Корни

"Несёт мой сад погибель вашим городам" Огромен, словно дерево, и так же неподвижен. На ощупь - нагретая солнцем кора, и пахнет он совсем не гнилью - янтарём, этим самым солнцем. Ведь что такое янтарь - обыкновенно считается, что это смоляные слëзы деревьев, упавшие когда то в море. А он, всё-таки - Годвин Золотое Солнце, старший принц, бывший наследник и надежда королевства. И только потом - сорняк, отравляющий эту землю. Добрейший из принцев теперь мстит землям, что предали его. Протянул корни и ветви с ядовитыми шипами на многие мили - везде, где они вьются и сплетаются в узоры, похожие на застывшие лица - его молчаливое присутствие. Знак, что он всё ещё тут и никуда не уйдёт - его глубочайшее разочарование привязало его к земле, он буквально остолбенел в замешательстве от того, как несправедливо с ним обошлись. Он застыл в моменте и все думал и думал, как же так получилось. Те самые семь минут, что признанно считать периодом затухания активности мозга, для полубога растянулись на годы. Забыл умереть: не до того было. Тело, однако, повреждено было смертельно - за это время совсем высохло, пока так и не угасшее сознание лихорадочно крутило одни и те же мысли, негодовало, а после - постепенно смирялось. Как раз, когда "Золотце" принял произошедшее и осознал, в каком положении находится, тогда и полезли первые корни. Он осознанно решил остаться. Он больше не мучился - любая боль давно атрофировалась и отмерла. Его как никогда прежде окутало безразличие и вместе с этим - спокойствие. ...И все же, пусть ему было совсем-совсем всë равно, но хер им всем - от него не избавиться так просто. Это абсурд: никто не в праве лишать его жизни. Он остаётся, из принципа. Назло, паразитом и пресловутым сорняком. Чем угодно, но здесь. Крепко, всеми новобретëнными корнями. Самое интересное, Годвин доподлинно не знал, кто именно учинил над ним расправу. За заговорщиками явно кто-то стоял... Поэтому, для него не осталось никого своих - ни семьи, ни друзей. От всех он мысленно отрёкся, дабы не мучиться никакими сомнениями. Для них, как и для всего мира, он был мёртв - и это его более чем устраивало. Ах, да. Фия. Приходит время от времени. Прижимается к неровному боку и замирает так, словно тоже - часть композиции. Ложится на его рыбий хвост (тоже сплетённый из единственной подконтрольной ему материи - проросшего сквозь его тело дерева), даже какой-то тряпицей прикрыла. Вообще, свой новый облик он отращивал сам - не глядя, естественно. Как получалось. Что строилось, то строилось. Главное, чтобы большие "рыбьи" глаза были широко открыты, да разрастись посильнее. Даже своего рода забава, если так подумать. Других у него и нет. Ну, ещё иногда подмечать озадаченные взгляды путников, слушать облюбовавших его цикад. И да, Фия. Единственная, кто заговаривал с ним, обращаясь не как к гротескному надгробию, а как к живому существу. Именно из её монологов безответный доселе Годвин и узнал имя этой женщины и о её необычном занятии - буквально, культе мёртвых. Однако, её приходы как значительное событие он не выделял, да и не собираелся. Доверчивость - корень всех зол. В глубине души он, вероятно, был ей благодарен за эту странную преданность. Поклонница, о которой он не подозревал. Но вдруг это просто её "место силы", зная её род деятельности - черт её знает. Скорее всего, так и есть. Он лишь её работа, этакий амбициозный проект - оживить принца своими причудливыми методами. Чего она этим собирается добиться - ему не ясно. Признания для своего дара? Надеется ли она изменить этим судьбу королевства или просто вдруг вбила себе в голову, что это её личная благородная миссия? Во всяком случае, прежним он уже не станет. Но что будет, если она все же вдохнет жизнь в древесную оболочку? Главное - но на что не надеяться, и тогда с вершины своих ожиданий не придётся больно падать. Он пустил здесь корни. А так... Солнце светит - хорошо. Не светит - тоже. Он сам себе солнце.