Дьявольский контракт

Комната Феликса наполнилась таинственным шёпотом теней и тихим потрескиванием огоньков свечей. Ветхая книга, древняя и покрытая тонким слоем пыли, лежала открытой перед ним. Феликс долго искал нужные слова, выискивая их среди других символов на пожелтевших страницах, пытаясь преодолеть странный страх, что, казалось, исходил от самой книги. Вокруг него были расставлены свечи, тусклый свет которых освещал пространство, заставляя тени отбрасывать причудливые узоры на стены. В комнате витал легкий запах старого воска и влажной бумаги, и, сидя на полу, Феликс ощущал, как сердце его начинало учащённо биться. Он готовился к этому моменту несколько недель, с того дня, когда впервые случайно наткнулся на книгу в углу университетской библиотеки. Что-то в этих страницах притянуло его, будто сама судьба направила его руки, чтобы вытащить книгу с полки. С того дня его не покидало это странное ощущение, будто в тени за ним кто-то наблюдает. Иногда он даже начинал сомневаться в том, что слышит и видит, но уже тогда, на самом глубоком уровне своей души, знал, что хочет пойти на это. Сейчас, сидя посреди начерченного на полу круга, Феликс понимал, что пути назад больше нет. Он медленно, дрожащим голосом начал читать строки заклинания. В комнате тут же повеяло ледяным холодом, а свет свечей задрожал, словно отвечая на его голос. От волнения и страха в груди начало нарастать давление, и на миг ему захотелось остановиться, но он заставил себя закончить. Последние слова едва сорвались с его губ, когда вокруг стало казаться, что само пространство меняется, сгущаясь в темные облака, обволакивающие его с головой. Внезапно тьма начала формироваться в фигуру, и перед ним предстал высокий юноша, его черты смутно освещались мягким светом свечей. Внешне он напоминал человека, но в его взгляде таилась что-то неземное, непостижимое, ледяное. Его глаза, глубокие, как бездна, казались слишком мудрыми и слишком холодными для человеческого существа. Феликс не мог оторвать взгляда от этой фигуры: демон был невероятно красив, но в его красоте было что-то тревожное, пугающее. — Ты звал меня? — тихий, но пронизывающий до самых костей голос нарушил тишину. Лёгкая усмешка пробежала по губам дьявола, словно он был доволен тем, что его ожидали. Феликс не сразу нашёл в себе силы ответить, но, собравшись, выдавил из себя едва слышное: "Да, я звал тебя… мне нужна помощь." Он и сам не был уверен, что мог сформулировать точно, чего именно хочет, но его тянуло к этому демону, как мотылька на огонь. Демон, не отрывая взгляда, сделал шаг ближе. — Помощь, значит? — повторил он, и в его голосе прозвучало странное удовлетворение. — Но за любую помощь надо платить, человек. Ты понимаешь это? Феликс кивнул, хотя не до конца осознавал, на что идёт. В его душе смешались желание изменить свою жизнь, избавиться от своих страхов и какая-то непонятная, притягательная жажда, что-то тёмное, что влекло его к этому существу. Демон протянул руку, и в его ладони зажёгся свет, преобразившись в свиток пергамента, покрытый кровавыми рунами. Его рука была белой, почти прозрачной, и казалась ледяной, но Феликс был готов подойти ближе. На пергаменте шевелились тёмные символы, словно огонь, запечатлённый на бумаге. Он знал, что перед ним — контракт. Взгляд демона прожигал его насквозь, а улыбка становилась всё шире, предвещая нечто, что сам Феликс едва понимал. Феликс не раздумывая взял перо и поставил свою подпись. Он не чувствовал холода, не слышал звуков вокруг — только этот взгляд, пронизывающий до самых костей, и лёгкий, еле уловимый запах дождя. Подписав, он ощутил странное тепло, заполняющее его изнутри, и на мгновение ему показалось, что все его страхи исчезли. Прошло несколько дней, и Феликс начал замечать, что мир вокруг него изменился. Ему словно открылись новые грани жизни. Всё, что он раньше боялся попробовать, стало доступным, а сам он почувствовал себя необычайно уверенным, словно внутри него появилось нечто новое, более сильное, чем он сам. Удача стала идти за ним по пятам, успех в делах стал казаться чем-то само собой разумеющимся. Но вместе с этим он ощутил странную пустоту и тревогу, что не покидала его даже в моменты радости. С каждым днём Феликс чувствовал всё большую тягу к демону. Он хотел видеть его снова, и его не покидала мысль, что Хенджин, как он начал называть его в своих мыслях, знал о нём куда больше, чем сам Феликс понимал. Они встречались в ночи, когда он звал его в своих мыслях, и демон появлялся как будто из ниоткуда, готовый слушать, быть рядом. Но его присутствие всегда оставляло ощущение чего-то недосказанного. В один из таких вечеров Феликс решился спросить, что давно терзало его душу. Они сидели на крыше, смотря на звёзды, и он произнёс: — Почему ты откликнулся на мой призыв? — его голос прозвучал робко, словно он не был уверен, что хочет услышать ответ. Хенджин посмотрел на него, и в его взгляде на мгновение мелькнула тень грусти, но тут же исчезла, оставив за собой холодное, безразличное выражение. — Ты — интересное существо, Феликс, — ответил он. — Возможно, я ищу того, кто мне действительно интересен, кто сможет понять, что значит тьма. Феликс не мог понять, что означают эти слова, но он чувствовал, что их связь становится крепче, что за каждым его движением Хенджин наблюдает с интересом, который юноша едва мог выдержать. Феликс осознавал, что эта привязанность, которую он ощущал к демону, стала для него чем-то необъяснимым. Он хотел знать, есть ли у дьявола душа, чувствует ли он то, что скрывается в его собственном сердце. В один из тех редких дней, когда Хенджин явился к нему, Феликс не выдержал этого чувства внутри себя и решил всё-таки не сдерживаться. Как только Хенджин появился в поле зрения младшего, он повалил того на кровать, садясь на него. Феликс массирует пальчиками загривок демона, цепляет редкие пряди пепельных волос и накручивает их на фаланги, с интересом рассматривая смуглую шею. Кожа, подобная карамельным конфетам, изрядно привлекала внимание парня и он не удержался от возможности прикоснуться к ней губами, оставляя несколько тусклых отметин. Россыпь багровых пятнышек медленно разрасталась по телу, оставляя недавнее тепло губ младшего под кожей Хенджина. Хенджин сначало опешил, не каждый день тебя сбивают с ног обычные людишки, ещё и так нагло. Хван же решил, что такое поведение его подчененого просто так не оставит. Он быстро поменял их местами и по щелчку пальца, они оказались на кухне. Хенджин рядом со столом, с плёткой в руках, а Феликс на нём, уже голый. Удары ложились ровно, расписывая задницу Ли красными полосами. Член давно стоял и сочился смазкой, попа выпячена и ждала, чтоб ее оттрахали как следует. Но вот Хенджин резко остановился, всего мгновение, и горячие ладони сжали исполосованные ягодицы, да так, что по телу прошла новая вспышка боли, принося извращённое удовольствие.И только сейчас юноша почувствовал, как возбужден мужчина, тот тяжело дышал, продолжая сжимать в руках его задницу. Большие пальцы Хвана грубовато прошлись по расщелине, но не входя. Феликс начал елозить по столу, ощущая, что ткань его новой рубашки беспощадно натирала ставшие чувствительными соски. Властная рука демона, сместившись вниз, нагло обхватила его член у основания, пережимая, и не давая кончить. Ему приносило наслаждение его беспомощность и то, как беспрекословно он выполнял всё приказы Хенджина, все его тайные мечты, о которых Хенджин все время знал, оказались реальными.

***

После той ночи, Хенджин стал ещё более закрытие. С каждым днём Феликс всё больше пытался проникнуть сквозь эту ледяную оболочку, надеясь увидеть за ней что-то настоящее. Но каждый раз, когда Хенджин на мгновение раскрывался перед ним, он тут же вновь становился холодным, оставляя Феликса с ещё большим желанием узнать его истинную сущность. В одну из ночей, когда они встретились вновь, Феликс, чувствуя, что теряет себя, прикоснулся к руке демона, и его взгляд стал вопросительным. Хенджин замер, не отрывая взгляда от Феликса, словно пытался угадать его мысли, но на этот раз не отстранился. — Хенджин... кто ты на самом деле? — выдохнул Феликс, его голос дрожал. Демон на мгновение закрыл глаза, словно борясь с чем-то внутри, и тихо ответил: — Я — тень, искушение, то, что ты сам захотел. Я часть твоих тёмных желаний. Феликс понял, что ответ не раскрыл всей истины, но чувствовал, что слова Хенджина были правдой. Он начал видеть за ним нечто большее, чем просто тьму. Для Феликса это существо стало чем-то важным, чем-то значимым, чем-то, к чему его сердце стремилось с той самой ночи, когда он прочёл древнее заклинание. Но контракт был заключён, и Феликс понимал, что их связь временная. Однажды он проснётся, и Хенджина не будет рядом. Эта мысль давила на него с каждым днём, и он боялся её больше всего на свете.