила привлекать внимание действует, как у Ники, которая сделалась с самого первого класса популярной девчонкой, заимела огромное количество друзей и полюбилась учителям. И это всё при том, что все понимают прекрасно, что она с четвёрного положительного! Это же решение буквально всех возникающих в результате общественного мнения о "культистах" проблем! А иногда тебя таскают на каждом уроке за уши, да так, что будучи гением, заиметь нормальные оценки не выйдет, постоянно оглядываются на тебя в коридорах... И шанс ровно пятдесят на пятьдесят, это не зависит никак от человека, от внешних факторов и даже примет. Тебе либо везёт, и жизнь становится сказкой, либо с трепетом ждёшь совершеннолетия, чтобы выбросить весь янтарь подальше и больше к нему не притрагиваться. - Может это можно как-то обходить? - заводит ту же самую шарманку, но на этот раз как-то поувереннее. С каждым разом всё увереннее, - Я могу, как минимум, просто всё снять! И первым делом, видимо, булавку от сглаза, к которой он тянется сразу, отцепляя от ворота кофты. - Прошу без сумасшествия! - подскакивает со стула, в секунду преодолевая расстояние между ними, выхватывает из рук Обси украшение. Аккуратно цепляет его на то же место, где от постоянного ношения дырка на чёрной ткани стала заметна. Обси не сопротивляется, может, подумал головой, да адекватность включил. Бормочет уставше "прости", так, будто реально верит в то, что перед Душенькой чем-либо виноват. Даже если виноват, Душа уж точно не тот человек, кто мог бы на него по-настоящему обижаться. Он сейчас выглядит, как побитый котёнок, которого хочется только обнять и не отпускать. Но этого Душенька, включая здравомыслие или, скорее, какой-то свой внутренний процесс принятия подобных решений, за действиями которого он никогда не может уследить, делать не будет. - Так. Ты сейчас идёшь, можешь попить чаёчек, втирать мне любую херню о том, как счастливо ты будешь жить когда Силу сменишь, но без необдуманный, резких, глупых, бессмысленных действий, - возвращается к столу, открывает нависной шкафчик, где чай хранится и, заодно, достаёт оттуда же чашку, как-то негласно отведённую Обси под пользование, потому что сидят они здесь в три тысячи четыреста тридцать четвёртый раз. - Такими темпами сменю Силу на красный, - Душенька подмечает, что то логично, устав от чрезмерного внимания, выбрать незаметность, - Пойду обвешаюсь килограммами украшений, как Диамкей, да так, чтоб для каждого предмета одежды свой набор брошек имелся. Одна из проблем янтаря, кажущихся на фоне всего незначительными: янтарь не везде купишь. Далеко не каждый мастер возьмётся за такое, а из суженного круга тех, кто этим занимается, далеко не каждый свою работу сделает доброкачественно, чтоб не развалилось всё на следующий день и красиво выглядело. Не то что красные, синие или фиолетовые украшения, их же на каждом шагу продают. На каждом шагу по последним этажам, куда никто не суётся, среди продавцов, не боящихся людей с четвёртого положительного, если уточнить, но эти все подробности обычно не считают. - Скоро шторм будет! - кричит во весь голос Ники, влетая в жилой отсек. Только-только пришедший сюда Молвин и встречавшие его Обси, Душенька и БЛС скорее подпрыгнули, чем вздрогнули, от неожиданности. - Шторм, говорю! Зовите всех, не стойте! - надрывается порядком рассерженная медлительностью девушка. Все четверо отмерли наконец, и все трое, (Молвина к такому не готовили, он ведь, наверно, не разу не попадал на срочные собрания), рассыпались по коридору, суматошно приоткрывая случайные двери хоть по два раза, и выкрикивая примерно одно и то же "Шторм надвигается!". Так всегда происходит, зовут всех, что на эвакуацию, потому что, раз уж вопрос, (какой-либо), решается, то лучше решить его побыстрее и поколлективнее. Кстати об эвакуации, ничего такого страшного нет, не стоит пугаться. Шторм никого не снесёт, прятаться, трястись в страхе категорически запрещается. Шторм - это праздник, счастье и всё такое, возможность вылезти наружу. А сейчас это вопрос,.. - Все есть, - гордо, что пятилетний ребёнок, выполнивший поручение, отзывается Ники Ксеноморфу, вошедшему, сюда, наверно, в общей суматохе и до того никем не замеченного, - На кануне вопрос пропажи группы, - объявляет она же. ...спасения. Спасения жизней, или всё не так критично, не важно вообще. Душенька уже был другими осведомлён о том, что в его отсутствие этаж покинула группа, состоящая из Модди, Пугода, Жирафа и Нео. Они должны были вернуться в радиусе дня от даты прихода посыльного, но что-то пошло не так. - Шторм ожидается с четвёртого числа по десятое, но с большой долей вероятности придёт уже четвёртого, то есть, нам нужны добровольцы для экспедиции в офисное здание длиной от двух дней до недели, - завёл Кеп. Он один из учёных, индивидов, которым хватает мозгов для дел, вроде прогнозирования погоды. Объективно, учёными их называют с нехилой натяжкой, но так уж сложилось, спорить не будем. - Желательно, те, кто сможет с антенной справиться, - поправляет Ники, а Кеп только кивает. Схема с полными и неполными радиоприёмниками. На этаже всего лишь один полный радиоприёмник, (имеющий антенну и не нуждающийся в подключении в сеть), который выдаётся исключительно группам, направляющимся на опасное дело, потому как в экстренной ситуации никто там не сможет ждать шторма, а потом лезть на крышу какого-то здания. Группа не объявляется, - подготавливается операция с участием, обыкновенно, двух человек, отправляющихся к близжайшей сюда антенне на соседнем офисном здании, чтобы связаться. - Какое разбирательство, дело нужно решать срочно! - кричат опять из-за двери, с коридора. Душеньке кажется, эта девушка за дверью, голос которой он не узнаёт, сейчас второго треснет. Может ещё треснуть пол, стену. Главное, чтоб не дверь, и вопреки этому крайне странному подозрению, мальчик только прижимается всем телом к дереву. - Шторм будет только возможно. Возможно! - открикивается ей мужчина. Душенька ещё сильнее поджимает к себе колени. - Его Кеп предсказал! Кеп, не Альцест! Этому юнцу пять минут, как восемнадцать исполнилось, он совсем неопытный! Душеньке Кеп всегда очень умным казался, он его предсказанию абсолютно верит. Кеп, говорят, в школе хорошо учился, и в учёные был взят сразу, без рассуждений. Он ещё Душу читать учил, у Ксеноморфа намного лучше и быстрее получалось, чем у мамы, она-то долго билась. - Альцеста нет, он уехал, и ребятня его с ним уехала, они нам не помогут! И не только Альцест из вариантов выбывает! У нас есть только этот подросток! - Я ему не верю! - Придурок, это не вопрос доверия! Это жизни вопрос! На кону, зияют Силы, жизни, ты позволишь им обоим умереть?! Мы понятия не имеем, что с ними произошло! - девушка, кажется, переводит дыхание. От этого перерыва ещё сильнее сжавшемуся Душеньке лучше не становится, - Попробуй мозги включить! У них же здесь шестилетний ребёнок, прямо за этой дверью! - последовал удар по двери, вроде указания, Душа от испуга резко перевалился на бок, - Он останется без родителей из-за твоего "возможно"! - Что тут происходит?! - кричит уже кто-то третий. Родители не вернулись. Нет, нет, не идиотизм какого-то мужика привёл к их смерти. Третий встал на сторону девушки, было созвано собрание, выбрана двойка спасателей, отправившихся к антенне, подключивших радиоприёмник в шторм, который действительно произошёл, привёл к тому, что мнение Кепа больше никогда не обесценивалось... Но ответа не последовало. Всё изначально было зря, к моменту, когда появилась первая возможность связаться, родители уже лишились возможности ответить, может, самого радиоприёмника, может, вовсе были уже мертвы. Кстати, да, раньше полных радиоприёмников было два, просто никто так и не узнал, что произошло с родителями, а значит, и приёмник не нашли. Они отправлялись на относительно безопасное дело, этого чего-то, лишь Силы знают, чего, не должно было произойти. Их смерть так и осталась загадкой. За Душенькой же приглядывала с тех пор бабушка, а позже и она умерла, но уже по абсолютно естественным причинам. С самого рождения Души оставалась больна, малоподвижна, но до самой смерти имела чистейший рассудок и понимание происходящего, так что, доверить опеку над внуком ей было безопасно. - Можно ли мне пойти? - возникает Молвин так неожиданно, что Душеньке очень хочется хотя бы показательно поперхнуться, - Я немного разбираюсь в... Ну, в общем, смогу, думаю, подключить приёмник. - Ты уверен в этом? - настороженно, что логично, переспрашивает Ники. Тот только кивает, неуверенно, но то не шибко важно. Душеньке его мотив непонятен, как и всем, собственно. Резко как-то он на что-то подобное решился, да так, что никто в нём изменений не нашёл. Для операции не нужно иметь особенных навыков, ни один человек здесь их не имеет, но сложно без предвзятости относиться к подобному предложению от нездешнего, хоть и всем знакомого. Скажи это кто угодно другой, кандидатуру бы приняли с радостью. - В таком случае, я с ним пойду. Двух будет достаточно, - решает Обси раньше, чем кто-либо успевает опомниться. Блять. Зияли Силы, что здесь происходит, и почему такое ужасное. - М-м, хорошо, - Ники могла бы хоть посмотреть на всех вопросительно, для приличия, а не авторитетно решаться в одиночку, - Раз уж так, с тобой в любом случае пойдёт кто-то ещё. Душенька, честно, очень надеется, что на его лице реакция на случившееся не отразилась, но БЛС, оставшийся где-то напротив, на него странно зыркнул. Через три дня Обси уходит с Молвином на крышу офиса, и пробудут они там от двух дней до недели. И в этом, Душенька сил побоится, нет совершенно ничего ненормального. И вся нормальность происходящего не меняет того, что хочется усесться в уголок на пол, сжаться в комочек, и, может, заплакать, может, просто просидеть в таком положении, пока они не вернутся. - Может ему хотя бы оберег дать, - вроде бы просто так говорит БЛС, и понятно, что он про Молвина. - Ну да, не пойдёт так, если я весь ими обвешаюсь, а Молвин пойдёт так, даже без булавок от сглаза. - Кто меня там сглазит? Ты? - Ты хоть знаешь, что это такое? Обси легко может сделать это неосознанно! - подключается Ники. - Эй, эй, эй, успокойтесь. Освятить ему обереги, не сделав причастным будет сложно, - возникает Кеп, но слышат его, кажется, только находящиеся совсем-совсем рядом, в числе которых Душенька. - Осветить Молвину обереги, не сделав причастным будет сложно! - озвучивает так, чтобы все слышали, Ники. Это слишком затратный ритуал: нужно огромное количество соломы, что вызовет её нехватку, ведь следующей поставки ждать месяц, (так же её может вовсе не хватить); большое количество времени и человек пять для проведения, помимо непричастного. Святить для левых людей нельзя, - Силы могут их запомнить и привязать, а многие того не желают. Если б Молвин был непроч оказаться таким же, сделал бы это, наверно, и раньше, то есть, ему такие риски не подходят. ... Душенька понятия не имеет, кто БЛСа за язык тянул, он уж точно не тот человек, кто стал бы волноваться о ком-либо, но искренное-преискренное ему спасибо. Пресвятейшие, как же эгоистично это звучит. Противно. Молвина не допускают из соображений безопасности, а предложившегося Обси утверждают, ищат на замену ему в пару человека. Душеньке остаётся только поднять руку. А потом уже подумать "куда же я опять лезу, только вернулся". На окраянных этажах всегда пусто бывает, толпа будто расползается и, пока в нулевом центральном коридоре не протолкнуться, здесь из людей - владельцы местных лавочек, собравшиеся в уголке для разговоров. Нечего им сидеть по своим углам, клиенты всё равно редко объявляются. Они с Обси осматривают последние лавки в конце коридора, на месте пару секунду осматриваются, и подозрительно, под пристальными взглядами этих самых лавочников, идут в обратную сторону. Снова проглядывают все вывески. - Зияли Силы, где этот "Бездельник"? А. Стоило только сказать, Обси тянет его за собой за руку к упомянутой лавке. Ради приличия и всего святого, её на самом деле сложно заметить, - владелец, видимо, решил приятно её обустроить, выкрасил и прилавок, и пространство за ним в монотонный коричневый. Помещение обрело большую незаметность, чем даёт красная Сила. Обсидиан его на пол пути, к сожалению, отпускает, оба они остаются на пороге "Бездельника". Дешёвые, по большей части очень странные, украшения, деревяшки, тканевые аксессуары, вроде шитых из чего-то полупрозрачного шарфов. И пара коробок в прилавке с украшениями для людей с четвёртого положительного. Если владелец надеялся убрать глаза с глаз подальше, чтоб не отпугивали обыкновенных посетителей, стоило бы спрятать получше. - Ну-у, может, пройти в подсобку? - протягивает Душенька, понимая, что стоять здесь просто-напросто бесполезно. Обси только кивает, выглядит так, будто этот вывод сделал даже первым. Там лавочника и находят. Мужик лет сорока, на удивление, выглядищий поопрятней большенства здешних. Говорит что-то вроде "О, вы уже здесь", но не отыскав никакого отклика, бросает идею завести миловидный разговор, просит пойти за ним. Помещение оказалось невольно соединено с давным-давно неиспользуемыми задними коридорами, куда они полезут. Огромная развилка, пути которой кольцом обвивает каждый этаж, всё здание. Было бы крайне удобно иметь сюда выход с этажа, значительно облегчит перемещение. И детям будут рассказывать уже истории о культистах, которые могут на тебя напасть, проломив стену в комнате. Звучит прекрасно. Но, кстати, последнее время этот вопрос серьёзно рассматривают. И встречает их дыра в стене. В общем-то, да, примерно так и должен выглядить вход в эти катакомбы, (все обыкновенные специальные были забетонированны давным давно), но здесь прям-таки жуткая дырень, не понятно, каким образом проделанная. Ещё интереснее было бы узнать, сделал её этот мужик или кто-то до него? Окей, это не их дело. Лавочник просто впускает их, кратко прощается с пожеланием удачи, и закрывает "вход" снова какой-то картонкой. Душенька жалеет, что не достал лампу заранее, и пытает как-нибудь сделать это практически наощуп, под слабой линией света, что проглядывает из-за картона. Оседает на пол, рюкзак оставляет рядом. - Лампу ищешь? - переспрашивает Обси очевидное. Душенька кивает, - Ты в итоге попросил меня её к себе положить. А, ну да. Обси ведь и предупреждал, что, такими темпами, забудется. Душа хихикает, спешит собрать заново рюкзак, пока второй лампу зажигает. Света от неё катастрофически мало для следующего этапа экспедиции, ну а коридоры в большем не нуждаются. Обси её вешает на какую-то пришитую специально для таких дел петельку на своём рюкзаке. Пожарная шахта. Душенька понятия не имеет, почему их так называют, - да, да, они, вроде как, сделаны по подобию аварийных лестниц, что использовались до катастрофы. По ним наверх, на нужный этаж, забирались пожарные или, наоборот, выбирались из огня пострадавшие. Так говорят школьники школьникам, информация может быть абсолютно не точна. Он у достоверных не спрашивал. Так вот, "нафига они нужны здесь?" - подходящий вопрос. Во время пожара или ещё чего похуже спуститься к выходам, выбежать, и сгореть заживо, только уже на солнце? Интересная смерть, тут не поспоришь, но Душенька предпочтёт обычный огонь. Здесь уже обошлось без дыр, обыкновенные двери, за ними не шибко широкая площадка, заранее способная вывести на страх высоты, - ну, чего тут, просто провал с высшего до нижнего этажа со стандартной металлической лестницей, по которой им надо, как раз, туда вниз и спуститься, потому что это был самый оптимальный вход в катакомбы, все остальные ещё выше. Дело ясное, спуск происходит в несколько заходов, между которыми они, по крайней мере, дадут рукам отдых; но забываться нельзя, иначе не успеют добраться до офиса к ночи. Путём недолгих разбииательств, (только потому, что этот вопрос они уже пытались решить вчера), Душенька лезет первым, Обси сразу следом. Это, в теории, должно помочь распределить свет лампы. Ох, если бы сбылась Душеньки нынешняя мечта, (и Обси, скорее всего, тоже), и лампы выпали из списка дорогущего редкого товара. У них бы две оказалось. Руки с непривычки устают быстрее, чем ожидалось, но к обратному пути процесс должен ускориться. Душенька перебирается с лестницы на один из островком безопасности около двери. Внутрь они заходить не планируют, просто посидят здесь. Площадка, как и наверху, узкая, но не критично... ...Душа всё равно сразу опускается на пол, от греха подальше, - бывали у него случаи, голова закружилась и всё, пиздец. Такое с каждым случиться может. Следом рядышком местится Обси, ставит между ними рюкзак, чтоб не откреплять лампу. Со светом сразу приятнее становится, приятнее, да, но от того шахта не перестаёт выглядить жутко. - Помнишь того одноклассника, который в пожарную шахту провалился, ну, и умер, естественно? - с позитивных нот заводит Обси. - Да, но без подробностей, как, что и когда произошло. Душенька галантно стучится в двери кабинета, не дожидаясь ответа, входит и, сначала, пугается постороннего, не просто постороннего, а разодетого в форму, человека, затем уже извиняется за опоздание, просит разрешения войти. Учительница не думая кивает, а на проскользнувшего следом за ним Обси. А он, кстати, от себя даже не извинился. - Не шуми, этот не продолжит, пока не затихнет всё, - Душенька останавливает Тайма, шепча. Тот уже собирался было рюкзак раскланывать. - Ты и так отсвечиваешь. И вообще, судя по тому, что у большей части класса учебников на столах нет, это что-то займёт весь урок. - Так вот, - прокашливается человек в форме, - Этот случай наглядно показывает, чем череваты связи с плохими компаниями. Ваш одноклассник, мальчик, только вчера сидевший с кем-то из вас за одной партой, сегодня уже мёртв. О, подходящие речи, он так и первоклассникам говорил? У учителя, кажется, тоже с таких прямых формулировок глаз дёргается. - Вчера он ушёл после школы гулять со странной компанией, как утверждают свидетели, а сегодня ночью тело было найдено на дне пожарной шахты... Душеньку больше интересует даже не чрезвычайная защищённость населения, такая, что десятилетки вход в катакомбы нашли, а тот факт, что тело было обнаружено так быстро. Он не слышал раньше о подобных случаях, а если такое не ещё происходило, откуда поисковой группе знать, что стоит проверить шахты? Они должны были иметь какую-нибудь зацепку, иначе бы поиски продлились долго. В дверях затемнённое стекло, в результате чего, свет, заполняющий помещения за ними, не вредит. Но, тем не менее, дверь, что одна яркая точка, и дополнительное освещение здесь не нужно. Кто, зияли Силы, придумал остеклить потолок?! Это даже звучит ужасно, особенно, когда после того, как офис забросили, стекло потрескалось! Теперь в летний полдень здесь спокойно можно сгореть, как и на открытой местности, а в нынешний полдень ожоги заработать. Но закат берёт своё, - сейчас осталась только опасность ослепнуть. Для этого была создана такая невероятная инновация, как плотная, (он надеется, не половая), тряпка. Завязал глаза, - и пошёл. Душенька свою надевает сразу, затем приподнимает ткань всё же, достаёт со своего рюкзака вторую, да стукает по голове Обси, (любя), чтоб пригнулся и позволил себе помочь это сделать. Свою приходится перевязать поплотнее. Внутри через ткань ничего не видно, но, стоит выйти за дверь, свет бьёт в глаза. Как будто прислонился к лампочке лбом и смотришь неотрывно, только это вот через два слоя защиты, (вторым можно считать веки). Помочь друг другу в таком состоянии они никак не могут, остаётся лишь нащупать рукой левую стену и мерными шагами двигаться вдоль неё. Ну, как нащупать, иногда касаться её, проверяя, туда ли идёшь, потому что, нагретая солнцем, она слишком горячей стала. Не обжечь бы руки, - это бы стало весомой причиной для удлинения экспедиции, ведь, пока ожоги не подзаживут, забраться обратно по лестнице не выйдет. Зияли Силы, как же жарко. Кажется, что они всё таки воспламенятся скоро, но это, он очень надеется, не так, и всё верно рассчитанно. Это была бы очень глупая смерть. Душенька нащупывает поворот, переходит к противоположной стене, и идёт в другую сторону. Рука доходит да неровности, ищет ручку. Ура. Стягивает повязку и трёт глаза, - всё ещё ничего не видно, но, спустя пол минуты где-то, окружающее начинает приобретать, если не понятные, то хотя бы какие-то черты, плывёт чёрными пятнами. Обсидиан уже здесь находится, наверно, зашёл пару секунд назад, и Душенька вдруг осознаёт, что они не продумали один момент, (слава Силам, всё обошлось, но могло ведь быть и хуже!). Если бы Обси успел снять повязку, Душа навредил бы ему, открыв дверь. - Чего так смотришь? - задаёт вполне логичный вопрос тот, и Душенька старательно возвращает себе нормальное выражение лица, - Что-то произошло, пока шёл? - Нет, просто глаза заслепило, они ещё в нормальное состояние не вернулись, - показательно промаргивается. Хорошо, что удача на него смотрит. Вверх этажей восемь, если, конечно, Душенька верно считал, по широкой лестнице со ступенями выше стандарта, что дело не облегчает. Точного обозначения, на какой им надо, нет, хотя мог бы уже хоть кто-то пометить, - просто идёшь вверх, пока не набредёшь на коридор, что рядом находится. Этот самый коридор - следующий пункт пути. У офиса два корпуса, в нужный из которых возможно попасть только заковыристым путём, через короткий переход между зданиями на уровне вроде-восьмого-если-правильно-посчитал этажа. Бродить по нему в тряпочке не надо, проблема другая и не столь значительная, - пол в не очень приемлемом состоянии, пробираться надо по каким-то балкам, снизу, как будто для вида, перекрытыми непрочным материалом. В теории, если оступиться и упасть на перекрытие, оно прогнется, отвалится, и ты полетишь вниз, а спутники сначала ослепнут, (этой дыры будет достаточно), затем вслед за тобой отправятся, неспособные наслепую удержать равновесие. Это, к сожалению, только теории, никем пока что непроверенные... ...это не к тому, что Душенька мечтает умереть и утянуть за собой Обси, просто как факт. Ночлег обустроили на самом последнем этаже, в какой-то из одинаковых необустроенных вообще никак комнат. Офис был построен десятков так пять лет назад, но использоваться не стал по неразглашённым причинам. Так и не был обустроен, так и не получил нормальной системы вентиляции, (без которой прожить здесь неделю, к счастью, всё же возможно), или канализации, но зато на крыше была установлена антенна. Раз уж втягиваемся в историю, раньше радиосистемы использовались везде, позже потеряли актуальность и, чтобы смельчаки не вылазили в шторм на улицу, со всех жилых блоков конструкции сняли. А на заброшенных зданиях они до сих пор стоят. Удобно. Где рюкзаки положить, в общем-то, всё равно, главное, чтоб под крышей прямо. Первые припасы, в виде стандартных консервов, уже открыты и съедены были, когда Душенька в одном из наружных карманов рюкзака отыскал случайно ещё один оберег. Перед самым выходом его нашёл, да бросил туда, чтоб не злить остальных даже коротковременной задержкой, пока наденет. В итоге забыл. В любом случае, лишняя удача не помешает, так что... - Зияли Силы... - под вопросительным взглядом Обсидиана объясняет, - Я где-то по дороге булавку потерял. С той подвеской, которую ты дарил.., - последнее добавляет уже стыдливо. Она очень красивая была, ну да, так ещё и не абы кем подаренная. Да и не представляется возможным её отыскать, - кто сказал, что украшение не могло отцепиться ещё в блоке, в одном из оживлённых коридоров? Его либо окончательно затеряли, либо нашли и... ...и выкинули нахер, конечно, кто осмелится себе забрать побрякушку ужасных культистов? Во-вторых, и во-первых по важности, это не красивенькая брошка, а оберег, причем, один из основных. Да, в какой-то степени Душенька согласен со словами Молвина о том, что сглазить здесь некому, но лучше всегда быть перестрахованным. Обси в ответ только промычал что-то удручённо. - Прости! - Ты о чём? - тут же оживился тот. - Я твой подарок потерял. Обси делает мордашку измученную, насколько видно из-под балаклавы, и тяжело-тяжело так вздыхает, показательно. Душенька только глазами хлопает. - Я тебе её не попользоваться дал, а подарил, значит, она теперь твоя. Значит, извиняться тебе незачем. Душенька не отвечает ничего, только голову вниз опускает, пока второй осматривается так, будто замена вон в том углу сейчас окажется. Считать пылинки на полу Душа прекратил, когда перед его лицом оказалась новая булавка. Нет, возникла только одна проблема: Обсидиан просто отдал ему одну из своих булавок. В теории, так можно, люди цвета двухглазых Сил носят по две булавке только ради обозначетия, это не обязательно и на действие никак не влияет, но. - Не смотри на меня так! - тот чуть ли не подпрыгивает, а Душенька старается сдержать смех. До Обси, похоже, наконец-то дошло, - Я знаю, о чём ты подумал, и не надо об этом думать! Это ради безопасности! Душа косится то на всё ещё протянутую булавку, то на Обси. - Как не прискорбно, откажусь, - продолжает выстраивать из ситуации какую-то комическую сцену. - Не выделывайся, - Обси безприциндентно наклоняет собеседника к себе, потащив за свитер, и, не встречая сопротивления, молча закрепляет булавку примерно там же, где предыдущая висела. - Это как на истории рассказывали? Без возможности отказа? - выдаёт наконец снова, стараясь держаться непринуждённо. - Ой, да иди ты! Душенька хихикает, тот продолжает делать вид, что обиделся, ложится там же на пол, используя свой рюкзак как подушку, и отворачивается, чем Душу только больше смешит. Вообще, ситуация странная. Типо, цвету двухглазой или трёхглазой Силы отдать одно из повторяющихся украшений кому-то, всё равно, что предложить связаться жизнями. Среди обычного население это называется жениться или выйти замуж. И дарят в таком случае кольцо, но не столь важно. Душенька знает прекрасно, безопасность и всё такое, но ещё долго планирует это припоминать. На булавке красная бусина, обычная, если не присматриваться. Не понятно, из чего она сделана, но текстура очень необычная, с пузыриками воздуха внутри, будто какой-то неумелец партиями отливал такие из эпоксидной смолы, а зрачок с белым кольцом вокруг явно нарисован вручную. - Душа-а, Душ, - просыпается не от слов, а от потрясываний за плечи. - Чегось..? - Не "чегось", а шторм! Уже сегодня! От такого заявления Душенька побыстрее просыпается, скорее вскакивает, чуть не ударив случайно Обси. - Поосторожнее! Он через две секунды не закончится, время есть. А у группы, возможно, нет. Но, да, бежать и метаться от того не надо. Они спешно, но не чересчур, собирают оборудование в виде блока питания, кабеля, ещё одного кабеля и, кажется, ещё одного... Раз уж так, Душа в этом не очень разбирается, весь успех миссии держится на навыках Обси и тщательной поддержке второго, да помощи в простых вещах. И вот, первый прекраснейший глоток чистого, свежего воздуха, не прошедшего несколько ступений светонепроницаемой вентиляции... ...а уже в следующее мгновение их настигает ливень стеной. Где-то пришло, где-то ушло, или как там говорится? А воздух и правда свежий или просто пахнет чем-то, у большинства людей ассоциирующимся со свежестью. Душенька не может и объяснить, почему считает вентиляционный воздух каким-то грязным, как и большинство, опять же. Одежда промокла насквозь, неприятно липнет к коже, как и волосы, глаза приходится жмурить, поскольку направленный в них поток прохладного воздуха приятным сосчитать сложно. За пластом крыши офиса второй его корпус, череда не шибко отличающихся от него, но, главное, жилых блоков. Точно такие же огромные вытянутые кирпичики без единого отверстия-входа. "Им не нужны входы, потому что никто не собирается выходить" - говорил в детстве кто-то. Душенька уже и не помнит, чьи это слова. И вообще, он-то сам не так уж давно первый раз оказался снаружи. Так вышло не из-за чьего-то желания, а потому что большая часть душенькиной жизни выпала на сухой период, самый продолжительный за последние несколько веков. Шторм пришёл, когда Душе было шесть, - слишком маленький возраст, чтобы выходить наружу, - а следующий, когда ему было уже шестнадцать. Душенька с Обси рядышком и ещё несколькими людьми, помимо Ксеноморфа и Диамкея, на которых повесили необходимость вывести наверх группу подростков. "Учёные" о чём-то своём переговариваются, сидя под противоположной стеной. Душенька и до этого обращал внимание на то, что эти двое выглядят недостаточно собранными для своей должности или, хотя бы, возраста. БЛС наконец-то выскакивает из своей комнаты. Он забыл о том, что в течении пары дней в любой момент может прийти шторм, поэтому утром счастливо ускакал куда-то, удачно вернулся, когда все собирались, решив, что искать того бесполезно, и слёзно умолял себя подождать. - А мы можем с собой Молвина взять? - только в этот момент учёные отвлекаются от чего-то своего и обращают внимание на того. - Э-э, можем, но его бы стоило заранее предупредить. Я не вынесу больше ждать, - откликается наконец Диамкей. - А я его уже предупредил! Он у лестницы на своём этаже будет! - То есть, ты не безответственный такой, забыл, а вообще всё это дело проигнорировал? Так же, как этот вопрос, видимо. БЛСу было предостаточно согласия, всё остальное неинтересно. И участь Молвина, если б не разрешили, тоже. На том краю крыши, куда они и бегут со всех ног, огромная конструкция антенны. Когда говорится огромная, имеется в виду, что она реально огромная, этажа, так, в три высотой. Нужная им панель находится сразу; Обси стягивает с себя кофту и отдаёт Душеньке, оставаясь в футболке; тот старается, как и договорились, панель заслонить тканью, да и собой заодно, от дождя, потому как поподание на провода в огромных количествах воды ничего хорошего не сулит. Обси распаковывает свой набор юного электрика, здесь уже Душа особо не вдумывается в его действия. На горизонте смерч, но, в любом случае, здесь он их не достанет. Образуется каждый второй шторм на пустыре, где-то там и остаётся. Как это с научной точки зрения объясняется, Душенька понятия не имеет. Обси крутит что-то уже на самом приёмнике. - Ну что?! - ветер с дождём приходится буквально перекрикивать. - Да сейчас уже готово будет! Спустя ещё секунд тридцать Душенька готов здесь же откинуться, а радио вдруг решает заработать. Это понятно только из слов Обси, потому как прочее окружающее с лишком перекрывает шорох приёмника. Обси почти лихорадочно настраивает их волну. Одно правило есть: если с группой что-то происходит, но обстановка не является чересчур экстримальной, необходимо оставить рядом радио, настроиться на их общую волну, ждать, пока с вами свяжутся, и ни в коем, ни в коем случае не покидать волну. - Приём, приём! - кричит, нагнувшись к приёмнику Обси. Зияли Силы, Душенька даже не услышит, что говорят на другой стороне за ветром. - Погодите, в смысле, а Пугод и Модди где?! О. Они разделились. Это раз так в пятнадцать ухудшает ситуацию. Когда сообщат на этаж, начнётся ужасный кавардак. - Всё по порядку! Вы знаете, где они находятся?! - чуть ли не присланяется ухом к довольно нестандартного вида динамику. Им просто такой приемник попался, - А вы хотя бы где?! В принципе, людей, потерявшихся без приёмника, можно считать наполовину мёртвыми, поскольку вероятность их нахождения ровно пятьдесят на пятьдесят, если, конечно, у Жирафа и Нео окажется хоть какая-нибудь информация. - Как вы вообще там оказались?! Это в двух блоках от предполагаемого положения! И вообще, что вы делаете в нежилом здании?! Ещё лучше. - Если эти двое фиг знает где оказались, где нам искать тех?! - в пустоту кричит Душенька, но Обси, кажется, хватает я за эти слова. - Модди и Пугод могли остаться на месте, в блоке?! - Душенька улавливает какой-то ответ из радио, но не может ни слов разобрать, ни понять, кто из двоих говорит, - Хорошо! Могли? - Что-то может помешать вам оставаться на месте?! - Мы что, будем отправлять кого-то за ними?! Не просто поможем найти дорогу?! - Они не могут выбраться! Объясню сейчас! - вновь переводит взгляд и присланяется к приёмнику, - Экономьте припасы! Мы отключаемся!