Золотая клетка

📍Империя Ахшан, Игелия [столица] Баатар хлопает по столу ладонью, срываясь на крик: — Об этом и речи не может идти! — мужчина выходит из-за стола, замахивается и бьёт Вадима куда-то в солнечное сплетение, от чего юноша отшатывается, сгибается пополам и кряхтит болезненно, выставляя руки в проигрывающем жесте. — Я понял! Понял, — кивает Вадим, — Прошу прощения за свою дерзость, вы правы, я ей не ровня. Более не смею закинуться о таком. — Когда вообще она успела начать водиться с тобой.., — Дагбаев старший злится, но лишь сжимает кулаки и губы в тонкую линию, хмурясь. — Запомни-ка одно, мальчик: Золото, падая в грязь, не теряет ценности. А грязь, коснувшись золота, грязью быть не перестаёт. ... Слишком много звуков, тел, танцующих невпопад битов, запахов, что ударяют с каждым квадратным метром по очереди в нос убойной резкостью. Юме здесь не нравится. Её тошнит, она изрядно выпила, хотя вечер, вроде, начинался достаточно мирно. — Тише, тише, — шепчет Вадим, подхватывая девушку на руки и унося подальше из коридора, в котором она не удержала равновесия. — Сейчас поедем домой и всё будет хорошо. — Не домой, — она мотает головой, заставляя свои длинные чёрные волосы дрожать в такт её движениям. — К тебе едем. — Ко мне..? — Он дома, он будет злиться, — Юмжит поникает, тут же пряча лицо где-то в вадимовском воротнике и всхлипывая. — Я боюсь. Куда угодно, но не домой. Вадим понимает. Вадим отвезёт её к себе. А через пару месяцев Юмжит и Вадим стоят у окна, наблюдая за тем, как во дворе рабочие складывают чемоданы в машину. Баатар разговаривал по телефону, отойдя к самым воротам, а Алтан облокотился о капот, как и обычно, залипая в телефон и заткнув уши наушниками. Подростки такие подростки. — И надолго вы..? — тихо спрашивает Вадим. Голос хриплый, поникший. Такой, будто бы он готов пустить слезу, хотя ранее никогда не позволял себе показывать подобную слабость. — Я не знаю, Вад, — Юма же, в свою очередь, вздыхает, обхватывая себя руками. Тут же Вадим тянется к ней, прижимая к себе и успокаивающе поглаживая, оставляя несколько поцелуев на тёмной макушке. Баатар, догадываясь об их отношениях после того, как Вадим попросил разрешения на свадьбу, решил отправить внуков куда подальше. За границы империи наследников отправлять никто не собирался, но на время увезти из столицы — самое то. Осталось лишь понять, на какое время: • Пока Баатар не забудет об этом; • Пока Баатар не забьёт Вадима до смерти; • Пока Баатар не умрёт. И Юма, и Вадим втайне надеялись на третий вариант. Все трое Дагбаевых уехали в тот же вечер. Но Вадим и Юма общались по телефону. Настолько часто, насколько могли. Чего только стоили эти долгие звонки, в которых «Скучаю» и «люблю» звучало чаще дыхания... наверное, это было самым ценным для Вадима. Ему всего двадцать семь дет, и за всю свою жизнь он ни разу не испытывал любви до появления Юмы. Нет, конечно, когда бабушка была жива, он знал, что его любят и ждут в маленькой коммуналке на окраине Южного Тэшьяна, однако это совсем иная любовь. Да и бабушки нет в живых уже как восемь лет. И сейчас Вадим лишь тешит себя мыслью о том, что вот она — его любовь. Его принцесса, запертая в высокой башне, словно сокровище... Вадим задумывается о том, чтобы набить себе дракона. А что? Символично получается.