Фанатка

      Джинни Уизли была в ярости. Бесконечной и непередаваемой ярости. Она смотрела на себя в зеркало и буквально кипела от эмоций. Ее лицо было чуть ли не красным, огненно-рыжие волосы топорщились от искрящей между ними магии и сейчас больше напоминали вечно лохматые волосы Гермионы, нежели собственные, обычно прямые и гладкие локоны.       Но, помимо ярости, Джинни была еще и в пылающем крышесносном возбуждении. И такого коктейля чувств организм откровенно не вывозил.       Она не могла взять себя в руки, сжимая до боли в пальцах края раковины и опираясь на нее почти всем своим небольшим весом. Старая раковина опасно прогибалась и грозилась вот-вот рухнуть на пол, но Джинни было плевать. Она была готова разнести хоть всю ванную комнату, лишь бы прийти в себя и перестать беситься от этого сраного Гарри Поттера, ради которого она старалась все утро в этой самой ванной! Намывалась, начищалась, избавлялась от каждого волоска на теле ниже подбородка. Одела самое красивое и сексуальное нижнее белье. Напшикалась своими лучшими духами, которые берегла, как зеницу ока!       И как этот придурок посмел ей отказать?!       Там, на первом этаже «Норы», вовсю шла подготовка к свадьбе ее брата. Каждый обитатель дома носился как заведенный, то расставляя тарелки, то вынося с кухни ароматную пищу, то накрывая на столы, под общим руководством вновь орущей мамочки. А Джинни же, пользуясь случаем и практически полной пустотой остального дома, перехватила Гарри на выходе из их с Роном общей комнаты, намереваясь сделать то, что хотела еще в Хогвартсе, но попросту не успела…       Она толкнула его к стенке, выбив из груди удивленный вздох. Прижалась к нему всем телом, заранее надев подготовленное к свадьбе красивейшее серебристое платье с глубоким декольте и такие же туфли на высоком каблуке. Требовательным поцелуем впилась губами в его губы, прижимая приподнятую ногу к его бедру, и жарким шепотом предложила отправиться к ней в комнату, чтобы поддаться романтичному настроению и наконец стать настоящей парой…       А он сбежал!       Просто взял и сбежал!       Нет, вы представляете?! СБЕЖАЛ!       Промямлил какой-то непонятный бред, мягко оттолкнул от себя Джинни и ломанулся вниз по лестнице, словно умалишенный, запинаясь о ступеньки и едва не покатившись кубарем ближе к концу!       Блядский Гарри Поттер вновь ее опрокинул! Как тогда, после финального матча по квиддичу, когда Джинни смотрела на него влюбленным взглядом, а он лишь поздравил с победой, похлопал по плечу и оставил ее посреди ликующей толпы совершенно одну!       Как какую-то дуру!       И зачем, спрашивается, Джинни столько его ждала?! Зачем пыталась обратить на себя внимание?! Зачем берегла себя для Гарри и на все пошлые просьбы Томаса слала того Запретным лесом?!       Не для него вишенка цвела!       А потому Джинни и была в ярости. В ярости от того, что человек, в которого она влюблена с детства, категорически игнорирует все ее проявления симпатии, вместе с горящими от возбуждения глазами! И даже отказывается от прямого предложения переспать с ней прямо сейчас!       Ну вот чем она его не устраивает-то, блять?! Джинни точно знала, что является очень красивой и притягательной девушкой. Половина парней Хогвартса начинают пускать слюни, стоит ей пройти мимо и чуть сильнее качнуть бедрами, вызывая колыхание юбки и приманивая жадные взгляды. А другая половина делает ровно то же самое, но пытается хоть как-то сдерживаться внутри себя и не выставлять эмоции напоказ.       Да любой парень, помани она пальчиком, тут же побежал бы исполнять все ее желания! И знай он, что этим желанием может быть секс с первой красавицей школы, то из него можно было бы веревки вить!       А Гарри Поттеру, единственному человеку, который нравился Джинни, было плевать! Словно он вообще по мальчикам!       Хм… А может, так и есть? Да не, бред какой-то!       — Аргх-х-х! — рычала она на свое взлохмаченное отражение. — Ну и хрен с тобой, придурок! Я тебя поймаю, привяжу к кровати и никуда ты у меня не денешься!       Ударив кулачком по скрипнувшей раковине, Джинни выскочила из ванной, с размаху захлопнула дверь, от чего даже мама снизу крикнула, чтобы дочь не шумела, а затем, громко стуча каблуками, ринулась на улицу, чтобы подышать свежим воздухом и прийти в себя.       — Гермиона, нам надо поговорить! — донесся до нее снизу голос Гарри, едва Джинни спустилась на этаж ниже. — Это очень важно…       «ГЕРМИОНА?!» — аж замерла на месте Джинни, едва не стукнувшись лбом о ближайший дверной косяк. — «Он что, после моего предложения пошел к Гермионе за советом?! Совсем идиот что ли?!»       — Что ты хотел? — чуть глуховато ответила ему она, явно занятая каким-то делом.       — У меня есть к тебе пара вопросов насчет… Э-э-э… — аж перевесилась Джинни через скрипнувшие перила, чтобы услышать, что там бормочет этот сказочный олень этажом ниже. — Насчет подготовки к свадьбе. Ты не поможешь?       — Да, конечно, — ответила Гермиона. — Спрашивай, у меня есть несколько минут.       Это он серьезно?! Гарри что, уже забыл о том, что Джинни к нему натурально приставала?! Так быстро вытряхнул ее из головы и вернулся к теме свадьбы Билла и Флер?! И зачем пошел именно к Гермионе?! Она ведь ему как сестра, чувств там нет и жаловаться ей, надеясь на разрядку в постели, нет смысла…       Так может, он просто не понял, что имела ввиду Джинни? Просто испугался такого резкого напора и потому сбежал? Бедненький… Ладно, нужно будет потом быть с ним помягче. Но до этого нужно обязательно как-нибудь сбросить напряжение, которое копится уже хрен знает сколько лет! Подрочить, что ли? А то от этого оленя взаимности еще столько же ждать придется, похоже…

      ***

      Оперевшись плечом на стену, Гарри скрестил руки на груди и смотрел за тем, как Гермиона заканчивает сервировку стола, а мистер Уизли следом взмахивает палочкой, закрепляет на нем все предметы и, подняв его в воздух, выносит на улицу. Уже на самом выходе в него едва не врезалась несущаяся на всех парах Джинни, ведущая себя крайне странно.       Выбегая в проход, она даже не удосужила Гарри взглядом, хотя пять минут назад буквально прилипла с неожиданным и жарким поцелуем, вогнав его в ступор и заставив трусливо отступить, чтобы не попасть в еще более неловкую ситуацию.       — Так что ты хотел? — посмотрела на него Гермиона, утирая пот со лба. Все же лето за окном было довольно жарким, а про кондиционер в «Норе» и не слышали. Зато это заставляло многих одеваться в легкую одежду и Гарри с улыбкой провел взглядом по ее обнаженным ножкам, прикрытым лишь довольно короткой и приманивающей внимание юбкой.       — Хочу поговорить насчет… — огляделся Гарри на предмет отсутствия свидетелей. — Насчет Джинни…       — Что, опять?! — ахнула Гермиона, прикрыв рот ладонями.       — Опять, — коротко кивнул Гарри. — Она пристала ко мне наверху. Застала врасплох и присосалась с явным желанием трахнуть прямо в коридоре.       — Пойдем, — потянула его за собой Гермиона. — Нужно это обсудить. Только там, где нас не подслушают.       — Где?! — усмехнулся Гарри. — Ты же знаешь этот дом. А народа здесь еще и в три раза больше обычного. Ты не найдешь тут уединенный уголок.       — Один есть, — хмыкнула Гермиона. — Кто по-твоему самый любимый из детей Уизли?       — Джинни, — сразу ответил Гарри.       — Верно, — кивнула она, ведя в комнатку, располагающуюся буквально над ними. — И сюда никто никогда не заходит без спроса, даже миссис Уизли. Поверь, я много здесь прожила и ни разу никто не вошел просто так.       — Ты уверена, что это хорошая идея? — изогнул бровь Гарри. — А что если…       — Мы же ненадолго? — повернулась к нему лицом Гермиона, остановившись прямо посреди довольно девчачьей комнаты Джинни, которую Гарри раньше видел только мельком через дверной проем, когда спускался или поднимался по лестнице. — Джинни явно пошла проветриться после твоего отказа и вернется не скоро. Думаю, нам хватит времени, чтобы обсудить, что делать дальше.       — Ну хорошо, — закрыл за собой дверь Гарри. — Фух, мля… Этот цирк меня точно доконает… Слушай, может скажем им уже? Я так больше не могу…       — Скажем, — подошла к нему вплотную Гермиона, обняла вокруг груди и прижалась головой. — Но давай не сегодня? Не хочу портить свадьбу Билла и Флер истериками Рона и Джинни.       Несколько минут они стояли практически неподвижно, обнимаясь в тишине. Гарри боялся, что Гермиона задаст ему взбучку за поцелуй с Джинни. Но она была девушкой умной, а потому все понимала и не собиралась ревновать там, где Гарри точно был не виноват, а еще и сам сразу признался в случившемся.       — Знаешь, а я тут понял, что полюбил тебя еще сильнее, — улыбнулся он, наклонившись и коротко поцеловав Гермиону в губы. — Будь все наоборот, то я уверен, Джинни бы сразу мне летучемышинным зарядила за поцелуй с тобой.       — Или еще чем похуже, — хихикнула Гермиона, порозовев. — Но чихать на Джинни и ее тараканов в голове. Хотя знаешь… — пробежалась она пальчиками по его футболке. — Это даже немного заводит. Конкуренция за мужчину, ах! Значит, он и правда хорош, раз на него вешается самая красивая девчонка школы?       — Ну да, вот она, висит на мне, — прошел простую игривую проверку Гарри. — Я думаю, на меньшее она и не рассчитывала?       — Ну уж точно не на Рона, — прошептала довольная ответом Гермиона, пока Гарри нежно кусал ее за шею. — А если ты продолжишь — то предупреждаю сразу: от меня ты точно не сможешь сбежать так просто, как от Джинни!       — А я и не собираюсь! — опалил Гарри дыханием ее кожу. — Сейчас только нужно чуть прикоснуться в пару мест и не устоишь…       — За эти дни я вся извелась уже, — подрагивала Гермиона в его руках. — Сплошная суета, нет даже минутки уединиться…       — А если мы прямо сейчас скинем немного напряжения, — посмотрел на нее Гарри с явным желанием в глазах. — Раз уж выбился момент?       — Джинни будет в восторге от того, что ты ей отказал, а сразу после этого переспал со мной в ее комнате, — фыркнула Гермиона с улыбкой. — И я буду в восторге… Нефиг было вешаться на моего парня, сучка!       — Тогда я сейчас ка-а-к…              Закончить свои пошлые угрозы Гарри тупо не успел, ибо услышал за спиной шаги нескольких человек, а затем гулкий удар, словно кто-то кого-то впечатал в стену. Гарри хотел было ринуться проверять, но сразу же услышал хихиканье Джинни и чей-то мужской голос рядом, а ручка двери стала медленно поворачиваться прямо на их глазах, заставляя сердце сжаться в страхе.       Ведь он точно не хотел быть пойманным сегодня с поличным и Гермионой в своих руках!       — Ты же говорила…       — Сюда, быстро! — зашипела Гермиона, прыгая в дальний от входа угол и доставая палочку из-за пояса. — Каве Инимикум!       — Что ты делаешь?! — тихо спрашивал Гарри, увидев какой-то мерцающий барьер перед собой.       — Визуальная маскировка! — вжалась она в стену, смотря с расширяющимися глазами за открывающейся дверью. — Еще не испытывала на практике! Вот сейчас и проверим!

***

      Вылетев из дома быстрее пули, Джинни чуть ли не бегом ринулась по траве, распинывая в стороны украшения и не обращая внимание на возмущенные крики матери. Ей было насрать на то, что о ней сейчас подумают другие. И на то, как же комично смотрится девушка при полном параде, на лице которой читается желание убить одного очкастого остолопа.       Впереди нее была небольшой навес с балдахином, где поставили столик с различными напитками для страдающих жаждой и Джинни направилась прямо туда, желая найти что-нибудь алкогольное. Гулять — так по полной.       И целый графин ледяного ягодного пушна был весьма кстати, чтобы сходу влить в себя целый бокал и тут же начать наполнять второй, а за ним и третий.       Джинни было плевать, как на нее может сейчас подействовать алкоголь. Она была слишком расстроена для адекватной соображаловки, а потому не стеснялась ни капли и точно знала, что у мамы найдется антиопохмельное зелье, припасенное на случай таких проблем. Лишь бы она только не мешала напиться…       — Плохой день? — спросил ее голос с непривычным уху славянским акцентом. — Не стоит напиваться прямо с утра. Знаю по опыту — это не приведет ни к чему хорошему.       — А я и не собираюсь заниматься ничем хорошим, — зло пробурчала Джинни, даже не повернувшись к неожиданному гостю. — Мне бы как раз вытворить что-нибудь плохое… Чтобы один придурок уяснил некие моменты жизни!       — Позволь мне все же поинтересоваться, кто тебя расстроил? — встал он рядом и Джинни, к своему изумлению, узнала в нем всемирно известного ловца Виктора Крама.       Признаваясь себе, Джинни была его фанаткой. Даже почище Рона, которого Фред и Джордж сватали на Краме уже третий год к ряду.       Просто Джинни, в отличие от братца, умела сдерживать в себе чувства.       Но она, как игрок в квиддич, не могла не восхищаться человеком, который в столь юном возрасте смог добиться невероятных спортивных вершин.       Еще три года назад, на чемпионате мира по квиддичу, Джинни буквально не могла оторвать от него взгляда, а потом старалась почаще пересекаться маршрутами в Хогвартсе, просто чтобы побыть рядом с таким человеком.       Она понимала, что из-за маленького возраста совершенно не интересовала совершеннолетнего болгарина (в отличие от Гермионы, к слову), но в те дни ей даже было до жути забавно наблюдать за собственными ощущениями. Ведь именно Крам был первым из парней, кто смог если не перебить, то встать вровень с Гарри по степени влечения и желания. Даже Локонс, в которого были влюблены все девочки школы, не вызывал подобных эмоций, как этот сильный, спортивный и холодный взглядом мужчина, в мыслях о котором она иногда засыпала, доставляя себе удовольствие рукой.       А сейчас он стоял прямо перед ней. Легко улыбался. И заставлял сердце разгоняться до умопомрачительных скоростей.       Даже рука с очередным бокалом пунша задрожала…       Будь сильной! Не веди себя как дурочка и тупая фанатка! Вспомни, как это было раньше! Или сейчас, из-за ситуации с Гарри, такое уже не получится? Соберись, тряпка!       — Что вы здесь делаете?! — выпалила Джинни, со стуком вернув бокал на стол, разливая несколько капель.       — Кхм-кхм, давай на ты? — сразу установил Крам более неформальные барьеры. — Флер позвала меня на свадьбу. Мы, вроде как, немного сдружились на турнире…       — А-а-а… — только и смогла, что протянуть Джинни, вновь собирая себя в кучу. — Я Джинни, если что.       — Так кто тебя обидел, Джинни? — повторно спросил Крам.       — Гарри Поттер, — не собиралась отмазываться она. — Тот самый Гарри, кто отобрал у тебя победу.       — Ну, не отобрал, а честно выиграл, — нахмурился Крам. — А что он сделал? Прости, если это личное, но…       — Я хотела… — подбирала слова Джинни. — Хотела быть с ним поближе… А он не хочет…       — Почему? — удивился Крам, наливая пунша и себе. — Ты ему не нравишься?       — Не знаю, — пожала плечами Джинни, которой в голову уже ударил принятый на голодный желудок алкоголь, расслабляя и раскрепощая. — Я всем нравлюсь. А вот он…       — Прямо таки всем? — изогнул бровь Виктор. — Не, пойми меня правильно, ты очень красивая девушка. Но нельзя же нравится вообще всем?!       — Ладно, братья не в счет, — глупо хихикнула Джинни. — И Гарри, похоже, тоже… Считает меня сестрой… Он, кажется, вообще всех девушек в своем окружении считает бесполыми созданиями… Но даже если я ему не нравлюсь как человек, то со мной ведь можно просто переспать?! Ну, как с красивой девушкой?! Я все же не сестра ему, ну!       — Прости, что? — поперхнулся пуншем Крам. — Он отказал тебе в сексе?       — Да! — стукнула кулаком по столу Джинни. — У меня уже сил нет терпеть! Я хочу с ним переспать уже года два как! А он не обращает на меня внимание! Урод!       — Ну-ну, не надо так, — покачал головой Крам. — Мне Гарри показался хорошим парнем. Просто он… Довольно стеснительный и…       — Плевать я хотела на его стеснительность, — залпом допивала ледяной напиток Джинни. — Я же вот не стеснительная!       — Прямо таки? — с интересом посмотрел на нее Виктор. — И что, не постесняешься, к примеру, переспать сейчас со мной?       — С тобой?! — аж опешила от такого предложения Джинни, но тут же в ее голове родилась гениальная идея, как закрыть давний гештальт и оказаться ближе к объекту восхищения. — Да легко! Хочешь стать тем, кто позволит мне отомстить Гарри и Гермионе вместе взятым?       — Гермивонне? — все еще тяжело выговаривал Крам ее имя, несмотря на значительно улучшившийся язык. — Она тоже здесь?!       — Тоже, — прошипела Джинни, решившись окончательно на безумную авантюру. — И она, мне на зависть, занимала все твое время в Хогвартсе. А теперь это буду я! Иди за мной!       Было трудно идти на таких высоких каблуках, находясь в состоянии все усиливающегося алкогольного опьянения и невероятного предвкушения секса. Но Джинни не просто так играла в команде, постоянно тренируясь и развивая свою координацию. Она весьма уверенно преодолела весь путь до дома, подмечая, что все вышли из него и теперь занимаются украшениями уличной части, поднялась по скрипучей лестнице, вцепилась пальцами с длинными красными ногтями в рубашку на груди Виктора и, ровно так же, как сделала полчаса назад с Гарри, толкнула его спиной в стену, хихикая от настроя и бурлящего эмоционального коктейля внутри.       — А я не знал, что в чопорной Британии бывают такие горячие девчонки, — принял правила игры Крам. — Гермивонна за полгода согласилась только на несколько поцелуев, а ты…       — А я сейчас тебе покажу, какими мы можем быть! — яро шипела от злости на Гермиону Джинни, прилипая к его губам и практически отключая адекватное сознание. — Я слишком долго терпела! И потому буду пользоваться тобой, как захочу!       — Пользуйся, рыжая бестия, — довольно пробасил Крам. — Я весь твой!       Чуть ли не выломав плотно запертую дверь, Джинни и Виктор, сплетаясь в поцелуе, ввалились в ее комнату, на ходу скидывая с него пиджак, расстегивая рубашку и взмахом палочки запирая дверь обратно.       Не давая даже секунды на передых, Джинни одной рукой сражалась с ремнем на его брюках, а второй прижимая голову Крама к своему глубокому декольте. Ее грудь не выделялась огромными размерами, но была вполне достаточной, чтобы образовывать приятные глазу холмики, еще и приподнятые кверху выглядывающим кружевным бельем.       — Сегодня я наконец-то попробую все, что хочу! — смешивался запах пунша с запахом ее духов. — Сегодня меня никто не остановит!       — В смысле попробуешь?! — чуть притормозил ее Крам. — Ты что… Девственница?       — А это что, проблема?! — рыкнула Джинни, наконец достав его налившийся кровью член и вцепившись в него пальцами.       — Да нет, — пожал он плечами. — Просто, ну… Я-то уеду, а если ты хочешь потом все же сойтись с Поттером, то…       — А вот тут начинается самый интересный момент, — сверкнули ее глаза. — Все что хочу — не касается моей девственности там. Ее я хочу оставить для Гарри.       — Даже так?! — изумился Виктор, смотря за тем, как Джинни падает перед ним на колени и внимательно осматривает красную головку. — А как мы…       Даже не дав ему до конца осознать, что именно она имела ввиду, Джинни сходу взяла в рот чуть ли не половину его весьма внушительного члена и моментально выбила из головы все лишние сейчас мысли.       Виктор чувствовал ее теплый язычок, играющийся со стволом, смотрел сверху вниз на весьма пошлую картину молодой рыжей девушки, делающий ему минет, и просто получал удовольствие. Ему было не впервой заниматься сексом с фанатками, готовыми прыгнуть в койку уже через три минуты после встречи, но он никак не ожидал, что встретит здесь одну из них. Девственницу! Да еще и потенциальную девушку Поттера, на которого до сих пор была небольшая обида за то, что молодой и неопытный пацан обскакал его на турнире…       Что ж, приятная взаимная месть! Джинни мстит ему за отказы в сексе, а Крам — за проигрыш на турнире. Идеальная связка, добавляющая очков возбуждению и наслаждению.       — Ты говори там, что и как, — вынула на секунду Джинни член изо рта. — Я тренировалась на огурцах и бананах, конечно, но не на живом мужчине же!       — Ты продолжай, не отвлекайся, — положил Виктор руки на ее затылок и грубо пропихнул ствол обратно, почти достав до горла. — Я скажу, если будет не так.       Джинни и правда очень хорошо старалась. Она работала со всей душой и старательностью. Водила головой вдоль его члена, заглатывая как можно глубже и едва не давясь от непривычки. Ее рыжие волосы колыхались в такт движениям, а правая рука водила вдоль ствола, повышая градус удовольствия еще на порядок.       Наверное, Гермивонна могла изобразить нечто похожее, если бы Виктору удалось развести ее на секс во время их отношений. Все же она была крайне целеустремленной девушкой и делала все максимально качественно, готовясь к каждому испытанию со всей ответственностью. Как вот Джинни, к примеру, которая хоть и видела, по ее словам, первый живой член в своей жизни, но сосала его получше многих других.       — Детка, если ты так продолжишь, то я могу не выдержать, — намекнул ей Крам. — Не, если ты хочешь на этом закончить, то…       — Не хочу! — замотала она головой, вновь освободив рот. — Я хочу полноценного секса!       — Но…       — Но да, ты все правильно понял, — встала Джинни вровень с ним, выдыхая с приятным запахом пунша и наконец утверждая проскользнувшую ранее мимолетную невозможную мысль. — Мне надоело ждать и терпеть! Я хочу, чтобы ты трахнул меня в задницу!       Виктор крайне удивился такому смелому предложению от этой рыжей красавицы, но он был явно не из тех, кто станет отказываться от возможности первым проникнуть в девственную и такую манящую дырочку. Посадив Джинни на стол и задрав повыше ее серебристое платье, Виктор стал целовать ее пухлые и сочные губы, а пальцами пробежался по молодому телу, проник под между худых ножек и одновременно коснулся как источающейся соками киски, так и сжавшегося от предвкушающего напряжения анального колечка.       — Помнишь, я хочу остаться девушкой там? — моментально посерьезнела Джинни, прижав ладонь к его груди и чувствуя, как Виктор проводит пальцем между ее лепестков.       — Помню, не очкуй, — в очередной раз усмехнулся он такой постановке вопроса и тому, что она смогла его озвучить даже через туманящую похоть и плескающийся пунш внутри, что означало крайнюю важность данной темы для Джинни. — Это так, чтобы ты подготовилась и возбудилась.       Чтобы не дать ей думать о чем-то ином, кроме их ближайшего будущего, Виктор с жадностью вновь впился в губы Джинни, параллельно массируя ее чувствительные точки и неглубоко проникая пальцами во влагалище, от чего из ее горла вырывался тихий протяжный стон, а напряженные мышцы расслаблялись и начинали подчиняться действиям болгарина, словно дразня и требуя продолжения.       — Ты как хочешь? — низким голосом спросил Виктор, смотря в ее наполненные похотью глаза. — Погрубее или понежнее?       — А ты как думаешь? — фыркнула Джинни, раздвинув ножки еще сильнее и буквально насадившись на его пальцы. — Я ждала этой возможности столько лет… Так что хочу запомнить случившееся на всю жизнь!       Поняв все без лишних слов, Виктор, пользуясь невербальной беспалочковой магией, щелкнул пальцами и они тут же покрылись густой скользкой субстанцией. Наклонившись вперед и принявшись терзать шею своей самой преданной фанатки, он еще раз провел рукой между ее складок, а затем, без предупреждения, резко развернул Джинни и толкнул ее на комод, от чего тот даже со скрипом сдвинулся на несколько дюймов, а из ее горла вырвался стон от удивления и неожиданной тупой боли в районе живота.       Не давая и шанса на сопротивление, Крам прижал Джинни к комоду, схватил левой рукой за рыжие волосы и потянул их к себе, а правой рукой смачно врезал по ягодице, оставляя на ней яркое красное пятно.       — Погрубее, значит? — прошипел он сквозь зубы. — Ну смотри, ты сама попросила!       — А я и не отказываюсь… — с придыханием прошептала Джинни, достигая новых вершин возбуждения. — Я хочу этого! Пожалуйста! Трахни меня…       Вновь задрав ее стекшее было по ногам платье, Виктор обрушил еще один удар на ягодицы Джинни, вызывая очередной протяжный стон и подрагивание стройных девичьих ног. Он и сам буквально сходил с ума, не ожидая от столь молодой и пока еще девственной девушки такой похоти и желания. Но не зря говорят — в тихом омуте черти водятся. И Джинни была тем самым чертенком, призывно манящим лишить ее уже второй девственности за сегодня, во исполнение своих тайных и пылающих желаний.       Уперевшись в нее бедрами, Виктор провел скользкой рукой по ее обнаженной и покрытой веснушками спине, по-собственнически раздвинул сочные половинки ягодиц тренированной в квиддиче девушки и надавил большим пальцем на жаждущее проникновения коричневое колечко. Ему было плевать — больно ли Джинни или приятно, но хотелось подготовить дорогу для себя самого, чтобы не толкаться без смазки туда, куда абсолютному большинству путь заказан.       — Ай-щ-щ-с-с-с! — зашипела Джинни, пытаясь вслепую оттолкнуть его, едва палец Крама проскользнул внутрь ее ануса. — Подожди, не торопись!       — Это мне решать! — рыкнул Виктор, делая круговое движение и проталкивая второй палец, расширяя отверстие. — А ты заткнись, шлюха! Сейчас ты поймешь, что совершила ошибку, решив отдать мне свою задницу в личное пользование!       Его член уже буквально раскалился добела от перевозбуждения и похоти. Он буквально требовал немедленно приступить к делу, пропуская этап подготовки девушки. Виктор уже не в первый раз занимался анальным сексом, но обычно это были опытные женщины, ищущие новых ощущений в наскучившей половой жизни.       А сейчас перед ним распласталась на комоде еще совсем молодая девушка в красивейшем серебристом платье, раздвинувшая обутые в туфли на высоком каблуке ноги и соблазнившая его в доме своих родителей. Более того — она мечтала быть с Гарри Поттером. Хотела сохранить вагинальную невинность для него. Но отдавшаяся во всем остальном Виктору, которому было до охреневания приятно забрать такой приз, раз уж Поттер три года назад забрал у него главный приз в Турнире Трех Волшебников.       Да уж. Равноценный обмен, ничего не скажешь.       — Ох ты ж, блять! — воскликнула Джинни, едва головка крупного члена уперлась в ее анальное колечко и тут же исчезла внутри. — Больно!       — Терпи, Уизли! — отвесил он еще один шлепок по ее заднице. — Боль скоро пройдет.       — Угумф, — сквозь сжатые зубы выдохнула она. — Сука… Может добавишь смазки?       — Смазки достаточно, — усмехнулся Крам, вводя член все глубже и глубже в ее задницу. — Привыкай, теперь у тебя такое будет часто! И со временем начнет нравится.       Решив все же пощадить девушку, Виктор начал с довольно медленного темпа, прислушиваясь к ее дыханию, голосу и стонам. Хоть Джинни и просила быть погрубее, Крам все же не был извергом, а потому постепенно набирал скорость и старался не перебарщивать.       С другой стороны, он и без того получал невероятные ощущения от происходящих с ним событий. Задница Джинни была столь узкой и столь плотно обхватывающей его ствол, что Виктор едва не кончил через десяток секунд неспешных фрикций. Но он не хотел останавливаться до того момента, пока Джинни не начнет получать удовольствие, а потому силой воли загасил подходящий оргазм, вновь схватил девушку за волосы, резко дернул на себя, прижимая к себе, нагло лапая другой рукой за грудь, и продолжил вколачивать ее в скрипящий и дрожащий комод, с каждым толчком съезжающий все дальше и дальше.

***

      У наблюдающих за действием Гарри и Гермионы могли бы раскрыться рты от удивления, если бы они сами не были заняты жаркими поцелуями и взаимными ласками. Неожиданная сцена подглядывания за Джинни и Крамом, с которой им бы никак не получилось сбежать, сначала ошеломила, затем удивила, а следом и возбудила до невозможности парочку молодых магов, и до того готовых переспать в этой комнате, но теперь точно не имевших возможности устоять перед соблазном броситься друг на друга в порыве страсти.       Гермиона была на седьмом небе от счастья, радуясь тому, что решила утром одеть короткую черную юбку, а не джинсы, что давало Гарри прямой доступ к ее источающейся соками промежности, давно промочившей трусики насквозь.       Это было так возбуждающе — скрываться за чарами в полутьме, слушать то, как стонет непонятно на что надеющаяся глупышка Джинни, пока ее имеет в задницу Крам, а параллельно ощущать горячее дыхание любимого парня на своей шее, вжимающего Гермиону с поцелуями в стену, поднимающего рукой ее правую ногу к своему бедру, прижимающегося твердым членом к самому сокровенному и смотрящего в глаза потемневшим изумрудным взглядом.       Ей было плевать на нормы приличия. Совершенно насрать на какую-то там мораль и «нормальность» происходящего. В отличие от рыжей конкурентки, Гермиона точно знала, что сердце Гарри принадлежит только ей одной. Только она может слышать от него слова любви и страсти. Только ей дозволено с остервенением расстегивать ремень его брюк. И из всех девушек мира, только Гермиону сможет увидеть Гарри, падающую перед ним на колени и жадно накидывающуюся на разбухший до предела член, которым сейчас, наверное, можно было спокойно забивать гвозди.       Гермиона испытывала за себя настоящую гордость в такой ситуации, какую никогда не могла представить ранее. В отличие от мечтающей о невозможном Джинни, кареглазая красавица давно уже подарила себя всю своему любимому человеку. Облизывая достоинство Гарри, слушая его едва сдерживаемые стоны и чувствуя впутавшиеся в волосы руки на своей голове, подталкивающие на Гермиону на более глубокие движения, она испытывала непередаваемые ощущения, которые сложно будет описать словами.       Член Гарри упирался ей в горло, выныривал назад и погружался вновь, заставляя ее кашлять и давиться собственной слюной, но от того получая все большее и большее удовольствие. Пока Гарри откинул голову назад и откровенно трахал ее в рот так, как он любила это делать, Гермиона, не забывая работать язычком, скользнула рукой себе под юбку и стала массировать свои самые чувствительные точки. Отделенной от Виктора и Джинни лишь тонкой волшебной завесой, Гермионе казалось все таким грязным и пошлым, что не признавалось разумом за реальность.       Все настолько диссонировало с тем, что Гермиона ранее представляла об их с Гарри отношениях, что ей искренне хотелось, чтобы завеса спала и Джинни воочию увидела, КАК нужно правильно сосать член своего парня, чтобы он практически терял сознание от исступления. На анальный секс, правда, Гермиона прямо сейчас готова не была. Наверное. Но что-то ей подсказывало, что эти практики весьма скоро войдут в их с Гарри список постельных утех.       По крайней мере, поглядывая за тем, как Виктор долбит в задницу Джинни, Гермиона не могла не заметить, как на лице Уизли прошли видимые признаки получаемого дискомфорта и начали проявляться эмоции наслаждения и блаженства. И теперь Гермионе тоже хотелось попробовать нечто новое и иногда даже запретное. Прав был Виктор в своих суждениях — походу, Джинни действительно скоро подсядет на анал, так и не дождавшись возможности отдаться Гарри в «основном» отверстии.       В один момент Гарри резко вышел из ее рта, заставив Гермиону по инерции потянуться за отдалившимся членом, а следом перевести непонимающий взгляд наверх. Между ее подбородком и красной головкой протянулась провисшая слюна, горло побаливало от вторжения, но она была готова и дальше стоять перед ним на коленях, продолжая до самого конца и надеясь прикончить Гарри всего через тридцать-сорок секунд.       — Не выйдет, моя прелесть, — словно угадал ее мысли Гарри. — Решила отделаться минетом, пока они тут так трахаются?       — В задницу не дам! — ткнула в его сторону пальцем Гермиона. — Не сейчас, по крайней мере…       — Мне пойти попросить Крама подвинуться? — издевательски изогнул бровь Гарри.       — Я тебе попрошу! — зашипела Гермиона, радуясь тому, что второй парочке сейчас точно не до посторонних звуков в комнате.       — А если я тебя все же попрошу? — подал ей руку Гарри, помогая подняться на ноги. — Гляди, Джинни вон уже кайфует!       — Я вижу, — вновь кинула Гермиона задумчивый взгляд на стонущую все громче подругу, прикусывая губу. — Но…       — Я буду джентльменом, — пообещал Гарри, делая последнюю попытку уломать Гермиону и обнимая ее сзади, прижимаясь горячим членом между ягодиц. — И если будет слишком больно, то я сразу остановлюсь! Обещаю!       — Ну смотри, ты обещал! — сдалась Гермиона, удивляясь тому, как легко поддалась буквально пахнущей пошлым и первобытным сексом атмосфере жаркой комнаты Джинни. Она ведь всего пару минут назад считала, что все случится потом, а сейчас…       А сейчас Гарри прижав ее к стене и заставив прогнуться в спинке, закинул юбку наверх, отодвинул в сторону кружевные трусики, коснулся пальцем дернувшееся в испуге колечко ее мышц, наколдовал немного прохладной смазки и стал медленно проникать внутрь, другими пальцами массируя мокрую до невозможности киску.       Гермиона не смогла сдержать громкого стона, получая совершенно новые и необычные ощущения. Ей даже показалось, что Джинни дернула головой в ее сторону, но не останавливающийся ни на секунду Крам не дал ей и шанса на размышления о странных звуках в комнате.       Гарри, в отличие от Виктора, действовал очень осторожно, стараясь не причинить Гермионе никаких неудобств, шепча на ухо ободряющие слова. Гермиона нутром чувствовала, как ему приходится сдерживаться, чтобы не ринуться в, очевидно, давно желаемые потаенные фантазии.       Она пыталась сконцентрироваться на своих ощущениях, которые были непохожи ни на что испытанное ранее. Вагинальный секс, давно вошедший в их обиход, лишь совсем чуть-чуть походил на то, что происходило с ней сейчас, когда скользкие пальцы Гарри растягивали ее анус, то сжимающийся от напряжения и капельки страха, то расслабляющийся в предвкушении чего-то совершенно нового и запретного.       — Я вхожу, любимая, — укусил он ее за плечо и приставил головку члена взамен извлеченным пальцам. — Готова?       — Готова, — нервно кивнула Гермиона, уперевшись руками в стену. — Но если я буду орать и нас увидят Джинни и Крам — сам виноват.       — Не увидят, — шепнул Гарри, вцепляясь пальцами в ее ягодицы и разводя их в стороны. — Они слишком заняты без и нас…       Его член оказался намного толще пары пальцев, что орудовали в ее попке до этого. Гермиона охнула от неожиданного ощущения натяжения, смешанного с чувством дикой неловкости и неправильности происходящего.       Ну вот когда она успела настолько опошлиться, что согласилась заняться с Гарри анальным сексом здесь, за прозрачной завесой, отделяющей их от Джинни и Крама, сменивших позу и теперь трахающихся лицом к лицу? И почему это так сильно возбуждало Гермиону?       Уизли полностью отдалась во власть наслаждения, сидя на скрипящем комоде, обхватывая Виктора ногами вокруг торса, оплетая руками шею и буквально скача на его члене, полностью исчезающим в ее не столь давно девственном анусе.       Гермиона же, удерживая себя от излишних звуков и выбивающихся из глаз слез, до крови прикусывала губу и ждала, пока член Гарри полностью растянет под себя ее такую же потерявшую невинность дырочку и начнет доставлять не только крайне странные и необычные ощущения, смешанные с уходящей болью, но и настоящее удовольствие, от которого уже чуть ли не кричала стонущая Джинни, терзающая губы Виктора и ускоряющая темп.       — Ты как, нормально? — спросил дрожащий от напряжения Гарри, замерший на месте.       — А ты продолжай — узнаешь, — фыркнула она, толкнувшись назад и глубже насадившись на его стержень, от чего в голове буквально взорвался фонтан из миллиона искр. — Ох, бля… Это и правда что-то с чем-то…       — Ну раз ты просишь, — коварно усмехнулся Гарри, немного расслабляясь, — то я исполню твое желание!       Ее желание, как же! Гарри точно получит после всего этого по голове! Сам же развел ее на анальный секс практически при свидетелях и теперь смеет говорить о том, что виновата Гермиона?! Каков наглец, нахал и вообще нехороший человек! Но какие же, о, Мерлин, он доставляет ей эмоции и ощущения! Во что превращает тихую и скромную девочку, которую интересовали лишь учебники и хорошие оценки за экзамены? Гарри Поттер — самый невероятный человек на планете. И самый лучший представитель всего человечества… Ах!       Пока Гермиона, привыкая, уже начинала получать все большее и большее наслаждение, сам же Гарри, держа ее за бедра и толкаясь в анус девушки, буквально дурел от осознания происходящего. Его член еще никогда не протискивался в такое узенькое отверстие, а мозг не взрывался на тысячи осколков, смотря за тем, как естество исчезает и появляется в недоступной ранее попке Гермионы, с каждой секундой изменяющей тональность стонов в сторону разрастающегося исступления.       Виктор и Джинни своим неожиданным сексом раскрепостили Гарри и Гермиону до невозможности, позволив открыть для себя новые горизонты секса. Через затуманенный взор Гарри видел, как соседняя парочка находится уже буквально на грани, как из Крама начинает вырываться утробный рев, а Джинни содрогается в его руках, получая первый в своей жизни оргазм от члена мужчины.       Гарри было на все это плевать. Сейчас он целиком и полностью принадлежал лишь одной единственной Гермионе, пышные волосы которой колыхались на ее спине, а юбка давно уже сбилась куда-то к лопаткам, позволяя безо всяких ограничений смотреть за невероятным и невозможным буквально час назад событием.       Желая большего, Гарри резко вышел из Гермионы, рывком повернул ее лицом к себе, с жаром впился в наполненные кровью и искусанные губы, вжал ее спиной в стену, приподнял рукой правую ногу, едва не закидывая ее себе на плечо, и вновь ворвался в ее черный ход, от чего Гермиона уже не смогла сдержаться и, отдаваясь во власть возбуждению и накалившимся до предела эмоциям, во весь голос застонала ему прямо в рот, царапая спину ногтями и дыша так часто, как никогда ранее.       — Пожалуйста, Гарри, — молила она на грани потери сознания, — еще! Еще! Бери меня в задницу! Я хочу этого! Еще!       И секунды не желая сопротивляться ее словам, Гарри зарычал, словно лев, и начал двигать бедрами так быстро, как только мог. Он сминал ее скрытую одеждой грудь, неистово терзал губы и шею, параллельно неся какой-то несвязный бред. Его член буквально раскалился докрасна, нанесенная ранее смазка подсыхала и начинала хуже справляться со своей задачей, но это лишь усиливало ощущения от фрикций. Их лобки сталкивались с чавкающими звуками, тела обливались потом, а губы не могли оторваться друг от друга в акте невероятной любви, какой у них еще никогда ранее не было.       Ведь Гермиона, которую, словно ударами электрического тока, буквально трясло от переизбытка эмоций и готового рвануть через край высшего наслаждения, добивала себя сводящими с ума мыслями, что она теперь отдалась ему вся. Целиком, без остатка и безо всяких «но». Теперь никто не посмеет хотя бы попытаться упрекнуть ее в том, что их чувства ненастоящие.       Братские. Сестринские. Родственные.       Да хрена с два! Братья и сестры точно не трахаются во все возможные отверстия, подглядывая за другой парочкой, исследуя при этом новые грани себя и раздвигая круг возможных представлений о доступном. Гермиона даже не знала, что такое возможно, но сейчас ощущала невероятный по своей силе анальный оргазм, содрогаясь всеми мышцами организма, в том числе теми, что ритмично сжимали вколачивающий ее в стену член Гарри, который не смог выдержать такой пытки и, не снижая темпа, стал обильно кончать внутрь ее задницы, впиваясь в губы окончательным поцелуем и глухо мыча ее имя.       Это было что-то совершенно невозможное и невероятное. Гермиона тяжело дышала, все еще прижатая к стене телом Гарри. Она с трудом приходила в себя, краем сознания ощущая, как из нее выскальзывает опадающий член Гарри, а по внутренней поверхности бедра начинает стекать результат его извержения. Пошлость момента просто зашкаливала и сметала все проставленные ранее грани, но Гермиона была совершенно не против новых ощущений и экспериментов. Это действительно было иным, но очень и очень интересным опытом, который они определенно повторят в будущем.       Нужно было, наверное, сказать спасибо Джинни и Краму за их представление. Без такого наглядного примера, Гермиона бы точно не скоро решилась на испытание своей сексуальности в настолько широком понимании. Ведь тема секса подобного плана для многих считалась едва ли не табу, а на самом деле, если партнер не идиот, то ради подобных эмоций можно было перетерпеть пару неприятных минут в самом начале.       И кстати о Джинни и Краме…       — Фините Инкантатем! — взмахнул палочкой Виктор, указав на до сих пор слипшихся воедино лохматых волшебников, снимая тем самым прозрачный барьер и открывая их взору Джинни, от испуга ойкнувшей спрыгнувшей с комода и принявшейся спешно поправлять съехавшее непонятно куда платье. — Однако, здравствуйте.       — Эм-м-м, привет, — чувствовал себя максимально неловко Гарри, напяливая штаны и закрывая собой оправляющую юбку Гермиону, понимая, что нельзя было так громко кричать. — Как дела?       — Как дела?! — изогнул Виктор бровь в изумлении, обводя их обоих взглядом. — Издеваешься, Поттер? Давно ты стал подглядывать за другими?       — Так получилось, — старался держаться уверенным Гарри. — Это случайность…       — Случайность?! — пришла в себя Джинни. — Да ты охуел, Гарри?! Что ты вообще забыл в моей комнате?! Да еще и с ней! — ткнула она пальцем в Гермиону.       — Ну, примерно то же самое, что и ты здесь забыла с ним, — кивнул Гарри в сторону Виктора. — Решил переспать, раз уж весь дом на ушах стоит и больше негде.       — Да ты… — наливалось кровью ее лицо от возмущения. — Да я… Да ты! Да как ты посмел, придурок! Поэтому ты ломался, как целка?! Почему сразу не показался?! Или вы вдвоем тут решили подрочить на бесплатную порнушку?!       — Порнушка что надо, да, — признался Гарри с улыбкой, получая удовольствие, выводя Джинни из себя и радуясь, что ее палочка где-то далеко и Летучемышинный сглаз им не светит. — Но вот даже не знаю, что хуже: подглядывать за тобой в процессе анального секса или знать, что ты трахалась с Крамом, а для меня хотела предстать невинной девой? Так что кто тут еще охренел, дорогая?       — Знаешь что! — указала Джинни пальцем уже на него. — Да я ради тебя столько ждала! Не спала ни с кем, хотя желающих было много! И ведь предлагала уже тебе сегодня! А ты мне отказал!       — Конечно отказал, — пожал плечами Гарри. — Я бы никогда не стал изменять Гермионе. И не зря, к слову. Ты прекрасна внешне, да, но даже не знаю, готов ли я променять такое зрелище на секс с тобой, будь я свободен.       — Урод! — выкрикнула Джинни. — Моральный урод!       — Как же это удобно — выставлять себя жертвой, — буквально пропела Гермиона, все еще находясь в приподнятом расположении духа. — Но спасибо тебе. Не думала, что решусь дать в задницу с примера моей младшей подружки.       — Ч-Ч-ЧЕГО?! — аж зазаикалась Джинни. — О чем ты?!       — Ну вы же тут не одни развлекались, — демонстративно провела Гермиона пальцами между бедер, подцепила капельку стекающей по ногам спермы и продемонстрировала их Джинни. — Ты показала как надо. Гарри меня уговорил повторить, а я и согласилась. Интересный опыт, ничего не скажешь. Обязательно включим в свой список дел на ночь.       — А ты изменилась, Гермивонна, — хмыкнул с улыбочкой молчащий до этого Крам. — Три года назад я и не думал, что ты можешь быть такой раскрепощенной.       — Люди меняются, Вики, — послала ему Гермиона воздушный поцелуй. — А если уж Гарри рядом, то ему точно нельзя отказать.       Да, забавная была картина. Кипящая от злости Джинни, в одно мгновение узнавшая об отношениях Гарри и Гермионы, провалившая свой план с сохранением физической невинности, да еще и переспавшая с Крамом на глазах у них же. Сам Виктор, которого, походу, вся эта ситуация очень забавляла, и не испытывающего и капли смущения. И двое взлохмаченных куда пуще обычного волшебников, невольно раскрывших все карты после нескольких месяцев отношений в тайне.       Не хватало только Рона, который мог бы сейчас ворваться в комнату, вникнуть в ситуацию и начать с кулаками защищать честь сестры, параллельно матеря Гермиону за то, что она «изменила» ему с Гарри. Хотя какая измена могла быть там, где отношения даже не думали начинаться?       — Нет, я в ахуе, честно, — вцепилась себе в волосы Джинни. — Это точно не групповая галлюцинация? Мы точно не спим?       — Ну, задница побаливает довольно реалистично, — хмыкнула Гермиона, которую пробило на туповатый пошлый юмор. — Могу сказать с уверенностью — меня в нее отымели по-настоящему. И мне, что неожиданно, понравилось.       — Мне тоже, — даже нервно усмехнулась Джинни, поднимая опустошенный взгляд. — Ну что, поздравляю с почином, подруга.       — И тебя, — вернула ей кивок Гермиона, облегченно выдохнув. Похоже, ситуация может разрешиться относительным миром, когда накосячили все сразу. — Что делать-то будем?       — А хули тут делать? — пожала плечами Джинни, запрыгнув на комод и все еще пошатываясь от действия пунша. — Нужно праздновать свадьбу Билла и Флер. Мы ведь за этим все здесь?       — За этим, — ответил Гарри, внимательно следя за ее реакцией.       — Ты точно не хочешь взять то, что я для тебя берегла? — тоже потянуло ее на дурацкий юмор со слегка заплетающимся языком. — Предложение еще в силе, если что.       — Точно, — улыбнулся Гарри, обнимая Гермиону за талию. — Все что мне было нужно — предоставила вот она. А ты вполне можешь найти кого-нибудь еще.       — Кого-нибудь еще? — задумчиво протянула Джинни болтая ногами в воздухе и кинув опьяненный сексом и вожделением взгляд на Крама. — Слушай, а не хочешь выбить страйк? Раз я тебе уже и отсосала, и в задницу дала? Терять мне уже нечего, а так хоть с кумиром до конца лишусь невинности…        — Я-то хоть сейчас, — оскалился Виктор. — Глупо отказываться от подобного предложения, если его делает такая красивая девчонка. Пусть я и не люблю ярых фанаток, но еще ни одна из них не подкатывала ко мне таким образом.       — Сочту за комплимент, — фыркнула Джинни, скидывая на пол свои туфли на каблуке.       — Гарри и Гермиону звать будем? — саркастично уточнил тот. — Ну, устроим тут оргию с обменом партнерами?       — Нет уж, давайте без нас, — замотали они головами.       — Вы, главное, на Рона так не напоритесь, — дополнила Гермиона. — Ты же знаешь, как ему сносит башню от твоих парней.       — Зато за Крама он готов хоть сейчас замуж идти, — хихикнул Гарри. — Вот уж диссонанс будет в его голове.       — Валите уже, короче, — махнула рукой Джинни в сторону выхода.       — Выгоняешь? — покосилась на нее Гермиона.       — Это все же моя комната, — пожала она плечами. — Так что да, выгоняю. И только попробуйте вновь ко мне влезть! У меня дела на ближайшее время!       — Вы только к церемонии не опоздайте, — подмигнул ей Гарри. — И платье не порвите, а то миссис Уизли будет недовольна.       — Пошел. Нахер. Поттер, — процедила Джинни по словам, едва они выскочили в коридор. — И потом не жалей о том, что потерял!       — Не буду, — честно пообещал Гарри, закрыл за собой дверь и дополнил в лицо Гермионе. — Скорее, я бы пожалел о том, если бы выбрал ее, а не тебя, дорогая.       — Я сейчас растекусь лужицей от умиления, — улыбнулась она, закинув Гарри руки за шею. — Отпразднуем?       — Что именно? — изогнул он бровь. — Разрешение ситуации с Джинни или наш первый анальный секс?       — Первый анальный секс?! — едва не оглушил их голос появившегося на лестнице из ниоткуда Рона. — ЧЕГО?! Какого ху…?!!!