Everything you feel is good

Всё вокруг было наполнено тревогой. Ссоры с Даниэлем, ублюдки на работе, ребята узнали о силе моего младшего, так ещё и чёртов Финн. Я не понимал, что чувствую рядом с ним: с одной стороны, мне было комфортно, и я мог расслабиться, выкурив один косяк на двоих, но с другой — я, блять, безумно переживал возле него. Я осознаю тот факт, что он мне не безразличен и, может быть, я ему тоже, но я не мог собраться с мыслями и сделать первый шаг или просто поговорить с ним об этом. Я понимал, что даже если это невзаимно, Финн отреагировал бы абсолютно нормально. Но ведь он постоянно со мной флиртует, не так ли? Заботится обо мне, называет милыми прозвищами и делает комплименты. Или он со всеми такой? Возможно, и правда со всеми, просто пытается быть дружелюбным. Почему я вообще думаю о нём, когда вокруг меня столько дерьма? Меня сегодня выперли с работы из-за выходки брата, но я на него не обижаюсь — я и сам знатно заебался. Я рад, что мы нашли новых друзей, но мы так сильно этим увлеклись, что забыли о том, что самое главное, что у нас есть, — это мы сами. Я обожаю Финна и умиляюсь тем, как он ладит с Даниэлем, но он слишком его балует и забывает напоминать, кто всё-таки старше. Из-за этого младший думает, что он уже супер взрослый. М-да уж, ему точно нужны друзья-одногодки. Хватит втыкать, в конце концов, Финн ждёт меня. Я подошёл ближе и взглянул на красивейшего парня — в идеально небрежных тату и с пирсингом в носу. Как же не хотелось признавать того факта, что завтра надо будет валить отсюда. Я так привык к этому месту, к этим ребятам, к нему. Надеюсь, мы ещё встретимся — он научил меня многому.   — Присаживайся… выпей пивка! — зазывал озорным голосом светлоглазый парень, пытаясь скрыть грусть в своём голосе и поднимая банку пива. — За наш последний вечер вместе… и за ваше следующее приключение.   Мы чокнулись, и я отпил немного из банки. Конечно, после того как я начал курить траву во всю, пиво уже не вставляло, как раньше, но было приятным бонусом, чтобы расслабить голову. Тут мой поток мыслей перебил голос рядом.   — Ну… что будешь делать дальше?   — Думать, что же делать дальше, — сказал я с очевидным сарказмом. — Мы с Даниэлем снова бездомные… — не то чтобы мы переставали ими быть, но ощущение дома на плантации точно было.   Парень по правую руку рассмеялся.   — Когда я вышел из тюряги, у меня никого не было… Братья всё ещё сидели за решёткой, они до сих пор там. Остался жить у друга, чтобы никто меня не нашёл…   Я всегда поражался, как Финн умел так легко говорить про своё прошлое, несмотря на то, каким тяжёлым оно было. Мне было так его жаль, я так сильно хотел его обнять, но не мог найти в себе смелости.   — Да, а потом я сказал: «Ну на хер» и ушёл. Вот и вся история, чувак. Нет у меня семьи, я один… Вечно пытаюсь найти нового папочку или новых братишек… М-да, глупо. Я понял, что должен обрубить все концы и начать всё с нуля. Вот что ты делаешь, да, ты начинаешь с нуля. И теперь ты должен сделать следующий шаг…   После этих слов он подозрительно замялся. Что же ты на самом деле имел в виду, Финн МакНамара?   — И построить… типа… новую жизнь для вас с Даниэлем, верно?   — Финн, я знаю, что ты прав… Просто нужно обдумать кучу всякой херни.   — Вовсе нет.   Мы допили пиво и выбросили его. Я даже и не заметил, как время пролетело. Этот хиппи точно владел какой-то магией, ведь время рядом с ним летело как бешеное.   — Просто доверься своей интуиции, Шон. И жизнь наладится.   — Наверное.   — Ой, дружище, всё будет пучком.   Как же меня раздражало, когда Финн называл меня «дружищем» или «чуваком», будто отбивало все мои надежды. Это так тупо.   — Мы ведь есть у друг друга… Знаешь, мы с тобой похожи. С первой минуты понял.   «Что, блять, происходит?» — кричал мой мозг. Происходит то, что Финн заебался ждать, когда я начну отвечать взаимностью, но чёрт с два я бы что-то сделал, если бы он не взял всё в свои руки.   — К чему веду… я подумал, что было бы круто, если бы ты и Даниэль остались бы со мной… — резко запаниковал он, — с нами.   Я не мог поверить своим ушам. Он что, правда хочет путешествовать рука об руку со мной и Даниэлем?   — Правда? Ты… не против?   — Только если ты за, я не буду настаивать, — он задумался на мгновение. — Я очень рад, что мы встретились, Шон. Я чувствую, что между нами есть сильная связь.   Засмеялся он, будто от тупости своих слов, но нет, они были прекрасны. Они пробуждали во мне надежду, надежду на светлое будущее с ним, Даниэлем, может, даже все вместе — в Пуэрто-Лобос.   Но я всё ещё не мог сказать ни слова, сидел как вкопанный и ждал, чем же ещё Финн меня удивит.   — Вечно я теряю голову, когда знакомлюсь с новыми людьми, — он ткнул пальцем мне в грудь, указывая на меня.   Как я и думал: я не особенный, просто один из многих, а может, даже десятков людей, что парень встретил на своём пути. Не стоило полагаться на свои ожидания.   — Ты уж прости.   За что? За то, что я не так уж и особен, или за то, что ты застал меня врасплох, сидя так близко ко мне и склонившись, смотря прямо мне в глаза? Стоит ли мне признаться или просто промолчать? А что, если я не отвечу взаимностью, и тогда я никогда его не увижу? Да ну нахер.   — Я… — мой голос задрожал, выдавая все мои переживания. — Кажется, чувствую… то же самое.   Вау, я это сделал. Хоть это было сжато, сумбурно, и я постоянно отводил глаза, боясь увидеть недоумение или отвращение в его взгляде, если я неправильно его понял, но я, блять, это сделал.   Он взял меня за колено, пытаясь успокоить.   — Так чего ты тогда боишься?   Хороший вопрос: чего я боюсь?   — Ничего.   Всё это время его другая рука была на моей спине. Он усилил хватку и притянул меня к себе. Чёрт, я даже не знаю, как целоваться. Буду надеяться на интуицию и на то, что Финн возьмёт всё в свои руки — я ему доверяю.   Закрыв глаза, я смирился с происходящим и потянулся к нему, примкнув к его губам. Мои губы дрогнули, когда мы соприкоснулись, и на секунду я замер, боясь, что делаю что-то не так. Но Финн ответил мне, мягко касаясь, будто давая понять, что всё в порядке. Я ощущал его руку на своей спине, как якорь, что держал меня в этом моменте, не давая утонуть в моих мыслях и тревогах. Поцелуй был таким нежным, почти нерешительным, как если бы мы оба пытались понять это новое ощущение. Я чувствовал его тепло, его дыхание, и с каждой секундой мои страхи растворялись. Все сомнения — о том, что я мог сказать что-то не так, сделать что-то не так — исчезли. Был только он и я, вместе.   Он отстранился, стуча мне по колену, давая понять: «Хорош, с тебя хватит». Я обнял его, чувствуя, как его сердце бьётся. Мы оба были сломаны, с тяжёлым прошлым и неясным будущим, но сейчас мне казалось, что, может, впервые за долгое время, я нашёл что-то долговременное и стоящее. Я чувствую себя особенным и значимым в его объятиях.