Голос твой

— У-у-у, что это, что это?! — Джеки наворачивала кульбиты в воздухе, завороженная цветастой коробкой в руках Николаса. — Не подумай, ты все еще первая в списке проказников, — Николас беззлобно погрозил ей пальцем, протянув подарок. — Но в этом году ты очень нам помогла, и мы решили сделать небольшое исключение. — Только не привыкай, — фыркнул Кролик. — Поощрять твои безумные выходки тут никто не собирается! — Оу, кенгуру расстроился, что ему подарили мало морковки? — ухмыльнулась Джеки, создавая в руке снежок. — Наш пушистый комок злости нужно развеселить? — Никаких наркотических снежков! — Кролик предусмотрительно скрылся в норе, выпрыгнув в другой части зала с бумерангом наготове. Фея, глядя на этих двоих, улыбнулась, закатив глаза. Песочник создал над головой силуэт подарка с конфети, хлопая в ладоши. — Спасибо, ребят, — Джеки потянула за ленту, снимая упаковку. — Ох, вау… На дне небольшой коробки лежали белые наушники с узорами снежинок и маленьким плеером. — Ник, ты и такое умеешь?! — Фрост не поверила своим глазам. — Это скорее модификация, чем собственная разработка, — скромно объяснил Николас. — Представляешь, пришлось три часа доказывать всем, что куклы тебе не по возрасту! Но такое тебе же нравится? — взволнованно спросила Туф. — Да, да, очень! — Джеки дрожащими руками включила наушники и снежинки на них загорелись переливающимся голубым свечением. По щекам потекли предательские слезы, тут же застывая на холодной коже. — Ну вот, она ревет! — проворчал Банни. — Я же говорил, надо тряпки или украшения дарить! — Какие еще тряпки, дурачье, — сквозь слезы улыбнулась Джеки, утирая нос рукавом толстовки. — Просто это мой первый подарок за триста лет… — Милая, обещаем, что он будет не последним, — Туф вместе с помощницами заключила ее в объятия, к которым незамедлительно подключились и остальные хранители. Только Кролик предпочел наблюдать за сценой издалека, с добрым прищуром поигрывая бумерангом. И не прогадал: как только Фрост взяла себя в руки, она ринулась за ним в погоню, требуя сознаться, какие еще цацки он собирался ей, ненавидящей все девчачье, дарить.

***

Мастерскую Северянина освещала лишь огромная луна за окном, да еще мелькали в полумраке маленькие огоньки плеера и наушников. После рождественского пира все разбрелись отдыхать, а кто — работать, ни на секунду не позволяя себе расслабиться (Джеки уговаривала Туф выпить, как могла, пока не выяснилось, что ей самой пить строго-настрого запретили). Хранительница веселья уже по третьему кругу переслушивала скудную библиотеку песен, мурлыкая что-то отдалено напоминающее их текст себе под нос. Похоже, Северянин хотел, чтобы она подтянула иностранные языки — иначе объяснить, почему весь плейлист состоял из русских песен, она не могла. — Noviy god k nam mchitsa… Он точно прячет его где-то здесь! — Фрост недовольно уперла руки в бока, перерыв все ящики вверх дном. Неожиданно дверь в мастерскую приоткрылась, пропуская полоску света из вечно работающей фабрики. Джеки успела испугаться, что это по ее душу нагрянули йети или сам Николас, но в проеме показалась всего лишь остроконечная красная шляпа. — А, это вы, — вздохнула Фрост, а потом, задумавшись, опустилась перед эльфами на корточки. — Случайно не знаете, где старик самогон хранит? Эльфы ничего не ответили, вылупив на нее стеклянные глаза. — И на что я рассчитывала? — она в досаде хлопнула себя по коленям, поднимаясь. Схватив посох, она уже собиралась уйти, как случайно наступила на игрушечный поезд, не упав лишь благодаря вовремя подоспевшему ветру. Поезд, проехав пару метров, с характерным стеклянным звоном ударился об ножку стола. Фрост расхохоталась, доставая из игрушки припрятанную бутылку. — Маленькая ты еще, бе-бе-бе, — передразнила хранителей Джеки и отхлебнула из горла, чудом не выплюнув жгучую жидкость. — Фу! Гадость какая! И почему никто не верит, что мне было восемнадцать? — спросила она у эльфов, которые уже звенели шапочками, приходя в себя. Однако ответа от них Джеки ждать не стала, вылетев в окно и прихватив с собой бутылку. Когда она добралась до Джейми, ее уже начало слегка заносить на поворотах. Комната мальчика была пуста: на каникулы вся семья Беннетов уехала к родственникам, поэтому Джеки сама включила ноутбук, с которым ей было бы не так уж легко разобраться даже на трезвую голову. — Работай, железяка, — Фрост методично тыкала на все иконки, пока не нашла заветный выход в интернет. — Скачать… музыку… В смысле, «оплатите подписку»? Жадины! В конце-концов она пришла к неутешительному выводу, что без помощи Никалоса тут не обойтись. Только пьяной к нему соваться нельзя, да и в ближайшие дни он будет занят работой, так что придется подождать. Вдруг что-то улетело в папку загрузок. Фрост воодушевленно подпрыгнула, кликая на файл, но увиденное заставило сердце болезненно екнуть в груди.

***

— Эй, Питчи, ты дома? — сказала Джеки во мрак пещеры, держа подмышкой ноутбук. — Не представляешь, я так соскучилась по тебе, с самой пасхи же не виделись!.. Она подскочила, ощутив прикосновение теней к босой ноге, и зависла в воздухе. Воображение рисовало уродливых монстров в бескрайних темных коридорах, а скрип железных клеток заставлял тело покрываться мурашками. — Мне нужна твоя помощь! — отчаянно крикнула она, чувствуя, что долго оставаться в таком жутком месте не сможет. За спиной раздался тихий, шелестящий смех. — Что, хранители уже распрощались со своим юным дарованием? — Н-нет, — Фрост всматривалась во тьму, выискивая знакомые золотые глаза. — Просто проблемка такая… Не по их части. — Любопытно. Но я не помогаю за даром. — Бизнесмен фигов, — цокнула Фрост. — Так и быть, плачу натурой. — Что-что? — опешил Кромешник, выходя из тени и нависая над хранительницей. Джеки спряталась за ноутбуком, покраснев, сама не веря в то, что только что ляпнула. — Ты сам говорил, холод и тьма… Я подумала, ты э-э-это имел ввиду… Да и нечем мне платить, что я тебе, трупы хранителей принесу?! Питч устало провел рукой по лицу. — Сколько ты выпила, натура несчастная? — Да немного! Четверть бутылки. Водки. У меня еще осталось, будешь? — Нет, — отрезал Питч. — И я не это имел ввиду. Что у тебя за проблема такая, что ты на все готова? Джеки раскрыла перед ним ноутбук, покраснев еще больше. Лицо Кромешника осталось невозмутимо. Спустя десять минут они уже сидели в своего рода гостиной. Благодаря теням Кромешнику не составляло труда обкрадывать людей, и та часть пещеры, в которой он жил, была обставлена очень даже недурно — было что-то в этом нагромождении стилей и эпох. — Что ты такого искала, извращенка? — Питч, сидя за старинным резным столом, копошился в ноутбуке, пытаясь избавиться от вируса, который выводил на пол экрана контент эротического характера. — Сам ты извращенец! — Джеки плюхнулась на кожаный диван начала двадцатого века, продолжая вливать в себя горячительное. Знала, что надо остановиться, но алкоголь хоть немного приглушал чувство стыда. — Это не я опошлил идею прекрасного аромантичного союза двух стихий. Джеки схватила подушку и завизжала в нее. — Всю смерть в меня теперь этим тыкать будешь? Стремный старый мужик зазывает тусоваться в его подземелье — что я должна была подумать?! — Судя по тому, как легко ты готова была отдаться, «стремным» ты меня не считаешь. Он ухмыльнулся, когда очередной глухой визг разнесся по комнате. — Успокойся, Фрост. На самом деле твои подозрения не лишены логики. Просто я прожил слишком долго, чтобы мною руководили бесполезные неатрофированные человеческие инстинкты. — Если Луноликий их нам не аот… атфор… их нам оставил, то это зачем-то да нужно, — задумалась Джеки, кусая ногти. — Мне кажется, это чтобы мы не забывали друг о друге. И не стали просто холодом и просто тьмой, понимаешь? — Не понимаю. Мы лишь функции, пешки на его игральной доске. Тебя он бросил на три века, от меня вовсе избавился. Сохранение нам эмоций при подобном обращении я нахожу излишним. — Ничего мы не пешки! Мы многое сами решаем. — Например? Что такого важного ты решила в своем посмертие? — Однажды я помогла Джейми решить пример в столбик! Питч тяжело вздохнул, не оценив шутки. — Я все починил. Так что ты хотела найти? Кромешник еще не настолько проникся человеческими гаджетами, чтобы провести в подземелье интернет, так что за вай-фаем они вернулись в комнату Джейми. Джеки уже серьезно шатало из стороны в сторону, когда Питч попросил ее назвать имена нужных исполнителей. — Ну та, в странных костюмах… Я на ее концерте была! И еще те двое… — Фрост, нужны имена музыкантов или названия песен. — Но я их не знаю! — развела она руками, плюхнувшись на кровать. — Просто скачай что-то современное! Или что сам слушаешь. — Ты сама попросила…

***

Джеки мало что помнила о прошлой ночи. Стоило ей проснуться, пуская слюни на подушку Джейми, как мутная картина снившегося ей кошмара канула в небытие. К тому же, появилась проблема посерьезнее страшных сновидений: голова нещадно трещала от похмелья. Теперь Джеки была отчасти согласна с Кромешником — от некоторых человеческих слабостей Луноликий мог бы их и избавить. Случайно стукнувшись коленкой о бортик кровати, Джеки, шипя, допрыгала до наушников и обнаружила, что в плеер загружено под добрую сотню новых песен. Не особо вчитываясь в названия, она включила первый попавшийся трек, спрятала плеер в карман толстовки и честно полетела выполнять свою работу. — Е-е-е, рок! — смеялась Джеки, неся снегопады и разговаривая с птицами. — А Питч-то шарит в музыке! Exit light! Enter night! We're off to never-never land Праздничную неделю с Рождества по Новый год Фрост считала особенно важной: нельзя было случайно пропустить какую-нибудь деревеньку и оставить детей без снежных полей и узоров на окнах, а взрослых без скользких тротуаров и пробок на дорогах. Так что выполнять свои обязанности нужно было не только качественно, но и быстро, и музыка придавала безумным виражам Джеки не только больше задора, но и опасности, так что беда просто не могла не приключиться. Попрыгав по крышам вставших на светофоре машин, отчего у тех включилась сигнализация, Фрост вылетела на перекресток, чтобы посмотреть на вызванное ею буйство огней, и не услышала, как в ее сторону несется огромная фура. Ветер среагировал быстрее нее самой, но полностью избежать столкновения не вышло; Джеки ударилась о кабину ногой и полетела кубарем на тротуар. — Ауч!.. — Джеки пришлось опереться на посох, чтобы встать. Несчастные случаи в ее работе были привычным делом, так что она больше переживала не за себя, а за наушники, которые были еще целы лишь благодаря тому, что принадлежали миру духов, иначе поток снующих людей быстро бы их растоптал. Одна из голубых звездочек больше не горела, но звук вернулся, стоило ей подключить провода обратно. Разобравшись с главным, Фрост оглядела себя: все ладони разодраны, коленки разбиты в кровь, рукав кофты порван. Не страшные ранения, но видок у духа зимы теперь был не ахти. — Черт… Хранители увидят — скажут еще, что летать не умею, — шипела Джеки, направляясь домой в Берджесс. В дупле раскидистого дерева, нависающего над озером, у нее был тайник со всякими безделушками. Толстовке регулярно приходилось проходить испытания на прочность, так что иголка и нитка уже были у Джеки наготове, ожидая своего часа под горой фантиков и комиксов. Джеки без стеснения стянула с себя кофту. На озеро не захаживали ни люди, для которых она все равно невидима, ни духи. Фрост облокотилась на ствол дерева и свесила ногу, покачивая ею в такт музыке, пока зашивала разошедшейся по шву рукав синей нитью. — Don’t know what to believe… Living in the shadows… Ай! Да что ж за день такой! — по пальцу стекла капля крови и только отвлекшись от шитья Джеки заметила, что тени в лесу странно себя ведут, неестественно растягиваясь. Посох лежал внизу. Первая мысль — ринуться к нему, что она незамедлительно сделала, но ее ноги так и не коснулись земли. Черные тени поймали ее прямо в воздухе и отбросили на центр покрытого льдом озера. Наушники слетели с ее головы и несколько раз ударились о тонкий лед, оставляя на нем паутину трещин, которые уже под весом ее тела превратились в огромные разломы. Холод не мог причинять ей вреда. Ей не нужен был воздух, ведь она давно мертва. Но в темной пучине, на дно которой она опускалась, ее захлестнул животный страх. Воспоминания о последних минутах жизни пронеслись перед глазами. Все сожаления, осознание глупости ситуации, понимание того, что впереди ничего не будет… А если и будет, то окажется адом беспросветного одиночества. Она пришла в себя уже тогда, когда свет, пробивавшийся с поверхности, заслонила темная пелена. Не время паниковать, нужно сражаться! Без посоха ледяная магия расходилась неконтролируемо, во всех направлениях, прошивая воду острыми сверкающими льдинками. На место замерших теней в водоворот вставали новые — Фрост не понимала, в самом деле они принимают пугающие обличия, или это играется ее воспаленное сознание. Джеки не умела плавать, так что приходилось жалко перебирать руками в попытке всплыть, но и этой возможности она вскоре лишилась. Конечности оказались в путах тьмы, она отчетлива ощутила, как чья-то рука поднимается по впалому животу, по ребрам, сжимает грудь, а в шею впиваются острые зубы. Она прекрасна знала, кто это, и помнила, что вчера так бездумно и безрассудно ему предложила. Но она шутила. Она никогда этого не хотела! Джеки использовала всю магию, что у нее была. Голубая вспышка ослепила ее саму же, но из хватки теней ей удалось вырваться. Вокруг все еще была тьма, но в ней никто не прятался. Уверенный толчок ото дна, неловкие движения и осознание, что кроме нее самой ей никто не поможет, помогли Фрост выбраться на поверхность. От сугробов отражалось полуденное солнце, мир затих в спокойствии и умиротворении, словно ничего и не произошло. На дрожащих ногах Джеки добралась до наушников, на которых больше не горели снежинки. По проводам пробежали последние дребезжащие ноты и затихли навсегда. Она пыталась убедить себя, что это глупости, что ничего не случилось, но ком в горле вырывался отчаянным плачем.

***

— Не задавай лишний вопросов. Просто ответь, где девчонка? Николас удивился столь внезапному появлению гостя в своем кабинете, чуть не выронив из рук солдатика, которого расписывал. Впрочем, тот все равно полетел прочь, потому что Санта тут же схватился за сабли. — Я пришел не драться, — Питч сделал жест рукой, прося Никола утихомириться. — Мне нужно с ней поговорить, а ее нигде не видно уже второй день. Полагаю, она прячется у кого-то из вас. «Фрост» и «прячется» были понятиями несовместимыми. Она могла пропадать где-то в лесах Сибири, но нарочно скрываться — никогда. Девушка всегда лезла на рожон, и уж кого, а Повелителя кошмаров точно не боялась, Николас знал об этом. — Поговорить? О чем? — хмуро спросил Северянин. — О личном. — Ее здесь нет, — Ник опустил оружие, но не убрал в ножны. — Если ты задумал что-то дурное… — Дурь есть лишь в ее голове. Что ж, если Фрост не здесь, то, вероятно, у Феи. У Песочника нет дома, а чтобы она пряталась у Банни — просто невозможно…

***

Кто бы сомневался, что в итоге он найдет ее именно в кроличьей норе. — Ты можешь рисовать что-то, кроме снежинок?! Пасха вообще-то весной, это праздник жизни! — У меня просто свой стиль, кенгуру! И он изысканный и утонченный, в отличии от твоих кислотно-ядерных цветочков! Каждые пару часов между Банни и Фрост происходил один и тот же спор, который оканчивался догонялками, разрушениями и пролитой на чью-то голову краской. Вот и сейчас все должно было пойти по кругу тридцатому, но вместо того, чтобы уносить ноги от Хранителя Надежды, Джеки спряталась за спину Кролика, уловив взглядом знакомое шевеление теней. — Явился! Ну я тебе сейчас покажу! Питч легко уклонился от летящего в него бумеранга и тот растворился в тенях. — Повторяю уже в третий раз: я пришел не драться, — вздохнул Питч. Бумеранг вылетел из теней обратно, прямо в лапы Баннимунда. — Я хочу лишь обсудить некоторое недоразумение. — Недоразумение?! — Кролик злостно топнул лапой, создавая нору и выскакивая прямо перед Кромешником с занесенным кулаком. — Это так ты называешь то, что с ней сделал?! — Правильней сказать, она со мной, — Питч телепортировался подальше от противника. Джеки наблюдала за всем издалека, не решаясь вступить в битву. Слишком свежи были воспоминания, которые уверили ее в собственной беспомощности. Сердце ушло в пятки, когда Кромешник возник перед ней на расстоянии вытянутой руки, но не прошло и мгновения, как между ними появился Баннимунд. — Довольно! — рявкнул Питч, подняв руки. — Я уверен, что девчонка — сирена, и пришел лишь за тем, чтобы предупредить ее лишний раз не открывать рот. И не надо винить меня, Фрост, а вот бояться можешь, сколько влезет. Это подпитывает мои силы. — Сирена? А что сразу не тролль или леший?! — не поверил Банни, но Кромешнику не было дела до его скептицизма. Он исчез вместе с тенями так же резко, как и появился. — Вот же скотина… Ты в порядке, ледышка? Джеки обняла Кролика, зарывшись носом в мягкую шерсть. Еще на несколько секунд она дала волю слабости, а после взлетела, улыбнувшись и посоветовав на прощание Баннимунду использовать побольше голубой краски. — Ну уж нет! — наотрез отказался он. — И еще: помни, ты больше не одна, снежинка. — Да. И я не собираюсь никого бояться.

***

— По правде, я удивлен твоему появлению. Снова извращенные мысли покоя не дают? — Питч даже не посмотрел в сторону ворвавшейся в его покои Фрост, оставшись лежать на диване и читать книгу. Джеки знала, что от Кромешника бесполезно скрывать страх. Но вот бороться с ним всегда имело смысл. — Это правда, что я сирена? — она постаралась добавить надменности в голос. Безрезультатно. — Или ты просто отмазку придумал? Что ты вообще забыл у моего озера? — Во-первых, на том болоте на написано твоего имени. А, во-вторых, я пришел узнать, понравилась ли тебе музыка. — Нравилась, — она пожала плечами. — Пока ты не сломал мои наушники. Особенно та песня… Джеки не успела больше вымолвить ни слова, как Кромешник возник перед ней, зажав ладонью рот. — Не. Пой. Питч отдернул руку, потому что Джеки ее лизнула и взмыла вверх, смеясь. — Мерзость! — Вот это настоящая мерзость! — Фрост убрала волосы и указала на след от укуса на своей шее. — Ты что, вампир? — Я не собираюсь оправдываться за свои предпочтения, — равнодушно прокомментировал он. — И извиняться — тоже. — У-у-у, так у тебя есть предпочтения. А кто говорил, что он выше человеческих инстинктов? — Фрост, еще одно слово, и я перестану называть тебя извращенкой в ироничном ключе. Найди другую жертву для своего вечного пубертата. — Да я шучу! И вообще, как я могу быть сиреной, если я дух зимы? Не вяжется это! — Хм, у тебя ярко выраженная гидрофобия. Ты утонула? — Джеки подтвердила его догадку кивком. — Тогда все просто. Ты стала бы русалкой, не вмешайся Луноликий. Способности просто наложились друг на друга. — Класс, — протянула Фрост. — И что с этим делать? — Очевидно, не петь. По крайней мере, в моем присутствии. С другими делай, что хочешь. — Обойдусь, — фыркнула она, проигнорировав стулья поблизости и сев на стол. На какое-то время в воздухе повисла тишина. Джеки почему-то не хотелось уходить самой — она все ждала, пока Питч ее прогонит, но этого так и не случилось. Он вернулся к чтению, а она просто размышляла о произошедшем. — Пожалуй, одна вещь меня все же интересует, — прервал молчание Кромешник. — Я плохо помню, что тогда случилось. Я же не успел тебя серьезно… обидеть? — А?.. Нет. Меня просто грузовик сбил, я поэтому такая потрепанная, — почесала затылок Фрост. — Типичный день Хранительницы веселья, я так полагаю. — А то! Я ж не сижу в пещере, в отличии от некоторых, — Джеки подлетела к нему, заглянула в книгу и разочарованно фыркнула, когда даже не поняла, на каком языке та написана. — Получается, я уже дважды тебе должна. За ноутбук и за то, что рассказал, что я русалка. — Получается, так. Как расплачиваться будешь? — Ты знаешь мой ответ, — улыбнулась Фрост. — Двое трупов Хранителей. И чтобы один из них обязательно был Кроликом.