Иван Царевич и Серый волк 5: Другая версия

Вдруг всё вокруг погрузилось в темноту. В ушах Царевны всё ещё звенел голос Ивана, но постепенно он начал затихать. Василиса старалась разглядеть хоть что-то в этом мраке. Постепенно перед её глазами начали появляться цветные пятна, и очертания потолка с отвалившийся штукатуркой становились всё более четкими. Она моргнула пару раз, и поняла, что находится в комнате. — Какой кошмар, — с горечью подумала она. — Может быть, я просто потеряла сознание, а Ваня принёс меня домой? Но почему потолок другой? Сколько времени я лежала? Папа сделал ремонт? Она взглянула на стену и вместо привычного узора увидела голую серую поверхность. — Почему здесь так мрачно? Папа ведь знает, что я люблю яркие цвета! Держась за голову, она поднялась с кровати и увидела перед собой обычную потрёпанную дверь. В этот момент дверь открылась, и вошла девушка — худощавая, с двумя косами цвета ржи, бледная, в простом красном сарафане и еле заметных чёрных башмачках. — Хорошо, что ты рано встала, — произнесла она, подходя ближе. — сегодня особенный день. Нужно хорошо подготовиться, давай начнем с завтрака, как обычно. — Ты кто? — с недоумениием спросила Василиса. — Очень смешно! Мы с тобой знакомы с самого детства, в приюте, — ответила девушка с лёгким смехом. — Давай, вставай, я принесу тебе одежду. — Приют? Какой такой приют? — Обыкновенный. Твоя матушка умерла, а батюшка не смог тебя содержать. Можно его понять — времена были тяжёлые для царства, и он в конце концов сдал тебя. — Что за чушь! — возмутилась Василиса, стукнув ногой по полу. Мой отец не мог так поступить. Я сплю! Василиса щипнула себя, но ничего не изменилось. — Поняла! Ты новая слуга, просто папа пока не предупредил. Сейчас я найду его! — Знаешь, я всегда была слугой, но не забывай, что и ты не так уж далеко от этого, — произнесла девушка спокойно. — Что?! — Царевна не могла скрыть своего возмущения, но решила, что стоит подыграть, чтобы вырваться на свободу. Нет, похоже, я всё ещё сплю. Нужно умыться и заодно найти папу», — мелькнула мысль Василиса обернулась к девушке и с улыбкой сказала: — Прости, ты права, кажется, я... не выспалась. Уйду на минутку, чтобы привести себя в порядок. — Слава небесам, давай! Я подожду тебя на кухне, — ответила та с облегчением. Когда девушка покинула комнату, Василиса с нетерпением ждала момента, чтобы выскочить. Как только она осталась одна, стремительно выбежала за порог и оказалась на улице. Перед глазами Царевны раскинулась зелёная лужайка, усыпанная колокольчикками, неподалеку стояли стройные осины и могучие ели. Василиса обернулась и посмотрела на здание, из которого только что выбежала. Это была изба — невысокая, с потертыми окнами и стенами, но всё же достаточно уютная для жизни. Царевна была поражена увиденным и, не раздумывая, бросилась прочь. Спеша вперёд, она оглядывалась по сторонам: вокруг раскинулись похожие на её избу домики, ближе к ним плавно искрился пруд с утками, а возле каждого дома красовались грядки с ягодами клубники и корыта с водой. Из домиков выходили девушки в необычных нарядах, но Василису это не заботило — она с упорством продолжала бежать, выкрикивая: « Папа! Ваня! Где вы?» Женщины, выходившие из своих жилищ, отвечали ей недовольными возгласами. И вот впереди она увидела величественный дворец и, переполненная радостью, бросилась к нему с громким криком. — Папа! — воскликнула она, подбегая ближе, но вдруг застыла на месте. Дворец, перед которым она оказалась, был огромен и великолепен, выполненный из белого мрамора с кирпичными крышами и большими окнами. Однако даже в своей красоте он не походил на её собственный дворец. Единственным знаковым элементом была лестница, ведущая к входной двери. На крыльце стояла знакомая ей девушка, пусть и не до конца. Рядом с ней была старая женщина в белом платке и сером платье, будто покрытом пылью. — Ты опаздываешь! — ворчала она, ставя руки на бёдра. — Где ты была? — Простите, Матушка Проскофья, — тихо произнесла девушка, опустив голову. — Я бегала торопить Василису. Старушка нахмурила брови и внимательно посмотрела на Василису, а затем грозно подняла над головой девушки руку, готовясь ударить. — Торопила?! Ты называешь это торопила?! Бегом на кухню, бездельница! Девушка в страхе сжалась и быстро устремилась во дворец. Василиса была в полном шоке; она не понимала, что происходит, но вскоре, сжав кулаки, громко произнесла: — Эй, вы! Быстро убирайтесь из моего дома! Что вы с ним сделали?! — Как ты смеешь повышать голос, неблагодарная! Почему не периоделась!? — Я ничего не буду делать, пока вы мне не объясните, что происходит! Где мой отец? Где мой муж? Старушка ударила Василису по лицу с такой силой, что остался четкий след. — Если я ещё раз услышу от тебя хоть звук, вылетишь отсюда! Как ты смеешь кричать на того, кто тебя вырастил и накормил, неблагодарная девчонка! Я сейчас тебя проучу! Она замахнулась, но в этот момент в проходе появился высокий мужчина лет сорока в синем кафтане с золотыми пуговицами и кремовом цилиндре. Он уверенно поднял голову. Старушка моментально опустила руку и поклонилась ему с улыбкой. — Доброго дня, министр Казимир! — И вам того же, Проскофья, — ответил он, снимая цилиндр. — О, Василиса уже очнулась, как вовремя. — Вовремя, — сладко повторила старая женщина. — Но вам лучше поторопиться, иначе его величество.... — Казимир! — раздался властный голос. — Иду, ваше императорское величество, — Казимир быстро вновь надел цилиндр, — поторопитесь. — Мы постараемся, господин Казимир, — снова поклонилась старушка. Министр поспешно ушёл, и в коридоре раздался звук его каблуков, стучащих по ступеням. — Слышала?! — вновь рассердилась старая женщина. — Быстро одевайся и на кухню! Что, совсем забыла? Василиса не могла произнести ни слова; её поразило увиденное, и она не сразу осознала, что получила ещё одну пощечину. — Ты что, мозги заморозила после купания? Серафима! Вошла девушка с косами. — Быстро найди ей одежду и идите обе на кухню! — Да, Матушка Проскофья, — ответила Серафима, схватив Василису за руку и потащив во дворец. — Почему ты не периоделась? — зашипела Серафима, таща Василису по светлому коридору, в каждом углу которого светились канделябры. На ярких стенах красовались нарисованные золотые олени, медведи и зайцы, а пол был украшен мозаикой из гранита. Серафима буквально втолкнула царевну в сияющую кухню, где стояли огромные печи, из которых громко трещал огонь. У каждой печи трудились девушки в точно таких же серых платьях, с привязанными передниками и платками. — Иди сюда, — крикнула она, заталкивая Василису в нечто похожее на склад. Темная и холодная комната встретила царевну букетом из приятных и не очень запахов — от фруктов до рыбы. Серафима зажгла свечу и подошла к корзине с яблоками, вытаскивая оттуда платье и платок. — Держи, периодевайся! Василиса нерешительно взяла одежду и сразу фыркнула от отвращения. — Оно пахнет рыбой? — И что с того? — Не буду это надевать! Вот ещё, царевне в грязной одежде ходить, Убери эту гадость! — Надевай! Не знаю, в каком месте ты вдруг решила себя царевной возомнить, но раньше ты не брезговала. — Да я всегда была царевной! Это сейчас что-то странное происходит, где я вообще? — Надевай! — Надену, если ответишь на мои вопросы! Серафима закатила глаза и согласилась: — Ладно, всё расскажу, раз у тебя действительно пропала память, хотя после такого купания такого бывает редко. Василиса надела платье, сильно морщась. Выйдя из склада, они встали у печки рядом с тремя другими девушками — Рыжей, Блондинкой и Брюнеткой, которые при виде Василисы обрадовались: — Василиса! Ты пришла в себя! — воскликнула брюнетка, обняв её. — Не радуйся, Ярослава, — сказала Серафима, доставая из дырявого мешка картошку. — Она ничего не помнит, все мозги отморозила. — Правда? — удивилась Ярослава и выпустила Василису с грустью. — Ты меня не помнишь? — Нет, а с чего мне вас помнить? Услышав это, Ярослава упала в обморок на руки Рыжей и Блондинке. — Всерьёз или притворяешься? — поинтересовалась Блондинка, усаживая подругу на низкий табурет. — Всерьез, — ответила Серафима, доставая нож из кармана передника и начав чистить картошку, бросая очистки в ведро. — После купания, видимо память потеряла. Долгая простуда, лечение.... до сих пор несёт бред о том, что она царевна, о каком-то муже. — Какой ужас! — ахнула Рыжая. — Я же говорила, что купание в полнолуние — это плохая идея. — Какое купание? — недоумевала Василиса. — Кто-нибудь скажет мне, где я? — Ты дома, в родном Тридесятом царстве, — ответила Серафима, бросая очищенный картофель в кастрюлю. — В каком царстве?! — Три — де — Ся — том, — пояснила Рыжая. — Вы что-то путаете, вы хотели сказать Тридевятом? — С моим языком всё в порядке, — скрестила руки на груди Рыжая, — это у тебя, похоже, проблема со слухом. — А где же тогда Тридевятое царство? — За забором, — Ответила Блондинка, взяв кружку с водой, наполнила рот и плюнула в лицо Ярославе. — Но ходить туда запрещено, — сказала Серафима. — Да и незачем, там всё чужое. Лучше бери и чисти картошку. — Почему я должна это делать? — А что ещё должна делать служанка? — Я... Служанка?! Василиса была в полном шоке. — Да, как и мы все. Служанки его императорского величества Царя Соломона Третьего. Царевна не могла поверить своим ушам. Она в царстве Ивана, и к тому же служанка у местного царя?! Она начала глубоко дышать, чтобы не закричать. — А... — Собравшись с силами, выдохнула она, — Кто там правит? — Царь, вроде бы... — нахмурила брови Рыжая, пытаясь припомнить, — Не знаю, да и знать не хочу. Там всё такое.... не так, как у нас, совсем другое, чудное. Одним словом, будь добра, не ходи туда. Одна из нас, Евдокия, тоже хотела туда попасть... бедняжка, уже третий год, как она там пропала. Манило её туда сильно, и она рано утром сбежала, да так и не вернулась. Говорят, заколдовали её там... Ой... Мой тебе совет: не суйся туда. — А мужчины где? — Кто в дозоре, защищает проходы от чужаков, кто на охоте. Но охрана царя везде, каждые 40 минут проверяют дворец, чтобы не появилось ничего чудного. Он этого боится. — Понятно. Василиса решительно настроилась выяснить, что происходит с царством и с её отцом. Является ли он действительно царём? Что случилось с Ваней, Волком и Котом? В течение всего дня она усердно трудилась на кухне: собирала дрова для печки, варила луковый суп для царя и сильно утомилась. Но Проскофья не давала ей отдохнуть. — Что ты развалилась? Иди к колодцу, набери воды! С трудом справившись с задачей, Василиса, вытерев пот со лба, снова услышала указания старухи: — Подмети в конюшне и подай сено лошадям, быстро! Царь скоро выйдет на охоту, и лошади должны быть сытыми! С подзатыльником Проскофья вышвырнула её из дворца: — Вредина — пробормотала Василиса. Отойдя от дворца и убедившись, что никто её не видит, она подбежала к забору в надежде найти тот самый проход, через который они раньше проходили. Но, к её сожалению, забор был полностью заколочен. — Должен быть проход! — подумала она. Вдруг она услышала резкий голос: — Что потеряли? Это был стражник с копьём. — Я... потеряла важную вещь... — пробормотала Василиса. — Нож для овощей. — На кухне полно ножей, — холодно ответил стражник. — Идите, здесь вам не место! Приказ царя. — Поняла, я тогда уйду... — Так и надо. Стражник удалился, а Василиса, доставая из кармана передника нож, осторожно отковыряла дощечку. К счастью, нож был прекрасно наточен. Она проскочила через образовавшуюся дыру и закрыла её за собой. Кажется, никто и не заметил. Не разбирая дороги, она бросилась к дворцу. Вот он, родной дворец, каким он был. Она помчалась к нему. Одно окно светилось — это была её комната. Василиса дернула за дверь, но она не открылась. Тогда она решила заглянуть в окно и услышала голос царя. — Ты точно уверен? — Да! — отвечал родной голос Ивана, и Василиса вздохнула с облегчением. — Они, наверное, ищут меня! Василиса начала прыгать, надеясь дотянуться до окна: — Папа, Ваня, я здесь! — Вань, подумай, может быть... — Нет, я сказал! — Не груби! Нужно её найти! — Нет, не хочу! — Подумай, как же так без жены... — Папа! Царь выглянул в окно. — Странно, я что-то слышал. Катерина, иди посмотри, что там происходит. — Слушаюсь, царь батюшка. Дверь на крыльце распахнулась, и Василиса, как ураган, влетела внутрь, сбив с ног массивную женщину. — Папа, я здесь! Ваня! Она ворвалась в комнату и обняла царя с такой силой, что тот чуть не потерял равновесие. — Папенька, я здесь, ты не представляешь, где я была! — Пустите меня... Василиса выпустила его, и царь смотрел на неё круглыми глазами, так же как и Иван. Её отец не изменился, что порадовало Василису, но когда она взглянула на Ивана, её удивление было безграничным. Вместо рубашки на нём был строгий черный кафтан, гладкие штаны, а волосы идеально зачесаны, глаза выглядели серьезно. — Царь батюшка.. — еле отдышалась Катерина, войдя в комнату. — Кто ты, доченька? — Как кто? Василиса, твоя дочь! — А? Откуда ты взялась? — С улицы, — сказала Катерина. — Прыгала в окно. Царь внимательно осмотрел её и вдруг рассердился: — Это шпионка Соломона! Стража, выведите её! — Папа, это я! Я не шпионка, а царевна! — Эй, — вдруг вмешался Иван, — Я царевич! У меня нет сестёр, нет ведь? — Вот уж никогда! — отмахнулся царь. — У меня единственный сын, слава Богу. Стража! Вы не слышите? В комнату ворвались два стражника. — Ваня, это я, твоя жена! — Ну уж нет! Не собираюсь я жениться! Выгоните эту служанку! Стража потянула Василису к выходу. — Нет! Ваня! Папа! — Катерина, закрой двери и окна. Я пойду взремну, а с тобой позже поговорим. Царь вышел, а Катерина тщательно закрыла дверь и окно. — Подумаешь, — проворчал Иван. Василиса пыталась вырваться из захвата стражи , и , наконец, ей это удалось. Она бросилась в лес. Остановившись возле деревьев, она перевела дух. — Да что же здесь происходит! — Кто будит меня? — зашелестела листва. — Это ты? — А, царевна, рад видеть.... — Что ты наделал? — Просто проучил вас, вы это заслужили. — Что?! За что?! — За непослушание, упрямство... — Так, возращай всё назад! — Не могу, не я же вмешивался в ход времени. — О чём ты? — Ну, вспоминайте, царевна. И Василиса вспомнила про бабочку. — Я прогнала бабочку, и что с того? — Эх, царевна... Я же говорил не вмешиваться во время, но видимо, внешний вид для вас стал важнее всего. Вы теперь за это и расплачиваетесь. Вас никто в вашем царстве не помнит. Ваше упрямство привело к изменению. Теперь вы с Иваном поменялись местами. Вам предстоит пройти испытание: найти бабочку и вернуть её на место, если, конечно, хотите всё вернуть обратно. — Хочу! — Но вам предстоит начать всё с начала и доказать, что вы достойная царевна, дочь, друг и жена. Поторопитесь, бабочка слишком чуствительна, не пугайте её, относитесь к ней с уважением. — Хорошо. Вдруг по всему лесу раздалось недовольное восклицание: — Василиса! — О нет, Проскофья! — Бегите, царевна, и помните, всё в ваших силах. Шелест прекратился. Василиса снова побежала. — И где же мне искать эту бабочку? Она кое-как вернулась и тут же была схвачена за платье Праскофьей. Её глаза горели злостью. — Ты... Бездельница! И она ударила её по лицу. — Ты ничего не сделала! Царь недоволен, иди к себе, будешь спать без ужина! Царевна заперлась в домике и уснула на холодной кровати, думая о бабочке.